На заре времён

      Раннее солнце поднялось к бледно-розовым небесам, заливая светом умиротворённые затишьем поля. Роса засверкала будто бы новым свечением под лучами светила, заросли пришли в движение от слабого ветра. Луна зажмурила глаза от солнечного света, смотря в раздумьях прямо на хвойный лес вдали. Вокруг ни души, тишину на всей пустоши разрушал шелест ветра по высокой траве да отдаленный крик какой-то птицы, а поблизости ни намёка на опасность. Но в сердце молодой кошки всё ещё неспокойно, как в день неистовой бури.       — Луна? Что ты здесь делаешь в такую рань?       Луна содрогается и в легком испуге оборачивается, услышав знакомый голос. Серая шерстка тут же поднялась дыбом, но когда кошка увидела стоящую прямо перед ней Прыгушу, то со вздохом пригладила мех. Однако ей стало немного тревожно от беспокойного взора наставницы.       — Да так, думаю… Куда бы Огонь мог уйти? Я не могу его найти, — без всяких эмоций в голосе ответила Луна.       Послышались шорох травы с мягкими шагами, и Луна краем глаза замечает рядом с собой Прыгушу, а вскоре почувствовала и осторожное прикосновение её хвоста на боках.       — Всё еще ищешь? Но вряд ли ты теперь его здесь найдешь, Луна! — сказала Прыгуша.       — А я будто бы и не знаю! — процедила сквозь зубы Луна, резко подскочив на месте. — Он не мог уйти настолько далеко от нашей территории! — затем она испустила тяжелый вздох и вновь приняла своё сидячее положение, но теперь Луна прижимала голову к плечикам и с дрожью промолвила: — Может быть… Он устроился в хвойных лесах, может быть, вышел за границы и остановился неподалеку в каком-то овраге. А может… Что если он… Не выживет?       Луна выдавила из себя горький всхлип. Одна только мысль о несчастном брате способна вывести её на слезы! И ненавидела себя за это: делу слезами не поможешь, а пропавшего кота не найдешь уж точно, как она может сидеть и плакать? Ни запаха, ни намека на присутствие поблизости, совсем ничего! И сейчас она вновь вышла из лагеря пораньше, чтобы с пустой надеждой увидеть его знакомую фигуру. И вновь, как и вчера, безуспешно, у неё уже не хватает сил продолжать свои поиски. Он, в самом деле, ушел.       И в этот самый момент она прочувствовала, как плечо Прыгуши мягко прижимается к ней, а черно-белый хвост кошки приземляется на её сгорбившуюся спину.       — Выживет, конечно, куда ему деться? Вы ещё как-нибудь встретитесь… — проговорила Прыгуша и тихонько промурлыкала над ухом: — В природе выживает кот с хорошей смекалкой, и Огонь точно не является последним дураком! А если кот умен, то он найдет любые способы, как спастись от голода… Может быть, поэтому и не проявляется на наших глазах, ведь приближается Листопад, каждая дичь сейчас важна.       — Ага, и отец грозился тем, что порвёт ему шкуру! — фыркнула скептично Луна.       Несколько дней прошло с тех пор, как Светляк изгнал Огня из территории группы. В тот самый роковой день, когда большинство котов упрекали Огня в убийстве Муската, и тот благополучно выбежал из лагеря, несчастная Луна побежала за ним следом. Да и она сама была будто бы не своя: кошечка прекрасно понимала слова отца о том, что при возвращении брата он его убьёт, но Луна в этот момент желала лишь одного… Чтобы Огонь вернулся и остался жить. Но сам Огонь словно исчез подобно дыму. Один раз только Луна оступилась на своем пути, а уже потеряла его из виду! И теперь дни для неё без Огня стали мрачны, а душа осталась безутешной.       В ответ Прыгуша отвела мрачный взгляд в сторону.       — Я прекрасно могу понять твои чувства… Злишься, плачешь, имеешь полное право на всё это! Но вот тебе совет — поговори со своей семьей и не закрывайся от них. ­­      — Даже с братом и… Отцом?       Прыгуша кивнула.       — После того, что они сделали?! — рыкнула Луна, прижимая уши к голове.       — Даже если и так, ты не можешь вечно их избегать. И, раз на то пошло, то можешь не разговаривать с отцом, достаточно лишь поговорить с матерью и братом! Они не меньше тебя страдают от потери Огня, Луна… Всё же вы семья.       «От семьи осталось лишь название…»       Луна хотела высказать данную мысль, возникшую в её голове после последних слов, но не сумела. Как бы не хотелось ей противиться данному совету, он показался достаточно весомым… Она настолько забилась в собственных поисках Огня, что забыла о матери, и в какой-то степени она прочувствовала укол вины перед ней.       Но что насчёт Солнцепёка…       — И давай вернемся в лагерь: на улице холодно, простудишься… — сказала Прыгуша.       Луна устало закатила глаза и дернула золотым хвостом, но в последний раз взглянув на леса, она послушно встала и вместе с Прыгушей отправилась домой. Всю дорогу Луна смотрела только на лапы до самого входа в лагерь, раздумывая над словами Прыгуши.       «И как я поговорю с Солнцепёком? С ним не о чем разговаривать! Он поддержал изгнание Огня, а значит точно по нему не скучает…»       — …Вы с Ромашкой собираетесь уходить?       — Светляк, позволь всё разъяснить!       Луна вздрагивает и поднимает голову. Она видит Тополя и Светляка в центре лагеря, но при виде них в ней закрадывается плохое предчувствие. Казалось, что стоящий Светляк нависает над сгорбившимся светло-бурым котом, в чьем выражении морды Луна разглядела нечто похожее на страх! Вскоре вокруг них начали собираться другие коты, но никто не смеет приблизиться к этим двоим, оставаясь на своих местах.       — Мы давно планировали уход… — наконец спустя паузы молчания промолвил Тополь. — Понимаешь, на фоне этих событий нам кажется, что это место небезопасно для нас, особенно для Вереска и Перышко!       От того, с какими грустными нотками сказал Тополь о детях, в груди Луны тут же больно кольнуло. После изгнания Огня у молодой пары появился выводок из пятерых малышей, но трое спустя три дня скоропостижно счахнули, не пожалела их хворь. И теперь у них остались только двое, похожий на отца цветом Вереск и бело-бурая кошечка Перышко.       — Но это вовсе не означает, что мы не будем общаться как прежде, верно? — Тополь выпрямился во весь рост и с надеждой посмотрел на лидера, нервно улыбаясь. — Обещаю, мы не будем далеко от вас.       — Нет, Тополь, мы не будем общаться с вами, как прежде… — медленно проговорил Светляк и приблизился к Тополю так, что едва их носы не соприкоснулись. И тут кот вдруг оскалился, прорычав: — Вы предадите нас!       Тополь в испуге прижал уши и попятился назад, но Светляк следовал за ним уверенным шагом, как охотник за раненой добычей, которую с легкостью мог бы убить!       — Как ты можешь говорить подобное мне в лицо? После всего, что мы пережили вместе, всей группой?! — зашипел он, размахивая хвостом. — Мы вместе делили дичь и небо над головой, прошли такой трудный путь… А теперь вам кажется, что наш дом «небезопасен»?!       — Светляк, мне и вправду очень-очень жаль! — воскликнул с горечью Тополь. — Но таково наше решение и…       — А кто будет твоих детей защищать, если вам двоим потребуется вместе охотиться в Снегопад? Ты сам что ли? — фыркнул Светляк. — Вы будете сами по себе, никто вам не поможет… Даже мы не сможем прийти на выручку, ведь нам будет уже не до каких-то котов, которые покинули семью! Я бы на твоём месте хорошенько подумал бы над этим, прежде чем уходить… Никуда так просто не уйдете, ясно?       С этими словами Светляк отвернулся от застывшего Тополя и направился к Репею и Тине. Луна с особой внимательностью наблюдала за ними и вслушивалась в их разговор. Что же в самом деле происходит?       Когда напряжение в воздухе стихло, Прыгуша и Луна быстренько прошли вперед мимо Тополя. Казалось бы, беседа между ними закончилась также быстро, как и начиналось, но не тут-то было… Тополь поднялся на дрожащих лапах, расправил плечи и устремил серьёзный взор прямо на Светляка, уже спокойно беседующего со старшими товарищами.       И внезапно молодой кот уверенным и твердым голосом сказал следующее, от которого по спине Луны пробежался дрожь:       — Может быть, мы бы не собирались уходить из «семьи», если бы ты позаботился о наших проблемах как следует? И все эти беды начались после того, как ты привёл нас сюда! Это и есть твоё «светлое будущее», о котором ты говорил?       