Его сердце никогда не было свободным

Гарри ехал в машине быстро и неосторожно. В душе он хотел врезаться в какой-то грузовик, чтобы остыть, но понимал, что рисковать жизнями магглов не стоит. Он всегда защищал свою семью. Когда после войны они с Дадли случайно встретились, то решили наладить отношения. В принципе, это Дадли вытащил Гарри из мира ненормальных фанаток, которые даже спустя три года присылали ему каждый день письма с Амортенцией, а после с проклятиями за отказ. Поттер долго искал себя. И сначала он не жил в Британии, залёг на Аляске. Уже там нашёл своё призвание, нашёл себя. Открыл самые потаённые части своей магии и вернулся в Британию работать. Фотографией он занимается последние два года, и ему очень нравится. Приехав в свой особняк, который находился в Кембридже, быстро передал дворецкому ключи, а после побежал в кабинет. Ему нужно было взломать один засекреченый код. Гарри любил работать хакером. Научился этому случайно. После Аляски в Германии. Сначала всё было весьма удивительным, а потом как-то затянуло. Информацию об Александре Эклзе было сложно достать. Однако он — хакер Василиск, а этот змей — самое опасное создание в мире, поэтому ему всё по плечу. Найдя всю информацию о Пауке, Поттер ухмыльнулся. Взломав камеры видеонаблюдения дома Паука, Гарри усмехнулся. Дворецкий принёс ему кофе и сел рядом. Этот мужчина был высоким, лысым и умным человеком. — Очередной взлом? — Это для меня. Помнишь, я рассказывал о мальчике, спасённом от поцелуя дементора? — маггл кивнул. — Он завтра приедет ко мне в студию на фотосессию. Я не видел его пять с половиной лет. Думал, на свадьбе его лучшего друга увижу. Не увидел. А тут судьба свела. — Но ты залез явно не в дом этого Хорька. Гарри засмеялся, пока дворецкий спокойно наблюдал, как Паук сидит на диване, а ему отсасывает какой-то светловолосый парнишка. — Он хочет Драко. Угрожал мне сегодня. Угрожал убить Дурслей. — Это он напрасно, — хмыкнул дворецкий. — Ты сегодня будешь тут ночевать? — Да. Всё произойдёт тогда, когда я буду в студии. Мне нужно стопроцентное алиби, Морис. — В любом случае, я рад, что ночами ты начнёшь бывать дома. Твои случайные связи с парнями до добра бы не довели. — Почему? — Потому что ты никогда не приходил от них счастливым. Твоё сердце у другого, Гарри. Поттер расплылся в улыбке, а после тяжело вздохнул. Морис был прав, однако у Гарри было слишком много секретов, чтобы сразу открыть сердце Малфою. К тому же, возможно, оно ему не нужно. — Морис, вот адреса клубов, где работал Драко. Поговори с их владельцами. Мне нужны имена, а ещё причина, по которой из-за Драко стали угрожать мне. Не мог он шесть лет спокойно работать, а после внезапно понадобиться наркобарону, — Гарри перевёл взгляд на экран, на котором было видно, как мальчика избивали ремнём. — В моей жизни не бывает всё просто так, — телефонный звонок заставил Гарри сменить тему. — Дадли? — Саймон снова поднял всю мебель вверх, Гарри! Это нормально? Ему два года! — Поттер засмеялся. — Ну тебе же объяснял сотрудник по магическим выбросам магглорождённых… — Гарри! Это не смешно! — Хочешь знать правду? Скорее всего, в роду Синтии были сквибы — маги, рождённые без магии. Поэтому магия проснулась в столь юном возрасте. — А такое бывает? — Ну...Магглорождённые волшебники бывают же, — засмеялся Гарри. — Я сейчас приеду и помогу вам. Покой в этот вечер Гарри только снился, а учитывая, что Саймон был гиперактивным ребёнком, который всё ещё не говорил, то успокаивать его было довольно сложно. Дадли работал кондитером, а с его сыном сидели Вернон и Петуния. Вернон давно продал собственный бизнес, чтобы его сын смог открыть свой. И к магии перестал прикапываться сразу, как только у Саймона появились способности, а именно месяц назад. Теперь у него был талантливый внук, который будет учиться в Хогвартсе, директором которого является одна из самых выдающихся волшебниц современности Минерва МакГонагалл. И вообще, его внук — племянник Национального героя! Таким не каждый может похвастаться.

