Нечисть

      Густой дым окутывал укромные уголки темной улицы. Луна едва была заметна за облаками, что плыли по ночному небу. А главная прелесть ночи — тишина, такая спокойная и умиротворяющая. — Темной ночью, — было начал суровый голос с крыши, — свои дома покидают только глупцы, забывающие о безопасности и смело ступающие под покров ночи. Жители даже не знают что во тьме скрываются… — но того беспардонно перебили: — Настоящие хищники! Ррр! — с детской улыбкой, обнажая клыки проговорил сосед, желающий, при всей своей обаятельности, выглядеть устрашающе. — Не мешай мне вести повествование! — прорычал Намджун, чьё спокойствие нарушили. — Да ладно тебе! — бросил досадно Хосок, все так же улыбаясь, — Ты всегда был злюкой, это становиться уже традицией.       К слову, что бесило Кима ещё больше — так это то, что будь он один на крыше, не стал бы и звука произносить, а просто занимался делом. Однако его напарник стал причиной внезапно начатого разговора, которого Нам хотел сам того не подозревая. — Какое гадство! — выругался он, — Ни одной смертной души не покажется! На подобные жалобы Намина, Хо тихо хихикал, ведь при подобной выходке с его стороны, восьмой пожелал бы закопать кареглазого глубоко под землю. — Не стоит делать из этого драмы. — передразнил рядом сидящего, Хосок, — Ты забываешь о своих же принципах… — Мне насрать!       В какой-то момент оба заметили проходящую мимо дома, на котором они устроились, леди, которая, казалось, чудом не услышала их нескромный разговор. — А вот это уже находка, — завороженно протянул Хо, облизывая сухие губы, — Эта дева моя!       Как бы Намджун не был груб, но уступать в очередной раз добычу он не собирался. Потому, проигнорировав слова товарища, тот кинулся первым с крыши дома, сверкая алыми глазами. Подобная выходка друга была для Джей-Хоупа не в первой, он привык дразнить Кима, но сейчас первым сделал ход союзник.       Плюнув на вышесказанное, тот лишь осторожно спрыгнул на асфальт, дабы не испачкать плащ. Он созерцал как леди пищит от страха перед нападавшем. В данный момент Хосок только задорно улыбался, наблюдая за кровожадным Намом, чьё деяние было поинтереснее всякой «четвёртой группы».       Однако какой бы легкой не казалась нажива, у всего есть свой подвох. Как и сейчас, обмякший Хо не ожидал, что девчонка ловко вырвется из рук его друга, стрельнув в ногу того серебряной пулей.       Намджун досадно зашипел, не ожидая подставы, а кареглазый уже был готов бежать, как тут же из-за угла показался темный силуэт, чье присутствие вызывало мурашки по телу. — Девчонка приманка! — рыча вспылил Намин. — Да и фальшивка к тому же… — хмыкнул Джей-Хоуп, позволяя себе в очередной раз съязвить.       Старший ещё больше возмутился с ситуации, будучи преклонным злиться от натуры стоящего рядом вампира. Вот какого черта он думает о чем то левом в такой сложный момент! Какая разница чью кровь пустить! — Делаем ноги, идиот! — сорвался с места Ким, по которому уже целились из арбалета. Хосок же поспешил за ним, показав язык напоследок той «фальшивке».       К слову на подобное заявление оскорбленный хорошенько прицелился и попал одному из убегающих в плечо.       К неопытному стрелку подошёл тип в длинном пальто, края которого сейчас умиротворенно развивались на легком ветру. — Прости Чонгук… — досадно и с долей вины произнёс тихий голос. — Не за что извиняться, — заверил того мужчина, — Ты не плохо справился для новичка, Чимин, но впредь будь поаккуратнее.       Одобрительные слова из уст старшего заставили второго успокоится и даже слабо улыбнутся уголками розовых губ.       Чимин спрятал увесистый пистолет в кобуру. — Тебя не покалечили? — спросил Чон. — А? — этот вопрос заставил Пака впасть в ступор на мгновение. Не сказать что часто кто-либо интересовался его самочувствием. — Нет — нет, все хорошо, — спешно заверил того Чим.       На это Гуки кивнул.

