覆水难收 |Верни меня домой

Пятничным утром мужчина проснулся раньше будильника, заряженный энергией, наверное, так на него влияли приближающиеся выходные. Он ещё не думал, о том, чем именно займётся, но как минимум желал нормально выспаться, что с каждым днём удавалось всё труднее. С новым темпом жизни, изнурённый будничной рутиной, он больше всех радовался концу рабочей недели, которая выдалась безумной. В преддверии проверки все словно с ума посходили, и хоть самого мужчину это мало задевало, состояние нервозности распространялось от одного к другому, заражая, словно вредным вирусом. Голова гудела от вечно поступающей информации, а ноги к концу дня становились ватными. Если удастся спокойно посидеть хоть пять минут, считай большой удачей. Помимо всего, Сяо Чжань по своей инициативе, оставался после работы, помочь подготовиться, чтобы царивший хаос как можно скорее закончился и вновь наступили монотонные дни. «Как же не хочется никуда идти», ― несмотря на откуда-то взявшуюся энергию, мужчина чувствовал себя обессиленным, и только мысль о том, что это последний рывок, грела его душу, ― «завтра смогу выспаться», ― растянулся он в постели, крепко прижимая к себе подушку, утыкаясь в неё лицом. Стоило ему открыть глаза, и увидеть надвигающиеся тучи, которые постепенно перекрывали всё небо, как ещё больше захотелось остаться в тёплой постели. Но будильник скоро должен был раздаться трелью, и досыпать смысла не было. Сяо Чжань приподнялся, облокачиваясь на спинку кровати, натянув одеяло по грудь и потянулся за «двойным счастьем», с которого и началось его утро. К моменту, когда пришлось покинуть манящую тёплую постель, за окном разразился гром, а следом стеной полил дождь. «Ну вот снова», ― удивился мужчина, ― «это лето выдалось действительно дождливым», ― а следующий за июлем август, должен принести ещё большее количество осадков. И если с постоянными дождями можно примериться, то с высоким уровнем влажности и липнущей к телу одежде — нет. Неважно что будет надето, спустя полчаса пребывания на улице всё прилипнет к телу, становясь второй кожей. Сяо Чжань понуро сполз с кровати, оставив её незаправленной. При нехватке времени завтрак, такие мелочи его не заботили. «Всё равно вернусь поздно и тут же лягу спать. Какая разница», ― именно так оправдывал он свою лень, которая по возвращению с работы в душащие стены никуда не девалась. Мужчина по полной выкладывался в больнице, стараясь оставить после себя хорошее впечатление: ответственного, порядочного молодого человека, а позднее и грамотного специалиста. Но по возвращению в квартиру, Сяо Чжань едва переступая порог, сбрасывал с себя дежурную улыбку снова становясь собой. Словно это были два разных человека. Поначалу было крайне сложно играть свою роль, но с каждым прожитым днём под маской Сяо Чжань, сам не осознал в какой момент, смог настолько естественно вжиться в роль, что та больше не вызывала трудностей. Будто так и надо. Несмотря на то, что выдохнуть и снова стать собой мужчина мог только в давящих четырёх стенах, он не смел жаловаться даже самому себе, ведь довольствовался тем, что у него попросту нет времени раскисать. И вот в очередной раз Сяо Чжань поправляет ремень на брюках, щелкает замком, делает вдох натягивая дежурную улыбку и покидает квартиру. До больницы добирается неизменным способом — метро. Вечно забитое с ворчливыми людьми, но по истечению времени Сяо Чжань даже на них перестаёт обращать внимание. Все его мысли поглощены работой. Сегодня тот день, когда наконец-то придут результаты анализов Боа Ли и со следующей недели они смогут приступить к комплексному лечению, конечно, если Лю Ханг всё одобрит. Сяо Чжань старался больше не беспокоить его по мелочам, но, когда нужно согласовать план лечения