***

Гарри проснулся рано и в пять уже был на студии. Ближе к шести начали подходить модели, визажисты и стилисты. Поттер же клевал носом, пока Синтия не поставила перед ним стаканчик кофе. — Спасибо, что выручил нас. — Саймон — мой племянник, мне в радость помогать ему. Мне никто о магии не рассказывал. Драко заметил теплый разговор зятя и невестки и почему-то приревновал. Он не мог вот так открыто говорить с Поттером. Или мог? Гарри встал с места и подошёл к Драко, осматривающему прожекторы. Он уже понял, что обстановка будет полутёмной. — Нравится? — спросил Гарри, подойдя со спины. — Красиво. А кто тот мужчина, говорящий с Синтией? Твой кузен? — Нет, это её брат Дилан. Он вылитый отец, а Синтия похожа на мать. Дилан ищет лица для рекламы. — Рекламы по телевизору? — уточнил Драко. — Да. И Дилан гей. Будь осторожен, он не привык к отказам. — Вообще-то, я тоже гей. Всегда им был, — Гарри удивлённо изогнул бровью. — Но рыжие не в моём вкусе. Гарри засмеялся, ведь «любовь» к рыжим из-за семьи Уизли была весьма специфичной. Работа шла быстро, как по маслу. Гарри очень нравилось работать. Особенно с Драко, которого раздели до брюк, оставляя в полурастёгнутой рубашке. Шрамы на груди ему замазали тональным кремом, пусть они и не были особо видны. Камера любила Малфоя. Дилан и сам пожирал взглядом блондина. Ему было настолько душно, что он снял галстук. — Отлично. Все свободны, — заявил Гарри через два часа. — Драко, не хочешь пообедать, или что там за окном? — блондин засмеялся. — Давно не виделись, хотелось бы узнать о тебе побольше. — С какой целью, По… Гарри? — гриффиндорец улыбнулся обращению, ведь его имя редко выскальзывало из уст слизеринца. — Просто. Ну так что? — Я не против. Жутко голодный. — Отлично, — улыбнулся Гарри. — Только недолго. Меня ещё ждёт обработка фотографий. — Драко, — Дилан нагло ворвался в приватный разговор, — у меня до сих пор нет модели мужчины на рекламу. Я предложил Каролине, той шатенке, — Драко кивнул, — и предлагаю тебе. — Почему не Брендон? — Синтия и так хочет его лицо на обложку, а я считаю, что ты достойнее. Насколько я знаю, опыта у тебя мало. — Соглашайся, — заявил Гарри. — Рекламным процессом тоже я буду руководить. — Правда? — выдохнул Малфой, радуясь, что сможет ещё поработать с Поттером. А вот О’Браян этим совершенно не был доволен. — Да. — Тогда я согласен. — Чудесно. Вот моя визитка. У Гарри узнаете время и день. Скорее всего, это будет вторник, но лучше перестраховаться. — Благодарю, мистер О’Браян. — Зови меня Диланом. Увидимся. Гарри хихикнул, а Драко возмущённо посмотрел вслед рыжему, который погладил его по щеке. Малфой сгримасничал, вызывая откровенный смех Поттера. — Успокойся, он со всеми красивыми парнями так делает. Ты не хотел бы сняться в журнале мужского белья завтра? Ищу модель. — У меня остались шрамы, Гарри, — напомнил Драко. — Я видел, — прошептал брюнет. — Мне очень стыдно за них. — Я первым напал, а ты упал на колени рядом и просил не умирать, — засмеялся Малфой, но Гарри было не до смеха. — Прости меня. — И ты меня прости за всё. — Твои шрамы уникальны, Драко. Уверен, Мили понравится модель, которая имеет изюминку. Приходи завтра в художественную студию Энди Флор. Мили хочет устроить фотосессию там. К тому же, Энди — её сестра, хочет дать картинам рекламу через бельё. — Во сколько мне там быть? — В десять утра, — улыбнулся Гарри, надевая белый свитер. — Ну хоть высплюсь, — хмыкнул Драко. Гарри набросил кожаную коричневую короткую дублёнку, а Драко серое пальто, и оба направились через дорогу в кафе. Поттеру сразу выделили столик с видом на аквариум, ведь на улице сегодня была слякоть. Гарри заказал поесть стейк, а вот Драко греческий салат. Ну хоть сок оба яблочный предпочитали. — На диете? — Спортзал и правильное питание, — уточнил Драко. — Сейчас стошнит от твоего правильного взгляда на жизнь, — засмеялся Гарри. — Ты планируешь и дальше быть моделью? — Мне двадцать четыре… — Будет в июне, — перебил Гарри, хихикая, отчего Драко закатил глаза в своей манере, не видя, что Поттер буквально сфотографировал этот момент в голове. — Поттер, не перебивай. — Поттер? Обидно, Малфой. — Ладно, — цокнул языком Драко. — Отвечаю на вопрос: если с модельным бизнесом