звездочёты

чхве енджуну с детства был интересен космос. как и все дети со своими наивными мечтами, он хотел побывать в невесомости, попрыгать на луне и пройти все тренировки для будущих капитанов космического судна. читая множество детских книг про путешествия на другие планеты и возможную жизнь на них, мальчик рос с мыслью, что обязательно должен узнать о бесконечной пустоте все. он также хотел узнать, почему у него нет мамы, как у всех его одноклассников. ближе к своим семи годам, когда его папа реже реагировал на детский голос, чаще всего валяющийся на диване в гостиной, мальчик понял, что так не происходит в остальных семьях. его друзья из класса рассказывали, что ходят с родителями в парки, смотрят кино, слышат странные звуки за стенкой по ночам. хорошо, что я ничего странного кроме папиных падений на пол не слышу, думал чхве. слушая рассказы друзей о том, что папы покупают им машинки, дарят велосипеды, с которых те падают в лужи, енджун думал, что оттирать рвоту отца с пола - не является чем-то нормальным. к двенадцати годам он узнал, что за диски и порошок лежали у папы в тумбочке, когда услышал от одного из друзей семьи название - экстази. позже он рассказал об этом однокласснику, думая, что, возможно, тот знает об этом какую-либо информацию. тот мальчик был абсолютно обезоружен вопросом чхве, вытаращив на него глаза. — твой батя - наркоман, чувак. - он с сожалением хлопает по плечу енджуна. а тот не понимал, почему одноклассник так удивлен. разве это не то, что есть в каждой семье? позже он понял, что нет. это не нормально, что ему приходилось мыть полы после того, как отец испражнялся на них, не нормально, что он делал уроки под невероятное музыкальное сопровождение из соседней комнаты, в которой несколько взрослых мужчин оттопыривались с помощью всего, что нашли и украли у бомжей из соседнего района, это нихуя не нормально, что он пробует траву на свой пятнадцатый день рождения. сначала он думает, что дальше травки его опыт употребления не зайдет. понимая, что скушать всякое дерьмо енджун тоже мог бы, чувствует диск на языке, смотря вниз на дно общества, располосованное белыми дорогами, обещая себе никогда туда не спускаться. и в конце концов, стоя в кабинке какого-то обосранного бара с билетом в носу в места не очень отдаленные, смотрит снизу вверх. компания друзей, с которыми чхве начал свой путь наркотических трипов, всегда считала его веселым, думали, что он состоит из подкалываний, бесконечных шуток и разноцветного амфетамина, пока он не обзавелся странным, не подходящим ему выражением лица и никотиновой зависимостью. на самом деле, в тот момент он просто перестал объебываться. найдя отца в луже рвоты и шприцем в руке, енджун почти не удивился, даже когда понял, что пульса нет. такой красивой смерти его отец и заслужил, вводя в вены дозу за дозой, заколачивал гвозди в крышку своего гроба. вот так, мечтая о звездах, он рос, пытаясь выбраться из этой дофамино-серотониновой ямы. перестал общаться с друзьями-по-объебу, курил каждый раз, когда хотел съесть что-то кислое, пошел на работу, параллельно стараясь учиться. вероятно, это можно назвать ремиссией, но лучше жизнь не стала, когда енджун смыл свою зависимость в канализацию. к семнадцати годам, когда космос перестал казаться чем-то, о чем чхве мечтает, психолог поставил ему диагноз - дистимия, посоветовал завести дневник, чтобы писать туда каждый день о своем состоянии, дал направление к психотерапевту и «круг эмоций», чтобы енджун мог понять, какое свое чувство отнести к «агрессии», а какое вообще не относится к эмоциям. например, желание потрахаться. на самом деле, секс с разными девушками приносил ему счастье, заставлял организм вырабатывать окситоцин, когда, после окончания процесса, он лежал на кровати в чужом доме, где на первом этаже песни сменяются одна за другой, обнимая ногое тело рядом. правда, после таких случаев он часто писал в дневнике, что чувствует себя грязным: руки, губы, плечи, все места, где его трогали сплошь покрыты грязью, так что он часто переусердствовал, когда тер свое тело мочалкой до кровавых подтёков. о чем он писал чаще, так это о космосе. ближе к девятнадцати он долго и упорно работал, чтобы покупать больше научно-популярной