Из крови и пепла

Утро после свадьбы у Достоевского началось с привычного головокружения. Встав в шесть утра, он накинул на себя бархатный синий халат, заварил свежий зелёный чай с долькой лимона. Завтрак он готовил сам, обычно это было что-то вроде яичницы или жаренной картошки, просто и вкусно. Во время завтрака ему вспомнились вчерашние деяния, то, как появился Николай, как он станцевал, как вернулся в квартиру не один, как супруг назвал его чужим именем. Не то, чтобы это расстроило его, скорее наоборот заинтересовало, за что тот просил прощения у Накахары. За окном уже декабрь, было довольно холодно; он надел рубашку, костюмный жилет коричневого цвета, белые перчатки, прицепил брошь, использовал привычные ему духи с ароматом холодного хвойного леса, и, накинув на худые плечи белую песцовую шубу до самого пола, направился в штаб. Зайдя в кабинет он связался с Гоголем, чтобы узнать как тот добрался домой, в Россию. Поскольку дел у него не было он решил перечитать одну из книг, лежавших на полке. Время от времени ему приносили документы на подпись и чай. Утро Дазая не было таким спокойным, в отличии от Фёдора он проснулся с жутким похмельем. Первое, что он сделал — позвонил секретарше сказав, что сегодня его не будет и просил, чтобы все без исключений не беспокоили его. Осаму был удивлен, что по пьяни принял супруга за бывшего напарника, он позвонил администратору гостевого дома и попросил заказать в квартиру 1057 суп от похмелья. Весь день он провёл не вылезая из постели, то смотрел какой-то фильм, то думал о «семейных» делах. Ему не давал покоя один вопрос. Для чего Фёдору так срочно понадобился наследник, он все го на пару лет старше Осаму, к тому же намечается война, зачать ребёнка сейчас попросту нет времени, у Фёдора точно есть какой-то то план, но какой. Следующим утром он направился в штаб, у больших шишек в мафии нет таких понятий как отпуск, он не обязан ни перед кем отчитываться, всю бумажную работу выполняют подчинённые, от него требуется только присутствие на собраниях, ставить подписи на документах, иногда зайти с проверкой в свой отдел и спросить как продвигается решение поставленных задач. Сегодня Дазай решил проведать центр боевой подготовки, там он ещё ни разу не был. Надев один из деловых костюмов и зимнее пальто он позвонил Гончарову с просьбой встретить его и провести экскурсию по зданию. У входа уже стоял Иван, кажется сегодня он был в добром расположении духа, прежнее отвращение к Дазаю исчезло, интересно, что могло изменить его мнение, за такой короткий промежуток времени, хотя это не имеет значения. — Приветствую вас, Дазай-сан, рад что вы наконец-то решили заняться делами. Прошу за мной, — Гончаров поклонился и повел Дазая осматривать оружейный склад на подземной этаже. Боеприпасов было достаточно чтобы начать войну с соседней страной прямо сейчас. — Я поражён масштабами склада, когда вы успели приобрести такое количество боеприпасов. Теперь я понимаю почему портовая мафия проиграла, такое богатство Мори даже не снилось. — Знал, что вам понравиться, вы ещё не видели наш гараж. Мы готовились к вторжению три года, Йокогама была самой выгодной точкой для начала операции. Здесь по неизвестной причине находиться больше всего эсперов, подчинив их, у правительства не осталось шанса на победу. Крысы мёртвого дома- самая крупная организация во всём мире, численность наших солдат после завоевания Йокогамы составляется 200 тысяч человек. Но вы этого итак знаете. Пройдёмте дальше. Гончаров с восхищением рассказывал об устройстве центра и содержании бойцов. Первый этаж здания использовался как гараж. Транспорта тоже было достаточно. На 2-6 этажах проходят тренировки, этажом выше находиться столовая, ещё выше располагается казарма, где живёт основная масса армии, кабинет Гончарова находился на подземном этаже. Дазай знал большинство информации по отчётам, но смог оценить масштабы своего теоретического владения только сегодня. Всю экскурсию они закончили к трём часам дня, Осаму вернулся в штаб проверить нет ли каких-нибудь документов на подпись. Войдя в здание ему сразу же позвонил Достоевский. — Добрый день, Дазай, приходи в конференц зал, хочу тебя познакомить кое с кем. — Понял, скоро буду. Осаму дошёл до конференц зала за несколько минут, ему всё ещё было неловко говорить с Достоевским, но избегать его он не станет. — Кого ты хотел мне представить? — Присаживайся, Осаму, они скоро будут. — Может уже скажешь, в чём дело. — Пастернак нашёл суррогатную мать, они едут обсудить условия и цену. Знаю ты не в восторге от этой мысли но всё же постарайся быть приветлив. — Разумеется. Сегодня я навестил Гончарова, кажется он больше не питает ко мне презрения. — Иван мой приёмный брат, он очень консервативен, его отец подчинялся моему, он истинный патриот