выйдет, то я буду рад. — Чем ты хотел заниматься до войны? Драко задумался. Вспоминать про Волдеморта не хотелось, но вспомнить свои мечты было необходимо. Особенно для самого Малфоя. — Я всегда знал, что стану лордом Малфоем. Знал, что нужно работать в Министерстве, поэтому я не могу тебе ответить, кем я хотел бы быть. Я любил варить зелья, но это было скорее хобби. А ты хотел быть аврором, всем это говорил. — Дебилом был, — парни засмеялись, но в голосе слышались нотки грусти. — Я не жалею, что отказался. — Чем ты занимался эти пять с половиной лет? — Первый год помогал ловить Пожирателей, проводить суды. Затем мы поговорили с Джинни и поняли, что любовь детская прошла, а взрослую навязали Уизли, мечтающие о нашей паре. Она рассказала о них с Блейзом, а я о том, что думаю об одной бледной заднице, — Драко хмыкнул. — Бледной? — Угу, — Драко расплылся в улыбке, а Гарри не отводил вгляд, прожигая им блондина. — Но я хотел найти своё место. Улетел на Аляску. — Ничего себе! — Да. Хотел там подышать воздухом, отдохнуть. У меня там даже были отношения с парнем, который научил ездить в собачей упряжке. Они продлились почти год. А дальше я решил вернуться, но сначала заехал в Берлин. С Дадли мы случайно увиделись в кафе сразу после войны, а потом я уже знал, где его искать. Приехал к нему домой. Разговорились. Так я узнал, что он недавно женился, родители вернулись домой, а он остался жить в Лондоне. — Кем он работает? — У него своя кондитерская. Недавно обнаружилось, что его сын Саймон — маг, — Драко удивлённо изогнул бровь. — Родители Дадли в восторге, хотя со мной были жестокими. Синтия как-то увидела, что я беспалочковой магией левитирую телефон, и подумала, что я иллюзионист, — Малфой засмеялся. — Да, теперь так не думает. Уже месяц так не думает. С пятого января, — Малфой не мог прекратить смеяться. — Я нашёл призвание в фотографиях. У меня несколько студий. Аренда каждой из них дорого обходится, но люди денег не жалеют. Их в моей жизни хватает. Купил себе небольшой особняк в Кембридже. Охраны нет, я сам себе охрана. Есть дворецкий. Морис. Хороший мужчина. Он бомжевал в Лондоне. Родной сын из дома выгнал. Обхитрил с документами. Я забрал его к себе. Ни разу не пожалел. К тому же, он бывший следователь. Ушёл в отставку из-за ранения в ногу. Он знает, кто я такой. — Не боишься, что пойдёт против тебя? — Нет. Это верный человек. Чем-то на меня похож. — Для чего тебе одному целый особняк? — У меня никогда не было дома. Я жил до одиннадцати лет в чулане под лестницей. К тому же, дважды в неделю приходит уборщица, чтобы убраться в доме и постирать вещи. Морис любит готовить, поэтому повара не нанимал. Чем не жизнь из сказки? И я люблю готовить. — Любишь готовить? — Драко расплылся в улыбке. — Ух, — Малфоя бросило в жар, когда он представил, как Поттер мог бы отжарить его на кухне. — Да, люблю готовить, — Гарри ухмыльнулся, видя, как Драко осушил посудину с соком, прося официанта принести ещё. — А чем ты любишь заниматься? — Танцами. Правда, я очень хорошо танцую. — Так открывай школу. Уверен, что это сейчас говорят, будто открытые танцы только для разврата. А мне кажется, что ими можно открывать душу. Человек с помощью таких танцев может открыть в себе новое начало. Пилон или просто сексуальные движения — неважно. Будь первым, Драко. Работай на себя. Сначала одну группу набери, а дальше будет больше. Время не стоит на месте. Драко казалось, что Гарри прав, но у него нет денег, чтобы оплатить аренду такого помещения, да и в зал нужны пилоны. — Я подумаю. — Подумай, — Гарри достал кошелёк и Драко заволновался. — Мне пора работать. Нужно до девяти вечера отправить снимки Синтии. Новый выпуск журнала должен выйти уже в следующую субботу. Жду тебя завтра на фотосессии. И, Драко, не пропадай больше, — Гарри достал свою визитку и на обратной стороне написал номер не рабочего, а своего мобильного. — Не теряйся. — Ты тоже. Гарри подошёл к официанту, достал купюру, сказав оставить сдачу себе на чай, и поспешил обратно в студию. Работы предстояло много. Драко заметил чёрную машину неподалёку, тяжело вздохнул и быстро оставил кафе. Когда парень дошёл до безлюдной улочки, то аппарировал. Слежка начинала откровенно подбешивать.