литературы. ему были интересны черные дыры (и белые, кстати, тоже), устройство тёмной материи, несметное количество взрывов сверхновых и бесконечная сеть вселенных. залезая на крышу своего дома, он обязательно ложился на спину, потому что так удобнее разглядывать звёзды: они подмигивают ему, смеются, горят, словно тысячи небесных фонариков, запущенных в день его выпускного. енджун помнит этот день, словно вчерашний(по большей части потому, что он также писал о нем в дневнике). помнит, как субина долго и упорно тошнило в кабинку школьного туалета, где пахло перегаром и просекой, помнит, что кай облил какую-то девушку с математического страшным алкогольным миксом, помнит, что не вписывался ни в одно из своих воспоминаний. сколько бы он ни пытался вспомнить, что делал на празднике, как выглядел, что пил, енджуну не удается добраться до отрывков воспоминаний. зато он отлично запомнил, что звезды в ту ночь были прекрасны. усыпали небо посыпкой для тортов, медленно сползали вниз, чтобы чхве протянул руку навстречу. также он знает, что звезды есть еще кое-где кроме неба. он знает, что ему не обязательно лететь в открытый космос, потому что достаточно лишь засмотреться на глаза бомгю, и вы можете подключать кислородный баллон, потому что навык дыхания автоматически блокируется. в своих хрусталиках глаз гю хранит даже больше, чем сеть вселенных, его радужка сделанна из многочисленных смертей и рождений звезд. старший, как хороший хен, обязательно расскажет тонсену, какую из звезд он подарил бы ему, что такое магнитные поля планет, и почему его поле куда сильнее любого из существующих. он пока что не понял своей обсессии, связанной с бомгю, и обязательно подробно расскажет об этом привычно белым страницам, начиная с датирования записи. с момента их последней встречи прошло чуть больше недели, а сейчас он вновь дергает чугунную ручку двери, заходит в ставшую вторым домом библиотеку, улыбается только одному существующему (по крайней мере, так кажется) в галактике человеку, неряшливо снимает пальто дрожащими не пойми зачем руками. — эй, хен, опять пары прогуливаешь, я смотрю? - облокачивается на спинку стула работник. — уж лучше я буду грызть гранит науки в одиночестве, чем в компании спиногрызов, у которых даже шанс списать невелик. — гранит науки? опять пришел за научной литературой о космосе? мне кажется, скоро ты сможешь пересказать мне все книги, которые прочел, особенно те, что до сих пор лежат у тебя дома, а должны быть здесь. — ох, бомгю-я, прости, опять из головы повылетало. - ему действительно жаль. — ты бы не передо мной извинялся, а перед несколькими клиентами, которые хотели взять эту книгу. — клянусь бетельгейзе, верну завтра. — чем? ладно, в любом случае, если опять забудешь, я тебя прилюдно отпинаю. — конечно, плюш, отпинаешь своими грязнущими кедами, и тогда я вообще здесь перестану появляться. -лукавит старший. - но сейчас мне нужна книга жанны левин «блюз черных дыр». — новое музыкальное направление? - гю обходит стол и ведет енджуна меж стеллажей. — а ты не слышал? электрогитары на фоне звучат так, словно я слушаю новый трек тейма импалы. тейм импала? так он запомнил? ебаный стыд. — его музыка восхитительна, это правда. - поддерживает младший. подойдя к нужному стеллажу, гю тянется за «блюзом черных дыр» и отдает книгу старшему в руки, к которой, к слову, хен так и не притронется, когда, придя домой, плюхнется на кровать, и все мысли повылетают из головы, покоящейся на подушке. телефон начинает вибрировать где-то под боком ближе к семи часам вечера, когда за окном стелется никого не ждущая чернильная мгла, поблескивающая снегом. — бомгю? - еле разлепляет глаза старший, будучи в абсолютной прострации. - ты чего звонишь? смена закончилась? — неа, просто сейчас никто не заходит, а мне стало скучно, так что я решил позвонить личному шуту. — тогда я не понимаю, где моя зарпалата. эй, подожди, я отвечу каю, но ты не сбрасывай. — ага. хюнини ЕНД ЖУН НЕИ ТЫ ПОНИМАЕШЬ 15:42 КОРОЧЕ ТАММ 15:43 НОВЫЙ БАННЕР 🚨🚨🚨 15:43 кстати я сдал письменную часть и вообще-то это было легко 18:39 типа у меня 45 баллов и если сдам нормально собес то ваще похуй 18:41 на пятерочку😈😈 18:41 [голосовое сообщение] 19:07 ало блять енджун тя сколько ждать 19:07

