Everyone is born twice

— Хотела бы я это видеть, — восторженно произносит Кири, — Океан благословил тебя, брат. — Тулкуны ещё не вернулись, — вмешивается Аонунг, склоняясь над нашим своеобразным кругом из всех присутствующих, — И они не плавают по одиночке. — А этот плавал, — мотнул головой Ло’ак, взглянув на рифового, — У него ещё одного плавника нет, просто обрубок слева. — Бедный тулкун, — Тук жалостливо перевела взгляд с Ло на меня, и я ободряюще ей улыбнулась. — Паякан, — внезапно произносит Цирея, взволнованно посмотрев на всех нас, — Это был Паякан.       Опасение рифовых, вызванное этим именем настораживает, поэтому я спрашиваю: — Кто такой Паякан? — Молодой тулкун ставший изгоем, — поясняет Ротхо, — Он совсем один и у него нет плавника. — Говорят он убийца, — Цирея кладёт свою руку поверх Ло, заглядывая ему в глаза. — Нет-нет, — хмурится Ло’ак, вновь замотав головой. — Он убил на`ви и других тулкунов, — Аонунг ступает вперёд, — Не здесь, далеко на юге. — Нет, он не убийца, — всё отрицает младший из братьев, и я поджимаю губы.       Тот тулкун, с которым меня познакомил Ло’ак ночью и то, как он был добр к нам и отзывчив, точно не вяжется с тем, что рифовые про него сейчас говорят. — Ло’ак, тебе повезло, что ты остался жив, — Цирея склоняет голову к плечу, вновь обращаясь к Ло. — Я говорю вам, ребята, он спас мне жизнь. Он мой друг.       На мгновение я встречаюсь взглядом с Нетейамом, который поднимаясь на ноги, подходит к своему брату, и положив руки ему на плечи, произносит: — Мой братишка — могучий воин, который столкнулся с тулкуном — убийцей и выжил. — Ма’Тейам, — тихо произношу, хмурясь с откровенного недоверия юноши к своему брату. — Вы не слушаете, — парень раздражённо скидывает руки Нетейама и сам поднимается, просто уходя. — Ло’ак, я слушаю, — кричит Тук. — Ло’ак, вернись, — следом окликает Цирея, но юноша удаляется от нас всё дальше и дальше. — Нетейам, не нужно было, — я касаюсь его руки, поднимаясь и отходя в сторону. — Ты веришь, что это был тулкун — убийца, который спас Ло’ака? — парень приподнимает бровь, заглядывая мне в глаза. — Нетейам, я верю, что он спас его, но не в то, что Паякан убийца. — Ви, я не понимаю вас с братом, на`ви Меткаина не просто же о нём так отзываются. — Ло познакомил меня с ним ночью, и поверь, этот тулкун не может быть плохим, — юноша хмурится, сделав шаг назад, — Ма’Тейам, если не веришь Ло’аку, то поверь хотя бы мне. — Ви… — Ребята, идёмте, если вы всё ещё хотите увидеть наше Древо Духов, то нужно поторопиться, чтобы застать его в час затмения, когда там прекраснее всего, — зовёт Цирея, махнув нам рукой, призывая отправляться со всеми.       Я вздыхаю, вновь заглянув в глаза Нетейама, и тяжело сглатываю, когда он опускает голову, молча отходя к остальным.       Он не верит, ни Ло’аку, ни мне.