***

Гарри работал над фотографиями на дому, а Морис готовил. Только когда Поттер отправил снимки почтой Синтии, следователь заговорил. — Побеседовал я с владельцем клуба. Драко приносил колоссальный доход. В гримёрной парня была установлена камера, чтобы им могли любоваться. Недавно четверо тёмных кобелей предложили владельцам огромные деньги, если Драко Малфой начнёт себя продавать. Но Драко категорично отказался. Теперь за ним постоянно следят. — Имена? — Александр Эклз — наркобарон по прозвищу «Паук». Алан Девидсон — контрабандист. Прозвище «Ящер». Йен Вилсон — министр образования. И Григорий Березняков — владелец подпольных казино. — Владельцу клуба угрожали, или он добровольно продал Драко? — Угрожали расправой дочерей и жены. — Ясно. Что по новостям? — Пока тихо. Гарри и Морис переглянулись, засмеявшись, а после Гарри достал две бутылочки пива, чтобы отпраздновать первую победу. — Гарри, если за это дело возьмутся авроры, ты пострадаешь. — Нет. Не пострадаю. Я счастья хочу. Денег у меня полно. Бизнес прибыльный! — засмеялся Поттер. — И я хочу разделить всё с Драко. Чтобы мы оба были счастливы. Нам многого в жизни не нужно. Я уверен, что он любит меня. Он уверен, что я люблю его. Но мы очень далеко друг от друга. Между нами целая пропасть. — И ты скрываешь от него кое-что! — Он догадается. — И не только он. Авроры! — Ошибаешься, — засмеялся Гарри. — Ошибаешься. Морис закатил глаза. Он знал, что Гарри не переубедить, если тот что-то себе придумал. Хотя, пока ни один план Поттера не шёл в Тартар. Он всегда выходил сухим из воды. Легко закрывал связи с теми или иными людьми. Может, и в этот раз всё пройдёт спокойно.

***

Рон переступил порог поместья убитого наркобарона. Авроры трудились уже во всю, а некоторые проверяли камеры. На них ничего не отображалось, но что-то громадное, быстрое и страшное убивало людей. Охрана стреляла во все возможные стороны, но всё равно все погибли. Ни отпечатков. Ни следов. Ни волос. Ни шерсти. Только огромные следы от когтей. Настолько огромные, что можно подумать, будто это волк-перевёртыш. — Что скажем магглам? — спросила Парвати. — Это точно не человек, Рон. — Министру скажем правду, а народу скажем, что обкурились и сами друг друга перебили. Это существо не отражается на камерах. Оно пришло за плохими людьми. Но почему именно к этому магглу? Почему сейчас? Выясните о нём всё. Вплоть до того, с кем он спал и где отдыхал. Рон обходил окровавленное поместье, пока не увидел кровавый след огромной волчьей лапы возле кабинета Александра. — Парвати, ты помнишь уроки Треллони? — Обижаешь. — Что она рассказывала о демонах? — Много, но больше всего она боялась Гриммов, которые появляются в образе телёнка или призрачного чёрного пса. — У нас есть семья, которая поклонялась Гриммам. — Сириус был единственным анимагом. — Но не Сириус сейчас глава этого Рода. Не Сириус вернулся с того света! Немедленно узнайте, что в это время делал Гарри Поттер! Немедленно узнайте, что связывает Гарри и Эклза! — Рон, Гарри не монстр, — буркнул Дин, подойдя поближе. — Согласен, ты не найдёшь у них ничего общего. Да и Патронус у Гарри — олень, он тебе им неделю назад присылал сообщение, с предложением посидеть в баре, — напомнил Симус. — Проверьте! Это приказ! Все трое закатили глаза. Парвати, как колдосестра, радовалась, что это не по её части, а вот парни застонали, но решили удовлетворить паранойю начальника. Рон боялся своих догадок. Его редко подводило чутьё, поэтому он так рано и стал главой Аврората. И Уизли молился всем богам, чтобы никто не нашёл ничего общего между Гарри и Эклзом.