starboy бля прости я щас с бомгю по звонку разговариваю я позже отвечу 19:08

— итак, твой хен снова свободен, чтобы пожонглировать кружками и разъебашить парочку. - енджун отправляется на кухню, смотря на бомгю, поправляющего челку, смотря в экран. — собираешься что-то готовить? — кекс в кружке, да. — не могу поверить, что ты умеешь готовить что-то сложнее, чем воду с лимоном. ты выглядишь как человек, взрывающий целый квартал, попытавшись приготовить чай. — ошибаешься, тонсен. готов поспорить, однажды, попробовав приготовленный мной кофе, ты захочешь кинуть к моим ногам вселенную, чтобы выпить его еще раз. — в таком случае, жди завтра гостей, и не забудь надеть костюм клоуна. — мне для этого даже переодеваться не придется. - смешивая яйцо с мукой, он улыбается в камеру, выглядя счастливым. даже когда смена бомгю закончилась, ни один из них и не подумал сбросить звонок, и так они разговаривали о клоунах, кошках, потому что младший зашел в магазин за кормом для фейи, о зиме, потому что гю обсыпало снегом с ног до головы, о многом. хюнини бляьь твое позже длится вечнрсть 21:56 21.11.22 возможно я готов признать, что капельку влюблен в бомгю. может быть. иногда мне кажется, что я мог бы ревновать его к воздуху, которым он дышит, и это сложно. я даже не могу объяснить это самому себе? вроде как я не имею права влюбляться в таких хороших людей.

（^人^）

субини енджун кай все еще ждет ответа даже спустя целую ночь 9:04

starboy и по этому мне пишет его парень? 9:04

субини да. слушай я все понимаю но я не собираюсь покупать тебе кофе если ты не ответишь хюнини 9:04

starboy грязно играете, чхве субин и вооьще ничего ты не понимаешь 9:04

субини и чего же я не понимаю? твоей новой одержимости третьим кольцом сатурна? ты узнал что то новое о космическом мусоре? на марсе есть жизнь? сегодня взорвалась какая то особенная звезда? 9:04

starboy чт вы чем там с каем занимаетесь что ты такое выдумываешь i mean тебя так не штырило даже с водки 9:05

субини енджун это буквально все твои ответы . ты отвечал что то такое когда ты вел себя странно и мы спрашивали что с тобой 9:05

starboy ............пиздеж и провокация в любом случае я в порядке ну или не особо 9:05

субини что это? 9:05

starboy ну я вроде как немного запал на бомгю? 9:05

субини хочешь сказать это новость? ЧЕГОЧЕГО прости кай отобрал у меня телефон в общем все давно заметили что ты смотришь на него так словно хочешь прожечь в нем дыру КРОМЕ МЕНЯ!??!?? это кай опять 9:06

starboy reply: хочешь сказать это новость? .........ну почему я вообще узнаю о своей влюбленности последним?? 9:06

субин? 9:08 ладно я надеюсь что твой телефон не был раздавлен задницей хюнини 9:15

