***
Утром, придя на работу, и не обнаружив Лю Ханга, мужчина немного напрягся, ведь теперь, наверняка, придётся полдня провести в догадках. А ведь Сяо Чжань так торопился, что забыл погладить рубашку, и теперь внешний вид оставлял желать лучшего. Благо это недоразумение можно было скрыть под всегда безупречно выглаженным, белым медицинским халатом. План работы оставался неизменным, и треть рабочего времени, мужчина по-прежнему занимался документами, которые знатно успели поднадоесть, но назначат ли ему нового пациента, Сяо Чжань так и не осмеливался спросить, неуверенный в том справится ли. Лучше было предоставить подобное решение Лю Хангу, нежели самому напрашиваться на ненужные неприятности. Да, Сяо Чжань любил своё дело. Он взрослел с мыслью о том, что хочет помогать другим, стать для них своеобразной опорой в несправедливом мире. Но тогда он был всего лишь ребёнком, слегка романтизируя выбранную сферу деятельности. А после и вовсе сменил направление. Юношеский максимализм поутих, после поступления в университет, но даже тогда мужчина горел желанием помочь. После окончания учёбы, не было времени рационально взглянуть на некоторые аспекты, ведь убитый горем он сразу сбежал в родной Чунцин. А сейчас… Сейчас, глядя на стопку папок, которые ждут своего времени, мужчина не испытывал никаких эмоций. Возможно, это именно то, что необходимо ему. Работать с Бао Ли было интересно. Он твёрдо ощущал свою необходимость, но в месте и с тем ответственность, которую с годами становилось сложнее принимать. Наверное, единственная ответственность, которою не до конца осознанно, он готов на себя взять — ответственность за Ван Ибо. Поэтому и не спешил затевать разговор с Лю Хангом о новых пациентах. Если раньше Сяо Чжань горел желанием быть незаменимым, то сейчас его вполне могло устроить среднее положение, ведь без горы ответственности, он по-прежнему мог приносить пользу. Когда стрелка часов почти достигла двенадцати, а добрая половина папок переместилась с правой стороны стола на левую, мужчина отложил ручку в сторону. Немного размяв затёкшую шею, он поднялся со своего места разминая ноги, а после сняв халат, отправился на обед, где и планировал пересечься с Лю Хангом. На удивление, собственные мысли не съели. Он был весьма спокоен, покидая стены больницы, направляясь в кафе напротив. Дождавшись заказа, Сяо Чжань окинул взглядом небольшое помещение и увидев профессора, направился к нему. — Как ваш день? — поинтересовался мужчина, подсаживаясь к Лю Хангу. — Жду не дождусь выхода на пенсию, — буркнул тот, явно не в лучшем расположении духа. — Рано вам говорить об этом, — дежурно улыбнулся мужчина, делая глоток горячего кофе. — Ты прав. Скорее работа сведёт в могилу, чем увижу первую пенсию. — Я почти закончил с теми документами, что вы оставили, — произнёс Сяо Чжань не зная, что сказать. — Да оставь ты эти документы, никуда не денутся. Лучше скажи, нашёл автомобиль или всё-таки возьмёшь мой? — Одолжил у Лин Мин. А вы уже говорили с ним? — Нет смысла обсуждать одно и тоже. Поломался и согласился, — ответил профессор. — Вам не кажется, что мы оказываем на него давление? — Сяо Чжань, поверь мне на слово, как человеку, который знает, что у него в голове, мы не оказываем давление. Не стоит беспокоиться на этот счёт, — попытался успокоить его Лю Ханг, — в конце концов, не в моих интересах причинять вред пациенту. Может, я и не самый лучший врач и человек, но точно не подлец. — Я вовсе не это имел ввиду, — поспешил оправдаться мужчина. — Судя по тому насколько далеко Лоян от Пекина, дорога займёт не мало времени, так что завтра и послезавтра у тебя условный выходной. Попробую поговорить с Ян Таем, чтобы списал на маленькую командировку. — Во сколько нам выезжать? — Утром, часов в девять. Как доберётесь позвони или хотя бы напиши, для отчётности. — Да, конечно, — Сяо Чжань сделал последний глоток почти остывшего кофе, — мне зайти к вам после работы? — Не нужно, — отмахнулся Лю Ханг, — иди трудись, обед почти закончился.***