***

— Черт! Проклятье! Сука! — и другие ругательства были услышаны из уст раненного Кима. — Тебе всегда не везёт, — безмятежно вздохнул Хосок. — Блять! Завались! Тебя то это все стороной обошло!       От всех этих криков Хо оставалось только недовольно кривиться, хмуря брови. Вынув пулю из своего плеча, старший болезненно зашипел, невнятно что-то проворчав.       Игнорируя любое негодование со стороны Нама, взгляд Джей-Хоупа был прикован только к кровоточившей ране, что была видна сквозь отверстие на пиджаке. Волей — неволей, а Хосока привлекла эта картина, что было заметно по ярко малиновому оттенку, в который окрасились давеча карие глаза.       К слову такое состояние характерно и у РМ, чьи зрачки во время вида крови наполняются алым цветом, но пока его ничто не побуждало на кровожадность.       То не скажешь о Хосоке сейчас, ибо ему было крайне сложно удержаться даже от такой картины. Кажется еще мгновение и он будет глотать слюни, потому скоро тот набросился на друга, слизывая тёплую кровь. — Идиот! Мне больно, гад! — Намджун стал отпихивать Хо, но тот сам отпрянул от раненного слизывая стекающую с губ кровь.       Томный взгляд его был направлен напарнику прямо в глаза, а легкая улыбка не сходила ни на мгновение.       Что хорошо знал Ким, так это то, что Хосок дозволит себе многое в таком состоянии, потому скоро второй получил по лицу. — Гематофил хренов… — произнёс восьмой крайне недовольно.       Хо следовало отдать должное Намджуну, что тот вернул его к реальности, однако все равно во взгляде сохранял обиду. — Такая хрень, — гаркнул Нам, — Я, мать вашу, голодаю уже второй день, ещё и «кота в мешке» подсунули!       Созерцая подобную агрессию от друга, Хосок по какой-то неизвестной причине почувствовал себя виновником всех его нынешних страданий. Тот невольно прикусил нижнюю губу с виной в глазах.       Ким укрыл плечо своим плащом, дабы на его рану больше не пялились. — Ну так… может все-таки ко мне? — постарался загладить вину второй, в то время когда его одарили только скептическим взглядом, — У меня найдётся свежая кровь. — Я люблю добывать пропитание сам, — грубовато выразил отказ старший, — я тебе не беспомощный котёнок под машиной. — Люблю котят. — усмехнулся Хосок.

***

— Ну так… какого черта? — не понимал Намджун, глядя на то как двое людей дерутся с пьяни.       К слову, двое на данный момент восседали на крыше дома, который смогли найти не далеко. Кровопийцам даже пришлось стать свидетелем чего-то такого. — Хм, — хмыкнул Хо, — Я почти уверен что кто-то из них промахнется или угодит под машину. — А я знаю что одному из них повезёт просто споткнуться и сдохнуть.       Не самое веселое зрелище знаете ли, особенно когда у тебя болит плечо и нога от любого движения. А ещё, твой напарник сейчас сидит рядом, готовый не упустить ни мига, когда ты откроешь раны, чтобы вдоволь наиграться с ними. Короче пришлось Намину чуть ли не укутаться в свой плащ, сидя по-турецки.       Наблюдая за какими-то маханиями двух парней в разнобой, Хосок тяжко вздохнул: — Не понимаю зачем так несерьезно относиться к алкоголю, — выразил он своё мнение, — это же совсем позорно и не эстетично. — Кто бы говорил, — возразил Нам, — кое-кто недавно кажется самообладание потерял. — Ах! Что простите? — возмутился второй, — у меня все с этим в порядке, будь так любезен извиниться.       На это Ким с радостью уткнулся в нос собеседника средним пальцем, стараясь игнорировать все его возмущения. — Не считаю что обязан, ты просто смешно орешь.       Хосок оскорблено фыркнул.       На небе не оставалось туч так много, как раньше. Сейчас луна едва видна, а из-за горизонта едва видны солнечные лучи. — Как думаешь, а кровь охотников этих слаще? — вдруг задал внезапный вопрос Намджун. — Тех что мы встретили в переулке? — Хо улыбнулся, — не знаю так ли это, но уверен что это была бы сладкая месть.       Старший на это усмехнулся.

