Отношения врагов

Сиён задумчиво наматывала прядь черных волос на палец. Краем уха слушая учителя, она выводила на листе тетради, спрятанной под учебной, хаотичные узоры, не обращая внимания на перешёптывания подружек. Да уж, её возвращение в университет, вдобавок к роману с Рейнольдом Эккартом – лишь несколько человек знали, что это настоящий Эккарт, а не косплеер – стало настоящей сенсацией. Многие люди всё также любили игру, и были в шоке, когда увидели, как Ча Сиён идёт под руку вместе с розоволосым парнем, который, казалось, вышел из игры в реальный мир. Никто не знает, что это правда.

***

После победы над Лейлой и возвращения домой, перед Пенелопой Сиён всплыло окно системы, поздравляющее с прохождением сложной концовки.

«Выйти из игры?»

«ДА» «НЕТ»

Девушка не знала, что ей делать. С одной стороны, здесь Рейнольд, здесь хорошо относящиеся к ней семья и люди. А с другой… В её мире ведь остался брат, Ча Сон У, с которым они были не разлей вода с самого знакомства. Душой Сиён овладела тоска. Сейчас, когда она вернулась к спокойной жизни, она не хотела верить, что все её посиделки с братом подошли к концу. Не будет больше проказ, разговоров по душам, «боёв» на приставке за право не мыть посуду, выездов в их собственный загородный домик, который был их любимым местом… Неужели этому и вправду пришёл конец? Проблема оказалась не проблемой вовсе. После того, как она высказала свои сомнения Рейнольду, он неожиданно предложил: – Давай ты отправишься в свой мир, а я с тобой. – Рей, ты уверен? – она не могла поверить своим ушам. – Если ты вдруг разочаруешься в моём мире или во мне, пути назад уже не будет. А как же отец, брат? – Отец не особо и обращает на меня внимания, особенно в положительном смысле. А с Дерреком я давно на ножах. К тому же я уже не могу тут находиться, зная, через что ты прошла по нашей вине… – последнее Эккарт произнёс шёпотом. – И нет, я не разочаруюсь в тебе или твоём мире, я смогу привыкнуть. Я люблю тебя, Ча Сиён, и последую за тобой даже на верную смерть. – Уф… – щёки девушки заалели. – Давай руку. Крепко сжав руку старшего брата, Сиён нажала «ДА», подтверждая выход из игры. Очнулась она уже в больнице, а рядом стояли Сон У и Рейнольд, так похожие друг на друга внешне. Да и характером тоже.

