Воля господина

      Берг совсем недавно прибыл из соседнего города с особым поручением — убить своего господина любым способом. Прикусывая губу до крови, он топтался возле хозяйского порога, пока голос такой ненавистной ему служанки не позвал внутрь. А точнее в кабинет господина Анзо. «Неужели он что-то знал о его делах? Или ему просто нужно видеть его как слугу рядом? Только бы план не пошел под откос после этого разговора»... Думал Эдуард, открывая дверь рабочего кабинета главы семейства Анзо, Лукаса.       — Недавно, когда ты был в очередном отъезде, я заметил некоторую странность. Мне стали приходить анонимные письма со смертельными угрозами, будто бы созданные в одной организации. Но никто из моего ближайшего окружения не знает о революционных помыслах, кроме тебя. Неужели тебе нравится пресмыкаться перед высшим классом? Нравится лизать ноги своему хозяину? И ты никогда не мечтал о свободе? О честном существование в своем государстве? О верховенстве человека, а не закона? То есть ты договорился на стороне о том, чтобы меня убрали, да? Вот так ты уважаешь человека, который желает освободить вас от гнета? Или вернее будет сказать... Вот так ты уважаешь своего хозяина? Сдал, наверное, меня уж ближайшим гвардейским частям. Ждёшь только нужного времени, чтобы сигнал им подать? Чего ты, тварь такая, молчишь?! Неужели тебе нечего сказать мне? Неужели вся эта привязанность была умелым актерством? Неужели ты вынашивал план моего убийства с самого начала? А те восхищённые реплики о революции были лишь для отвода глаз? И ты всегда был за монархию? За слепое подчинение властям? Не ты ли говорил, что мир меняется? Мир не стоит на месте! Так почему с развитием машин, появлением фабрик мы должны жить в феодальной империи и подчиняться кому-то, кто даже не знает наших потребностей, наших судеб! Да и, давай вспомним, как ты, ещё совсем юнцом, пришел ко мне и боязливо кланялся в ноги по наказу своего отца. Не часть ли это тупого мира и ты сам? Так почему ты продолжаешь верить в монарха, а не в мои слова? Неужели я перестал быть идеалом для тебя? Неужели я разочаровал тебя чем-то? Но самый главный среди этих вопросов только один... Как ты мог, Эдуард?       Лукас бросил суровый взгляд на своего подопечного, расплываясь в безумной улыбке. Кажется, в его душе происходила борьба. Эдуард вздрогнул, ощущая, как господин Анзо буквально пожирает его своими зелёными глазами. Блондин сглотнул слезы и не мог найти себе места. Ему казалось, что кабинет начал сужаться, желая захватить его в плен и не отпускать. Но взгляд Лукаса приковывал его к полу, к этому месту. Эдуард ощущал себя, как собака на цепи. И вдруг в его голове щелкнуло осознание, он не может пойти против зелёных глазах. Если они скажут умереть за революцию, он умрет без промедления. Будто бы видя весь мыслительный процесс светловолосого, господин Анзо поднимается со своего рабочего места и крадётся к Бергу, словно хищник. В его глазах читалась ненависть и страсть. Кто знает, было ли последующее действо наказанием или высшим наслаждением?       Тишину разрушают отрывистые реплики Эдуарда. По нему точно видно, что все то, сказанное до этого — правда. Так зачем же вспоминать остальное? Зачем пытаться?       — Господин Анзо... Господин Анзо! Прошу, выслушайте меня. Вы должно быть не так поняли, я могу объяснить вам.       Блондин сглатывает, прижимается ближе к двери, которая увы сейчас закрыта. И лишь слышит поспешные шаги рядом с собою. Эдуард опускает взгляд в пол, не решается смотреть на него.       Вскоре господин Анзо останавливается прямо перед блондином. Изучает его пару секунд строгим взглядом, а позже поднимает чужое лицо за подбородок. Красив. Ухмыляется, касается губ светловолосого, осторожно покусывая их. Пока Эдуард не закинет руки на его плечи и не уведет этот поцелуй в другое русло. Блондин прижимается ближе к мужчине, позволяя последнему эти вольности. Они приятны обоим.       Брюнет ведёт по чужой талии, плавно стягивая до этого места одежду. Ни на минуту не открывается от губ. Сколько раз он так делал? Определенно много. Остановится ли он когда-нибудь? Точно не сегодня.       Эдуард вздрагивает и стонет в поцелуй приглушённо. Их могут заметить. Как он раньше не подумал об этом! Руки сжимаются на плечах сильнее, но нарастающее возбуждение мешает нормально мыслить. Ему хочется больше. Блондин уже открыто стонет, требуя к себе внимания.       Но брюнет лишь сильнее сжимает его бедро, заставляя второго закусить губу. Не зря он просил называть его господином. Всё-таки все в этом доме в его руках, а особенно это горячее тело.       Анзо дёргает своего любовника за пряди волос, дабы тот открыл шею — чувствительное место. И осыпает ее горячими поцелуями. Пока Эдуард вдруг не сдается... Просит о большем. Возбуждённо и преданно смотря в чужие глаза. Разве такому можно отказать?       Брюнет резко разворачивает его к себе спиной, прижимая к закрытой двери. Снова слышит стон, хотя ведь он ещё совсем ничего не делал.       Толчок. Блондин сильнее прикусывает губу, знает, что с ним церемониться долгого не будут. Всхлипывает. Но привыкнув к действиям Анзо, даже двигается навстречу, ускоряясь.       Брюнет наматывает чужие волосы на кулак, сцеловывает слезы и шепчет всякие глупости про вечную любовь и неземную красоту. Рычит, близится к разрядке, а потому опускает руку на чужой член, доводя до пика удовольствия.       Эдуард кончает, выкрикивая имя своего господина и одновременно старается удержать на дрожащих ногах. Руки все сильнее упираются в дверь. Блондин все ещё чувствует в себе Анзо и сдавленно стонет. Ко второму раунду он точно не готов.       Лукас грубо ведёт рукой по его спине, останавливаясь на шее. В следующий миг Эдуард ощущает удушье и желание упасть в ноги своего господина, который не церемонясь с ним, продолжил удовлетворять свою похоть. От подобного блондин вновь возбудился. Видя, как низко пал его подопечный, в глазах Анзо взыграли черти. Он наклонился к его уху сладкого шепча:       — В следующий раз я отправлюсь с тобой в эту чёртову поездку. И ты представишь меня этой оппозиционной группировке, как своего любимого хозяина. И публично заявишь, что принадлежишь только мне. И не желаешь идти против моей воли. А если ты вдруг пойдешь против этих слов... Тебя будет ждать наказание хуже этого. Ты понял меня, Эдуард?       Желая ответить хоть что-то, блондин смог лишь сладко простонать. Его глаза закатились от удовольствия или от того, что властная рука все ещё сжимала его шею. Поняв, что его подопечный больше не выдержит, господин Анзо с особым снисхождением опустил руку с шеи на его член, помогая достигнуть разрядки. Ловя губами сбивчатые слова благодарности, Лукас расплывался в очередной похабной улыбке. Эдуард невинно устраивал руки на плечах своего господина и тяжело дышал. И в его голове сейчас вряд ли рисовался план революции или убийства любимого человека.