Кровь и лёд

Мне понадобилось несколько дней, чтобы свыкнуться с этим фактом. Как и с тем, что мне стали подвластны льды и бури, северные ветра и мороз. От моего настроения могла измениться погода за окном, а прозрачные стены замка – покрыться трещинами. Я все еще боялась себя. Но госпожа, которая всегда была рядом, помогала мне оставаться на плаву. Сейчас она не казалась мне такой жуткой и жестокой. Она обучала меня моим собственным силам и возможностям. Позже, она мне призналась, что в эти моменты она чувствовала любовь, относясь ко мне, как к дочери или младшей сестре. В моем распоряжении теперь оказались не только промежуточный мир и замок. У меня появились помощники. Два ветра: Запад и Восток. Они принимали любой облик, а после моей просьбы, стали появляться предо мной двумя молодыми мужчинами. Мне все еще не хватало общества, и иногда я воспринимала их как моих братьев. Они рассказывали мне, как обстояли дела в мире людском, так как мое становление не могло не отразиться на нем. Так же к замку начали подходить северные звери, в особенности я любила барсов — величественных кошек, в чьем распоряжении были снежные пустыни и ледяные горы. Я все больше узнавала темную сторону монеты людского мира, в котором царила лишь жадность. В котором каждый день одни люди предавали других в угоду себе. Возможно, мне стоило обрушить на них суровый мороз, чтобы отомстить за причиненный вред, но что-то меня останавливало. И этим «что-то» были невинные люди, жертвы, которыми они становились не по воле своей. Мне не хотелось, что бы страдали братья, единственные кто любили меня, горничные и садовники, развлекавшие меня своими разговорами. Те же лошади, служившие лишь извозчиками для людей. Я долго обсуждала это с госпожой, она не до конца понимала меня, но и не должна была. Она никогда не была человеком, и никогда не знала светлых чувств от нас - людей. Ее слова лишь призывали меня принять меры, а вот как – было моим выбором. И вот, в солнечное утро моя нога ступила на улицу города. Дома уже начинали покрываться ледяной коркой, а снег - укрывать землю. До зимы было еще далеко, но меня это не волновало. Передо мной были стены дядюшкиного дома. Он в панике выбежал на улицу. Тогда наши глаза встретились. Кай не сразу понял, что видел перед собой не госпожу, а меня. Его дар речи тут же пропал, а тело его замерло в оцепенении. В этот момент мне хотелось высказать ему всю свою обиду, повторить всю ту горечь слов, сказанных в мой адрес. Думаю, мне было бы приятно увидеть, как сердце его, подобно моему, будет медленно промерзать, превращаясь в отстраненный айсберг, не способный чувствовать хоть что-то. Но гордость. Мне не хотелось тратить на него и секунды. Мой статус давал мне возможность вершить все, что вздумается, впервые против его воли. Я расправила плечи, приподняла голову и узрела его отчаяние. Он знал, что ему не избежать моей мести. Но единственная человечность в нем – было его беспокойство за детей. Я их и не тронула, как уже вам говорила, дала им уйти, в надежде, что они достаточно умны, чтобы все понять и без моего слова. Не помню, как прошли недели. В городах уже лежал снег, укрывая под собой остатки живого. Госпожа простилась со мной и ушла обратно, в прореху. Там, где ее уже давно ждала спокойная и счастливая жизнь. Я не винила ее, даже наоборот. Она была достойна большего. Я же будто бы и была создана для того чтобы стать ей – королевой мира льда. Мои владения не принадлежали ни одному из миров полностью, как и я сама. В нем так же смешались черты людского и мира прорехи, как во мне кровь двух народов. Все чаще я начинала слышать в свой адрес слова страха. Он говорил в них. Честно и жалостно. Они боялись. Боялись меня. Первое время я была к ним жестока. Круглогодичный холод, голод, вьюги. Ветра уносили из городов тиранов и монстров, избавляя мир от скопления злости и желчи. Мне было это приятно. Хоть что-то я могла сделать для простого народа. Мной в то время управляла месть и злоба, я сама чуть не превратилась в чудовище, думая, что мои методы их не ранят. - Твое сердце уже давно превратилось в осколок льда! – сказала однажды маленькая девочка, когда я выходила из замороженного дома. Ее родители служили у помещика, чье тело уже пару часов плавало в океане смерти. Теперь они лишились крова. Она смотрела не меня так жалобно и с такой жгучей ненавистью, что в этот самый момент, частичка человечности во мне растаяла. Я вдруг осознала: «Что же я делаю? Я ведь ничем не лучше их!» Позже я тревожно бродила взад-вперед по большому залу, то и дело заглядывая в зеркала. «В кого ты превратилась? В такого же монстра как они!». Тогда впервые с момента моего становления слезы покатились по моим щекам. От судьбы не уйдешь, и моя судьба – быть ей, королевой льда и снега. Но кто сказал, что ей нужно следовать до конца? Пусть и в одиночестве, в холодном единении, но я продолжала быть собой. Частичка человека мешала мне карать всех без сожаления, я уже коснулась этой грани и больше не хотела повторить это снова. Жестокие зимы прекратились, люди стали получать урожай и радоваться весне, как когда-то радовалась и я. Постепенно забылось и мое недолгое правление, так что в сказаниях осталась лишь госпожа, которую однажды победила Герда. Я и не хотела этого. Пусть лучше обо мне не вспомнят, чем вспомнят как о кошмаре. И лишь один город, стоящий в вечном льду напоминал миру о жестокой правде, город в котором стоял его дом, в котором выросла я. Быть может, когда-нибудь, когда солнце засияет ярче, а люди осмелятся пойти по тропам сказок, ко мне придет мой Кай, а Герда – к снежной королеве. Но пока ледяное сердце холодило лишь меня.