Его сердце никогда не было свободным

Гарри знал, что утро будет ранним. Всё-таки Гримм за ночь убил сто шестьдесят человек, сорок четыре среди них — маги. И везде демон оставлял следы лап. Конечно, Драко узнает всё утром из газет, но Гарри решил подготовиться к гостям из Министерства Магии. Рон не дурак. Да и Шеклболт тоже. Ровно в шесть утра Морис разбудил Гарри, говоря, что явились двое: Рон Уизли и Кингсли Шеклболт. Поттер нехотя выползал из тёплой постели минут пятнадцать, потом набросил на себя серые футболку и спортивки и босиком направился на первый этаж. Рон и Кингсли здесь были впервые, поэтому удивлённо рассматривали огромный особняк. Возле него не было соседей, но магические защитные чары всё равно стояли. — Слушайте, даже я встаю в семь, — шутил Гарри. — Морис, кофе! — Сейчас. А гостям? — Гарри вопросительно изогнул бровь, глядя на магов, но те отрицательно покивали головой, после чего Морис быстро оставил их. — Что стряслось? Волдеморт воскрес? — Гарри осел на диван, но мужчины не спешили садиться. — Упаси Мерлин, — произнёс Шеклболт. — Гарри, где ты был этой ночью? — Здесь. Спал. — Гарри, лапа демона была найдена в каждой камере Азкабана, где сидели Пожиратели и Амбридж, а затем были добиты люди Эклза и Березнякова. И убит контрабандист Девидсон со своими людьми, — шипел Уизли. — И где проблема, что плохие люди, продававшие незаконно тела, органы, оружие и наркотики, погибли? — злился Поттер. — Если честно, нам это на руку, — заявил Рон. — Но смысл оставлять следы! Это ведь ты? — Эти руки убили двоих: Квирелла и Реддла! — Гарри, магглы перепуганы, — произнёс Кингсли. — Они думают, что рыба покрупнее убирает тех, кто мешает. — Пусть боятся. В чём проблема? — не понимал Поттер. — Гермиона считает… — Гермиона? Ты серьёзно, Рон? Твоя жена? — Она думает, ты сошёл с ума. — Я Повелитель смерти, но я не пользуюсь силой, дабы после кончины не стать ангелом смерти! Я хочу после того, как проживу двести лет, чтобы моя душа всегда была возле Драко Малфоя, ясно? — Значит… это не ты? — оживился Рон. — Это не я! Но демон есть! Или вернее… маггл, продавший душу… Я над этим работаю. Против него ни у кого из вас сил нет. — Он опасен? — сразу обеспокоился Кинсгли. — Я не знаю. Он… Я думал, он нормальный маггл… Сам недавно узнал, дайте мне разобраться с ситуацией. Обещаю, убийства прекратятся. Скоро. Возможно, мне придётя принять наследие Блэков и стать Гриммом, но… — Но? — в унисон спросили оба мага. — Когда я буду входить в наследие, магия потребует того, кто станет моим спутником жизни. Основатель Рода был геем, и у них с мужем родился сын. То есть… Их кровь в брачную ночь или сперма, я так и не понял, перемешалась и над алтарным камнем появилась сфера, которая росла девять месяцев, — родился мальчик. — Ух, ничего себе! — заявил Рон. — Драко. Дело в нём, — понял Шеклболт. — О ваших отношениях весь магический мир знает. У вас не любовь? — Любовь, но… Рон, Кингс, мы с Драко не виделись почти шесть лет. Мы любим друг друга со школы. Мы сильно изменились, поэтому… мы не спешим. Один поцелуй, и то инициатором был я. А после пообещал не лезть к нему, пока не будет готов! — Гарри, демон будет убивать, — напомнил Рон. — 666 душ, по крайней мере, я так думаю. Сейчас убитых 172? — Да, — заявили те в унисон. — А если он начнёт убивать невинных? — Тогда это будет проблема. — Откуда