Демон во снах

— Доброе утро, — прошептал Сенку, чувствуя приятную тяжесть на своей груди. Там расположилось странное для этого мира существо: у него есть рожки, словно у винторогого козла украло, когти, которыми, проверено ученым, можно резать сталь и белоснежная, как у мертвеца, кожа. Оно пугало при первом взгляде, однако узнав его характер, можно поменять свое мнение радикально. Оно со всеми дружелюбное, но это пока вы не представляете опасности для того, кого это существо защищаете — в таком случае, над вашей жизнью повиснет угроза смерти, — Демонёнок, пора вставать. — Ммм… — потеревшись об грудь любовника, промычало создание. Оно любило поспать, как можно дольше, затягивая возлюбленного в теплую и нежную негу. Прочем сны очень важная часть их отношений, ведь с них все началось. Менталист появился в деревне Ишигами, сразу устроив переполох. Как минимум потому что он из Империи Силы, в чем никто не сомневался. Его состроенная гримаса “злодея” пугала детей и настораживала взрослых. Однако на Сенку она произвела такого эффекта, какого тот, видимо, хотел. Ишигами сразу узнал в нем болтолога и шарлатана, по его мнению, с глупых психологических книжек. Ученый лишь радушно вздохнул увидя современника: ему нравились деревенские и он любил передавать им свои знания, видя огонек науки в чужих глазах, однако они никогда не смогут осознать всю прелесть старого мира, по крайней мере, пока не увидят его. — Я серьезно, мне нужно встать, — Сенку нежно потрепал чужие волосы, разделяя белую половину от черной. Удивительно как меняется их длина в зависимости от облика, какую принимает Асагири: в демонической они доходят до задницы, а в человеческой лишь светлая прядь еле касается плеча. Ишигами был просто влюблен в эти волосы, он готов целыми днями перебирать, расчесывать и заплетать их, пока любовник разрешает, — А ты можешь еще подремать. — Но я хочу поваляться с тобой, — заканючил Ген, сильнее прижимая возлюбленного за талию. Ученый почти всегда теплый, даже горячий, будто создан быть личной грелкой вечно мерзнущего менталиста. Сенку попытался, отцепить от себя болтолога, ведь работа не ждет, хоть она и не волк, на что Асагири встрепенулся, случайно ударяя ученого рогом, — Прости! Бояться Сенку стал не самого Гена, а существа, которое начало приходить ему во снах. С момента раскрытия менталиста, как двойного агента, и, следовательно, его полного перехода на сторону Царства Науки, Ишигами перестал спать спокойно. С самого детства ему редко что-то снилось или он на утро этого не помнил, так что для него происходящее стало шоком. При свете дня ученый и болтолог весело общались что по делу, что на отрешенные темы, дружески подкалывая друг дружку; Асагири пусть и не понимая всех аспектов плана, пытался помогать в достижении целей, хоть иногда и отвлекая Главу от работы, давая его мозгу передых, а под покровом ночи Сенку проклинал каждых раз, когда он просыпался в холодном поту, все еще чувствуя холодные прикосновения Демона, что, как ему тогда казалось, его подсознание создает из образа менталиста. — Ничего страшного, — бросил Ишигами, потирая ушибленный подбородок. Ген виновато поджал губы, дотронувшись до своего рога. Он тихо вздохнул, тихонько возвращая своему телу человеческий облик: когти, как и отростки на голове, медленно втягивались, кожа приобретала более живой оттенок, а волосы укорачивались. Это завораживающий вид. Все происходит размеренно, Сенку не разочарованно пялился на эту картину, отключаясь от мира. Однако довести трансформацию менталисту не дали, ведь ухватили за руку, скидывая с сидячего положения на кровать. Теперь Асагири лежал на спине, пока над ним нависал Ишигами. От спонтанного изменения позы, все странные примочки демона вернулись, а он сам удивленно глядел на возлюбленного, — Возле меня ты можешь быть настоящим и не прятаться. — Но ведь…— начал Ген, скатываясь в шепот. Он не хотел навредить важнейшему человеку в его жизни, однако иногда по неосторожности и рассеянности, делал тому больно. Иногда он даже думал расстаться с ученым из-за этого, но, быстро вправляя себе мозги, понимал насколько это глупо. В реальности Демон никак не пытался нанести вред Сенку, но во снах Ишигами не раз чувствовал, как ледяные пальцы смыкаются на его шее, как острейшие клыки прогрызают кожу, то ли пытаясь полакомиться, то ли просто развлекаясь, как когти проходятся по запястьям, вспарывая вены и позволяя литрам крови вытечь из умирающего тела. С каждым сном он все больше ненавидел это дьявольское отродье и настороженно смотрел на Гена в жизни. Тот, разумеется, чувствуя изменившееся отношения, не раз пытался узнать причину перемен, однако ученый молчал, словно воды в рот набрал, и просто отправлял менталиста дальше заниматься своими делами. Переломный момент случился, когда одной ночью после очередного кошмара, Сенку решил развеяться прогулкой по окрестностям деревни. На улице лето, так что было как раз приятно-прохладно. Ноги сами шли куда глаза глядят, а Ишигами забылся в собственных мыслях. Он раздумывал о решении своей проблемы и, конечно, самым рациональным способом было поговорить об этом с Асагири, ведь он разбирался в психологии людей. Однако проблема была в том, что во снах является как раз именно он. Мало ли, как тот отреагирует. Выйдя из прострации, Сенку удивленно осознал, что дошел до речки, к которой, как минимум, полчаса топать. Собственно решив возвратиться, он услышал, как рядом с ним что-то дернулось. Застыв на секунду, ученый медленно развернулся, устремляя взгляд прямо на то место, откуда доносился шум. На него смотрели такие же удивленные голубо-серые глаза с узкими, как у кошки при охоте, зрачками. Ишигами узнал бы эти очи в любой ситуации. Сомнений быть не может, это Демон. Снова замерев, Сенку осознал, что ноги не держат, совсем ватные. Как бы не было стыдно признавать, ученый от страха потерял равновесие и упал прямо в глубокую речку. Дальнейшее, что он помнит, как уже на берегу откашливал воду с совершенно обычным Асагири под боком. — Я люблю тебя таким, какой ты есть, — когда-то Ишигами ненавидел Демона, а сейчас, когда тот ластится к нему, не понимает, как можно не любить эту бусю. Гену, конечно, тоже пришлось несладко, ведь как объяснить человеку, в которого ты влюблен, что ты какой-то оборотень умеющий невольно управлять снами, о которых в научных книгах не прочитаешь, разве что в фантастике? Впрочем, Сенку на это ответил, что все, что создано является частью науки, просто не исследованной ее частью. В любом случае все размолвки и страхи обращены в прах на сегодняшний день. На все острые части тела придуманы заглушки, маленькие колпачки, как их называет Асагири. А сны, если снятся, то только спокойные и приятные.