он всё ещё сгорает дотла

Они совсем юны. Первая университетская группа — напряжение растет с каждой минутой репетиции, и Брайан, выжимая из себя всё, что только может, неожиданно активно чувствует себя в студии. Может, потому что ему так хочется обскакать того выскочку? Фредди Булсара толком ему ничего и не сделал, но почему-то Мэю просто не терпелось показать, кто тут настоящий профессионал. Со странными зубами и горящим взглядом солист распевал какую-то песню собственного сочинения, путая слова, и Брайан буквально рвался между желаниями: поступить честно или тонко усмехнуться? Кажется, он никогда такого не чувствовал? Обычно социально неловкий, сейчас он (как ему самому казалось) сиял иронией, а певец будто не замечал. — Это непрофессионально, — фыркнул он наконец, делая вид, что без интереса настраивая гитару. — Дай мне немного времени, — хищно-угрожающе ухмыльнулся Фредди. — И я покажу тебе профессионализм. Невыносимый. Почему День Всех Влюблённых он вынужден проводить в студии с этим придурком?

***

Они совсем юны, и завтра их первая запись, мгновенно вытеснившая из мыслей каждый из концертов в душных прокуренных барах. Роджер и Джон ушли за новой порцией алкоголя, оставив только и ждущих этого гитариста с вокалистом наедине. Глаза Фредди сияют так, как сияли с первой их встречи, но теперь Мэй не находит этот взгляд ранящим. Он всё так же горит дотла — но почему ему это так нравится? Мягкие губы целуют его шею, и поглаживая тёмные волны Брайан выдыхает то, о чём думал весь вечер. — Когда-то я ненавидел тебя. С доски в студии слетает одна из валентинок, сделанных фанатками Роджера. — Это было взаимно, — шепчет Фредди Меркьюри.