маггл вообще узнал о нашем мире? — не понимал Рон, а Гарри истерически засмеялся. — Видел, как воскрес Волдеморт в 95-м. Они с Девидсоном были там, оказывается. Я говорил с Ящером. Маггл следил за мной. Услышал имя. Когда я жил на Аляске, встречался с неким Колом Мёрфи, но, боюсь, такого человека не существует. Неважно как, но я узнал, что они сидели и рисовали пентаграммы в кафе. Демон от меня питал почти год энергию смерти. — Гарри, мне жаль, — прошептал Кингсли. — Мне жаль, что тебя никак не оставят в покое. Но раньше демон не показывал себя, почему сейчас? — Поттер сдвинул плечами, он действительно не знал. — Он тебя ревнует, — понял Рон. — Раньше ты был один, а теперь появился Малфой. — Нет, это Драко ему нравится… — Ты уверен? Может он хочет изучить Малфоя, чтобы понять, чем он лучше! Гарри удивлённо смотрел на друга, понимая, что эта теория верна. До появления Драко Дилан никогда не давал о себе знать так рьяно. Он всегда был другом. Товарищем. Иногда они выпивали кофе. Ходили на бейсбол. Вместе тренировались в зале. — Его цель я… Мерлин, какой я идиот! — Дом защищён хорошо? — спросил Кингсли. — Да, но… демон сломает эту защиту. — Я искренне тебе желаю вступить в род Блэков, Гарри. Да, фамилии Поттер, Певерелл и Малфой умрут, но вы оба будете жить. Ты сможешь жить без Малфоя? — беспокоился Шеклболт. — Нет… Гарри даже подумать не мог, что дело в нём, но что если это так? Что если Дилан желал бы держать при себе Поттера? Только для чего? — Рон, почему Гермиона плохого обо мне мнения? — Она переживает за тебя, — Рон явно не ожидал такого вопроса, а вот Гарри это давно беспокоило. — Я поговорю с ней. Ещё раз. Прости. Гарри тяжело вздохнул. Несмотря на небеспочвенные обвинения, Гермиона должна была защищать Гарри, веря, что друг остался добрым. Видимо ведьма так и осталась тенью Героя, даже без самого Избранного в мире магии, оттого и злилась. — Прости за столь ранний визит. Аврорат и Министерство будут молчать до последнего. Придумаем какие-то… Что-то придумаем, — вздохнул Кинсгли. — А ты ищи способ остановить убийцу. — И, Гарри, нужна будет помощь Аврората — приходи, — заявил Рон. — Непременно. Увидимся в субботу у Симуса и Парвати, — ответил Гарри, показывая, что до субботы не желает видеть никого. — Удачи, — произнёс Шеклболт. Волшебники оставили дом Поттера. И как только за ними закрылись ворота, Морис подошёл к Гарри. — Спроси у своих старых друзей, какие бандиты должны исчезнуть? Желательно, чтобы у них было много людей. — Будет сделано. Драко, подслушивающий разговор, тихонько вернулся к себе в спальню, пытаясь переварить информацию. Он понимал, что Гарри не просто так держит у себя дневник Блэка. Значит, если они поженятся, то нужно будет сразу создать ребёнка — наследника древнейшего Рода. Им было по двадцать три года, летом каждому исполнится двадцать четыре. Готовы ли они к семье? Готовы, чтобы все их планы на жизнь сломал ребёнок? Готовы поставить его на первое место на долгие годы, не успев насладиться любовью друг друга? Малфой и сам не знал ответ на этот вопрос. Но Гарри уничтожал лапами Гримма магов, чтобы самому стать Гриммом. Выйдет ли? Или Гарри наврал Рону с Кингсли? Как бы Драко ни было любопытно, он решил, что Гарри сам ему расскажет, когда придёт время. В окно постучалась сова, и Малфой поспешил открыть его, чтобы впустить гостью с посланием.