（^人^）

— какую часть будем смотреть? у меня скачены все восемь. - енджун листает меню видеотеки на экране телевизора, подтверждая свои слова показавшимися из папки файлами. — давай начнем с «философского камня», потому что мы так или иначе устраиваем марафон просмотра фильмов. вариантов у нас - завались, целых восемь, но все равно я хочу начать с самой атмосферной. - бомгю выкладывает из рюкзака несколько банок приторной газировки, стопку шоколадок всех возможных вкусов, сигареты с зажигалкой, чтобы в любой момент выйти на балкон, когда приспичит, и несколько сахарно-вишневых улыбок для хена, подняв на него плывущий взгляд. — ну, как скажешь, только я сомневаюсь, что ты сможешь посмотреть до конца хотя бы два. — давай сделаем ставку на то, что я, обладая большей выдержкой из нас двоих, полностью посмотрю все восемь фильмов, не смыкая глаз? - с энтузиазмом начинает младший. — ты ведь заснешь минимум на третьей части. в любом случае, я ставлю, допустим, пачку яблочного чапмана, свои стикеры с котами и ты также можешь забрать все мои книги, которые я забыл принести в библиотеку. - старший хлопает по месту рядом со своим, подзывая бомгю, чтобы тот сел. — по-моему твоя ставка мала, енджуни-хен. - присаживаясь рядом, бомгю тянется за едой. - тогда я выбираю в качестве ставки минет. — ты ставишь что? - лицо енджуна превращается в вытянутое румяное нечто после того, как он услышал ставку тонсена. — струсил спорить, а, хен? - ухмыляется младший, раскрывая несколько газировок сразу, чтобы они могли смешать вкусы в стаканах. — нет, конечно. - да, еще как. - я согласен, если ты проиграешь, то тебе придется отсосать своему хену. - он предпочел бы взять свои слова обратно прямо сейчас. — да, это то, что я и использую в качестве ставки. - на самом деле бомгю не собирался делать енджуну минет, потому что это не совсем то, к чему готова его тонкая душевная организация, он предложил такое условие, думая, что хену расхочется спорить с ним. но, с тех пор, как вариантов у него не то что бы много, младшему остается только выиграть спор. они наконец включают фильм, хрустя орехами в шоколадках и скрипя зубами из-за газировок. — как думаешь, на каком факультете ты оказался бы? - почти в сотый раз бомгю останавливает видео, заинтересованно смотря на хена. — мне кажется, слизерин? меня всегда привлекал этот факультет, потому что это буквально противоположность гриффиндору, хотя, скорее всего он мне нравился по большей части из-за драко. - усмехается своим детским мыслям тот. — а мне кажется, тебе больше подошел бы когтевран. - задумчиво озвучивает тонсен, до смешного карикатурно почесывая затылок. - хотя ты больше полагаешься на чувства, чем на логику. в любом случае из меня получился бы лучший слизеринец. - задирает голову тот, сверху вниз глядя на енджуна, откусывающего шоколадку со вкусом, кажется, бекона (что за извращение?). — это еще почему? я бы ни за что на свете не определил бы тебя туда, будучи шляпой. — именно поэтому, енджуни-хен. - направляет на него указательный палец гю. - на меня никогда не подумают ничего плохого, так что я больше тебя подхожу на роль старосты слизерина. кроме того, я всегда хотел выучить парсел танг. - объясняет он, заканчивая победную речь глотком газировки со вкусом клубники и сливок (гастрономические фетиши, думает младший). — парсел танг, говоришь? это и впрямь интересно, мне кажется в интернете была информация о выпуске книги с алфавитом и всякой хренью для тех, кто вдохновился темой змееустов. — ага, я видел парочку постов об этом. в любом случае, давай продолжим. - он направляет пульт к телевизору, нажимая кнопку «play». когда все сладости иссякли, а банки из-под газировок незаметно опустели, енджун ушел на балкон, схватив пачку своих отвратительно-ментоловых сигарет и зажигалку с собой, оставив младшего в тишине. прождав хена больше значительно больше пяти обещанных минут, он лег на мягкий диван, прикрыв глаза всего на пару минут. освещение в комнате состояло из напольной лампы в углу и небольшой подсветки, бегущей теплым желтым по одной стен комнаты витиеватыми узорами. бомгю моргает, потом еще раз, третий, а затем проваливается в дрему без возможности сделать со своей усталостью что-либо. он видит все те же желтые загогулины и мягкий свет лампы, когда вновь открывает глаза. он также замечает енджуна, сидящего в телефоне, когда начинает ощущать его острое плечо под своей щекой. вглядываясь в светящийся экран, он видит, что проспал несколько часов подряд. надеясь, что хен не сидел все это время в одном положении, бомгю потирает