Милейший новобранец

Улыбка ярко освещала сумрачные улочки города, что при своём шуме, стих, наслаждаясь бодростью и рвением юного контрабандиста, что мчался со всех ног в скромную лавочку излюбленную согильдийцами шатена. Он уже наизусть выучил извилистую дорожку, ведущую его прямиком к золотой жиле. Парень чуть не рассмеялся, но короткое хихиканье вырвалось с его губ, привлекая заинтересованные взгляды парочки зверолюдей, что выходили из той самой лавки. Красочный плакат с надписью «Бессмертная искра», заставляет сердце сжаться в радостных конвульсиях и теперь движения стали ещё более резкими и дёргаными от нарастающего возбуждения. Колокольчики звонко забренчали, оповещая молодого владельца о прибытие нового поставщика. Из-под прилавка вынырнул беловолосый юноша, что отдалённо напоминал Лололошке о ком-то, но в памяти словно дыра, ничего нет. Белый шум. Но это не шибко волновало его, у мироходца совсем другие планы, а если быть точнее продать всё добытое кровью и потом. — Воу-воу, полегче! Не надорвись! — Ныряльщик перехватил руку Ромы, что не останавливаясь вываливал бирюзовые камни, шкуру, мяса, да всё возможное, из-за чего прилавок ломился под напором юноши. — Выдохни! Ты мне тут уже набросал недельную работёнку, чуть ли не всех контров! — Сан-Фран шокировано улыбнулся, нервно причесывая итак прекрасно уложенные волосы. Незаметно для обоих, их пальцы переплелись. Рома растерянно смотрел на парня, с надеждой глядя то на Франа, то на предметы, что хотелось с силой впихнуть потерянному магу и забрать должную награду, словно енот. — Но я бомж. — Тихо прошептал шатен, брови поползли вверх, губы вытянулись в тонкую полоску. Парень неуверенно сгрёб всё добытое, с грустью всматриваясь в лицо не понимающего обладателя лавки сбыта. — Мне нужны деньги. — О упаси, меня от этого в будущем! Что стоишь? Давай всё сюда! — Белобрысый махнул рукой, переводя взгляд вниз, что-то бурча себе под нос, но не суть важно т.к. Рома счастлив и яркие краски вновь вернулись в его жизнь. — Бери, я уверен, что Павел не отдал тебе половину и схапал себе побольше. — Лололошка подавился воздухом, теперь настало время меняться ролями. Шок отразился на его лице, он закашлял. — Другой бы устроил взбучку, а ты стал бороться по-другому. Уважаю! Если бы шатен был зверолюдом, то его хвост вытворял бы такие виражи, не снившиеся ни одному пилоту. Лололошка аккуратно переложил кристаллы в карман на толстовке, прежде чем радостно поклониться у самого входа и пулей выбежать на улицу. — Сколько же силы в этих новеньких! — Сан-Фран оглядел товар, который приятно радовал наметанный глаз парня. Колокольчики вновь запели свою трель. — До... — Не успев ничего сделать, в его губы впились жадным, яростным поцелуем. Холодные руки нежно коснулись щёк, обхватывая их с двух сторон, щекотно передвигаясь на затылок, где и остановились сильнее прижимая Франа к себе. — «Неумелый, но очень прыткий малый» — Ныряльщик хмыкнул, оттягивая неожиданно появившегося любовника за волосы. Кадык, отчётливо видный на открытой тонкой шее, взволнованно дёрнулся, когда мягкие губы сомкнулись на нём. — Лололошка, в следующий раз, хоть дверь закрывай. — Я-я... Извини. — Шатен сжал плечи белобрысого, искоса глядя ему в глаза, через раму очков. Фран полез вниз оставляя на шее мокрые следы. Одежда медленно сбрасывалась, превращаясь в груду помятой ткани. Лололошка тихо охал, всё также цепляясь за многострадальческие плечи ныряльщика, на которых к завтрашнему дню будут красоваться синяки. Но не только Фран будет отдуваться за их маленькую шалость. Красные засосы осыпали почти всё тело шатена, в особенности плечи и грудь. — Сан-Фран! — Да? — Черные глаза внимательно вглядовались в чужие, на уголках которых скопились слёзы. Красная головка упёрлась в верхнее нёбо, размазывая по нему солоноватый предэякулят. Рома выгнулся, толкаясь внутрь, руки потянулись к волосам мага, но тот успел пресекнуть эту вольность, опуская их на деревянную столешницу. — Не трогай и не двигайся, я сам. — Горло слегка побаливало, так что иногда выходил хрип, но Фран продолжал ритмично двигаясь по стволу. Холодные пальцы сжали яйца, слабо массируя и оттягивая. Язык юрко изучал венки и неровности толстого члена, умудряясь проникать в разрез на головке, чуть ли не высасывая белёсые капли спермы. Мироходец завыл, прикусывая своё запястье и ломая ногти о тёмное дерево прилавка. — Хорошо. Умница! — Сперма толчками выплёскивалась на парня, пачкая лицо и подставленные руки. Колени неприятно гудели, как и горло, но это того стоило. Стоило нежных прикосновений шершавого языка, тщательно вылизывавшего его щеки, губы, мягко целуя прикрытые глаза. Лололошка тихо скулил, прижимая к парню всем телом, обвивая его руками и ногами, чувствуя