«Драко, ты редкостный придурок! Конечно, мы всё ещё друзья! Я рад, что ты начал отходить от самобичевания и стал дышать полной грудью. Двери моего мэнора всегда открыты. Приходи в любое время. Твой лучший друг, Блейз Забини»

Малфой расплылся в улыбке, потом быстро принял ванные процедуры, оделся и спустился на завтрак. Гарри всё так же продолжал сидеть на диване, глядя в окно. — Недоброе утро? — спросил Драко. — Недоброе, — ответил Гарри. — Ого! Куда ты такой нарядный? — К Блейзу. Он меня ждёт. Пройдусь магазинами, чтобы купить что-нибудь к столу. Какие планы на день? — Ну… — Гарри истерически засмеялся. — Не забивай себе голову. Я во всём разберусь. — Бережёшь меня? — ухмыльнулся Драко. — Стараюсь, — честно ответил Поттер. — Не ходи один, прошу. — Пока у меня такой заботливый бойфренд, я в безопасности. Пиши, звони, потому что я надолго. Я очень виноват перед Блейзом. К тому же, хочу с ним поговорить о бизнесе. — Не поделишься? — У тебя свои секреты, у меня свои, — ухмыльнулся блондин. — Не скучай. И не твори ереси! Гарри расплылся в очаровательной улыбке, показывая, что ничего обещать не может, но Драко это и так знал. Он просто попытался напомнить Поттеру, что нужно думать прежде, чем «бросаться Сектумсемпрами». Как только дверь за Драко закрылась, Поттер поднялся на ноги и пошёл прилично одеваться: белая рубашка, чёрные брюки, галстук, ботинки и пальто с шарфом. Он должен выглядеть великолепно. Обворожительно. А главное — не подозрительно. Явившись к одному знакомому бизнесмену, был сразу принят. В офисе пускали слюни по Поттеру. Многие к нему записывались на фото в стиле «ню», мол для себя, а на деле чуть ли не трахнуть себя предлагали и девушки, и парни. — Гарри, рад тебя видеть, дружище. Я пока не развёлся в четвёртый раз, мне не нужна свадебная фотосессия, — смеялся мексиканец. — Всё шутишь, Хорхе. Помнишь, ты что-то говорил о благотворительном аукционе — свидание на вечер? — Да. Тебя покупают буквально на два часа — свидание в ресторане. А что? — Ты приглашал семью О’Браян? — Они всегда отказываются. Не хотят участвовать ни как спонсоры, ни как участники. — Пригласи и мимолётно скажи, что я буду разыгрываться, как приз. Меня многие хотят. — О да! — засмеялся Хорхе. — Даже мой брат, — Гарри улыбнулся. — Ты хочешь охомутать Дилана О’Браяна? — Только кое-что проверить. Когда вечер? — В воскресенье в пять. — Я буду. — Гарри, что происходит? — Просто сделай это для меня. — Не вопрос. На тебе я неплохо заработаю. Думаю, стартовая цена 20 тысяч. — Ты мне льстишь. На что пойдут деньги? — Больным детям. — Благородно, мой друг. До встречи в воскресенье. — Гарри, ты пришёл лично, а не позвонил, я ещё раз спрашиваю: что случилось? Гарри промолчал, оставляя друга без ответов. Не может же он заявить магглу, что О’Браян душу продал. Гарри хотел проверить теорию Рона. Если Дилану нужен он, то надо будет как-то сблизиться с ним и узнать побольше. Воевать ни с кем не хотелось. Но на всякий случай силу Гримма тоже было бы неплохо принять. Вот только готов ли он к этой силе? Он сказал правду о том, что должен будет жениться, что магия Драко и Гарри сотворит общего ребёнка. Он был слишком молод, чтобы быть отцом. Хотелось больше жить для себя. Любить Драко. Приручать этого змея, а не возиться с пелёнками. Гарри не умел быть отцом. Не умел ладить с детьми. Его воспитывали ужасно, и отцом он будет ужасным, как думал. Время пока есть, но лучше не затягивать с решением.

