«-Москва слезам не верит!»

01.02.1990. (Всё тот же вечер.) -Ну вот.. Как же вы пели.. «-Ты и правда думаешь, что меня можно напугать?» Пропел более старший из сие дуэта собственным голосом, правда вот от излишнего курения тот являлся слуху с нотой хрипотцы, но все также привлекательно. Заприметив у младшей столь ярко загоревшие очи и улыбку вишнево-алых уст, украшающую и без того прекрасный лик русской девы, Пчёлкин не сумел скрыть собственной радости. -Разве нельзя сделать приятный жест столь дивной девушке, как вы? Изогнув уста в привычной, столь бесстыдной ухмылке, проговорил Пчёла. -Я бы не сумел сказать, что этим розам стоит даже пытаться бороться в красоте с вами. А Виктор всё сыпал и сыпал на юную душу приятными комплиментами, пытаясь растопить ледяную стену меж них, но казалось, что это вовсе невозможное деяние. С ней тот действовал более трепетно, столь нежно, не желая задеть ту, или же позволить оскорбиться. С ней он хотел правильно.. От столь неожиданного поворота событий, тот даже немного встал в некий ступор. Обычно Тамара казалась ему столь далекой, неподвластной и отстраненной, но сейчас вела себя будто вовсе позабыла о роде деятельности Пчёлкина, из-за коего была так ненавистна к его персоне. Она поцеловала его.. Трепетный момент доставлял лишь непреодолимое удовольствие, пусть касание нежнейших уст и пришлось лишь на гладковыбритый лик Вити, тот безусловно радовался собственному достижению. -Раз уж подобная пьянка разошлась, быть может, перейдём на «ты»? Виктор опер собственный локоть о поверхность барной стойки, попутно этому укладывая пшеничную макушку в ладонь, все также не спуская жадных очей с прекрасной дамы перед ним. -Ах, это.. Ну-уу-у, это ведь текст песни, но не реальная жизнь.. К счастью, или же сожалению. Героиня моих песен- пассия «бизнесмена», именно поэтому она не боится собственных высказываний, а вот моя персона подобным не владеет. После подаренного ей букета, Тамара явно уж смягчилась в обращении к самому Пчёлкину, но все же некая колкость в той присутствовала. Сам букет не был выброшен, что вы! Такая красота не заслуживает подобного обращения, именно поэтому розы заняли почетное место в гримерной комнате юной певицы. -Почему же? Можно. Но ваша супруга не против того, что вы дарите более юным дамам столь дорогостоящие букеты цветений? После заданного вопроса оба из сие дуэта заняли места близ барной стойки, дабы продолжить беседу в более комфортном месте. Возможно внимательность Нещадимовой являлась порой излишней, да и вопрос был вовсе не корректным, но уж больно та любопытна. Сверкало золотое колечко на безымянном пальце яснее весеннего неба. Неожиданный поворот связанный с поцелуем оказался скорее последствием выпитого алкоголя, коий вот-вот ударил в янтарную головушку русской девы. Подобный род деятельности Тамара искренне не понимала и не принимала.. тому были виной события жизни, в кои её втянул собственный отец– азартный игрок, ведь по его воле та погрязла в долгах и в любой миг могла распрощаться с дальнейшей судьбой, а также жизнью. Ведь можно идти по более чистой тропе, не так-ли? Нет-нет.. Юная дива лгала самой себе, ведь прекрасно понимала и знала, что уважаемый, в особых кругах, Виктор Павлович не из тех мужчин, кои срывают собственную спину, дабы принести с завода жалкие копейки и наслаждаются семейной жизнью в какой-то советской двушке. -Раз уж пьянка, то я даю согласие, но лишь на этот вечер. Поправляя спавшие меха, молвила славянская красавица, но все же тонкие плечи той оказались оголенными. -Итак.. Я Тамара, но на сей вечер Тома, ведь мы перешли на «ты». Протягивая мужчине тонкую кисть руки, в честь, якобы нового знакомства, вымолвила она. -Я могу сделать так, что все будут бояться именно тебя, но никак наоборот. Доля правды была в каждом произнесённом мужчиной слове, только вот боялись бы вовсе не Нещадимовой, а самого Виктора. -Супруга? Словно не расслышав переспросил обладатель пшеничных волос, кои на данный момент блестели от ранее сделанной укладки гелем. -Это та, что вечно ворчит? Думаю, что против, но ведь устоять перед тобой невозможно. Она войдёт в мое положение. Все отшучиваясь от серьезной темы, продолжал беседу Пчелкин, попутно этому показательно снимая золотые оковы– золотое кольцо, кое именовалось обручальным. Подсаживаясь чуть ближе к милейшей деве, молодой мужчина продолжал ту словно пожирать собственным взором небесных очей, кои с каждым мгновением становились на оттенок темнее, что же это могло значить? Не упуская и малой частички девичьего лика, засматриваясь в, особенно пленюящие, смородиновые глазки русский красы, Виктор мечтал лишь об одном.. Овладеть ею. -Как жаль, что завтра ты вновь станешь Тамарой Нещадимовой– дивной незнакомкой, что так бессовестно украла мое сердце, а не миловидной певицей– Томой. Тяжело выдохнул крепкий мужчина, что будучи в молодом возрасте казался куда старше, то-ли с физической стороны, то-ли с моральной- Пчела, Витя, или же просто очень красивый и скромный молодой человек. Пчела вновь трепетно сжал тонкую кисть Нещадимовой, прикоснувшись обветренными устами к тыльной