Мамочка?

Лиса сделала предложение Ким на фоне знаменитой Эйфелевой башни, представ перед любимой с огромным букетом обожаемых ею красных роз и маленькой коробочкой, содержащей внутри себя тоненькое колечко из золота высшей пробы с аккуратным камушком дорогостоящего бриллианта. Дженни сделала Манобан самой счастливой девушкой на свете, когда прошептала радостное "Да!" и надела ювелирное изделие на изящный безымянный пальчик, одарив свою невесту сладостным поцелуем, наполненным солью безумного счастья и самых тёплых любовных чувств. Они сделали друг друга самыми важными людьми в своей жизни, навсегда связав свои судьбы узами брака. Ещё счастливее девушки стали, когда узнали о положительном тесте на беременность у Дженни спустя десятки неудачных попыток завести малыша. Через восемь месяцев на свет появилась прелестная малышка, которую назвали Минджи. Девочка привнесла в обыденную семейную жизнь много нового, открыла двух любящих друг друга девушек с новой стороны – в роли матерей. Все знакомые пары в один голос твердили, что дочь унаследовала все наилучшие черты от своих родительниц. Так было на самом деле: будучи младенцем, крошка уже обладала пышными чёрными ресницами, пухлыми щёчками, милым аккуратным носиком и бездонными глазами угольного цвета. Шли дни, недели, месяца, а девочка становилась краше и краше, словно расцветала, как самый необыкновенный цветок. Но с тем возрастала и сложность воспитания ребёнка: ежедневная рутина включала в себя постоянное присутствие рядом с малышкой и отбирала свободное время друг на друга у влюблённых. Дженни, как примерная мамочка, сидела дома с дочерью, пока Лиса работала за двоих, чтобы её девочки не нуждались ни в чем. Но, безусловно, любили они одинако как малышку, так и друг друга. * * * В один пятничный вечер Манобан спешит домой, уставшая и обессиленная. Она знает наверняка, что дома уже накрывает на стол её любимая жена, параллельно с этим улыбаясь их маленькому чуду. Девочка уже вовсю ползает у ног темноволосой мамы, изредка карабкаясь по гладкой коже ввысь. Старшая девушка с нежностью посматривает на стремительно растущую малютку. Через десять минут блондинка оказывается на пороге дома, встречаемая радостными вскриками дочери. – Джи, привет, малютка! Соскучилась по маме? – девушка подхватывает на руки ребёнка, прижимая к груди и оставляя трепетный поцелуй на каштановой макушке. – Сейчас я разденусь, и мы пойдём к нашей мамочке, хорошо? Ответом для Лисы служит тихий счастливый писк, что так часто слышат девушки от своей дочки. Повесив пальто в шкаф, Манобан с ребёнком на руках следует на кухню, где видит встревоженную Ким. Та растеряно смотрит на жену, едва сдерживая подступающие слёзы. – Я передержала курочку, Лили.. – Светловолосая спешит к любимой с понимающей улыбкой, сгребая в объятия и не забывая о малютке, что оказалась зажатой между родительницами. – Мы закажем новую, Нини. Только не плачь. – Ким отстраняется от тела супруги только для того, чтобы прижаться к родным губам, выражая всю благодарность, которую она испытывает к снисходительной девушке. Через час приезжает заказанная еда, и девушки вместе ужинают, продолжая развлекать свою девочку. Вскоре наступает время подготовки ко сну, и мамам необходимо уложить Минджи. Это всегда даётся нелегко, ведь младшенькая не любит ложиться спать. – Лиса, неси смесь. Я уже не могу её качать, руки отваливаются. – Еле слышно хнычет шатенка, обращаясь к жене. – Уже несу! – Негромко отзывается блондинка и заходит в комнату с бутылочкой молока. – Давай я, иди ложись спать, милая. Дженни лишь устало кивает, передавая маленькое тельце в руки