он не может своевольничать, не в таком положении. Металлические двери с громким треском раскрываются, и мужчина сходит с вагона метро на своей станции. Дождь неизменно льёт. Вызывая усталость, невзирая на то, что день едва успел начаться. Первая половина дня проходит неизменно: куча бумаг и только после обеда в руки мужчины попадают результаты анализов. Сяо Чжань тщательно всё проверяет, сравнивает и планирует дальнейшие действия. С Бао Ли они видятся три раза в неделю: понедельник, среда и пятница, которая сегодня стала исключением. Девушке нездоровится, подцепила простуду, и чтобы обезопасить Сяо Чжаня приём решили отменить. Мужчина всматривается в каждую строчку, попутно делая заметки, а затем набрасывает план, с которым к концу дня отправляется к Лю Хангу. Сегодня пятница — день, когда перед тем, как разойтись по домам на счастливые и не очень выходные, Лю Ханг и Сяо Чжань собирались у первого в кабинете обсуждая проделанную работу. ― Проходи, ― отзывается профессор, завидев в дверном проёме Сяо Чжаня, ― я как раз ждал тебя, ― словно это было чем-то необыденным. ― Немного задержался, составлял план лечения для Бао Ли, ― объясняться мужчина, ― хотел, чтобы вы сегодня проверили его. ― Оставь на столе, позже пришлю тебе по почте утверждённый план. ― Я думал, мы сможем обсудить его сейчас, ― слегка неуверенно произносит Сяо Чжань. Ему важно получить обратную связь, чтобы указали на ошибки и недочёты, чтобы в дальнейшем он мог не допускать их повторно. ― Мне нужно поговорить с тобой о кое-чём другом. ― О чём? ― Я не имею права обсуждать с кем-либо своих пациентов, ― начал Лю Ханг, ― с одной стороны ты будущий врач, и нет ничего незаконного если мне нужен совет, но с другой, этот человек тебе знаком. Как я должен поступить? ― Так как считаете нужным, ― машинально ответил Сяо Чжань. Естественно, ему хотелось узнать хоть что-то, но и настаивать не мог. ― Впервые просматривая медицинскую карту этого юноши, я был уверен, что никаких трудностей не возникнет, ― профессор опрокинулся на спинку стула, ― их бы и не было, но он напрочь отказывается принимать помощь. ― Он всегда таким был, слишком упёртый, ― зачем-то произнёс мужчина, сразу понимая о ком идёт речь. Дежурная улыбка тут же спала с его лица, и как бы он не старался ей было не суждено снова отобразиться. ― У него есть родственники? ― На сколько мне известно, только мать в Лояне, с которой он не контактировал, ― копаться в воспоминаниях связанных с Ибо всё ещё было мучительно, ― я был… ― чуть было не разболтал мужчина, но вовремя остановился. ― Ты был, что? ― но было поздно, Лю Ханг из тех людей, которые уцепятся за любую ниточку. ― Самым близким человеком для него, ― еле выдавил мужчина, чувствуя, как ком подкатывает к горлу. ― Ты не родственник, ― тут же отчеканил Лю Ханг, ― нужен кто-то кто мог бы присмотреть за ним. Как минимум оплатить необходимые затраты, государство не может покрыть всех расходов. ― Я могу, ― в очередной раз после сказанного мужчина мысленно влепил себе пощёчину, ― взять расходы за его лечение, ― добавил он, ведь отступать было некуда. ― Даже не знаю, ты что благодетель, ― он устало потёр переносицу, ― у него действительно никого нет? ― спросил Лю Ханг ещё раз, чтобы убедиться. ― Мы не общались два года, но на момент нашего общения, ― Сяо Чжань колебался стоит ли ему идти до конца в своих словах, ― мы занимались оформлением опекунства, ― почему-то перед Лю Хангом он ощущал себя абсолютно голым, готовым выдать любую информацию, ― не могу утверждать, но полагаю, раз он здесь, то о нём некому позаботиться. ― А ты интересный парень, ― едва заметно улыбнулся профессор, ― так ты его опекун? Просто это нигде не указано. ― Нет. Мы не успели, ― коротко ответил мужчина. Были темы, которые ему