своей страны, как и я. С начала войны прошёл уже год, всё это время он занимался подготовкой бойцов и контрабандой оружия без отдыха. В мирное время они с Николаем часто выпивали вместе, вчера он смог как следует отдохнуть после усердной работы. Скоро он признает тебя, вот увидишь. За разговором они не заметили, как прошло время, Борис и будущая мать вошли в зал. — Дазай-сан, Фёдор Михайлович, докладываю о прибытии гостьи. Это Мария, она из Сибири, она не знает английский, поэтому говорите на русском. — Приветствую вас, Мария, меня зовут Федор Михайлович Достоевский, рядом со мной сидит мой супруг Осаму Дазай. — Здравствуйте, Фёдор. — Как вы уже знаете мы обратились к вам с просьбой о суррогатном материнстве. Мы с мужем очень хотим ребёнка, — Фёдор сделал невинное лицо и мило улыбнулся, — Назовите свою цену, я готов предложить более выгодные условия, чем больница к которой вы прикреплены. — Клиенты стоящие в очереди предлагают полтора миллиона, я готова заключить договор с вами за десять, плата за обследования не входит в эту сумму. — Хорошо я готов заплатить такую сумму, где конкретно в Сибири вы живёте? — Иркутская область. — Вам повезло, я крупный владелец недвижимости в Иркутске. Я перепишу на вас трёхкомнатную квартиру и заплачу половину суммы сейчас, половина через 3 месяца, после зачатия вы сможете вернуться в Россию, но будьте на связи. Обговорив все мелочи, Мария подписала договор, было решено, что на время проведения процедур она поживёт в одной из свободных квартир, а после в сопровождении Пастернака она вернётся на родину. Фёдор приказал Борису проводить её до временного места жительства и выделить определённую комнату. Дазай тоже собирался вернуться в квартиру, но Достоевский попросил его задержаться. — Осаму, постой, не против поужинать со мной? Я хочу поговорить. — Тогда пошли прямо сейчас, я не ел с самого утра. До ресторана они ехали в тишине. Сразу сев в машину, Дазай попросил у водителя покурить, тот достал из бардачка пачку и протянул сигарету с зажигалкой. — С каких пор ты куришь? — поинтересовался Фёдор. — Просто устал, хочу расслабиться, — ложь, Дазай нервничал, хоть и немного он не знал тему разговора, но надеялся, что это не будет касаться своего поведения два дня назад. Машина прибыла в пункт назначения и они отправились в vip ложу, официант уже ждал внутри. — Добрый вечер, что будете заказывать? — Я буду пасту с морепродуктами и стакан виски. — Не налегай на спиртное, лучше принесите бутылку полусладкого вина, я буду тоже самое. — Ты теперь будешь контролировать меня, как свою собственность? — Я о таком и не думал, просто не хочу чтобы ты вновь перепутал меня с другим человеком. — В ту ночь я просто забыл меру, прошу прощения. — Всё в порядке, ты тоже прости. — О чём ты хотел поговорить? — Просто хотел узнать тебя получше. Для начала можем задать друг другу по два любых вопроса. Почему ты ушёл из мафии? — официант сразу же разлил вино по бокалам, и Дазай не медля выпил. — С чего ты решил что я не солгу? — С того, что ты только что проглотил вино, в которой содержалась моя кровь, один неверный шаг и я сделаю так что все твои телесные жидкости вытекут из пор, и ты умрёшь. — Так значит в этом заключается твоя сила, ты можешь убивать не касаясь человека, достаточно выпить твою кровь. — Именно, ты не сможешь сбежать от меня, ты теперь часть меня. Я жду ответа на свой вопрос. — Любишь грязные игры, ну ладно. Когда я был правой рукой Мори, я был очень одинок, когда мне становилось очень скучно я вел себя как сумасшедший, похищал людей из вражеских организаций и проводил жестокие кровопролитные допросы. Позже стал много пить, буянил, много раз пытался покончить с собой. В один из вечеров, когда я напивался в баре, встретил простого рядового солдата, он спросил всё ли в порядке, я улыбнулся больной улыбкой, и сказал: «мне так весело, представляете, я повесился час назад, а всё ещё жив, у меня почти получилось, но верёвка не выдержала, эх жалко, но зато какой адреналин!» Потом я вырубился и он отнёс меня к Мори, он две недели держал меня в вытрезвителе. Все это время Ода Сакуноске, так его звали, приходил навещать меня, мы подружились, я не понимал, зачем он возится со мной. Оказывается он увидел во мне ребёнка, нуждающегося в помощи, по сравнению со мной он был святым, спасал сирот, заботился о слабых, никогда не убивал, но почему-то работал в мафии. Мори отправил его на задание, с которого невозможно вернуться живым, и он не дал мне организовать операцию по его спасению. Я ослушался и отравился в одиночку, нашёл его уже раненым, перед смертью он сказал, что я так и продолжу бессмысленные попытки умереть, он сказал мне, чтобы я перешёл на другую сторону, пусть не найду причину жить, но это хотя бы будет не так болезненно. В ту ночь я вернулся