через ткань твердую разгоряченную плоть. Они оба задыхались от этой страсти, что разгорался голубым пламенем между ними, сжигая все разумные мысли, попытки остановиться, затягивая в порочный омут удовольствия. Скользкий язык с напором проник в рот Сан-Франа, что итак не сопротивлялся с охотой отвечая на каждое робкое прикосновение юного контрабандиста. Белобрысый хмыкнул, усмехаясь в нежном поцелуе, с трепетом подаренным юношей, чьи мыслишки явно развратнее, чем он выглядит. Уверенными движениями Рома проник под рубашку Франа, поглаживая на удивление подкаченную грудь и щипая за горошину соска. Маг утробно зарычал шатену на ухо, беря его мочку во влажный плен своего рта. — Шаловливый, — Горячо выдохнул ныряльщик в губы парня, что опёрся о его грудь. Быть зажатым между столешницей и телом другого парня, возбуждало и заводило ещё сильнее. Смущение отходило на второй план. Хитрая улыбка подчеркивала лисий прищур, что раньше был не виден из-под рамы черных очков, теперь покоившихся на одной из полок прилавка. — Мне нравится, но пора заканчивать, не правда ли? Рома сжато кивнул, горячо выдыхая, когда что-то явно большое и горячее прикоснулось к его проходу. Сан-Фран опустил гряду поцелуев на вежливо предоставленную шею и плечи. — Сейчас будет больно,— Ныряльщик протяжно застонал, как и Лололошка, вцепившийся в столешницу, чуть ли не вырывая её с корнем, проталкивая грибовидную головку в жаркое узкое нутро. — Тише, тише, вот так, хорошо. — Мягкое голубое свечение ласкало живот. Шатен хныкал, переместив свои руки на широкую спину мага, уверенно пробивающего себе путь у него внутри. Эти минуты тянулись вечность, но, наконец, долгожданная легкость и удовольствие оплетала их в свои тонкие жгуты, окрепшие до толстых верёвок, сдавившие по рукам и ногам. — Ты прекрасен! — Ахх!.. Са-ан-Фра-н! Я не... мо-огу, слишком хорошо! — Лололошка задыхался от удовольствия. Бёдра белобрысого с громким шлепком встречались с покрасневшими ягодицами парня, толкаясь в него сильными движениями, от которого мозг медленно плавился, как и сам юноша. — Сейчас! Яркий оргазм окутал мироходца, как в одеяла, сковывая его движения, выбивая весь воздух из легких, кажется, что он даже на пару секунд потерял сознание, но потом вновь краски хлынули в его мир, словом, как и звуки,что теперь неприятно были по ушам. Маг сжал зубы, размашисто толкаясь внутрь и изливаясь внутрь. Загнанное дыхание, дрожащие тела и усталость прекрасно соединяли парней. Сан-Фран стянул контрабандиста на пол, усаживая его к себе на колени и прижимая к своей груди, носом утыкаясь в растрёпанные, взмокшие волосы шатена. Приятная умиротворенность и стук чужого сердца под ухом от этого так приятно тянуло домом и сладким сном, который уже прикрыл глаза Лололошки, затаскивая в свой мир сказок. Маг же мягко сплёл их пальцы, вдыхая запах пота и лесных цветов, приятно щекотавших нос. *** Колокольчики напевали свою мелодию всякий раз поднимающую настроение ныряльщика, но это был особый случай. В проходе застыл юноша, чьё лицо напоминало сочный помидор в сезон сбора. На губах играла хищная улыбка, в темных омутах тонули надежды на спасение. Чуть ли не крадясь юноша дошёл до прилавка, откуда словно из-за травы на него смотрели глаза, горящие желанием, от которого воздух раскалялся, обжигая нос и глотку. — Робости тебе не занимать, новенький. — Сан-Фран захихикал, притягивая шатена за бандану и оставляя на румяной щеке звонкий поцелуй. — Что на этот раз принёс? — Этот похотливый взгляд снизу вверх до чёртиков будоражил шатена, который нервно оттянул клетчатое украшение и хрипло бубня что-то под нос. Маг прикусил губу, приближаясь к лицу парня, пока между ними не остались жалкие сантиметры. — Громче. — Мха... Я не... — Похоже это не сильно волновало владельца лавки, так что не дожидаясь внятного ответа, он впился яростным поцелуем. — Не хочешь получить чуть больше? — Маг отстранился, не отводя немигающий взгляд от лица юноши, что взвесил все за и против, слишком быстро и уверенно кивая. — Иди сюда и спусти штаны. — Но!.. — Это единственное, что смог сказать парень, прежде чем к его губах прикоснулся указательный палец и затаскивая к себе. Рома шумно выдохнул, помявшись ещё пару минут он начал медленно расстёгивать штаны, стаскивая их до колен, как и трусы. — Расслабься! — Рома измучено выдохнул, когда к проходу подставили что-то теплое. Гладкая поверхность камня помогла быстро проникнуть в шатена, что громко охнул, когда рука мага с силой шлепнула по ягодице. Внутри всё сжалось. — Хорошая работа, новенький! Лололошка лишь хмыкнул, выхватывая осколки скинта из рук Сан-Франа, что был доволен своей «щедростью» и с наслаждением смотрел на контрабандиста, что прихрамывая отправился дальше покорять эти места.