Его голос будто бы ветром пролетел над лагерем, заставив каждого смолчать. Луна видела, как вокруг центра оврага стали собираться все, даже Ромашка с выползающими наружу малышами показала свою голову из норы. И каждый любопытный и, в то же время, обеспокоенный шумом взгляд был направлен на этих двоих. Однако, похоже Светляк был глух к его словам: стоит к нему спиной и даже не обернулся.       Спустя пару мгновений тишины, Светляк всё же повернулся к нему. И одного только взгляда на лидера Луна почувствовала, как всё сущее внутри неё съёжилось в тугой узел. Тополь вздрогнул и в растерянности огляделся по сторонам. Теперь его былая решимость, с которой он так смело дал такой отпор самому вожаку, в миг испарилась, и вновь светло-бурый кот походил на перепуганного до чертиков котенка.       И вдруг Светляк нападает на Тополя. Сбивает с ног, над ними поднимается облако пыли да песка, раздается сдавленный вскрик несчастного, что сразу привел лагерь в движение! Поднялся шум и гам из удивленных вздохов и восклицаний, Репей и Тина мигом соскочили и ринулись к ним, а тем временем Ромашка спрятала своих малышей глубоко в нору.       — Я из шкуры лезу, чтобы никто из вас не подох скоропостижно и мучительно! Я и сам сыт достаточно по горло потерями наших близких! — гулко прорычал Светляк, прижимая одной лапой голову Тополя к земле. — И я делаю всё возможное… Всё возможное, чтобы мы смогли выжить, всё делаю ради вашего блага… Но ты смеешь обвинять меня в тех бедах, на которые я не мог повлиять! — янтарные глаза лидера горели чуть ли не бешенством, а его голос был полон такого гнева и отчаяния, что невольно заставлял шерстку каждого присутствующего подняться дыбом. Отдышавшись, Светляк вновь наклонился над ним и прямо ему в морду прорычал: — Это не я привел хворь к нам сюда, это не я заставил Огня травить Муската до смерти… И уж тем более это не я расставлял ловушки Двуногих по нашей земле, чтобы Зуболом на одну из них попался! А теперь ты смеешь обвинять меня во всем этом?!       Бока Тополя быстро поднимались и опускались в быстрой отдышке, его выпученные глаза выражали такой неподдельный ужас, что могли бы выпасть из глазниц. Кот теперь не показывал своего сопротивления, лежит и дрожит под тяжестью лап Светляка. А народ смолк. Коты словно застыли на месте, стоит только Светляку покоситься в их сторону, даже Репей и Тина не предприняли попытку снять Светляка с Тополя. Луна втянула голову в плечи и чуть ли не разрывала когтями плоть земли. Она видит, как все напряжены этим конфликтом, никто даже не осмелился обмолвиться в их сторону! И сама кошка возжелала первой выплеснуть все эмоции, высказать напрямую всё, что она думает. Но не может — страх сковал железной хваткой её горло.       Спустя паузу выжидания, Светляк слез с него, позволяя тому сделать пару шажков вперед и выкашлять весь песок, что попал ему в рот. И когда Тополь обернулся на него, Светляк выпрямился и гордо поднял подбородок. Его светлая шерсть ощетинилась.       — Народ, у нас есть проблемы? Никто не хочет высказаться прямо здесь и сейчас?       Никто не ответил. Спустя пять ударов сердца, Светляк хмыкнул и повернулся к Тополю.       — Видишь? Нет проблем! Всё у нас прекрасно… А теперь, будь добр, займись делом и об уходе не заикайся. И помни, вместе мы куда сильнее. А если будешь против нас — добра не жди. Да, на нас нагрели бедствия, и все мы хотим мира… Но друг мой ближний, не всё так сразу! Это ведь только начало нашего пути.       Тополь откашлял последние песчинки и, нахмурившись, поплелся в сторону Ромашковой норы с поджатым хвостом. Так быстро начался и также внезапно завершился конфликт между двумя котами. Вскоре все начали расходиться, как ни в чем не бывало, и только Луна осталась на своем месте, чтобы проводить сочувствующим взглядом Тополя. А затем, когда бурый кот вошел в норку, Луна повернулась в сторону Светляка. Лапы тут же напряглись.       Он не мог так поступить с ближним товарищем.