***

      На утро город озарил солнечный свет, который означал конец ещё одной рабочей ночи.       Чимин сладко зевнул, следуя уже как полчаса за Чон Чонгуком по знакомому пути. А вели эти улицы к дому, в котором и проживают борцы против нечисти.       Как бы все это не выглядело и как бы к этому не относились горожане, а обречь случайного прохожего на гибель от единого укуса кровососа совесть Гука не позволит, потому и существует подобная организация.       Казалось бы каким-таким образом в подобную отрасль угодил такой беспомощный граждан как Чим? А дело в его внешности. Разве может парень, выглядящий совсем безобидно вызывать ужас у нечисти? Он сам предложил свою помощь в поимке вампиров, а именно — был приманкой.       Добравшись до подъезда, который таился в укромной тени соседнего здания, двое зашли внутрь. На лестничной площадке стоял полумрак. Лампочка перегорела в очередной раз, потому пришлось ползти до двери в тени. Однако подобная ситуация стала проблемой только для Чимина, чьи глаза отвыкли от темноты, потому бедолага мог ненароком спотыкаться о ступени по пути к укрытию.       Как только железная дверь квартиры была открыта, двое прошли внутрь своего скромного жилища. Двое блаженно выдохнули напряжение, после чего, переглянувшись, неловко посмеялись. — Мне стоит сходить в магазин, — подал голос Чон, — посиди немного один, я скоро вернусь.       Пак глянул на соседа и беззвучно кивнул, однако расставаться с оберегающим тебя человеком не было особой радости.       Скоро Гук покинул дом и голубовласому снова стало не по себе. После нападения кровососов мандраж не покидал Чимина, а волнение за кого-то близкого не давало покоя. Конечно, тот уверял себя в том, что не стоит беспокоиться о ком то вроде Чонгука, ведь он справиться с любой проблемой; но, как бы то ни было, парень противоречил сам себе, высматривая соседа в окно, пока тот не скрылся за поле зрения.       Раздался звонок к дверь, который сильно напугал Пака, ибо сейчас был самый неподходящий момент для неожиданностей. Это совсем не мог быть Чон! Он бы не вернулся так быстро, да и уходил тот от подъезда вот только что. Чимин не видел кого-либо кроме его товарища на улице, значит это кто-то из соседей. А может быть это вампир который прятался в тени!       Парень набрался решительности и добрался до прихожей. Глянув в глазок, тот не увидел никого, потому открыл замок дрожащими руками и выглянул из-за двери. К неожиданности для Чима, ему показался Юнги, который до этого прятался за дверью. — Ну привет, — раздался знакомый голос, сопровождаемый вскриком Чимина, который и без этого был напуган, — Чего орешь-то?!       Парень не успел что-то сделать как в квартиру беспардонно прошли словно в родную. — Зачем ты пришёл? — поинтересовался Чим, — Да ещё и так рано… Чонгука сейчас нет дома. — Кажется он сказал лишнее. Пак даже поспешил закрыть рот руками, однако это мало повлияло на сказанное. — Ну так дождёмся его вместе, — с натянутой до ушей улыбкой проговорил пришедший, не сводя глаз с парня. — Не надо, Шуга… — но названный не обратил на слова Чимина никакого внимания, а лишь схватил того за запястье и скрутил парню руку, оттянув рукав свитера.       На подобное Чимин оставалось лишь тихо бормотать что-то, отговаривая Юнги и пытаясь успокоить себя, что бы не поддаться слезам.       Обычно Шуга приходил к Чону чтобы «обсудить новые вызовы» и лишний раз попроситься с ними на охоту, но Чонгук всегда отказывал ему, мол «не дорос ещё до подвигов». И если и говорить о его возрасте, то Юнги был младше Чимина всего на год, а вытворяя шалости забавлялся с беспомощности парня постоять за себя.       Конечно обо всем этом Чимин пытался доложить Чонгуку, но его сосед лишь отвергал слова, ведь не замечал в его присутствии ничего такого, что могло бы выдать мелкого засранца. Сейчас бы беспредел легко продолжился, но оба услышали как захлопнулась дверь. Чон вернулся.       