***

      Альфа Центавра А движется к гиганту Полифему, когда моя илу всплывает на поверхность, а перед глазами предстаёт удивительный вид, буквально захватывающий дух. — Это наше самое святое место, — улыбаясь, оборачивается Цирея.       Подставив ладонь к лицу, чтобы свет не бил прямо по глазам, я осматриваю множество парящих гор и скалистую арку так похожую на ту, что у нас в клане Оматикайя, которая служит своеобразными вратами к Древу Духов. — Здесь удивительно… — с губ срывается восторженный шёпот, а потом я ощущаю тёплую ладонь Нетейама на своей.       Он открыто улыбается, и я чувствую, как становится даже легче дышать от того, что юноша больше не отворачивается от меня.       Медленно двигаясь по поверхности воды, я осматриваюсь по сторонам, не зная за что и зацепиться взглядом, от того, как же здесь было красиво.       Вокруг царила просто ни с чем не сравнимая атмосфера.       Полифем плавно охватывает темнотой Пандору и последний луч исчезает во мраке, когда огромное дерево сразу же вспыхивает сине-фиолетовым огнём на самом дне, ярко озаряя поверхность. — Идём, — Ротхо первым опускается под воду, а следом за ним и Цирея, указывая нам путь.       По дну тянется бесконечное количество биолюминесцентных нитей, словно артерии оплетающие всё дерево, на кончиках ветвей которого распускается множество огромных бутонов, окутывая собой всю крону Дерева Духов Меткаина. Я на мгновение останавливаюсь, поражённая величием, и просто любуясь волшебным видом, ощущая нечто тёплое в районе сердца, будто там меня ждёт кто-то родной.       Нетейам, что так и не отпускает моей ладони, оборачивается и кивает головой вперёд, говоря следовать за остальными, чтобы не отстать.       Плывя всё дальше и дальше, мы оказываемся рядом с необъятным нежно-сиреневым бутоном Древа Духов, который вблизи кажется ещё больше и прекраснее. Цирея жестами говорит нам создать тсахейлу с одним из его своеобразных лепестков, и я достаю косу, взглянув на Нетейама.       В моих глазах парень распознаёт вопрос и положительно кивает, поднося одновременно кончики кос, чтобы вместе создать связь.       Тёплая волна проходит по всему телу, концентрируясь у самого сердца, когда секундная темнота рассеивается и я вижу свою маму. — Мам, — голос дрогнул, но на плечо ложится тёплая ладонь, чуть сжимая, а обернувшись, я встречаюсь взглядом с Нетейамом, стоящим прямо за мной, и тяжело выдыхаю, вновь повернувшись к своей матери, — Я так соскучилась… — И я, дорогая моя, — на её лице расцветает улыбка, но она разбавлена горечью, вызывая беспокойство. — Почему я вас больше не слышу? Никого. Совершенная пустота окутывала меня, казалось, что каждый ушёл, оставив один на один с самой собой. — Ви… — мама подходит и заключает меня в свои такие родные объятья, по которым я безумно скучала. В этот момент я наконец-то смогла почувствовать себя как раньше, когда была ещё совсем маленькой, и казалось, что мамины объятья защитят от всех опасностей этого мира, — Девочка моя, послушай, — тихий шёпот касается уха и то, каким голосом она это произнесла, заставляет меня напрячься, чуть отстраняясь, чтобы посмотреть ей в глаза, — Ви`ён, Нетейам, я счастлива, что вы обрели друг друга, получив благословение Эйвы, хотя по-другому и быть не могло, Великая Мать заранее решила, что вам суждено быть вместе, не смотря ни на что. Но послушайте, вам нужно быть осторожнее, обоим. Этот Небесный Человек, что снова обрёл возможность дышать и ходить по нашей земле, он уже близко. Я много лет старалась противостоять той судьбе, что уготовлена для вас, чтобы уберечь, хотя в глубине души и понимала, что бесполезно идти против решения Эйвы. — Что вы пытаетесь сказать? — подаёт голос Нетейам, теперь стоя рядом со мной и крепко держа за руку, что не ускользает от глаз моей мамы, вызвав на этот