опухшие глаза, когда приподнимается. — проснулся? не бойся, я не продолжал смотреть фильм без тебя. - енджун как обычно широко улыбается, умиляясь сонному личику младшего, пока тот зевал, широко открывая рот, совсем как котенок. — ты мог продолжить. я смотрел все части больше десяти раз точно. - почесывает шею гю, стараясь полностью проснуться. - я проиграл спор, если ты помнишь про него. -внезапно вспоминает он. — ты можешь не делать этого, если не хочешь, боми. — нет, я проиграл спор, значит я сделаю это. мужик сказал, мужик отсосал, снимай штаны. - бомгю почти не верил в то, что действительно сказал это. почувствовав, что сердце скоро остановится, старший, немного помявшись, еще раз вопросительно посмотрел на тонсена на всякий случай, и, получив в ответ кивок, приподнялся с дивана, неловко стягивая штаны и нижнее белье. обосновывая происходящее собственной сонностью, бомгю устраивается между разведённых ног старшего, направляя не понятно от чего удивленный, почти испуганный взгляд на смотрящую в ответ головку на половину вставшего члена. под собственный вздох и еще один сверху, он обхватывает ее пальцами, чувствуя нарастающее под ними тепло. решив, что правильным будет делать все постепенно, он прижимается к головке предварительно облизанными губами. в сопровождении просящего действий сбитого дыхания енджуна, младший мучительно медленно ведет рукой по длинне вниз, а затем влажно облизывает щелочку, вызывая почти жалобное мычание. обхватывая член губами, он начинает вылизывать уретру, добавляя к этим мукам размеренные движения руки. выпуская член изо рта с неописуемо пошлым звуком, бомгю ведет языком по венкам, помогая себе рукой, а после снова возвращается к головке. она на вкус немного соленая, но бомгю никогда не возражает, если дело касается енджуна. вновь беря плоть в рот, он старается протолкнуть член чуть дальше, слыша тихие протяжные стоны хена, возбуждающие его самого. начав действительно сосать, младший старается убрать зубы, втянуть щеки как можно сильнее. когда он двигает головой чуть более размашисто, гю чувствует, что член енджуна упирается головкой в горло, заставляя его мгновенно выпустить возбуждение изо рта в приступе кашля. — бомгю, ты можешь остановиться. - успокаивающе говорит старший, беря того за плечо. - тебе не обязательно отсасывать мне из-за тупого спора. — я отсасываю тебе, потому что мне хочется. - хрипло отвечает тонсен, возвращаясь в прежнее положение. видя, насколько сильно скомканы простыни под руками хена, он берет его руку, чтобы положить себе на голову. - только не толкай меня слишком сильно, если хочешь кончить сегодня. - предупреждает гю, снова обхватывая плоть влажным теплом, заставляя енджуна вновь тяжело выдохнуть. мысль о том, что бомгю может сделать ему приятно, заставляет младшего растекаться по полу под ногами хена, увлажняет глаза и рот, еще больше распаляя енджуна, доводя до звездочек в глазах. последний, кажется, совсем выпадал из реальности последние несколько минут, растянувшихся на целые вечности. чувствуя шелк отросших волос между пальцами, он старается оставаться в сознании, когда гю берет глубже, создаёт вакуум, втягивая член внутрь. к тому времени, как младший начал активнее двигать головой, пропуская возбуждение хена в расслабленное горло, тот попытался сказать тонсену, что скоро кончит ему в рот, если тот не остановится, но у него не получается, потому что вместо слов он издает несколько рваных стонов. гю мычит в ответ, пуская по члену вибрацию, и чувствует собственный стояк, натягивающий штаны, до невозможно приятной боли вставший колом, потому что бомгю отсасывает чхве енджуну, мать его. несколько солнц сгорают, когда, стягивая с себя нижнюю одежду, младший параллельно пытается издеваться над почти добравшимся до пика наслаждения хеном, жестоко уделяя внимание лишь головке. беря собственный член в руку, он глушит срывающиеся стоны плотью во рту, сразу же переходя на быстрый темп. первым заканчивает енджун, плавясь в тепле стенок горла младшего, когда тот совершает неразрешимое движение языком. чувствуя удовольствие, разливающееся по венам, он расслабляется, мягко гладя голову бомгю. последний брызгает семенем на руку через несколько секунд после старшего, вымученно глотая сперму, чтобы отползти после. — на вкус отвратительно. - хрипло озвучивает гю, вытирая руку о салфетки, лежавшие на столике вместе с фантиками. — твой язык лучше языка любого змееуста, это было ахуенно. — знаю, твоему маленькому другу понравилось. - младший кивает головой. - за тобой сосательный должок, енджуни-хен.