Стоило младшему появиться в поле зрение старшего, как пришедший понял про себя, что с отдыхом судьба решила не спешить.       От Юнги стали слышны очередные слова, гласящие о том, что Пак снова домогается до его невинного тела, и что его натура страдает от каждой выходки этого беспардонного грубияна.       Бедняга только глазками похлопал. Ему совесть никогда не позволит поднять руку, на кого-то кроме вампиров, это как-то не правильно. Однако Шуга и сам был тем ещё «кровососом». — Не стоит драматизировать, — коротко произнёс Чон, дабы Юнги перестал толкать свои речи, — Чимин, займись делом.       Отстаивать свои права Пак не был намерен, ведь как не старайся — напрасно полагать, что Гук будет разбираться. Но только Чим собирался покинуть комнату, как его хватают за руку, останавливая, а после и вовсе прижимая к себе. — Не стоит, — выразил липовую надежду в голосе Юнги, — Я всегда буду верить в то, что этот нехороший человек измениться и мы сможем быть друзьями.       Ребёнок стремился состроить из себя жертву, ради привлечения внимания, но до подобного театрального искусства Шуги Чону не было дела.       Чонгук скрылся за дверью своего кабинета оставив двоих наедине со своими проблемами.       Удостоверившись лишний раз, что Чону ничто не помешает, тот облегченно выдохнул, скидывая с себя сумку куда-то в угол комнаты, из которой сразу вывалилось половина всего арсенала, что охотник не оставляет без владения руками.       Чонгук устроился за столом, устремив взгляд на потайной шкафчик на замке, ключ от которого тот хранит строго на собственной шее, дабы доступ к нему имел только сам Чон.       Почти было Чонгук открыл тот самый замочек, как услышал позади себя приглушённый и едва уловимый стук по стеклу. Гук оглянулся, прислушавшись. По итогу, услышав повторный стук, Чон поднялся со стула, схоронив ключ под тканью рубашки, распахнув только слегка приоткрытую штору целиком. Увидев прямо за окном парящую летучую мышь, мужчина рывком вынул из-за пазухи револьвер, отворив окно, пустив пару выстрелов в путь улетающей нечисти.       Чонгук что-то напыщенно гаркнул, озадаченный мыслью о предстоящем переезде в новое укрытие. — Гады, совсем себя не берегут!       Тот было потёр переносицу, дабы сбросить лишний стресс, но в какой-то миг заметил краем глаза лежащее на косяке окна завернутое в тугой свиток письмо. Чон взял испачканную свежей кровью бумагу, запирая окно от сквозняка.       Чонгук не был рад подобной встрече, потому оставался по сей миг в ужасном настроении. Развернув импровизированное письмо, тот мог наблюдать перечеркнутые четверостишия перьевой ручкой, снизу которых было расписано следующее: «Твоим подвигам заслуга — свобода посейчас. Выгодно, пожалуй, думать, что человек правит пищевой цепью. Однако. Не вечно радоваться жизни тебе. Вечны только всемогущие. И ты в непостижимой дали от этого. Но есть возможность заключить соглашение меж нами, которое позволит тебе свободно мыслить о долгой жизни. Защищай граждан вечно и насмехайся над ними, ибо такого могущества достоин только ты. Разговор будет долгий. Центральная набережная ныне особенно красивая под ясной луной.»       Чонгук посмотрел на строки снисходительно, но серьезно, ища в каждом слове подвох. Уж слишком сомнительное предложение и больно мутное. Единственное что Чон взял на заметку, так это то, что расписывала это письмо, рука кровопийцы, которым был дан намёк на предстоящую встречу этой ночью. Чонгук не даст и шанса сбежать проклятой нечисти, раз ему выпал удобный случай прострелить вампирюге сердце.       Гук остался с гневной мыслью о нынешнем его положении и гадком влиянии этих кровососов на его скромную жизнь. Пожалуй, нужно хорошенько выспаться…