раз её искреннюю, мягкую улыбку. — Что теперь эта жизнь только в ваших руках. Предназначение почти исполнено, вы встретились и знаете своё прошлое и возможное будущее, причём оба исхода событий. — То есть… — Да, Ви`ён, те видения, что вы выдели вместе с Нетейамом, каждый о гибели друг друга, одно из них, вероятно, станет реальность, — горько произносит мама, и я вижу насколько же тяжело ей даются эти слова, ведь она как никто другой знает свою дочь и понимает, что я сделаю всё, что в моих силах, чтобы Нетейам остался жив. — Неужели нет другого пути? — тихо шепчет Нетейам, и я поворачиваюсь к нему, натыкаясь на бескрайнюю боль в глазах, что юноша даже не пытается скрыть, словно тонатор беспощадно рвёт заживо плоть, не щадя свою жертву. — Как знать…       Внезапно связь прерывается, и открыв глаза перед нами оказываются испуганные и растерянные лица Циреи и Ротхо, которые тянут нас к Кири, тело которой, словно, насквозь током прошибает, заставляя содрогаться в бессознательных конвульсиях.       Нетейам подхватывает её и тянет на поверхность, пока я плыву быстрее, чтобы сразу же призвать илу, на спину которого они вместе с Ротхо опускают Кири. — Что с ней? — ничего не понимая кричит Тук, и я подплываю к ней ближе, обнимая, чтобы успокоить. — У неё приступ, — чуть нервно поясняет Нетейам и начинает делать искусственное дыхание, но то не оказывает никого эффекта, поэтому он сам быстро взбирается на спину илу, и покрепче обхватив Кири, скорее направляется обратно в поселение.

      Растерянность. Чувство замешательства, тревоги и страха, вызванное сильным волнением или потрясением, сочетающееся с мощным эмоциональным всплеском.

      Всех нас не покидало безумное беспокойство о состоянии Кири, ведь она так и не пришла в себя.       Когда мы следом за Нетейамом вернулись в поселение, Джейк сразу же связался с Нормом и Максом, чтобы те прилетели сюда.       Это было рискованное и, быть может, опрометчивое решение, ведь нас могли отследить, но другого выбора и большого запаса времени просто не было, нужно действовать. — Как она? — присев у входа в дом, где находились Нейтири и Тук рядом с Кири, я обессилено опускаю голову Нетейаму на плечо. — До сих пор без сознания… — тихо отвечает юноша, и я ощущаю как тяжело он выдыхает, опалив горячим дыханием мою макушку, — Скоро должны прилететь Норм и Макс.       Протянув руку, я нахожу ладонь Нетейама и переплетаю пальцы, оставив невесомый поцелуй на его плече. — Всё будет в порядке, я верю в это, Ма’Тейам, и ты поверь. — Я молюсь Великой Матери, чтобы было так…       Постепенно звуки размеренно бьющих о берег волн стал разбавлять гул двигателя, с каждой секундой становившийся всё громче и громче, пока из-за горизонта не показался огромный приближающийся транспортный вертолёт.       Нетейам сразу же поднимается на ноги, направляясь в его сторону вместе со своим отцом.       Теперь, смотря на тело Кири, которое было оплетено множеством проводов, что вели к разнообразным приборам, во мне начинала расти тревога. Лица учёных не выражали ничего хорошего, пусть что-то конкретное и не было озвучено, но я поняла, что они сами не знают как привести девушку в чувства.       Потупив взгляд в пол, я нервно обдумывала как же ей помочь, что ещё сделать… Пока внезапно не зацепилась глазами за мешочек отданный мне Аонунгом.       Решительно сжав кулаки, я разворачиваюсь в сторону дома тсахик и оло’эйктана.       Как только до их жилища оставалось буквально считанное количество шагов, мне навстречу вышла Ронал, держа в руках множество разнообразных баночек, трав и чего-то ещё, о чём я даже не знала. — Ви`ён, — довольно холодно начинает тсахик, — Я знала, что кто-то из вашей семьи придёт ко мне, поэтому помоги всё это донести и поторопись.       