всё же не хотелось обсуждать. Опекунство, как раз было одной из них. Сбор всего необходимого и подготовку документов они начали, как раз после того случая, о котором Сяо Чжань ещё не знал. На тот момент мужчина уже закончил дипломную работу и у него наконец-то появилось время для других важных вещей, которые приходилось откладывать в долгий ящик. Они почти достигли финишной линии, оставалось подать заявление на рассмотрение, которое заняло бы не больше месяца, но, увы, не всему суждено сбыться. А папка с документами по-прежнему пылилась у Сяо Чжаня в квартире, в той самой коробке под названием «мусор». Мужчина никогда не притрагивался к той папке и почти забыл про её существование, но теперь отголоски прошлого вновь, подобно демонам, рвались наружу, скребя острыми когтями, и без того истерзанную душу. ― Но всё равно хочешь заботиться о нём. ― Что плохого в желании помочь старому другу, ― Сяо Чжань понимал к чему клонит сидящий напротив мужчина, но быть настолько откровенным не собирался. ― Допустим, ты покроешь расходы, однако ты не сможешь позаботиться о нём. — Это не имеет значения, ― устало бросил мужчина, ― сейчас главное его здоровье. Сколько бы лет не прошло, одно в Сяо Чжане было неизменным — доброта. Как бы сильно не потрепала жизнь, заставляя глотать слёзы и боль, он по-прежнему оставался человеком, который протянет руку помощи даже тому, кто превратил его жизнь в пекло. Ему ничего не нужно было от Ван Ибо. Лучше всего если он и вовсе об этом не узнает. Мужчина не хотел, чтобы его действия трактовали как-то неверно, а зная характер юноши, был уверен, что тот явно всё не так поймёт и разразиться ещё один скандал. Но попросить не разглашать, так и не смог. Что-то внутри подсказывало, что так будет лучше. «Даже, если он триста раз меня прогонит и проклянёт ― неважно», ― думал мужчина, ― «главное, чтобы он поправился. Никто не заслуживает такой жизни», ― именно этим был мотивирован Сяо Чжань. ― Хорошо, Сяо Чжань, ― улыбнулся Лю Ханг, ― с этим разобрались. ― Есть что-то ещё? ― Медсестра, которую ты подменял, заболела и сейчас лежит в больнице, нужно решить кто возьмёт её смены на себя или как-то распределить их. Наши девочки и так зашиваются как проклятые с этой проверкой, ― и только когда дело доходило до молоденьких девушек профессор резко менялся в лице излучая доброту. ― Я могу подменить её, ― теперь, когда лечение Ван Ибо зависело и от него тоже, Сяо Чжаню в любом случае пришлось бы искать подработку. Мизерной зарплаты, на которую он волочил жалкое существование, хватало лишь на метро, сигареты с кофе, и на самое необходимое. ― И здесь ты можешь? ― удивился старик. ― Всё равно нужна подработка, так чем плох вариант дополнительных смен в больнице, ― мужчина пожал плечами, понимая, что больше нормального сна ему не видать. «Его и так не было», ― мгновенно утешил он себя. ― Нужно обсудить с начальством, но думаю Ян Тай против не будет. В конце концов, ты и сам можешь это уладить, ― произнёс Лю Ханг с явным намёком на то, как Сяо Чжаню вообще досталась эта работа. Сяо Чжань и раньше стал замечать перепады в настроении собеседника, но сегодня Лю Ханг был раздражительнее обычного, ― что же, получается, важные моменты обсудили, давай посмотрим на твой план, ― он потянулся за папкой, в который были все необходимые документы. В общей сложности Лю Хангу хватило нескольких минут чтобы взглянуть на результаты анализов, проведённых ранее тестов и внести свои коррективы в план Сяо Чжаня, который со слов профессор был близок к «нужному». После этого, пытка обществом господина Лю, в которой он чуть не наломал дров, для Сяо Чжаня была окончена. В квартиру мужчина возвращался неохотно, а ведь так ждал момента, когда сможет просто лечь в постель и не вылезать из