Рёбра.

      Ему кажется, что всё в этом треклятом участке замирает. На доли секунды буквально, но их хватает, чтобы осознать, что ему стало страшно. Стало страшно от того, что хлыст Всадника почти достиг Лиама Данбара. Это заставляет горячую волну шока пробежаться по его позвоночнику и заискриться где-то в затылке. Как раз в момент, когда дверь управления с треском захлопывается за бетой.       Тео отшатывается от решетки, забивается в угол своей камеры так, чтобы тень от шкафа падала на него и какое-то время его хотя бы не было видно, и вспоминает всё, чему его учили Доктора. Каким образом вообще можно скрыться от чудовищ, которые способны почуять каждое живое существо в радиусе нескольких километров? У него было пару секретов, доставшихся (в прямом смысле этого слова) за кровавую плату.       Сначала нужно успокоиться. Раз. Тео задерживает дыхание. Это малая мера, но в таких условиях даже она может сыграть на руку. Два. Рейкен всем своим существом старается замедлить биение сердца. Этому трюку его научила одна старая Банши, которая когда-то попала к Докторам. Она утверждала, что так у чудищ меньше шансов принять тебя за живого человека. Три. В конце концов, он встаёт на одно колено, прижимая левую руку к сердцу, а правую стискивает в кулак и упирает в пол. Это поза из писаний о первых оборотнях, означающая силу и могущество, с которыми должны равняться.       Тео сомневается, что всё это поможет. Но он должен попытаться. Должен выиграть у судьбы и смерти ещё хотя бы пару дней. И, к сожалению, излюбленное «бей и беги» вряд ли сейчас сработает.       Он слышит ветер и гул, такой какой приносит с собой только присутствие Всадников. По вискам течёт пот, а губы дрожат, но Тео не даёт себе права расслабиться даже на долю секунды. Никакой передышки.       Он не знает на сколько времени застывает. Десять секунд, минут или часов. Тело химеры, конечно, выносливое, но даже его лёгкие уже начинают гореть огнём. В голове раз за разом Тео воскрешает самые страшные моменты своей жизни, просто чтобы держать себя в руках. Он проходил и через худшее. Ему нельзя умереть, сломаться или ещё что-то в этом духе.       И, когда напряжение из воздуха исчезает, когда шум в ушах сменяется долгожданной тишиной, а ржание лошадей уносится вдаль, Тео Рейкен падает на пол и позволяет себе один единственный жалобный всхлип. Всего один. ***       Он слышит голоса. Они явно не в его голове. Напрягается, пытаясь уловить: кто-то пришел по его душу или у стаи Скотта намечается очередной мозговой штурм? Сейчас ему всё равно. С момента ухода Всадников он так и пролежал на полу, не думая ни о чем, кроме желания сбежать из этого долбанного городка.       - Слушайте, он, конечно, не подарок, но возможно он сможет помочь нам!       Лиам. Тео заставляет себя погасить тепло в груди после этого осознания. Не сейчас.       - Лиам, я попрошу помощи Тео только тогда, когда в участке больше не будет помощников.       Шериф Стилински произносит это решительно, стоя у двери, которая отделяет его от чёткого осознания: им придется обратиться к химере. Тео хмыкает. В этом захудалом городишке осталась только сумасшедшая стая Скотта (её часть, если быть точным) и он. Дверь распахивается. Рейкен буквально кожей ощущает ту безысходность, которая накатывает на отца Стайлза, как цунами. Мда, картина неутешительная.       Но ему не привыкать видеть людей в отчаянии. Сам недавно смотрелся в зеркало и замечал это в своём взгляда, даже в движениях. Люди на краю пропасти - очень интересные экземпляры. Каждый их шаг выверен, чтобы не соскользнуть с обрыва. Как же это знакомо.       Он отгоняет все мрачные мысли. Прошло всего пара минут в участке, а шериф уже оценил всю обстановку и стоял у его клетки. Это радует. Слегка небрежно, но всё ещё нервно спрашивает у Стилински:       - Прошу, пожалуйста, скажите, что ключ при Вас.       - А также ещё и пистолет. - Шериф щурится и оглядывает его с ног до головы. Не просто не доверяет. Готов всадить минимум пулю Тео в висок сию же секунду. Максимум - всю обойму.       - А ещё и чувство юмора. - Нужно быть расслабленным. Спокойным. Дружелюбным. - Раз мы единственные, кто остался в Бейкон Хиллс, значит мы нужны друг другу. Выпустите меня уже.       - Мы тебе не верим.       