Don't talk about liberty…

Утро. Открытое окно. Ветер. Выходной. Время 9.30. Хенджин неохотно потянулся, зевнул, потер глаза. Резко сел. Слегка кружилась голова. Он посмотрел на время. Надо вставать. Медленно перебирая ногами он дошел до кухни. Похоже дома никого. Он достал с верхней полки хлопья. Молока не было, поэтому он просто сунул туда руку, набрал в кулак небольшую горсточку, а коробку убрал обратно. Вернувшись в свою комнату, он пытался переварить вчерашний день. Хоть он и не пил, такое чувство, что сейчас у него похмелье. В голове что то звенело. Да, ложиться поздно это норма для него. Ведь Хван вчера пришел где то в пол первого ночи. Да это даже рано! В тумбочке лежала пачка сигарет. Он достал ее, взял одну, поджег. Спокойно вдыхая и выдыхая дым, он потянулся за наушниками, но заметил, что их нет. Хенджин тихо выругался и начал вспоминать,где он мог их потерять. Все нити вели к гаражу. Черт, надо вернуться. У него были всего одни наушники. Старые, но зато сколько воспоминаний. Потерять их будет очень жаль. Хенджин встал, натянул на себя черные свободные джинсы и белую свободную длинную майку. Надел свои джорданы и вышел. Вышел как нормальный человек, через дверь. В Питере очень красивые парадные. Но похоже дом Хенджина исключение. Просто зеленые, недавно перекрашенные стены. Запах сырости, краски, табака. Где то облезшие, потому что недокрашенные, где то вмятые. Треснутая плитка на полу. Где то она вообще отсутствует. Вообщем, все давольно плохо. Хван просто шел. Дорогу он запомнил. В принципе это не очень далеко. Идти по улице без музыки давольно непривычно. Заворачивая по разным улицам, идя меж домов во дворах, он наконец дошел. Остановился напротив железной двери. Сначала подумал, нужно ли стучать или нет. После этого недолгого раздумья, он все таки постучал. Но ему никто не открыл. Он дернул за ручку и дверь открылась сама. Войдя и сделав пару шагов он крикнул: -Эй, это Хенджин! Есть кто? Ответа нет. Он прошел чуть дальше, осмотрел некоторые вещи. Сверху, со второго этажа послышался звук открывающиеся двери. Потом чей то зевок и шаги. Это был Феликс. Похоже он только проснулся. У него сильно взъерошены волосы, мятая футболка, тканевые шортики и длинные носки. При виде Хенджина он остановился. Похлопал глазами и потер их рукой. После чего очень низким голосом спросил: -А ты чего тут забыл так рано? -Наушники. -А как ты вошел? -Так дверь была открыла. -Блять,-выругался Феликс,-Чан снова забыл ее закрыть. -Капец у тебя голос,-с легким смешком сказал Хван. -Ну бывает,-пожав плечами ответил Ли. Феликс прошел на кухню. Налил из крана воды, сделал три больших глотка и облокотился на стол. -Твои наушники там,-после недолгого молчания сказал Феликс, показывая пальцем на пуфик около плойки. -А,-Хенджин обернулся,-спасибо. Он подошел, взял наушники и снова посмотрел на Феликса. Тот закатил глаза и цокнул. -Ну раз ты так хочешь уйти, иди. Чан скоро проснется. А остальные подойдут минут через 30. Время есть. Хван кивнул. Уже подошел к двери, но почувствовал на себе осуждающий взгляд. Остановился. Обернулся. Ли так же стоял на кухне, смотрел ему вслед. Хенджин опустил голову, убрал руку с ручки и вернулся обратно. -Знаешь,-начал он,-дома меня все равно не ждут, поэтому я наверно останусь. Феликс улыбнулся. -Ну и славно,-он поставил стакан,-я пойду переоденусь. Жди здесь. Феликс быстро побежал обратно наверх, а Хван остался стоять один. На самом деле его и правда не ждут дома, что уже терять. Он покрутился около