***

      Сгущались тучи и гасло солнце. Скоро начнёт темнеть и солнечные лучи будут не в силах навредить таящимся во тьме хищникам.       В то время Чонгук собирался к своему уходу, а если быть точнее, собирал к тому находящихся в квартире парней. — Гуки, ну пожалуйста, возьми с собо-ой… — Уговаривал недавно сонный Юнги старшего, — Я тебе так помогу, как ты себе не представляешь! — Нет. Ты останешься здесь, для своей же безопастности. — Чон будучи обувающимся у выхода, не слушал грубости от Юнги, игнорируя все его просьбы. — В безопасности с этим насильником? — кинул дерзость Шуга, и, видимо, перестарался. Уж слишком в данный момент названный насильником не походит на эту роль.       Чимин неловко молчал, но не смотря на это, тому все равно было жаль в такой ситуации Чонгука, стойко терпящего все выходки младшего. Потому Пак намеривался угомонить Юнги, беря ладонь паренька в свою, давая ему понять о неловком положении Чона сейчас. — Ну вот, я же говорил. — взвыл Мин, отдергивая руку от Чима. — Чимин, ложитесь спать и закрой шторы на окнах, — Чон бросил на напарника серьезный взгляд, — и без фокусов.       Бедняга не нашёл чем возразить, оставалось только удовлетворенно условиями старшего кивнуть, становясь, тем самым, строгим к своим потенциальным проколам.       Чонгук скрылся за железной дверью, перебирая ногами ступени, следуя вниз по лестнице. Его мимолетные желания поквитаться с кровососами каждый шаг становились все ярче, будто это что-то точно сбыточное в близком будущем.       Ковыляя по улицам, Гук добрался до ближайшей остановки, на которую скоро прибудет последний автобус.