***

« – Ваши отношения можно описать прям как «от врагов к возлюбленным», – заметил юноша, когда сестра рассказала ему обо всём, в частности и об их отношениях с Эккартом.» «От врагов к возлюбленным»? Да. Это точно. С того момента, как Сиён начала проходить игру, Рейнольд был в списке тех, кто не пришёлся ей по душе. Безбашенные, вредные, строптивые и острые на язык парни – не её типаж. Ей больше нравились такие, как Винтер или Деррек – спокойные, рациональные, умные и хладнокровные. Но когда она попала в игру, она смогла увидеть их с другой стороны. Маркиз был чёртовым параноиком, а наследник герцога – самой настоящей сволочью. Зато его младший братец… Сначала Сиён старалась избегать его. Розоволосый задира мог начать придираться к ней в любой момент из-за любого неверно сказанного слова, и они часто ругались. Девушка не знала всего, что случалось с настоящей Пенелопой, и исправляла только те конфликты, которые были между ними в это время, но даже так их не становилось меньше. Но позже в какой-то момент она ловила себя на том, что приходит на полигон на тренировку рыцарей и ищет глазами Рейнольда. Замечает, что, когда он в очередной раз побеждает соперников, на душе становится чуть-чуть теплее. Под её дверью иногда обнаруживаются небольшие подарочки – печенье, запрятанное в мешочек, красивая безделушка или открытка. Автор не подписывал себя, но Пенелопа-Сиён прекрасно знала этот неровный почерк и стиль речи. Рейнольд и сам не понимал, что творится с ним. Он же ненавидел сводную сестру. Всегда старался побольнее задеть или сделать какую-нибудь пакость. Ему нравилось выводить её из себя, чтобы она кричала и истерила, снова нарываясь на наказание. А уж толкнуть её хотя бы раз за день уже стало извечным ритуалом. Всё изменилось в тот день, когда он зашёл к ней и обнаружил, что служанка дала герцогине пропавшую тухлую еду. Конечно, отношение к Пенелопе не поменялось ежесекундно, но этого хватило, чтобы поселить росток сомнения в его душе. И чем дольше Рейнольд наблюдал за изменившейся девушкой, тем больше этот росток грыз душу. – «Смотри», – казалось, шептал он молодому Эккарту. – «Это всё твоя вина». Позже он начал меняться. Стал более внимательно следить за состоянием Пенелопы, успевал одёргивать себя, когда чувствовал, что зашёл слишком далеко, заступался за неё перед всеми – особенно, пока её не было в поле зрения. Открыто встать на сторону «фальшивки» было неловко. Он начал замечать, что сам ждёт, когда вредная сестрёнка появится на полигоне, и когда она смотрит на него, выкладывается на все сто. Видя, что она грустит, тайком подкидывает ей под дверь сладости, открытку или какую-нибудь красивую безделушку – стараясь при этом учитывать вкусы Пенелопы – быстро стучится и удаляется за угол, откуда наблюдает за её реакцией, мысленно подмечая, что ей нравится, а что не очень. Рейнольд боится признаться даже себе, что ждёт её улыбки или взгляда. Но в конце концов, должна же когда-то закончиться их вражда, так почему не сейчас? Тогда, на чердаке, он первым протягивает ей руку с просьбой о прощении и примирении. Пенелопа сперва недоверчиво смотрит на него, но всё же протягивает ладонь с лёгкой улыбкой. Именно с этого момента всё начало идти на лад. Рейнольд и Пенелопа вели себя, как настоящие брат и сестра, в то время как слуги особняка неверующе перешёптывались. Слухи дошли и до Деррека с герцогом. Если отец просто порадовался, что младшие наконец повзрослели и помирились, то старший брат был не в восторге и часто донимал Рейнольда лекциями. Она же фальшивка, замена Ивонн, которую потом вышвырнут, она злая, невыносимая, глупая, несносная… Во время одних из таких «разговоров» братья серьёзно поругались. На вопрос Деррека, почему он теперь вечно с «сестрой», Рейнольд в пылу ярости выкрикнул: – Да потому что я люблю её! В шоке были все. Даже сам юноша, осознавший, что ляпнул. А потом задумался, серьёзно так задумался. Любит? В этом дело? Разве это не просто брато-сестринская дружба? Поразмыслив, Эккарт был вынужден признать себе, что нет. Брат не должен с такой нежностью смотреть на сестру, втайне мечтая, чтобы она обняла его, призналась в своих чувствах, прильнула своими губами к его… Нет, эта забота и желания были куда более глубокими. Иначе ему бы не срывало крышу каждый раз, когда Пенелопа была рядом с другими мужчинами. Иначе он не грезил бы о ней ночами. Иначе не представлял бы, как целует её, клянясь в любви и верности. Естественно, ссора братьев не прошла мимо ушей девушки. Узнав обо всём от Эмили, она не могла поверить. Рейнольд на самом деле любит её? Хотя она могла честно себе признаться, что эти чувства взаимны. Да, Рей вредный, наглый и высокомерный, но при этом он искренне заботился о Сиён и стал для неё таким же родным, как Сон У, только ещё ближе.

***

Ча Сиён вздрогнула, когда телефон издал тихий звук вибрации. На дисплее высветилось сообщение от Рейнольда. «Когда закончишь?» Девушка улыбнулась, включая телефон и набирая ответ. «Через 10 минут» «Я жду тебя внизу. Табуретка говорит, что новый скейт-парк открыли, пойдём сегодня? Наши скейты уже в машине» Сиён заглушила смешок. Рейнольд и Сон У, хоть и подружились, но были соперниками, и часто давали друг другу прозвища. Почему Рей называл брата своей девушки «табуреткой» – было неясно. Зато весело. «Конечно»