（^人^）

— смотри, у меня есть такой блеск, он достался мне от тиен. на самом деле она просто забыла его у меня, когда мы устроили самую разрушительную ночевку из всех. -гю еще долго припоминал ей разлитую на ковер водку с персиковой фантой и синяки на спине после их драки. - тут их два, видишь? скреплены маленькой цепочкой. - один был в форме обычного тюбика, а другой - сердечко. - я знаю, что они чем-то отличаются, но не могу понять, чем именно. это сложно, потому что придется спрашивать тиен об этом, а я не хочу отдавать ей бальзам после этого, так что давай я просто нанесу какой-нибудь из них? - старший смотрит на библиотекаря настолько завороженно, будто у него выросла вторая голова или он истекает кровью, так что младший незамедлительно краснеет. - в общем, я думаю, я нанесу тот, что во флаконе в форме сердечка. понюхай. - он подносит к лицу хена флакон, а потом возвращает руку к своему носу, чтобы умилительно мяукнуть, жмуря глаза. сердце енджуна скоро откажется перекачивать кровь, подписав расторжение контракта со владельцем. - он так вкусно пахнет, но чем? я испытываю дежавю в какой то степени, будто этот блеск пахнет детством. он мажет кисточкой по губам енджуна думая, что они идеальны, и это они предназначены для блеска, а не наоборот. бомгю чмокает своими губами, призывая старшего сделать так же, чтобы блестки лучше распределились, а библиотекарь сильнее расплылся, наблюдая сверкания комет на верхней губе хена. — кстати, давай я покажу тебе свой вязальный проект, которым я занимался, пока мы не виделись. - он тянется к рюкзаку, стоящему возле злополучного дивана, на котором всего час или два назад сидел енджун, получающий свой выигрыш спора, задевая гирлянду, излучающую медово-солнечные оттенки, которую они решили включить в качестве дополнительного света, достает связанный на половину свитер крупной небрежной вязки коричневого цвета и давит улыбку, тыкая пальцем в криво-вышитый принт звезд. - хорошо получается, а? я думаю, что довяжу его в скором времени, когда мне привезут нужную пряжу. - под одобрительную улыбку и пересвет на радужке глаз он откладывает вещь в сторону, чтобы залезть рукой в одну из маленьких жестяных коробок с нарисованными на крышках персонажами из «винкс», в которых раньше лежали конфеты. енджун понимает это, потому что узнает запах клубничных монпансье из тысячи. он всегда отсыпал себе каждую красную конфету прежде, чем они достанутся кому-то еще. — итак, у меня есть несколько заколок, чтобы мы немного преобразили тебя. возможно, это будет слишком экспериментально для тебя? - смеется ему в лицо младший - но, знаешь, возражения не принимаются. - бомгю не понимает, почему это все больше похоже на видео, снятые для одиноких девочек, где автор красит камеру и стучит по рандомным вещам. во всяком случае, сейчас он закрепляет первую из его самых гламурных заколок (все также одолженых им у тиен) на голове хена. - чтож, эта пушистая заколка-бантик тебе очень идет. - гю почти смеется, потому что енджун выглядит слишком нелепо с этим бантом, с изображенным на его лице ожиданием. - вообще-то меня немного смущает, что ты молчишь все это время. неужели минеты действуют на тебя в таком ключе? скажи, что ты не потерял дар речи, наконец поняв, насколько я хорош. — на самом деле я понял это спустя несколько минут после первого раза моего нахождения в библиотеке. я иногда жду от тебя... - он останавливается, неловко набираясь воздухом в легкие и силами, чтобы продолжить. - немного других разговоров? я могу назвать это так. если ты не понял, я жду от тебя поцелуев. - смущенно завершает енджун, округлив глаза, вероятно, испугавшись самого себя, опьяненного, хотя никто не приносил алкоголь в дом бомгю сегодня. — мне стоит удивиться? в плане, это было довольно ожидаемо, когда я немного открыл глаза на все происходящее. ты слишком очевиден в своих чувствах, хен. - мягко улыбается библиотекарь. - почему ты просишь об этом открыто только сейчас, после того, как я отсосал тебе по своему же желанию? — очевиден? - переспрашивает, надувая блестящие от теней щеки, старший. - чья бы корова мычала, гю. а просить тебя о физическом контакте мне было слишком страшно все это время, мне казалось, что я не должен, зна... - его прерывают посередине предложения, даря солено-карамельное тепло с трещинами. бомгю знает, как правильно мазнуть кончиком языка меж губ так, что те открылись, впуская внутрь, а сам он улыбнется в поцелуй, осторожно садясь на колени к старшему, предварительно убрав оттуда тарелку с недоеденным мороженым. а старший не понимает, как в его отсутствие тонсен узнал его слабости. когда младший наконец удобно усаживается, проходит целая вечность, и они вновь прилипают друг к другу так, словно пространства между ними никогда не существовало, а законы физики на них не действуют, разрушаемые сбитым дыханием и сжимающимися на талии руками, непонятно когда забравшимися под зеленый свитер гю. они целовались, наверно, несколько бесконечностей подряд, пока не начали засыпать друг у друга в руках. позже, когда бомгю пришлось встать, чтобы сходить в туалет, он понял, что ноги совсем не стоят, грозясь сломаться в коленных суставах в любую секунду, так что он выключает гирлянду и ложится рядом со старшим. к тому времени, когда они заснули, образовалась гора из двух человеческих тел, множества фантиков и кучи вещей бомгю, которые он вытащил из своего бездонного рюкзака, вероятно, взмахивая палочкой со словами: «капациус экстремис».