***

      Полночь. Ожидая встречи, хмурый кровосос восседал на крыше дома, недалеко располагающегося от здания близ набережной. Не стоило Намджуну так расслабляться, будучи хорошо приметным на этом месте, ибо легко может скрываясь во мраке ночи, подобраться тот, кого не хотелось бы видеть, будучи в таком напряженном положении. — Доброй ночи! — Знакомый бодрый голос послышался позади, из-за которого по спине прошлись колкие мурашки.       Нам что-то без энтузиазма прорычал, не сводя глаза с улицы. — Чего такого серьезного происходит? — поинтересовался кареглазый устраиваясь рядом. — У меня встреча. — коротко ответил Ким. — Ох-о, позвал девушку, чтобы прокусить ей шейку? — пылко издал смешок Хосок с присущей ему ухмылкой. — Гораздо слаще, чем твои гурманские штучки. У меня все накроется, если ты не уйдёшь, так что ищи другое место для развлечений!       Кареглазый хмыкнул на подобное оскорбление, величаво подняв подбородок к луне: — Твоя задача мне не понятна, но это не помешает мне выразить негодование, — обиженно бросил тот, — Пускай ты будешь заниматься чем угодно, но волнение перед потенциальной угрозой для тебя меня не остановит от любопытства. — Хо устремил взгляд на рядом сидящего, хмурясь в присущей ему манере.       Со вздохом от безнадежности, Намджун скорее из агрессии выдал свои намерения: — Одного охотника я позвал с выгодным для него предложением, пускай он не будет знать моей части сделки, для него только известно, что получит вечную жизнь. — Ты хочешь превратить охотника в вампи.?! — розововласому закрыли рот ладонью. — Да, хочу, но на то есть выгода. Он забудется и я выкраду очень важную вещицу из его арсенала.       Джей-Хоуп выбрался из хватки напарника: — Ты с луны упал! Нельзя этого делать, ты погубишь нас!       Янтарные глаза Нама сверкнули искрой азарта. — Скорее этого идиота. У него в ящике стола есть то, что способно прикончить вампиров раз и навсегда и если мы выкрадем эту штуку, то сможем иметь власть над их группировкой.       Кареглазый глянул на того немым вопросом, угомонив на момент своё негодование. — И откуда ты об этом знаешь? — Выследил, — ответил Намин, — и высмотрел из окна кабинет их главного.       На момент восторжествовало молчание, облегчающее беседу двух кровопийц. Хосок задумчиво поглядывал вдаль, разобравшимся во всем, но не избавленный от прежнего беспокойства. — У меня тут лист пропал, — все-таки заговорил кареглазый, — там был стих, который мне очень нужен.       Старший не нашёл бы в словах Хо важности, если бы в потере не был виновником он. — Я его… одолжил. Навсегда.       Хосок нахмурился, выражая недовольство, но так и быть, ничего не ответил, только скрестил в обиде руки. Намджун в свою очередь забавляла эта беспомощность напарника, из-за чего на его лице заиграл оскал. — Ну не дуйся, это же во благо. — Глядя на такое поведение Кима, Хо от чего-то потух в своей обиде. — Ну да, во благо, — согласился тот, подхихикивая, — надеюсь ты поделишься добычей. — Тебе совсем без крови никуда? — рыкнул Намджун, злясь от безрассудства знакомого вампира, — Мне жрать нечего, а тебе хоть хер обмажь кровью, ты его обсосёшь! — Хо напыщенно ахнул. — Я не виноват в том, что мой друг не в силах себя обеспечить! — вспылил тот, принимая обиду близко к сердцу, — Мне тоже хочется изысков!       Нам — свидетель такой картины, грубо насмехался над Хосоком, наблюдая его «тягость к прекрасному».       В то же время краем глаза Ким заметил уходящего за угол соседнего дома, человека в длинном пальто, направляющегося на место встречи. — Это он, — бросил на ветер Нам, всматриваясь на секунду в тёмный силуэт, — оставайся здесь, я пойду. — Тот было намеривался встать с крыши, как Намджуна хватают за руку, обращая все внимание на себя. — Принеси мне его кровь, — с легкой ухмылкой попросил Хосок, чьи глаза уже наливались малиновым оттенком. — Тьфу блять… — пробубнил Намин, отчего-то не удивленный подобной просьбе, после чего в миг обратился мышью, направляясь к подножью соседнего дома.       Спустившись в самую густую тень переулка, клыкастый стал единым целым с темнотой ночных улиц, сливаясь воедино с силуэтом жилого дома, отсвечивая на луне янтарными глазами.       Сверкая заинтересованной улыбкой, Джей-Хоуп преодолел единым прыжком дорогу, разделяющую два старых дома, и плавно прильнул носками к крыше дома, прячась, словно скрытный шпион готовый к наблюдению интригующей картины.       Белая луна святила тускло. Торжествующие новолуние оставляло ночному святилу пустяковый блеск, силы которого не хватит освятить переулки и узкие дороги. Однако на открытой улице у темного моста своя атмосфера: она была как на ладони, освящённая единственной надеждой на свет месяца.       Силуэт ночного кошмара вышел на освященную улицу. Сразу не могло показаться и то, что вампирюга коснулся подошвами земли только через секунды своего появления. Однако, не дав мгновения подойди ближе к живому знакомому, как на него направили ярко поблескивающий револьвер. — Какое приятное гостеприимство. — усмехнулся тот, своей улыбкой демонстрируя либо насмехающийся оскал, либо правое недовольство. — Не смей приближаться, иначе отхватишь ещё.       Нам едва сдержался, чтобы не закатить глаза, как это бы сделал Хо на его месте. — Разве есть мне выгода нападать на тебя? Сам подумай, иначе бы я не решился придти.       Между ними двумя сократил расстояние вампир, нарушая поставленный порядок охотника. — Стой на месте! — Чонгук угрожающе дернул оружие, от чего едва Ким сам не дрогнул. — К чему эти угрозы, я не настроен нападать. — сказал кровопийца, смерено вздохнув. — Я не удивлюсь твоей лжи.       Намджун дружелюбно улыбнулся, скрывая настоящий хищный оскал. — Мне это не зачем. Твоя инициатива выбора мне куда приятнее. — Я убеждён. С таким энтузиазмом явно что-то придётся тебе на выгоду. — Но разве это не взаимная выгода?       Между ними воцарила напряженная обстановка, однако куда более в ней казался уверен именно Намин. — Я хочу знать ответ на мое предложение.       На миг, как показалось Киму, Чон дернул бровью. — Мне нужно больше подробностей.       Намджун сверкнул улыбкой. — К чему? Тебе лишь нужна воля держать людей в сбережении от нас. Но с твоей смертностью ты проигрываешь. Поэтому я дам тебе стать таким же вечным как и мы.       Гук, задумавшись, отвлёкся от настроя на угрозу вампирюге сверкающим оружием, из-за чего потерял бдительность и тень клыкастого оказалась перед носом Чонгука хищно сверкнув зрачками.       Чон ничего не успел предпринять, как прямо перед лицом прыснули ароматное благовоние в розовом флакончике. Леди бы признали духи, вспрыснутые Намом настоящей роскошью, однако эффект сладкого запаха вдарил по сознанию Чона, заставляя его конечности слабеть, а мысли перемешаться в одну кучу и рассеется в одно мгновение.       Намджун подхватил размякшего охотника на руки, отпрянув ступнями от земли и взмывая над тенями высоких зданий в своё убежище.

