Тот, кто всё-таки смог взлететь

— Прости, мне пора. — Сообщил Кагеяма, не смотря на собеседника, ему было всё равно услышат его или нет, просто уходить, ничего не сказав, было не красиво — Куда спешишь? — спросил его сокомадник, Тобио честно не помнил его имени, это было совершенно не важно, играет вроде неплохо, хотя и на это стало как-то плевать, волейбол в  последнее время перестал доставлять хоть какое-то удовольствие — К своему возлюбленному.  — бросил Тобио, спешно пытаясь собрать вещи в сумку. — Ох, Кагеяма, так ты влюблён. — Удивлённо вскинув брови, процитировал сказанное секунду назад парень рядом с ним, видать Тобио выглядит, как человек, который в своей жизни не может кого-то любить. — Да. — Согласился Кагеяма. Получилось как-то неуверенно, будто соврал, руки задрожали, начав покрываться мелкими каплями пота. Собеседник явно понял, что что-то не так, но спросить не успел, Тобио рванул с места, так быстро, будто бы если он не очутится в другом месте прямо сейчас, не сможет оказаться там больше никогда. Потеряется по пути или вовсе умрёт. Ноги несли в только ему известном направлении. Да, Кагеяма был влюблён. Был влюблён в карие глаза, отдающие янтарём на солнце, в непослушные рыжие волосы, в ослепительную улыбку и руки, покрытые маленькими синяками и садинами от мяча. Хината Шоё. Он любил его, как никогда ранее не любил кого-то другого, Шоё стал для него всем. За этими рассуждениями Кагеяма не заметил, как дошёл до небольшой калитки, он открыл её, та издала примерзкий скрип и Тобио вошёл. Он сел на землю. Напротив стояла надгробная плита, на которой было высечено: "Хината Шоё 21.06.1996 - 22.12.2021. Тот, кто всё-таки смог взлететь" Слёзы, запеленяющие глаза, мешали нормально видеть надпись, но содержимое уже давно было заучено наизусть. Раздался тихий дрожащий голос. — Прости. Я, — Голос Тобио сорвался на всхлип, — я... так и не смог отпустить тебя...