неё. Сейчас это желание казалось весьма абсурдным. Как он сможет уснуть, если все его мысли вновь заполнил один человек. Сяо Чжань сошёл с метро на станцию раньше. Ливень прекратился, и лишь небольшие капельки всё ещё моросили, оставляя рябь на лужах, что не успели сойти. Из-за пасмурной погоды, время, казалось, потеряло счёт. Серые тяжёлые тучи, низко парившие над городом, создавали ощущение позднего вечера. В воздухе неизменно пахло дождём вперемешку с выхлопными газами, от неизмеримого количества транспорта на дорогах. День близился к завершению, температура спала, дул лёгкий свежий ветерок. Никакой липкой духоты. Не успел мужчина пройти и пару кварталов как стали загораться фонари, рябью отражаясь в оставленных дождём лужах. В маленьких кварталах, в один из таких как раз и забрёл мужчина, атмосфера серого уюта, ощущалась лучше всего: узкий проход и совсем немного света, который едва освещал хоть что-то. Но было в этом что-то особенное. Да и людей, спешащих домой почти не видно. Остановившись, Сяо Чжань поднял голову к небу, маленькие капельки дождя тут же коснулись его лица. Какое-то время он всматривался в это бездонное серое небо, а после и вовсе закрыл глаза, наслаждаясь лёгкой моросью, не думая ни о чём. Мужчина был готов простоять так вечность, но время никогда не ждёт. Стерев с лица капельки дождя сырым рукавом рубашки, Сяо Чжань прошёл ещё несколько зданий и наконец-то достиг конечной цели. Прямо над входом, располагалась невзрачная вывеска «Мясная лавка». Не то чтобы мужчине не мог купить курицу в другом месте, просто ему не хотелось возвращаться в квартиру, а здесь мясо всегда было отличного качества. Поэтому, тем временем пока все сокращают путь с работы, он решил его удлинить. До квартиры оставалось недалеко. Пешая прогулка не только оттягивала момент возвращения, но и выжимала из мужчины остатки энергии. Несмотря на то, что дождь почти закончился, Сяо Чжань успел промокнуть пока добирался, поэтому первым делом, оставив купленные продукты на кухне, отправился в душ, чтобы согреться и ненароком не заболеть. «Будет странно, если в этот раз простужусь», ― думал мужчина, надевая чистое бельё. После душа он сразу переместился на кухню, найдя в себе, долго таившееся желание готовить. Хоть время и близилось к десяти вечера, но сегодня мужчину ничего не остановит от долгожданной курочки Гунбао, которую он не помнил, когда в последний раз готовил. «Первым делом необходимо нарезать куриное филе кубиком», ― мысленно повторял рецепт Сяо Чжань, ― «затем добавить соевый соус, рисовое вино и немного крахмала. Мариновать полчаса», ― последнее явно его не радовало, но отступать было поздно. Отставив нарезанную курицу, мужчина взялся за подготовление масла для жарки: «Нагреть, добавить сычуаньский перец и сушёный чили», ― порой Сяо Чжань забывал о том, как сильно любил готовить, но в такие моменты, которые случались крайне редко, он действительно чувства себя в своей тарелке, ― «обжарить до приятного аромата и процедить масло через сито». Пройдя множество этапов подготовки и обжарки, спустя час курочка была готова, правда в такое время есть уже вовсе не хотелось, да и усталость брала своё. Кинув пару кусочков филе в рот, для оценки, Сяо Чжань довольно покивал головой — вкусно. «Оставлю на завтрак», ― отставил он блюдо, беря кружку с кофе в одну руку, а другой доставая сигарету из красной пачки, с неизменным двойным иероглифом «счастье». Попытка нормального ужина вновь провалилась, закончившись кофе и сигаретой. И кто его знает виновата усталость или то, что есть в одиночестве — отстой. Напоследок прибрав на кухне, Сяо Чжань наконец-то смог исполнить хоть одну мечту, которой горел последние дни. Устало рухнув на кровать, мужчина как убитый, тут же провалился в сон.