Ты у меня самый красивый

Дверь квартиры поспешно отворилась, Ши Цинсюань первым вошёл внутрь, растёгнутая ветровка полетела на пол, с губ слетел едва слышный шёпот, который можно было едва ли разобрать, всё смешалось в череде горячих бесконечных поцелуев. Хэ Сюань закрыл за собой дверь, медленно поддался Ветерку на встречу, горячие дыхание обжигало бледную кожу шеи, на секунду он прервал поцелуй, закинув разбросанные вещи в рядом стоящий шкаф. Теперь же, когда они оба были свободны от верхней одежды, парни уверено поплелись в сторону спальни, изучая губы друг друга всё в том же страстном танце торопливых шагов. Запястья молочного цвета потянулись к воротнику рубашки, верхние пуговицы едва ли не отлетали, поражённые резкими касаниями нежных тёплых пальцев. Немного задержав взгляд на галстуке бледного серого цвета в чёрную полоску, Ши Цинсюань разомкнул губы, выдыхая на лицо своего парня клубы горячего парного воздуха, изнывая в мольбе: — Завяжи мне глаза. Хэ Сюань же не сразу понял смысл услышенного, однако спорить не стал, лишь изворотливо стянул с Ветерка футболку, усадив его на край кровати, а дальше, как и было заказано, завязал глаза плотной тканью галстука. — Главное не делай резких движений, в остальном всё как обычно. Неуверенный кивок, перед глазами действительно больше ничего не мелькало, лишь беспосветная темнота, становилось дико от одной только мысли, что способность видеть была временно ограничена. Тем не менее заострялись ощущение, каждое касание бедра, каждый кусучий поцелуй, оставленный на шее. Хэ Сюань позволял Ветерку ощупывать себя, чтобы тот в конечном счёте не упустил ничего важного, а взамен дарил томные поцелуи возбуждённым частям тела. Перед глазами темно, слышно лишь тихое уверенное: — Раздвинь ноги и сиди ровно. Своего парня полагалось слушаться, учитывая, что он редко что просил, а потому ноги сами развинулись настолько, насколько могли, изо рта раздался мучительный стон, но на рту оказался, кажется, безымянный палец: — Не ёрничай, Цинсюань. А рука полезла сквозь ткань белых брюк, стягивая их постепенно, чтобы Ши Цинсюань мог прочувствовать каждую секунду, каждое касание, каждое движение, направленное внутрь его трусов. Вскоре и ткань трусов оказалась лишней, Ветерок откинул голову назад, до боли прикусил губу и тихо, шёпотом, начал умолять: — Хэ-сюн, ты у меня такой заботливый, по-нежнее, по-мягче, но поласкай меня уже! — Твоё "по-нежнее" это вот так? Рука опустилась на основание вставшего члена, пальцы дерзко провели по основанию, слегка сжав в руке, поглаживая пульсирующие вены. Раздался громкий всхлип, Ши Цинсюань даже высунул язык, умоляющим шепотком продолжая: — Нет, я хочу ещё нежнее, прошу тебя, Хэ-сюн... А сам вновь распластался, издавая беспорядочные пошлые звуки. — Я понял. Пальцы слегка замедлились, большой осторожно погладил головку, мягко трогая каждый сантиметр, затем Хэ Сюань слегка наклонился, не выпуская член из руки, преподая губами к тем же раскалённым участкам. Требовательный язык почти сразу же проник внутрь, хватка ослабилась, но напряжение стало сильнее. Казалось, ещё секунда и Ши Цинсюань бы кончил. — Терпи, Цинсюань. Парень многозначительно сжал зубы, громко проскулил, полностью отдав своё тело в распоряжение Хэ Сюаня. Жаркие поцелуи по всей длине члена сводили Ветерка с ума, он едва находил в силы, чтобы сдерживаться, протяжно мыча едва ли не каждую секунду. Чувствуя, что его парень уже на пределе, Хэ Сюань отстранился, ловко подхватил его за бёдра и осторожно усадил к себе на колени, разглаживая спутанные волосы. — Всё хорошо, держись. — Мгм. Глаза были всё так же завязаны, внутри всё полыхали, губы были плотно сжаты, слабо издавав возбуждённые звуки. Слегка приподняв всё те же горячие бёдра, Хэ Сюань осторожно приблизил сомкнутые губы к себе, осторожно расцеловывая их успокаивающими мягкими касаниями. Перед глазами всё так же была кромешная темнота, тело горело, но нежность и забота ледяных изящных рук, обкусанных тонких губ отчётливо ощущалась и доводила до ещё большего смущения. — Потерпи ещё немного. Сказал он, медленно помещая распахнутые бёдра на член, разглаживая потный горячий лоб. — Я не могу больше, я прошу тебя! Ши Цинсюань простонал громко, тело сковывало от каждого движения, услышав заветное "хорошо", он наконец излился на худые бледные бёдра, сильнее обвивая руками грудь своего парня. Чувствовалось облегчение, Хэ Сюань на мгновение задержался, позволяя Ветерку немного отдышаться, затем осторожно начал двигаться, наблюдая за реакцией слепого тела, за всхлипами, стонами. Лишь едва слышно прошептав "тшш", он вновь погрузил всё своё внимание на губы, позволяя Ши Цинсюаню поддаться наслаждению, рука невольно потянулась к повязке, галстук полетел вниз, и перед ним предстало покрасневшее напряжённое лицо, глаза, что похоже на океанскую свежесть. Наградив поцелуем в лоб возлюбленного, они закончили в этот раз вместе, расположившись рядом на разобранной кровати. — И всё таки ты у меня красивый... — чуть слышно пробормотал Хэ Сюань, надеясь, что его слова так и останутся неуслышанными.