Лю Ханг вновь настоял на том, чтобы Сяо Чжань ушёл с работы пораньше, не оставаясь на ночное дежурство. С его слов мужчине стоит как следует подготовиться к завтрашнему дню. И больше морально, нежели физически. Предвкушая поездку, Сяо Чжань безусловно волновался, ведь предстоит провести в дороге, наедине с юношей, как минимум восемь с половиной часов, если не будет пробок, что просто невозможно. Возможно, стоило сказать профессору, что самый быстрый способ добраться до Лояна — лететь на самолёте, но мужчина прекрасно помнил, что юноша боится летать. В прошлый раз, словно в прошлой жизни, когда они летели в Чунцин, Ибо совладал со своими эмоциями, весь перелёт крепко сжимая руку Сяо Чжаня. Но в этот раз, мужчина, уверен, тот даже не посмотрит на него, не то чтобы прикоснётся. А дорога на поезде, занимала не на много меньше времени, чем на автомобиле, при этом доставляя куда больше неудобств. Да и ко всему, Сяо Чжаню необходимо присматривать за юношей, ведь прежде всего он пациент больницы, в которой он работает. Конечно, Сяо Чжань знал много объездных путей, которые въелись в его память, ещё с тех пор, когда, будучи в отношениях с Ибо, планировал поездку в его родной город. Но всё это будет завтра, а сейчас его ждало не менее важно дело — осмотр квартиры, которую он присмотрел для юноши, запланированный на шесть вечера. Изначально Сяо Чжань планировал отпроситься с работы на несколько часов, но всё сложилось немного иначе и весь вечер мужчина был свободен. Вернувшись в свою квартиру, он первым делом сменил одежду на более удобную и загрузив стирку взялся за приготовление раннего ужина, состоящего из миски рисовой каши и лёгкого салата. За рутиной и приготовлением, пусть и простого ужина, время пролетело незаметно. Едва мужчина успел доесть ещё горячий рис, как пришло то самое время, когда он увидит хоть что-то в этом доме, помимо холла и своего тринадцатого этажа. Одежда на нём хоть и была домашней, но выглядела весьма прилично, так что, не заморачиваясь над внешним видом, Сяо Чжань отставил миску с кашей, взял телефон, и поспешил спуститься на шестой этаж, который сулил о том, что всё пройдёт гладко. Так оно и было. Встретившая его тётушка, в довольно преклонном возрасте, оказалась очень доброжелательной и приятной личностью, готовая показать каждый уголочек, маленькой, но в тоже время очень комфортной и уютной. — Здесь недавно кто-то жил? — удивился мужчина, никак не ожидая столь домашнего чувства, которое, казалось бы, не могло исходить от каменных стен. — Ох, — вздохнула она, — сынок мой улетел в свои штаты. Сначала говорил, что на время. Я всё просила вернуться, ждала. Дома ведь лучше, чем там, в чужой стране, но вот недавно сказал, что женился, и возвращаться не собирается. А я, сам видишь, не молодая уже, тяжело присматривать. Я каждый вечер приходила сюда, готовила, в надежде что сынок вернётся, ведь никого не осталось, — махнула она рукой, — а ты для себя жильё ищешь? — Для знакомого, — ответил мужчина с сочувствием глядя на тётушку, — он хороший парень, проблем от него не будет. — Ладно, осматривайся, а я, чая нам заварю, — Сяо Чжань не хотел пить, но не мог отказать женщине, думая о том насколько ей одиноко и как бы он хотел, чтобы его матушка ждала его дома, с приготовленным ужином. Как было приятно хоть ещё раз в этой жизни провести время за одним столом со своей семьёй. Квартира была точно такой же как на фото: маленькая, полу-студия, с отдельной спальней и, естественно, санузлом, а главное по приятной цене. Ещё какое-то время мужчина провёл в компании тётушки, восполняя недостаток потерянного жизнью тепла. В какой-то момент ему стало настолько легко на душе, и так тепло в груди, что уходить совсем не хотелось. Мысль о том, что придётся вернуться к себе, пускала холодок по коже, заставляя удивляться, как в одно жилом комплексе, совершенно разные квартиры могут по-разному ощущаться. И почему своя такая холодная и чужая, а чья-то такая тёплая.