***

Драко купил по дороге торт и букет альстромерий для Джинни, а после аппарировал к мэнору Блейза. Дрожь присутствовала, но стыд её перебивал по всем фронтам. Он отвернулся от лучшего друга на долгие годы, а тот понимающе ждал, поздравлял с днём рождения, приглашал на все праздники, а в ответ получал: «Извини, не в этот раз. Мои поздравления. Д.М.» И самое удивительное, что Блейз понимал. Те самые Нотт и Паркинсон давно перестали общаться с Драко, звать куда-то, но не Забини. Войдя в мэнор, в котором последний раз был перед пятым курсом, Драко ощутил радость. Здесь было светло, уютно, а воспоминания возвращали в детство, где ребята очень любили мечтать о будущем. — Мог бы и сказать, что влюблён в Поттера! — заявил Блейз, держа в руках выпуск «Ежедневного пророка», где парни, держась за руки, идут к машине. — Я виноват во многом перед тобой. — Рад тебя видеть, — Блейз обнял друга, у которого из рук эльф забрал содержимое, а Джинни уже стояла в проходе. — Надо же, и обо мне подумал. Или цветы Блейзу? — Цветы для миссис Забини, — Драко забрал у эльфа букет и передал Джинни, которая озорно сверкнула глазами. — Ты в курсе, что я тоже была влюблена в Гарри. И сразу говорю: его любить трудно. Мне тебя даже жаль. Пойдём за стол. Блондин не успел даже ответить, а Блейз прошептал на ухо, чтобы друг привыкал, что Джинни любит командовать. Помня, как она играла в квиддич, давала оплеухи братьям и была желанна половиной Хогвартса, Драко был не удивлён. — Итак, Малфой, что тебя привело? — в упор спросила рыжая, забрасывая ногу на ногу. Ведьма одета была в синие блузку и лосины — по-маггловски. — Я писал, что хочу открыть дело — банк. Банк для магглов. Такой банк, который превзойдёт остальные в мире. — Среди магглов? — удивилась гриффиндорка. — Как будто среди магов мне удастся. — В принципе, в мире магии почти нет банков. Все деньги хранятся в специальных ячейках Министерства магии или в маггловских банках, — заявил Забини. — Банки существуют не во многих странах: Британия, Америка, Китай и Швейцария. Если волшебники хотят перевести деньги, снять, положить на счёта, то идут в Министерство и те связываются в этими банками. — То есть, в мире их всего четыре? — Да. Поэтому если есть желание, идеи, то мы могли бы начать с Италии и Франции, у нас там есть связи. — Общий бизнес? Блейз, я прошу помощи, как открыть его. Научи меня. Но я не хочу зависеть даже от друга. — Успокойся. Я живу совсем другим. Моя матушка скончалась от яда, после убийства очередного мужа. Мне в наследство досталось более семи миллиардов галлеонов. Я и работать не хочу, — засмеялся мулат. — Вот Джинни нравится спорт, я спонсирую её команду. Я люблю Хогвартс — спонсирую школу, детей, чья семья не может себе позволить их одеть, спонсирую начальную школу волшебников, которую открыл Перси Уизли, но бизнес не строю. Однако буду благодарен, если твои банки будут обслуживать меня вне очереди. — Кстати, у Билла есть связи в Египте, можно и там банк открыть, а у Чарли — в Румынии, — ухмыльнулась Джинни. — Мир велик. Возвращайся к магам, Малфой. Тебя примут. А если Блейз не будет справляться, то попросим, чтобы Люциус тебя консультировал 24/7: купим ему ноутбук и телефон, а после магически проведём в его камеру Интернет. С Азкабана не сбежать, там обновили чары, а вот помощь не помешает. Или твой отец не в курсе? — Он как раз в курсе. Посоветовал мне этим заняться. И я загорелся идеей. — Кстати, Виктор Крам хорошо по-прежнему общается с Флёр, в Болгарии тоже будут связи, — вспомнила рыжая. — И как не согласиться вернуться в мир магии, когда такой соблазн, — улыбнулся Малфой. — Это займёт годы, но я готов. — Ещё бы! К тому же, у Гарри денег хватит тебя спонсировать. Его василиска оценили