любимой, и покидает комнату. Манобан потребовались пару минут для того, чтобы отправить малышку в царство Морфея. Когда Лиса входит в двери спальни, видит перед собой необыкновенной красоты вид: обнажившая свои женственные очертания Ким восседает на постели спиной к супруге в одном лишь шёлковом халатике, едва накинутом на хрупкие плечи. Блондинка тяжело сглатывает, чувствуя лёгкую трясучку в руках из-за необходимости в прикосновении. Она медленным, плавным шагом подступает к Дженни и останавливается подле неё. Старшая девушка завораживающе поднимается и закусывает губу, искрящимися глазами смотря на возлюбленную. – Я подумала, что следует отблагодарить тебя за сегодняшний вечер. – В глазах Лисы появляется опасный огонёк, вспыхнувший за секунду и разгоревшийся до немыслимых масштабов. Младшая руки на талии шатенки умещает и притягивает к себе ближе, словно Ким - её кислород; то, без чего невозможно существование всего живого на земле. Их глаза общаются беззвучно, посылая сигналы о беспрекословном доверии и любви. Дженни, не сдержавшись, разрывает зрительный контакт и примыкает к чужим губам. Они целуются медленно, нерасторопно, заполняя каждую клеточку тела друг другом. Руки Манобан скользят по спине, плечам, после – по шее, находя своё место на мягких щеках старшей. Лиса прикусывает нижнюю губу девушки, проскальзывая языком вовнутрь и встречаясь с чужим. Постепенно нарастающая напористость становится невыносимой, и блондинка аккуратно толкает Ким на мягкую постель, нависая над телом. Взгляд Манобан пробегается по всему нагому телу возлюбленной, останавливаясь на высоко вздымающейся груди. Лиса оставляет нежные поцелуи на жилистой шее, изредка прикусывая кожу, на что Дженни отзывается ёрзаньем и тихими стонами. – Мы ведь не потревожим нашу дочь, Лили? – Задыхаясь, шепчет покусанными губами шатенка. – Она давно спит самым крепким сном, Нини. – Прикусывает мочку уха младшая, вырывая из груди Ким судорожный вздох. Руки оказываются на груди Дженни, сжимая легонько, ведь Лиса знает о чрезмерной чувствительности любимой. Она влажной дорожкой поцелуев спускается ниже, накрывая набухший сосок губами, играет, то покусывая, то посасывая, переходит на другой, не оставляя без внимания. Ким зарывается рукой в локоны блондинки, оттягивая корни, и слышит тихое рычание от супруги. А Манобан лишь сильнее заводится от такой податливой Дженни, хочет дарить той незабываемые ощущения вновь и вновь, срывая на громкие стоны и крики. Лиса отстраняется от груди, в последний раз опаляя её дыханием, тем самым вызывая табун мурашек, и скользит ладонью по слегка выпирающему после родов животу. Прижимается губами к бархатистой коже, безмолвно, действиями, своей нежностью проявляя всю благодарность, что испытывает к жгучей шатенке. Блондинка снова возвращается к губам супруги, не смея оставлять те в покое. Когда Манобан отстраняется, Ким проводит рукой по лицу девушки, приглаживает выпавшие прядки, обводит мягкие округлые черты, в конце концов прижимается в лёгком поцелуе, желая запечатлить этот момент в их памяти навсегда. Дженни сжимает запястье девушки, ведя чужую руку к нуждающемуся месту. Нежные любящие пальцы проводят по гладкому лобку вниз, достигая клитора. Старшая в восторге распахивает глаза и рот в немом стоне, как только Лиса начинает уверенными движениями стимулировать комочек нервов. Младшая прижимается к губам любимой и сразу входит двумя пальцами. Ногти Ким впиваются в спину Манобан, цепляясь из последних сил. Таз Дженни приподнимается и движется в один такт с глубокими размеренными толчками. Девушке не требуется много времени, чтобы довести