Мы уничтожили друг друга

Осматриваю комнату в последний раз. Кровать аккуратно застелена, на полках — корешки книг, письменный стол, и это огромное окно во всю стену, на подоконнике которого я так любила сидеть с чашкой чая. Так странно смотреть на всё это и мысленно прощаться. «На время», — шепчу я себе, но в груди предательски щемит. В очередной раз ловлю своё отражение в зеркале. И не узнаю. Уже не та беззаботная девчонка, что была раньше. Теперь я та, кого боятся. Та, кто разочаровала всех. В голове не укладывается: школа станет моей новой жизнью. Кто бы мог подумать, что я буду там в роли… ну, типа Феи? Синие кеды, чёрные джинсы, чёрная майка, а сверху небрежно завязанная рубашка. Волосы стянуты в тугой хвост, чтобы не лезли в лицо. Интересно, они правда так хотят от меня избавиться? Сначала-то всё было нормально. А потом все увидели, на что я способна... Хотя я сама до последнего считала себя обычным человеком. — Стефани! — голос мамы врезается в тишину, резкий и нетерпеливый. — Мы опаздываем! Закидываю последние мелочи в чемодан и тащу его вниз по лестнице. Колёсики грохочут по ступенькам, и этот звук почему-то злит ещё сильнее. Внизу меня уже ждут. Очередные наставления, очередные просьбы «понять и простить». Мол, почему они отправляют меня туда, да ещё и раньше срока. Я всегда думала о себе как об обычной. Любила читать, рисовать в альбоме, зависать под музыку в наушниках и ходить на тренировки по самообороне. Это было моё, личное. Моя свобода. — Стефани, ты должна нас понять, — голос матери звучит ровно, без единой эмоции. Я молчу, только сжимаю губы, до боли, чтобы не выпалить всё, что накипело. — Там не так уж плохо, поверь! — продолжает она, и в её тоне сквозит фальшь. — У тебя всё получится, ты справишься. Ты сильная. Сильная. Как же. Это просто роль для посторонних. Мать, которая заботится о проблемной дочери. Комедия. Зажмуриваюсь и сжимаю кулаки так, что ногти впиваются в ладони. Злость поднимается откуда-то изнутри, горячая и липкая. Почему я? За что? Ненавижу этот дом. Ненавижу этот город. Ненавижу их. Всю эту фальшь, в которой мы живём. Мелодия. Моя планета. Прощай. — Стефани! Не смей уходить, как немая! — голос матери становится жёстче, в нём проскальзывают металлические нотки. Она злится. Это заставляет меня замереть прямо перед дверью. — А что вы хотите услышать? — я резко оборачиваюсь. — Что вы молодцы? Что проще вышвырнуть дочь, чем разбираться? Вы всегда меня только пинали! Лишь бы не позорила вашу идеальную семью! — мой голос срывается на крик, и я вижу, как они замирают на лестнице. Мать с отцом. Две каменные статуи. — Мы знаем, что для тебя лучше! — отчеканивает мама, и в её голосе столько стали, что у меня перехватывает горло. — И ты будешь делать так, как велено! Вот она, во всей красе. Барбара Кларк. Уверенная, надменная, невыносимо правильная. Моя мама. Заместитель и главный представитель самой Королевы планеты Мелодия. Её всегда волновала только работа, статус, положение в обществе. А я… я просто пятно на безупречном костюме. Меня трясёт от бессильной ярости. До скрежета зубов. Я хватаю чемодан и делаю шаг к двери. Ещё немного, и я вырвусь отсюда. — Конечно, лучше избавиться! — цежу я сквозь зубы, снова поворачиваясь к ней. — А то порчу ваш идеальный образ! Семьи, которая так умеет прогибаться перед короной! — Стефани! — мама повышает голос, но даже в крике она остаётся величественной. — Не смей так со мной разговаривать! Ты хоть раз в жизни чего-то добилась? Хоть раз подумала о нас? Я даю тебе шанс! Стать хоть кем-то! — Хоть кем-то? — горько усмехаюсь я. — Это типа Мелиссой? Ну да, куда мне до неё. Она же у нас идеальная дочь, гордость семьи. Мама стоит на лестнице, прямая как струна. Светлые волосы идеальными волнами спадают на плечи, безупречно выглаженная белая рубашка, чёрная юбка-карандаш. Ни морщинки, ни намека на переживания. Она выглядит так, будто сошла с обложки журнала «Идеальная жизнь». И даже сейчас не показывает ни капли волнения. Только ледяное спокойствие и уверенность в своей правоте. Всё. Больше не могу. Резко разворачиваюсь, не давая ей сказать ни слова в ответ. Хватаю чемодан и толкаю дверь. Пора прощаться. Пора забыть. Пора меняться. Я не оборачиваюсь. Если обернусь — разревусь