стороне ладони. Покрыть поцелуями хотелось не только ладонь, но и всю дивную, столь невинную фигуру юной девы, что наконец перестала принимать его в штыки. Даже если это и «временная акция», то сие мгновения останутся теплом в хладном, насквозь прокуренном рассудке Пчелкина, утопающем в алкоголе. -Благодарю, но пожалуй я откажусь от столь заманчивого предложения со стороны ваш.. со стороны твоей персоны. Поправляя собственную речь, коя и без того постепенно окрасилась некой хмелью, та стала разглядывать светлый, столь глубокий, взор рядом сидящего собеседника, после чего улыбка того вызвала у Тамары лёгкий смешок вишнево-алых уст. -Прошу простить меня, но рушить чужой брак– это не есть хорошо. «-На чужом горе, своего счастья не построить.» -Так говорила моя покойная мама, она была права, поскольку испытала это на собственной персоне. Приспуская ночные очи, Нещадимова чуть замолкла, всего на миг, затем же вновь подняла фарфоровый лик в сторону Виктора. -Прошу прощения, из-за алкоголя язык вовсе развязался. -Томой, конкретно для вас, я буду являться абсолютно в любое время, а вот вы для меня останетесь уважаемым клиентом– Виктором Павловичем. -Пчела значит? Для меня вы.. то есть ты! Будешь Витей, к тому же очень скромным молодым человеком. От крайних слов послышался более открытый, столь бархатный смех обладательницы янтарных прядей волос, а вот на путаницу меж «вы» и «ты», девушка легонько «ударила» себя по устам. На последующие действа более старшего из сие дуэта ответили заметным румянцем, бережно убирая собственную ладонь от уст мужчины, русская красавица попыталась достаточно аккуратно выбраться с поверхности стула у барной стойки, но этого не удалось.. Не особо послушные ноги, да ещё и на тонких шпильках, стали препятствием, а вот ногу подвернуть удалось знатно, но та не упала, к счастью успела схватиться за плечо крепкой фигуры Пчелкина. Раздался лёгкий писк– реакция от полученной боли, в следующие мгновения ярко накрашенные очи окрапились парочкой хрустальных капель– слёз. -..Чёрт. Я кажется ногу подвернула, как же теперь на работу выходить, меня ведь уволят! В лёгкой истерике воскликнула она. -Витя, прошу тебя, помоги мне добраться до дома. Я боюсь в подобном состоянии ехать в одиночку, тем более уж на такси. -Значит, недостаточно заманчивое, раз уж даешь отказ. Молодой мужчина прекрасно понимал и знал, что весь его брак заключался в печати, кою тот получил в ЗАГСе, на одном из листков паспорта, в разделе «семейное положение». -Все хорошо. Мне интересно узнавать о тебе большее. Виктор вырос в полной семье, да и сами родители в нем души не чаяли. Для него они являлись главным примером здоровой любви, только вот сам Пчелкин понимал, что его брак не был показательным. Оставалось лишь надеяться, что сын не пойдет по такому же пути, что и отец. -К чему это? Витя, значит, Витя. Никаких Викторов Павловичей, чтобы больше не слышал. Усмехнулся более старший из сие дуэта, в чьих мыслях раздался смех кучерявой девы, словно отрада души. Виктор тут же ухватил ту за тонкую талию, дабы удержать на одном месте, попутно этому заметив, что у Тамары не особо получается устоять на шикарных шпильках. Накаркал, черт такой. -Она ногу подвернула, а о работе думает.. Слегка нахмурив пшеничные брови, пробурчал Пчёлкин. Поднявшись с собственного места, Виктор тут же подхватил не особо трезвую деву на руки, параллельно этому направившись к выходу. Он старался проходить мимо отдыхающих посетителей так, чтобы не задеть причиной слез Нещадимовой об какой-либо инородный объект, что мог доставить большую боль для предмета обожания. Выйдя в морозную ночь, тот двинулся к автомобилю, с некоторыми трудностями Пчела все же смог открыть дверцу с пассажирской стороны, усаживая юную певицу ногами к улице. -Быть может, в больницу сначала? Задался вопросом Пчелкин, попутно этому бережно снимая с повреждённой ноги изящную обувь, стараясь не причинить боли повреждённой лодыжке. Лишь в сие момент молодой мужчина отдал себе точный отчет о том, как же хрупка и миниатюрна была Тамара, её ножка носила всего-то 36 размер.. Его Тамара.. -Ну как же не думать..! Меня ведь уволят и я останусь с «голой задницей», извини за такие подробности. Чуть воскликнула несчастная, параллельно этому охватывая шею крепкого мужчины, дабы хоть как-то удержаться за того и не свалиться вновь. -Нет-нет-нет! Ещё в больницу положат, этого не хватало. Лучше уж дома народными средствами залечу собственную рану. На последующие действа Пчелкина ответили лишь лёгким шиканьем, ведь процедура снятия шпильки являлась не самой приятной частью, особенно в тот момент, когда ремешок обуви обвивал вывихнутый участок. -Больно-больно-больно..! Совсем тихо, практически шёпотом, отрезала русская красавица, попутно этому смахивая остатки хрусталя слёз и поглядывая в сторону более старшего. В течении некоторого времени обладательницу янтарных кудрей довезли до собственного жилища, даже помогли добраться до самого порога квартиры, наложить на вывих что-то более холодное, затем же обвить сие участок эластичным бинтом и распрощаться. -Спасибо, Виктор Павлович.