шатенку до сбивающего с ног оргазма. Стенки сжимаются вокруг пальцев, а изо рта старшей рвутся хриплые стоны. Но Лиса не планирует останавливаться. Она смещается на кровати ниже, устраиваясь возле бёдер жены. Затуманенные глаза старшей следят из-под опущенных ресниц. Блондинка шире раздвигает стройные ноги, придвигаясь ближе. Манобан примыкает к клитору губами, лаская. Дженни выгибается в спине, откидывая голову, и гортанно рычит. Лиса языком проводит по половым губам, собирая смазку, толкается во влагалище. Руки притягивают за бёдра максимально близко, и Ким горит от получаемых разрядов. Температура переваливает за позволительные величины, сжигая двух девушек как снаружи, так и внутри. Пара толчков, и шатенка будто падает в бездну, перед глазами всё плывёт, в ушах шумит, но даже среди этого хаоса она слышит голос той, что подарила ей небеса. – Малыш, всё в порядке? – Манобан ложится рядом, приобнимая супругу за талию. – Всё потрясающе, Лиса. – Дженни поворачивается лицом к девушке, рассматривая её. Через пару минут, отдышавшись, Ким приподнимается над блондинкой, одной рукой расправляясь с пуговицами на белой официальной рубашке. Лиса тонет в глазах девушки, что за пару минут превратилась из утомлённой матери в страстную любовницу. Ненужная вещь бережно откладывается на другую сторону постели, вслед за ней шатенка расправляется и с чёрными широкими брюками, оставляя Манобан в одном лишь чёрном кружевном белье. Старшая нещадно сжимает грудь Лисы через чашечку бюстгальтера, заставляя ту закатить глаза и закусить губу. Дженни метает молнии взглядом, осматривая тело любимой. Её внимание привлекает впалый живот, так привлекающе подрагивающий. – С ума сходишь по мне? – Хитрые кошачьи глаза и фирменная ухмылочка заставляют Манобан прохрипеть неразборчиво в знак согласия. – Чёрт, так хочется прикоснуться к тебе, любимая. Не заставляя себя ждать, Ким укладывает руку на дернувшийся живот и пальцы заводит за резинку белья. Лиса тихо стонет, и это вынуждает шатенку запустить руку в бельё полностью. Она играет с клитором так же, как делала это Лиса, но с большим нажимом. Дженни чувствует, сколько влаги накопилось на несчастной ткани, и стягивает элемент одежды с худых ног. Блондинка, приподнявшись, снимает и откидывает в сторону стесняющий действия бюстгальтер. Они вновь целуются, упиваясь близостью друг друга. Хмыкнув, Ким перекидывает ногу через тело младшей и усаживается прямиком на пах той. Откинув голову назад, шатенка делает первое движение, скользя промежностью по лобку жены. Девушки в унисон стонут и содрогаются. – Джен... – Беспомощный стон Лисы смягчает волю старшей. Дженни приподнимает одно бедро Манобан и прижимается вновь. Они начинают движение одновременно, ловя максимальный контакт, заставляя клиторы приятно тереться друг об друга, на что обе несдержанно стонут. Ким царапает ногтями живот младшей, оставляя тонкие красные полосы, пока Лиса с восхищением смотрит на разностороннюю девушку. Стоит шатенке сжать между пальцев розовый сосок возлюбленной, как та с хриплым стоном кончает. Дженни чувствует смазку Манобан на своём клиторе и задыхается от переполняющих чувств. Ким валится сверху Лисы, ощущая тёплые руки, прижимающие к груди. Они укутываются в тёплое одеяло, переплетаясь конечностями и зная, что таких ночей в их жизни будет неисчисляемое множество. Девушки почти проваливаются в сон, когда слышат плач дочери. Их взгляды пересекаются, и они тихо смеются. В итоге обе поднимаются, накидывая халаты, и идут к чаду. – А говорила, что она спит крепчайшим сном.– Ворчит Дженни, локтем толкая Лису. – Она бы спала, будь кое-кто потише..