Женщина вручает мне всё, что сама мгновение назад держала в руках и разворачивается, произнося: — Иди, мне нужно взять ещё некоторые вещи.       Не медля я спешу обратно к нашему дому, внутри бесконечно благодаря Ронал за то, что она решила нам помочь, а не просто отвернулась, что действительно могла. — Ви? Что это? — Нейтири подымается на ноги, когда я вваливаюсь во внутрь, сразу опускаясь у ног Кири, чтобы разложить всё нужное. — Тсахик. Она нам поможет, — сбивчиво поясняю, натыкаясь на глаза Джейка и Норма, в которых было удивление на пополам с замешательством. — Но я вижу здесь моя помощь не нужна, — за спиной звучит недовольный голос Ронал, и я замираю, оборачиваясь и встречаясь растерянным взглядом с Нейтири. — Ты — тсахик, — останавливает её наставница.       Ронал прикрывает веки и строго произносит: — Уберите всё это. — Вон! — неожиданно резко звучит голос Нейтири, — Вы не сделали ничего! — Идём, — первым реагирует Джейк, спешно подымаясь на ноги. — Подожди, я уберу капельницу, — следом начинает собираться Норм, и выходя из дома, я тоже покидаю его, чтобы никому не мешать.       Вновь становясь рядом с Нетейамом, в меня впивается пара янтарных глаз, и я натянуто улыбаюсь. — Как ты смогла уговорить её нам помочь? — Я не сделала ничего, Нетейам, Ронал уже ждала, когда мы к ней придём.       Проходили минуты, а возможно целые часы. Время неумолимо двигалось вперёд, но для нас сейчас оно, будто, остановилось. Ожидание и неизвестность ужасные чувства, что мучили каждого из семьи Салли, включая меня.       Приглушённый голос тсахик, произносивший разные молитвы, доносился сквозь стены помещения, а нам оставалось лишь ждать, что же будет дальше.       Очнётся ли Кири… — Эпилепсия, — до моих ушей доносится голос Норма, и я хмурюсь, оборачиваясь к Нетейаму, который также слышал обрывки разговора учёных с его отцом. — Что это? — я понятия не имела, что значит этот термин, но то как выглядел Джейк, заставляло обеспокоено посмотреть на Нетейама, который нахмурился, из-за слов Норма. — Точно не знаю, но, что-то вроде болезни, внезапно вызывающей подобные приступы, — поясняет юноша, и я вновь прислушиваюсь к разговору мужчин. — Не позволяй ей больше делать связь с Древом Духов. — Что? Никогда? — Джейк, если приступ случится под водой — она погибнет, — слова Макса звучат как удар и я замираю, растерянного потупив взгляд на свои руки. — Ты думаешь это правда? — собственный голос звучит приглушённо, словно я нахожусь под толщей воды. — Что у неё эпилепсия? — одной рукой Нетейам обнимает меня за плечи, притягивая к себе, — Не знаю, вернее, я не уверен, мне кажется это что-то другое. — Это тоже может быть как-то связано с Эйвой? — Кто знает… — юноша тяжело вздыхает, теперь обнимая меня обеими руками и утыкаясь носом в макушку, — у Кири особенная связь с Великой Матерью.       Он прав, поэтому я не верю, что она может забрать её так просто. — Кири! — полный радости голос Туктирей пронзает возникшую тишину, и я растерянно поднимаю взгляд на Нетейама. — Идём, — только и произносит он.       Не медля мы сразу же направляемся в дом, находя глазами Кири, которая наконец-то пришла в себя, плача в заботливых объятьях Нейтири.       Не успев подойти к девушке, перед нами встает Ронал, смерив безмерно уставшим, но всё-равно тяжёлым взглядом. — Спасибо вам, — начинает Нетейам, но тсахик поднимает руку, мотнув головой. — Не благодари, эта девочка должна жить.       Глаза Ронал внезапно встречаются с моими, и по телу проходит волна мурашек, точно такая же, как при нашей первой встрече, когда мы только прилетели в поселение Меткаина. — Ты видела свою мать, — тсахик не спрашивает, утверждает, — Прислушайся к её словам и не вмешивай в эту битву тех, кому ты небезразлична.       Я хмурюсь, не понимая о ком именно она говорит, но Ронал более ничего не произносит, просто уходя.