На этот голос Тео оборачивается всегда. Автоматически. Это просто невозможно проконтролировать. Хотя стоило бы, Тео, не все такие слепые, как Данбар. В такт его мыслям отец Стайлза щурится и смотрит на Рейкена, слегка наклонив голову. Тео смело встречает этот взгляд. Смотрите, мне нечего скрывать. Ему действительно нечего скрывать. Всё, что он испытывает к бете Скотта - лёгкая благодарность. Ничего большего. Хотя бы себе не ври. Блять, не сейчас. Лиам выглядит так, как будто пришел на переговоры с террористами.       Тео мысленно хмыкает.        - Будьте реалистами, доверие сейчас неважно. - Данбар смотрит на него слегка обиженно и изумленно после этих слов. А чего он ожидал? Клятв о вечной дружбе и пассажей в стиле "друзья, лучше отхвачу аконитовую пулю, но не предам"? Это не в его стиле. Ему нельзя верить. - Их достаточно много. И чем больше у вас людей, тем лучше.        Лиам поворачивается к шерифу и с толикой вины (как будто в этом вообще есть его вина) произносит:       - Не хочется признавать, но... он прав.        Сколько тоски, ну что за королева драмы!        - Если я тебя выпущу, - Честно сказать, он не ожидал этих слов. Он скорее думал, что придется умолять на коленях. - И увижу твоё поведение, которое сочту подозрительным, - Как размыто. А посмотреть на кого-то неправильно, считается подозрительным? Ему сразу всадят пулю в лоб? - Я всажу столько пуль тебе в голову, что сам Господь тебя не узнает.       Какие предсказуемые угрозы.       Он подходит ближе к клетке, смотрит Стилистки прямо в глаза.       - Я атеист. Хотите - стреляйте.       Это рвётся чем-то удушливым из груди. Голосами умерших родителей в его голове, пытками у Докторов, вырванным из груди сестры сердцем. Как будто от его жалкой души отрезали кусок и бросили к ногам этих двоих. Если Бог и существует, то адски просчитался с судьбой Тео Рейкена. Либо просто забил на него.       Лиам вздрагивает. Как будто видит все мысли химеры. Или боится, что на его глазах реально снесут кому-то пол головы. Вероятнее всего второе. Именно оно. Шериф смотрит на него с оттенком грусти и жалости. Мне не нужна ваша ебанная жалость. Рейкен хочет заорать это, что есть сил, но просто молчит и ждёт.       Отец Стайлз вздыхает. И достаёт ключ-карту. Все мысли испаряются. Ну же, давайте. Быстрее. Сейчас. Он не может сдерживаться.        - Ну давайте, шериф, проведите картой! Сделайте это! - Нервы натянуты до предела. - Ну же, вот здесь, вверх-вниз!       - Шериф, он нужен нам. - Умница, Лиам.        Больше нет сил ждать, когда свобода так близко. И он не успевает проконтролировать себя. Ключ-карта мелькает прям у самой решётки, и он бросается к ней. Блять! Приудрок! Это же надо было так облажаться. Эмоциональный кретин. Стилински хмыкает, а Лиам испуганно отшатывается. Тео не причин бы ему вреда. Даже, если бы был на свободе. Даже, если бы захотел. Блять, нет, не сейчас, успокойся. Нужно срочно думать, как выкрутиться.       - Расскажи что-нибудь.       Вопрос звучит максимально неожиданно. Рейкен нервно улыбается.       - Что?       Серьёзно? Сейчас будет опрос в стиле "кем ты видишь себя через 10 лет?", и если Тео успешно пройдет его, то его возьмут в команду по спасению Бейкон-Хиллс?       - Что рассказать? Вы о чём?       - О моём сыне.       Ну конечно. Стайлз, которого все забыли. Даже родной отец. Химере смешно, но это уже отдает чем-то истерическим.       - Расскажи хоть что-нибудь, что помнишь о Стайлзе. Что угодно.       Я доверял ему. Он бесил меня. Я бы хотел вновь стать его лучшим другом. Это смешно, что именно он пропал. Мне было жаль его обманывать. Я бы не хотел, чтобы он сдох. Я бы плакал, если бы он сдох. Он не мог этого сказать. Потому что всё это было правдой. А Тео не готов к таким откровениям. Ни с ними, ни с кем.       - Вы открываете, а я рассказываю всё, что хотите.       Где-то гремит гром. Нет, нет, нет! Только не снова.       - Хоть что-нибудь! - Шериф кричит. Но он не боится будущего забвения, нет. Его волнует только сын.       Рейкен дергает решётку в слепой ярости. Панические мысли о встрече с чудищами мешает собраться и выдать что-то внятное. Стилистки вздыхает, кивает сам себе и разворачивается. Нужно сказать правду, хоть какую-нибудь.       - Он был умён! - Он пытается перекричать гул в ушах и свой страх. - Достаточно умён, чтобы не доверять мне.       Это было больно. Но, пожалуй, плевать, потому что ключ-карта уже открывает его темницу плавных щелчком.