груши, около баллончиков с краской и нашел старую, в некоторых местах разорванную тетрадь. Открыл, полистал. Там были записаны стихи. Грустные и иногда веселые. Он листал страницы, читал содержимое, пока сверху снова не послышались шаги. Феликс давольно быстро переоделся. Сейчас он был одет как и вчера. Он посмотрел на Хенджина, подошел к нему и спросил: -Нравится? -Да, хорошие стихи, кто писал? -«Его никто не убивал. Он тихо умер сам. Он бледен был и мал. Но все стремился к небесам»-тихо и на выдохе стихотворно сказал Феликс,-знаешь, там много хороших стихов,-снова начал он,-это писал Сынмин. Видишь? Там подпись. Хван еще раз взглянул на страницу. -Давольно грустно,-сказал он,-мне казалось он веселый. -Да, так и есть,-ответил Феликс,-эти стихи он писал давольно давно. До встречи с Чонином. Он стал для него таким небольшим лучиком света в темноте. -Найти бы мне такой лучик…,-тихо, под нос проговорил Хенджин, закрывая и убирая тетрадь. Тишина. Спустя пару минут где то сверху послышалось громкое «Сука!» -О, Бан Чан проснулся,-радостно объяснил Феликс. -Феликс!-громко кричал он,-Где моя одежда?! -Бегу!-Феликс обернулся к Хвану и сказал,-я сейчас. И убежал. Хенджин снова один. Мда, пришел в гости. Он ведь и забыл, что они здесь живут. Сзади послышался грохот открывающейся двери. Потом топот, потом голос. -Эй,эй,эй!-заходя, громко кричал Джисон , за ним шел Минхо и Чанбин,-встречайте, мы пришли! Хан повернулся и увидел Хвана. -О, йо, брат!-громко начал он,-я думал, что ты нас кинешь. -А можешь потише?-раздраженно спросил Минхо, хотя это был и не вопрос. Джисон обиженно повернулся. Посмотрел на Минхо. Тот отвернулся. И Хан снова улыбнулся. Чанбин просто шел следом и не вмешивался в этот очередной спор Минсонов. Да, да, они иногда так и говорят. Просто называя это «дуэтом». Ведь за взаимоотношениями Джисона и Минхо очень интересно и иногда даже смешно наблюдать. Феликс быстро бежал по лестнице вниз, за ним еле шел Крис. -Эй, эй, всем привет!-приветствуя кричал Ли,-а где Сынмин и Чонин? -Да эти двое снова где то залипают,-сказал Чанбин. -Ха, да, педики,-ухмыльнулся Минхо. -Имеешь что-то против, малыш?-заигрывая начал Джисон. -Да отъебись ты,-отталкивая Хана повторял Ли Минхо. (Пс. До этого в фф «Ли» был только Феликс, не путайте) -А теперь целуйтесь,-с ухмылкой крикнул Чанбин. Минхо резко повернулся на него. -Ну ты труп,-сказал Бан Чан, который наконец то окончательно проснулся. После произошла недодрака между Минхо и Чанбином. Их разнимали Феликс, Джисон и Бан Чан. Хенджин был просто в ахуе. Джисон параллельно этому еще и ржал. А Феликс успел еще и вокруг Хвана побегать. Потом снова открылась железная дверь, зашли Чонин и Сынмин, которые явно не выспались и были слегка «помятые». Все внимание перешло на них. Потом все повторилось заново. Но теперь не только Хенджин был в ахуе, ну и эти двое. Хотя они уже частично привыкли. Вот так прошло это прекрасное утро субботы. На улице небо чистое,чистое. Белое, белое. Без единого облачка. Что не очень характерно для этого города. Дул ветер, шумели деревья. Еще относительно тепло. Сырость. Ночью шел дождь. На улицах еще остались лужи. Ездят машины, выпуская грязь, грузовики. В аллеях и парках играет музыка. Некоторые люди на работе, в институте, колледже и тд. Как хорошо, что им никуда не надо. Они еще подростки. По мнению взрослых они живут в шоколаде. Какие могут быть проблемы? Нет, никаких. Хорошо, что еще остались, те самые крутые компании, а не обиженные на жизнь додики. Питер. Осень.