или окончательно сорвусь в истерику. А этого я им не доставлю. И тут прямо передо мной, из ниоткуда, начинает разрастаться фиолетовое сияние. Мерцающий овал, сначала размером с мяч, а потом становится выше меня. Прямо на газоне перед домом. Портал. Вот она, дорога в новую жизнь. Один шаг. Дёргаю чемодан на себя, он зацепляется колесом за камешек, и мне приходится приложить усилие. Делаю глубокий вдох, наполняя лёгкие тёплым вечерним воздухом. Внутри всё сжимается от страха и странного предвкушения. Шаг вперёд. В темноту. Сначала — вакуум. Чёрная пелена застилает глаза, и я ничего не вижу, ничего не чувствую, только отчаянно пытаюсь нащупать хоть что-то руками. Пустота. А потом, словно кто-то щёлкает выключателем, я вижу зелёный свет. И через секунду стою по колено в траве. На поляне. В лесу. Оборачиваюсь — портала нет, только густая стена деревьев. Я была здесь раньше. Но только как гостья, на экскурсию. А теперь я здесь буду жить. Учиться. Иду между стволами, чемодан прыгает по корням. Лес кажется бесконечным, но земля довольно утоптанная, так что колёсики более-менее едут. Наконец деревья расступаются, и я вижу его. Алфея. Школа, которую я ненавидела все эти годы, даже не побывав в ней. Огромный замок с башнями, шпилями и тысячами окон, в которых горит тёплый свет. Он точь-в-точь похож на королевский дворец, даже слишком. Выглядит потрясающе — величественно, элегантно и в то же время по-домашнему уютно, несмотря на свои размеры. Сколько же событий видели эти стены? Перед школой — широкая терраса, залитая светом. И… пустота. Где все? Я ожидала толп учеников, а здесь от силы пара человек. Огромные кованые ворота с гербом и буквой «А» в центре распахнуты. Слишком официально. Слишком богато. Слишком напоказ. Как и все королевства на этой планете. От этого становится тоскливо. Но почему так мало людей? Ах да. Я же раньше времени. Учёба только через неделю. Родители решили сплавить меня пораньше, чтобы… ну, чтобы не мозолила глаза. Подумаю об этом потом. Захожу за ограду и останавливаюсь у ворот. Несколько шагов, и я внутри. В месте, которого всегда боялась. Краем глаза замечаю движение слева. Там, на специальной площадке, похожей на тренировочное поле для боёв, кто-то есть. Группа специалистов тренируется. Двое парней. Один высокий блондин, жилистый, подкачанный, даже симпатичный. Второй — пониже, брюнет, с каким-то нахальным, цепким взглядом. Блондин наносит удар ногой, брюнет уворачивается, пытается ответить, но промахивается и тут же получает жёсткий апперкот в корпус. Он сгибается, теряет равновесие, и блондин легко сбивает его с ног. Что-то говорит, протягивает руку, помогая подняться. Я застыла, как вкопанная, и смотрю на них. Сама не знаю, почему не могу отвести взгляд. И тут, по закону подлости, блондин оборачивается. Прямо на меня. Наши глаза встречаются. Чёрт! Я краснею, как дура, мгновенно. Щёки вспыхивают огнём. Идиотка! Стоит, пялится, как ненормальная. Он, наверное, думает: «Что за фея-придурок тут застыла?». Секунд пять мы буравим друг друга взглядами. Потом я прихожу в себя и резко отворачиваюсь, делая вид, что очень заинтересована архитектурой ворот. Ну всё, Стефани, ты дала жару. Только проблем на свою голову не хватало. Так. Я здесь. Ученица. И что мне делать? Мне же обещали, что встретят. А где встречающие? Кто встретит? Когда встретит? Ну просто отлично. Непунктуальные люди — моя личная боль. Выбора нет. Придётся идти к ним. К парням. Позориться дальше. Тяжело вздыхаю и, волоча ненавистный чемодан, плетусь к арене. Парни о чём-то оживлённо спорят и, кажется, уже забыли о моём существовании. Жаль, что я вынуждена напомнить о себе. Брюнет что-то кричит, размахивает руками, потом поправляет форму и, кинув какую-то палку под ноги блондину, уходит вперёд, так что я вижу только его спину. Блондин провожает его взглядом. Высокий. Широкие плечи, мускулистая спина, светлые волосы, которые треплет ветер. Типичный школьный красавчик, который, скорее всего, окажется самовлюблённым подонком. — Я, наверное, помешаю вашему увлекательному моменту, — говорю я, подходя ближе. Голос звучит ровнее, чем я ожидала. — Ты не мог бы мне помочь? Он оборачивается, щурится от солнца, легко спрыгивает с ринга и подходит ко