***

      Ночью отделение полиции выглядит ещё более жутким, унылым и заброшенным. Всадники вписались бы сюда идеально. Тео прислушивается, стараясь держаться ближе к Данбару. Чтобы в случае чего схватить этого зазевавшегося придурка и толкнуть к выходу. Просто чтобы оплатить долг за свою жизнь.       - Они здесь.       Спасибо, Лиам, а то мы не поняли по зловещему грому и мерзкому зеленому туману. Каждый же день такое видим.       - Сколько их? - Шериф оглядывается, готовясь к сражению. Как будто им есть что противопоставить Всадникам.       Самое время быть полезным. Он даже не успевает прислушаться.       - Много. - Тео, да ты гений полезности.       - Как много?       - Слышу пару лошадей, может больше. - Лиам, не отбирай хлеб.       - Пять, думаю не больше пяти. Стилински решительно перезаряжает пистолет.       - Нас трое, их пятеро. Готовы?       Да они все сумасшедшие просто. У всех в окружении стаи Скотта такое нездоровое желание убиться хотя бы о ближайший бордюр? Зачем драться с тем, кто заведомо точно сильнее тебя? Можно же просто сбежать, в участке явно есть второй выход. Тео делает попытку остановить это безумие:       - Стойте, вы шутите? Идти против пяти всадников?       - Мы сможем. - Данбар говорит это уверенно. Так, как будто они команда спецназа, которая не первый год работает вместе и всегда готовы прикрыть спины друг друга, ринувшись в бой. А ведь именно бета сказал, что они не доверяют Рейкену. Ну что за перескакивания с одного на другое, стоило ему один раз сказать правду.        - Но их пятеро, а нас трое. - Он старается говорить медленно, чтобы до них точно дошёл смысл сказанных слов. Вдруг они просто в состоянии шока и не могут оценить ситуацию правильно.       Но они не выглядят невменяемыми (но тут как посмотреть) и удивленными. Лишь одинаково хмыкают и идут ближе к выходу.       Тео ни о чем не думает. Правда, не думает. Он просто выпускает когти и внутренне содрогается от собственного героизма. Это точно заразно.       Шериф решительно распахивает дверь. А за ней штук сорок этих страшных вытянутых морд. Пиздец.       Стилински выражает мысли химеры более вежливо и просто тяжело вздыхает. В тот же миг в него летят десятки заколдованных пуль. Стоит ли шутить про "говоришь на меня - переводишь на себя"?       Он отскакивает к одной стороне рядом с дверью, а Лиама отшвыривает к другой. Нужно. Срочно. Что-то. Делать. Всадники продолжают стрелять, а в его голове, как назло, звенящая и паническая пустота. Он просто не хочет умирать. Данбар смотрит на него в упор, сквозь вихри ядовитого дыма. Прислушивается к чему-то и как будто готовится. Неужели он опять собрался выйти в этот кошмар? Но бета превосходит все ожидания. Он в удобный момент вдруг дергает Рейкена за руку на свою сторону.       Они сталкиваются. Нос к носу, плечо к плечу. Мысли на долю секунды замолкают в его голове, когда он видит глаза Лиама так близко. Химера выдает:       - Теперь нас двое. - Тео слышит в этих словах подтекст. Данбар нет.       Они срываются с места.