***

      Меж узких кварталов и скрытых тьмой дворов, Нам, чей плащ парил следом, легко приземлился в открытое окно чердака староватого здания скрывшись словно чёрный кот в темноте помещения под крышей.       Чонгук чувствовал прежнее недомогание от внезапно появившегося легкого опьянения. Он нашел силы остановиться на коварной мысли, что теперь он знает где скрывается кровосос. — Я нагряну в твоё укрытие и тогда-то мы поквитаемся…       Нам самодовольно хмыкнул. — Обязательно. Если тебе вообще память позволит вспомнить эту ночь.       Кровопийца прильнул носом к бледной шее улавливая людской запах смешанный с ароматом духов, что малость взбудоражил даже его самого, от чего глаза вампира загорелись красным.       Он никогда ещё не чувствовал столь большого влечения к кровожадности над жертвой, как сейчас, когда его жертва — страшная угроза жизни нечисти. Намин буквально схватили в плен большой риск и неутолимая жажда, которая влекла его. Стоило ему оголить свои клыки, как тот заметил, что серый вновь достаёт из кобуры серебряный револьвер.       Ким бросил расслабленное тело Чонгука на пыльную пастель своей кровати, прижав его запястье, дабы тот был не в положении противостоять. Пускай Намджун был сильнее охотника, Чон был упорным в своих действиях и не отпускал оружие из рук, спустив сквозь зубы протяжный стон.       Ким рывком откинул револьвер в конец комнаты прошипев от ожога подушечек пальцев, однако тот заглушил недовольство пониманием, что выбора ему не оставляли. Тот усмехнулся от сопротивления чадного духами охотника, который тратит последние силы на это.       Намджун обхватил ладонями его шею сжимая и массируя глотку тонкими пальцами. Чон почувствовал тяжесть в животе от этих действий, приняв это за болезненные ощущения, тот вцепился в чужие ладони, с трудом глотая капли воздуха, с невыносимым жаром. — Такие гады как ты невероятно сладки на вкус. — прошипел во тьму Нам, едва сдерживая себя от того, чтобы не разорвать Чонгука на части, ему хотелось оставить мучаться охотника за все его деяния.       Намджун сорвал с жертвы длинное пальто, пропахшее чем то едким и разорвал на груди Чона тёплый свитер, вдыхая его запах, уткнувшись в ключицы. Гук зарылся пальцами в путанных волосах кровопийцы сжимая их до боли, в то время как Нам впивается клыками в выпирающие кости, что вызывало странно возбуждающие жертву чувства.       Почувствовав первую кровь кровопийца засиял в улыбке, отстранившись от того. — Я насыщусь твоим вкусом…       Он прильнул к тонкой шее пронизывая ее. Неудачно выбранное место извергло из себя струю крови пачкая одежду и пастель Намина.       Увидев лицо кровопийцы в собственной крови, Чон ещё чувствовал своё сердцебиение и тяжелое дыхание, а ещё мокрый язык его мучителя блуждающий по его шее и щекам. Он сомкнул глаза, в собственных стонах…