в нереальную сумму. Даже нам такая не снилась, да, Блейз? — Забини согласно кивнул. Теперь Драко стало ясно, откуда у Гарри такое количество денег. Поттер не спешил говорить об этом Малфою, а слизеринец не спешил спрашивать. — Какие планы на выходные? — спросил Блейз. — Барбекю у Финнигана. Вас не пригласили? — Мы не очень общаемся с этой компанией, — честно ответила Джинни. — Почему? — Наверное потому, что… — Блейз вопросительно посмотрел на жену, и та согласно кивнула, видимо, не желая скрывать от лучшего друга мужа. — Джинни лесбиянка, она влюблена в Падму Вуд, — Драко удивлённо открыл рот. — Закрой рот — муха влетит, — что слизеринец поспешил сделать. — Когда об этом узнала Лаванда Браун — журналистка — то у Джинни начались проблемы. Во-первых, Падма любит Оливера. И всё бы ничего, так ей на шею начали вешаться все подряд, учитывая, что она героиня войны, имеющая Орден Мерлина ІІ степени, а ещё знаменитая спортсменка. — Ты бы не стал жертвовать своей жизнью, если бы сам не был влюблён в кого-то недостижимого. — Рон Уизли, — коротко ответил Блейз, и у Драко глаза полезли на лоб. — Натурал. Любит жену. Мы с Джинни решили, что раз не можем быть с любимыми, то поженимся. И всем говорим, что у нас свободные отношения, а ещё мы бисексуалы. Оттого мы не в прессе, а вопросы отпали, зато трахаться можем с кем угодно, когда угодно и где угодно. — Ребёнка мы сделаем в маггловских больницах. Его сперма, моя яйцеклетка — наследник будет. Я выношу ребёнка. Но это будет ближе к сорока годам. — Мне вас жаль… Ваши сердца разбиты… — Ты своё береги, — заявила Джинни. — А о Падме я уже не вспоминаю. Я привыкла жить себе в удовольствие, понимаешь? — Ты молодец, но я знаю Блейза — ему больно. Мулат печально улыбнулся, а Драко решил закрыть болезненную тему для супругов Забини. Малфой получил шанс быть с Гарри, а в итоге морозится от него, в то время, как его лучший друг с женой вообще не могут даже общаться с любимыми нормально, без боли, но живут полной жизнью. «Хватит себя жалеть, Драко! Поттер у твоих ног! Он тебя любит! Чего ты ждёшь?»

***

Гарри вернулся от Хорхе ближе к обеду, а Морис его уже ждал с восьмью папками в руках. Поттер мгновенно забрал их и ухмыльнулся. — Мой друг просит избавиться от них, учитывая, что те приносят огромный ущерб политике Британии. Почти все торгуют людьми, кроме последних двух — там замешаны наркотики. — Я должен убить не более 666-и человек, — заявил Гримм, которого слышал только Гарри. — Спасибо, Морис. Приготовь обед. Мужчина оставил Гарри, и демон соизволил появиться, усевшись рядом, читая об этих людях. — Убей тех, кто торгует людьми, а после скажешь, сколько мест для душ осталось. И если будет ровно 666, а некоторые ещё не убиты, не трогай больше никого. — Ты решишься на мои условия, наследник? Ваша с Драко кровь имеет в роду блэковскую. У вас появится отличный наследник, пусть и полукровка из-за тебя. Рожать не нужно. Над алтарём девять месяцев сфера будет создавать ваше общее дитя. — А кто будет им опекаться? Драко? Он меня возненавидит. А я не умею заниматься детьми. — Кому ты врёшь: ты нянчишь и Саймона, и Тедди. — По несколько часов. А здесь этот ребёнок будет постоянно! — Тебе не одолеть О’Браяна без силы Гримма. Только демон может убить демона. — Значит, он демон? — Не совсем, но обычным оружием не убьёшь, даже клыком василиска, — Гарри недовольно взглянул на пса. — Но раньше ведь как-то истребляли демонов? — Да. — Как? Гримм исчез, оставляя Гарри без ответа, а тот проклинал его на парселтанге так, как Волдеморта не проклинал. Он даст демону столько душ, сколько нужно. Гарри примет наследие. Но не сейчас! Они с Драко только начали жить. Он должен найти другой способ остановить Дилана. И он его найдёт.