***

      Лиам бежит по участку так, как будто знает каждый угол, поворот и комнату. Уверенно, смотря только вперёд.       - Ты же умеешь водить? - бета кричит на ходу, перепрыгивая чей-то стол.       - Хочешь сейчас взять уроки вождения?       - Я знаю, где лежат ключи от полицейских машин!       Лёгкая волна какой-то гордости захлестывает Тео. Ты просто молодец, Данбар.        Они проносятся мимо поста охранника рядом с запасным выходом и Лиам, не замедляя шаг, хватает с тумбочки коробку с ключами и вылетает из управления.       Рейкен выбегает следом и садится в первую попавшуюся машину. Долбанная механика, ладно, он справится.       - Ключ, ключ! - Тео поворачивается к бете, судорожно сжимая руки на руле. Тот распахивает коробку. Блять, там десятки ключей с подписанными номерами, но ни один из них не взглянул на дурацкие цифры на багажнике.       Краем сознания Рейкен отмечает, что Данбар не паникует, а злится. Ну конечно, РПВ и его бесят ключи.       Они начинают перебирать один за другим. Никакой не подходит. Блять, может реально стоит помолиться?       - Ну давай, Лиам, ты даже не стараешься!       Ему хочется кричать, немного даже выть и раздробить эту развалюху на части.       - Этот даже не от машины! - Господи, за что ему это всё?       В момент, когда всадники мелькают в стекле заднего вида, а Тео уже мысленно прощается с жизнью, Данбар наконец подбирает нужный. И он так радуется. Давным-давно никто не радовался так рядом с химерой. Он не может проконтролировать улыбку и просто смотрит на Лиама, даже забыв, что нужно куда-то ехать.       - Гони, гони, гони!       А, они же на волоске от забытья.

***

      - Мы можем спрятаться в больнице!       Нет. Только не туда. Рёбра фантомно ноют, как будто говоря: как только ты войдешь в эти двери, нас непременно сломают. Он не допустит этого. Единственное его желание - прямо сейчас выехать на трассу и рвануть подальше от Бейкон-Хиллс. Этот город уже не спасти. Нет, ну они могут иногда приезжать навещать Лидию, чтобы уж совсем ей грустно не было.       - Мы же всё равно от них не убежим, да? А я знаю это здание, каждую палату, каждый уголок!       Тео тоже знал там каждый уголок. Успел изучить, убегая от Тары по лабиринтам лечебницы в своём личном Аду. Там не спрятаться. Если кому-то нужно, тебя обязательно найдут. Нужно попытаться незаметно и невзначай отговорить Лиама от этой идеи. Играя свою роль.       - Спрятаться? А лучше идей нет? - Старается добавить в голос максимум участия и растерянности.       Предложи сбежать, предложи сбежать. На худой конец пойти к Скотту и быть вместе со всеми. Умирать, так с музыкой. И хотя бы попозже остальных.       - Нужно как можно дольше не пускать их к Скотту.       А что, грозный альфа испугается?       - Почему? Чем он занят?       - Вспоминает.       Что? Где они вместе со всей стаей потеряли инстинкт самосохранения и здравый смысл?       - Что вспоминает?       - Стайлза. Он должен вспомнить Стайлз.       МакКолл пытается вспомнить того, кого забрали Призрачные Всадники. Им всем конец. ***       Они подъезжают к больнице тогда, когда интуиция Тео вопит, что Чудовища уже дышат им в затылок и остались считанные минуты до того, как случится страшное. Он старается дышать ровнее и спокойнее, мысленно перебирая все варианты спасения. И себя, и Лиама. Просто на всякий случай. Им нужен кто-то, кто станет приманкой, тогда есть минимальный шанс. Тогда можно выиграть хотя бы немного времени.       Данбар застывает прям у самого входа, сосредоточенно уставившись на машину «Скорой помощи».       - Лиам, идём, у нас мало времени! - Какого хрена ему нужно говорить столь очевидные вещи в такой ситуации?       