Место под солнцем

Так вышло, что в тот день, когда это произошло, я дежурил в ночную смену, вместо Шуры. Как я помню, я был в прачечной в тот момент, когда поступил вызов. Но само собой, получил его не я, а Юлия Михайловна. После чего был вызван я. Если честно, до сих пор не до конца понимаю, зачем она всегда брала меня с собой на вызовы, вместо Шуры. Хотя логичнее было бы брать его, ведь он куда чаще находился в гараже или в ночную смену. Я бы мог предположить, что ей не хватает собеседника, так как Юлия Михайловна, как и многие женщины после пятидесяти, отличалась своей разговорчивостью и любовью ко всяким сплетням. «-Вот трещотка, сколько можно языком чесать??» - мог возмутиться Васильич, когда в очередной раз ехал с ней на вызов. Она лишь хихикала и тыкала его в бок. Но все же не думаю, что это так. Если бы ей нужен был хороший собеседник, то это точно был бы Шура. Вот кто угодно, но эти двое бы точно свели бы с ума Василича, если бы каждый день они все ездили на вызовы. Я же для таких дел не гожусь. Но честно говоря, я считаю льстивым, что она с особым вниманием относится ко мне и даже любит показывать «мастер-классы» по, например, зашиванию ран и прочего. От чего, правда, у меня иногда появляется рвотный рефлекс. Юлия Михайловна обычно на это громко хохочет и говорит, что раз я мужчина, то должен быть более смелым. М-да... Юлия Михайловна - это что-то. В конце концов, опыт, не «проболтаешь». Быстро заведя машину, мы уселись и поехали в указанное место. -Представьте, совсем малютка позвонил. Еле как адрес свой выговорил! -начала Юлия Михайловна. -А что за вызов-то? - нахмурился Василич. Юлия Михайловна была гораздо серьёзнее, чем обычно, что было на неё не похоже. -Сказал, что сестра его вся в крови лежит... Я спрашиваю: «-А родители, родители-то где??», а он молчит. Кое-как успокоила, чтобы смог хотя бы адрес сказать. Лет десять ему, не больше. Я невольно представил всю эту ужасающую картину у себя в голове, и мне тут же стало плохо. Я постарался отвлечь себя, но мысль о том, что маленький мальчик видел возможную смерть своей сестры, не давала мне покоя. Я погрузился в свои мысли настолько сильно, что не заметил, как быстро мы приехали. Район был неблагополучным, это было понятно сразу. Чтобы добраться до их дома, нам нужно было идти через старые гаражи и развалины вместе с Юлией Михайловной одним, так как дальше машина бы не проехала. Я нёс носилку, стараясь ни за что не зацепиться и не упасть на какой-нибудь штык. Вокруг лаяли собаки, от чего было не по себе. Но страшнее была лишь мысль о том, что мы уже не успели. Мы дошли до указанного дома, показанного мальчиком. Дом был слегка кривой и явно старым. А местами бревна были обгоревшие, но их так и не заменили. Дверь была открыта, и мы быстро зашли внутрь. Во дворе никого не оказалось, поэтому мы поспешили зайти. Открыв дверь, мы увидели отвратительную сцену: тот самый мальчик, который нам звонил, весь в слезах и крови, держал свои маленькие ладошки на животе девушки. Она была без сознания, лишь пальцы рук судорожно подрагивали. -ОНА ЖИВА! - закричал мальчик, как только увидел нас. Юлия Михайловна тут же бросилась к нему. Приложив пальцы к пульсу, она затаила дыхание. В тот момент моё сердце ушло в пятки. Я никогда не забуду это чувство. -Молодец, как держишь, так и держи, - она быстро открыла свою аптечку, достала давящею повязку и затянула её девушке живот. -Отпускай. Мальчик несколько секунд смотрел на свои руки, держащие рану, как будто не до конца веря словам медсестры. Но зажмурив глаза, он поднял свои дрожащие ручки и зарыдал во весь голос, в котором отображался весь страх и ужас пережитого. Я бросился к ним и начал перекладывать девушку на носилку. В этот момент подошел Василич. -Ох, боже мой... Он помог мне поднять и уложить девушку. Юлия Михайловна подхватила мальчика на руки и понесла его до скорой. Это был ад. Ужасный холод, режущий горло изнутри, огромные камни и мусор, о которые мы спотыкались, вой собак и страх не успеть. Дойдя до машины, мы аккуратно уложили её. Мальчика посадили рядом. Юлия Михайловна достала компресс и положила его в область ранения. После чего ввела внутривенно препарат свёртывания крови. Она смотрела на девушку ужасно поникшим взглядом. Я уверен, что почти читал её мысли, но не смел сказать ни слова. Василич тоже молчал. Он ехал так быстро, как только мог. Мальчик весь дрожал. Заметив это, Юлия Михайловна сказала мне держать компресс, а сама посадила его к себе на колени. -Ты умничка. Ты всё сделал правильно. Ты большой молодец. Все будет хорошо, сестрёнка поправится. Она говорила таким успокаивающим голосом, что на мгновение даже мне стало легче. Мальчик уткнулся лицом ей в грудь и тихо всхлипывал: -Уууу...ууу... Юлия Михайловна накрыла его своей курткой, ведь он был лишь в майке и шортах. И успокаивающе гладила по голове. Мы доехали до неотложки, и девушку увезли в операционную