мне. — Помочь? — переспрашивает он. — Если ты первокурсница, то приехала рано. До учёбы ещё три дня. — Он окидывает меня быстрым взглядом, и уголки его губ чуть приподнимаются. Бесит, когда люди оценивают тебя по обложке. Но уже через секунду он теряет ко мне интерес, разворачивается спиной и пьёт воду из бутылки. Потный, пахнущий потом и травой, но всё равно чертовски привлекательный. Не мой тип. Слишком смазливый. — Да, я знаю, — говорю я его спине. — Мне нужна моя комната. Сказали, что встретят и помогут, но никого не было. Вот я и ищу сама. Он делает большой глоток, несколько капель сбегают по подбородку, и он небрежно вытирает их рукавом толстовки. — Ты Стефани Кларк? — он приподнимает бровь и вытирает пот со лба. Жарко сегодня. — Да… — я тоже опираюсь на край ринга и пытаюсь прочитать его лицо. — Откуда ты знаешь? — Вот чёрт, — он запускает руку в волосы, взлохмачивая их. — Прости. Это я должен был тебя встретить. Мне сказали, что ты приедешь позже. Я не знал. — Оу. — Я закусываю губу. — Ну, я и правда раньше. Видимо, не сказали. Сажусь на скамейку рядом и машинально подаю ему чёрное полотенце, валяющееся тут же. Сама не знаю, зачем. Просто жест. Он улыбается — открыто, искренне — и берёт его. Его рука накрывает мою, пальцы на секунду касаются моих, и по коже будто разряд пробегает. Странно. Я отвожу взгляд, смотрю на ринг. — Спасибо, — говорит он, вытирая шею. — Да, ты рановато. Но пойдём, покажу комнату. Я же обещал. — Он закидывает полотенце на плечо и делает шаг вперёд, но тут же оборачивается и кивает на чемодан: — Идём? Я не сразу понимаю, что он имеет в виду. А он просто берётся за ручку моего чемодана и тянет его за собой. — Эй! — я вскакиваю. — Я сама могу! — Ты идёшь или нет? — он снова улыбается, и эта улыбка такая… тёплая, что ли? Зубы белые, ровные. — Я сказала, я сама! — я подбегаю и пытаюсь перехватить ручку, натыкаясь на его руку. Ему хоть бы хны. — Это не проблема, — он мягко, но настойчиво продолжает катить чемодан. — Нет, серьёзно, отдай! — я делаю ещё одну попытку, но он просто загораживает чемодан корпусом. — Считай это жестом вежливости, — он смотрит на меня сверху вниз. — Чемодан тяжёлый, ты и так его еле тащила. И я правда виноват, что не встретил. Дай исправлю. Я только сейчас замечаю, насколько он выше. Я и сама немаленькая — метр шестьдесят восемь, многих девчонок и даже парней переросла. Но он возвышается надо мной, как скала. Сантиметров на пятнадцать, а то и двадцать выше. Огромный. — Ладно… — сдаюсь я. — Уговорил. Мы идём рядом, и тишина становится неловкой. — А тут всегда так пусто? — спрашиваю, чтобы хоть что-то сказать. — Летние каникулы, — объясняет он. — Самые длинные. Все разъехались по домам. К началу учёбы подтянутся. — А ты почему здесь? — я смотрю ему в глаза. Голубые, ясные. Слишком идеальный. Волосы, тело, лицо, глаза. Подозрительно идеальный. — Решил приехать пораньше, потренироваться, — он пожимает плечами. — Наверстать упущенное. Он открывает передо мной дверь, пропуская вперёд. Мы так быстро дошли? Я и не заметила. Внутри школы красиво, просторно, но мне не по себе. — Удивляет? — спрашивает он. — Не терпится начать учёбу? Я молчу, нервно теребя край рубашки. — Ну… — мямлю я. — Скорее пугает. Всё новое, незнакомое. Мы останавливаемся у какой-то двери. Он смотрит на меня внимательно. Даже после тренировки выглядит свежим. — Это нормально, — говорит он мягко. — Привыкнешь. Мы, кстати, не познакомились. Скай. — Он протягивает руку. Я смотрю на его ладонь, потом на него. Неловко. Но делать нечего. Пожимаю. Его рука накрывает мою целиком. Большая, сильная, тёплая. — Стефани Кларк… — бормочу я. — Но ты уже знаешь. Я первой отпускаю руку. Он не торопится. — Твоя комната, — он чуть приоткрывает дверь. — Соседки, наверное, ещё не приехали. Вряд ли кто-то решил приехать так рано. Я заглядываю внутрь. — Хм… — только и могу выдавить из себя. — Ну, осваивайся, — Скай прислоняется плечом к косяку. — Если что-то понадобится, спрашивай. Тут пока мало народу, но ты знаешь, где меня найти. — Чемодан отдашь? — спрашиваю я, пряча улыбку. — Или так и уйдёшь с ним? Он смущается. На щеках проступает лёгкий румянец. Забавно. — А? Да, конечно… — он слегка заикается и ставит чемодан рядом со мной. — До свидания, Стефани.