в свой пентхаус весь в крови друга и сделал свой выбор. — Такой гений как ты пропивал мозги, работая на якудза, если бы раньше знал о тебе, то давно бы забрал себе. Твоя очередь задать вопрос. — Для чего ты на самом деле начал эту войну? Не надо молоть чушь про указ президента и патриотизм. — Это ключевой этап в моём плане. * 3 года назад 22 июля, Россия, поместье Фёдора Достоевского* Достоевский и Ахмадулина вместе с руководителем ЛДПР — Жириновским обсуждали, то как можно расширить партию и сместить Единую Россию. К ним вошёл Гончаров с письмом от президента Российской Федерации, в котором излагается следующее: «Приглашаю вас 25 июля к 16:00 в Кремлёвский Сенат, чтобы обсудить один вопрос, у меня есть для вас поручение, все подробности обсудим при личной встрече.» Через два дня они с Жириновским отправились в столицу, Фёдор остановился в отеле рядом с Кремлём и в назначенное время пошёл на встречу, его провели в большой кабинет, где находился президент. — Присаживайтесь, Фёдор Михайлович, — президент указал на кресло рядом со своим столом, — Вы ведёте дружбу с Жириновским, поэтому возможно вы в курсе последнего конфликта с Японией. Я поручаю вам незаметно внедриться в портовый город Йокогама и собрать как можно больше информации, другим словами нужно заняться разведкой. — Почему вы поручаете это мне? Кроме меня есть много других людей более подходящих для этой работы. — Дело в том, что в Йокогаме по неизвестным причинам, численность людей обладающих сверхспособностями составляет около 2 млн. человек. В нашей стране сверхспособностями обладают всего около двух тысяч человек, почти половина из них — ваши подчиненные. Я хочу повысить число эсперов у нас. Сделать это получится только применив силу. У меня есть компрометирующие доказательства вашей незаконной деятельности, за которую вы можете получить пожизненный срок, или же можете получить помилование. У вас самая крупная организация в стране, Фёдор, завоюйте мне страну, это приказ. — Конечно, Владимир Владимирович, но моих людей недостаточно чтобы справиться хотя бы с одним городом. — Я выделю вам необходимые средства. … *Наше время, ужин в ресторане* — Моя очередь, что связывает тебя с Накахарой, насколько близки ваши отношения, что ты согласился примкнуть ко мне? — Чуя был моим напрником, нас прозвали «двойной чёрный», самый устрашающий союз того времени, один раз мы напились в моём пентхаусе и переспали, со временем стали любовниками, я часто оставался у него на ночь, бывало возвращался к нему выпивший, со следами от помады, он ревновал, устраивал сцены, я не понимал его чувств, поскольку, как говорил ранее, был одинок и потерян, мне не было дела до любви. Причина, по которой я искал его после войны это то, что я остался один, стал походить на себя в прошлом, он был единственным, кто заботился обо мне, не считая Сакуноске, — Дазай выпил второй бокал вина и постарался скрыть свою печаль, — Последний вопрос. Конечная цель твоего плана? Почему в нем есть этап срочного зачатия наследника? В нашем возрасте ещё только университеты заканчивают. — Так и знал, что ты задумался над этим, я хотел рассказать позже, но видимо ты не успокоишься пока не узнаешь. Ты уж знаешь о том, что я тоже в какой то степени мафиози, но это не совсем так, да, в 90-е организация была преступной группировкой, но сейчас эта информация тщательно скрывается, не зря же мы специализируемся на хакерстве, сейчас я в основном занимаюсь политикой, — Фёдор подсел ближе к Осаму и почти шепотом сказал, — Я планирую переворот. — Прости, что? Я наверно ослышался. — Ты всё правильно расслышал. Я возьму лучшее из Российской Империи и лучшее из СССР. Я создам идеальное общество, создам такой мир, в котором будут жить только ответственные и добрые люди! Наследник нужен, чем раньше тем лучше, поскольку власть будет передаваться по наследству. — Как ты себе это представляешь, ты ещё даже Японию не взял, а уже думаешь о том, чтобы встать во главе России, которая в во много раз сильнее и больше. — Я работаю над планом уже три года и просчитываю каждую мелочь, мы теперь в одной лодке, доверься мне, я знаю, что делаю. Ты ведь знаешь, что об этом никто не должен знать, ты мой партнёр, надеюсь ты сможешь оправдать мое доверие. К тому же, ты ведь не упустишь такое увлекательное развлечение — захватить власть в чужой стране. — Теперь уже ничего не поделаешь, я ведь «часть тебя». Надеюсь игра будет веселой, дорогой, — ради забавы он решил использовать это странное слово. Достоевский правда смог заинтриговать его своим планом. — Ха! Скучать уж точно не придется, — такое обращение заставило Фёдора ухмыльнуться. — Помнишь я обещал, что верну тебе Накахару? Время пришло, вы встретитесь завтра. — Он тоже присоединился к нам? — Он бы не оставил тебя, узнав, что ты жив.