А потом бета удивляет его в который раз за вечер. Бросается и включает мигалку. Просто восторг, теперь на них не сбегутся разве что глухие или отбитые Всадники. Самопожертвование во всей красе! Все мысли Тео сейчас о том, что он хочет задушить мальчишку перед собой и бросить тут, сбежав далеко и надолго.       - Какого чёрта ты делаешь? - Он не контролирует крик, с которым эти слова вырываются. Плевать, сейчас не до игр и масок.       - Нет, не выключай! - Немыслимо просто.       Какое-то время они борются и Рейкен невольно замечает, что при прямом столкновении без всяких уловок Лиам явно сильнее его.       - Ты что, блять, хочешь их всех привести сюда?       Глаза беты немного расширяются из-за столь агрессивного поведения, но он не сдается и стоит так, как будто умереть готов за эту газель «Скорой».       - Именно этого я и хочу, потому что так Всадники не пойдут за Скоттом!       - И тебе плевать, что они доберутся до тебя? - Он просто не может поверить в то, что это может быть правдой.       - Они всё равно доберутся до всех.       Ему страшно, ему до ужаса страшно. И когда он понимает, что этот страх направлен не только на собственную безопасность, он чувствует физическую потребность отгородиться от этого. Чем угодно, какими угодно словами, пусть они и болезненно-рваные. Плевать, нужно вырвать чувство беспокойства за кого-то с корнем и выбросить в ближайшую урну. Он подходит ближе в Лиаму, смотря прямо в глаза и чётко проговаривая каждую фразу, слог и звук.       - И ты будешь первым. Вот поэтому я с тобой. Потому что пока они будут затягивать кнут на твоей шее или стрелять в тебя, я буду бежать, сломя ноги. Я с тобой, пока мне это выгодно.       Эти слова режут горло и он не знает почему. Нет, знает. Данбар смотрит на него с обидой, дышит рвано. Тео становится на миг жаль. Ему хочется даже извиниться.       - Поверь, я знаю.       Никаких обидных слов, только колкое сплошное разочарование в голосе. И это бьет сильнее, чем он мог представить. ***       Однажды Тео Рейкен пообещал себе, что, когда вырвется от Докторов, больше не будет участвовать ни в какой чужой битве или войне. Не станет способом достижения чужих целей. Будет идти напролом к своим собственным, никогда не защитит никого и будет сам по себе. Научит других уважать его и бояться, но не построит из стаи семью. Потому что семья - это утопия, которую в любой момент могут разрушить. И даже если хочется в эту семью попасть или создать, нужно хорошенько приложиться лбом о ближайшую стену и выбросить все эти мысли из головы.       Сейчас, сражаясь бок о бок с бетой Скотта в битве, от которой он мог бы с легкость сбежать, ему хочется не просто приложиться лбом. Ему хочется раскроить себе череп к чертям.       Он сражается на автомате. Не переговаривается с Лиамом, не обсуждает планы действий. Просто бесконечно бьется не на жизнь, а на смерть. Или в их случае: не на память, а на забвение. И думает, думает, думает. Долго так продолжаться не может. Им нужна приманка. В скором времени один из них выдохнется и тогда - конец. А Данбар с его склонностью к самобичеванию и панике точно загнется в ловушке у Всадников. Ты же уже всё решил, ну. В тот самый момент, когда Лиам в очередной раз спас тебе жизнь и отвел пистолет длиннолицего чудовища.       Самопожертвование и ради кого? Тео улыбается. Нажать кнопку вызова лифта, а потом просто оттащить бету внутрь. А он и не сопротивляется. Доверяет. Это осознание растекается теплым мёдом по груди. Поступи правильно, хотя бы раз в жизни.       - Что ты делаешь?! - воздух и так был пропитан паникой, поэтому она ускользала из голоса Лиама, как будто просачивалась в сами стены этого здания.       Поворот головы. Фиксация. Он будет в безопасности.       - Становлюсь приманкой.       И двери смыкаются. Рёбра, на удивление, остаются целыми.