***

      Мысли о произошедшем этим утром не покидали Луну, сколько бы раз она не пыталась отвлечься. И вот сейчас кошечка лежит на своей подстилке, в норе, в полной тишине, совсем одна, пытается вздремнуть… Но эти ужасающие сцены с каждым разом мелькали перед её глазами так, что даже в ушах звенят сказанные отцом фразы, от которых Луне только сильнее хочется в злости располосовать ему морду! Не его вина? Он в этом не виноват?!       «Наглый выскочка… Высокомерный трутень… Собачий помёт!» — когтистые лапки схватились за комок мха и сильно сжались. — «Он во всём виноват! А мы будем его терпеть?»       — Луна, выходи! Ты включена в охотничий отряд.       К счастью эти мысли выветрились, как только со стороны выхода раздался голос Прыгуши. Луна в удивлении повернулась и увидела стоящую на проходе Прыгушу, поморгав уставшими глазами.       — Охота?       — Да, охота, — Прыгуша серьезно нахмурилась, рассматривая свою подопечную с ног до лап. — Ты забыла уже об этом? Мы же после тренировки договаривались об этом, и ты согласилась поохотиться! Тебя только и ждем снаружи.       Луна смущенно опустила голову. Надо же, она уже и подзабыла об этом!       — Уже иду! — вздохнула Луна и поднялась со своей подстилки.       Прыгуша с довольной улыбкой кивнула и вышла из норы, а Луна засеменила за ней, отряхивая от лап куски мха. Солнце за облаками озаряло лагерь. По сравнению с напряженным утром, овраг выглядит так пусто и безмятежно, но Луна увидела по затененным углам знакомые кошачьи фигуры. Возле яслей с малышами пристроились Ромашка с Тополем, недалеко от кучи с дичью сидели Пенёк с куском мыши и Чумазка, но обстановка в лагере значительно изменилась…       Когда Луна оглядывала весь овраг вместе с обитателями, заметила одну интересную вещь: старшие коты, вроде Рыжинки с Репеем, которые сейчас сидели в другом углу, в последнее время сторонятся молодых товарищей. Даже Светляк смотрит косо на них и больше доверяет старшим членам группы в последнее время! И как хорошо помнит сама Луна, до прихода на новые земли коты, независимо от возраста и характера, вместе всегда проводили время. Неужели это недавние и страшные события так повлияли на весь строй? И является ли это добрым знаком?       Однако из всех присутствующих выделяется пестрая фигура на другом конце лагеря, в которой Луна без проблем узнала свою мать, Жужелицу. И на неё она не могла не смотреть с сожалением в глазах. Она сидит неподвижно в одиночестве, под тенью, с опущенной головой… После ухода Огня, Жужелица почти не выходила наружу, если только не под присмотром Рыжинки, да и то, чтобы попить и поесть.       «Она скучает по Огню…» — вздохнула Луна.       Когда она посмотрела в сторону выхода, куда и направилась Прыгуша, то сразу же у неё поднялся загривок. Туман и Голубка нервно топтались на месте, но когда они увидели Прыгушу, то котята бурно замахали хвостиками. После смерти Муската Тина, как их мать, стала для них наставницей, но похоже она доверила своё обучение детей на подругу, пока её не будет. Однако присутствие младших не является главной причиной для напряжения у Луны… Рядом с озорниками стоял Солнцепёк.       «Что он здесь делает? Разве он не должен быть в патруле с отцом?! " — недовольно пробурчала в своих мыслях Луна.       — На выход! — воскликнула Прыгуша и мигом вышла из лагеря.       Солнце за облаками озаряло пустошь. Маленький отряд во главе Прыгуши, состоящий в основном из ребятни группы, медленно, но верно двигалось вперед в сторону реки. Туман и Голубка старались не отставать от черно-белой кошки, всё норовясь бежать впереди всех и подставлять друг другу подножки. После смерти Муската Тина, как их мать, стала для них наставницей, но на время доверила их своей подруги, пока она будет в патруле. Позади них плелись Луна и Солнцепёк бок о бок, но за всё это время эти двое не смотрели друг на друга. Даже несмотря на то, что охотничий патруль вполне спокойно добирается до охотничьих угодий, между братом и сестрой, в сравнении с детьми Тины и Муската, чувствовалось заметное напряжение.       — …Вот мы и пришли, — Луна настолько увлеклась своим мозговым штурмом о своем отце, что даже не расслышала то, что говорила Прыгуша до этого.       Луна в легком изумлении вскинула голову на кошку, поморгав глазками. Остановился охотничий отряд на небольшом холме, на котором можно прекрасно увидеть весь простирающийся хвойный лес за рекой. При виде верхушек гигантских сосен дрожь пробежалась по телу Луны от волнения.       — Солнцепёк и Луна, вы вдвоем будете охотиться возле реки, — четко произнесла Прыгуша, рассматривая каждого из них сверху вниз.       Заслышав подобное, Луна вздрагивает и разворачивается к ней, вспушив хвост.       — Почему?! Мы же с тобой так прекрасно охотились! — чуть ли не от отчаяния сказала она. Ей вдруг показалось, что земля ушла из-под ног. С ним? Вдвоем?! Да как это вообще возможно? До смерти Муската Луна уже привыкла к тому, чтобы охотиться наравне с любимой наставницей, и не представляла она себе, что будет охотиться с кем-то другим. Особенно с Солнцепёком…       — Прости, но не в этот раз: мне же нужно обучить Тумана с Голубкой базовой охоте… — спокойно пояснила Прыгуша. — А вы двое достаточно подросли, чтобы охотиться самостоятельно, без моей помощи, — после чего она подошла к ней и коснулась носом о её лоб, проговорив: — Всё у тебя получится, не переживай!       Луна хотела сказать что-то ещё в противовес её словам, но вместо этого вздохнула и уныло опустила голову. Делать нечего, придется её послушать!       — Мы постараемся наловить много дичи! — воодушевленно мяукнул Солнцепёк.       Прыгуша удовлетворительно кивнула ему.       — Доброй вам охоты! Встречаемся здесь же.       После этих слов Прыгуша подозвала младших котят и вместе с ними спустилась с холма. Луна лишь только смотрела им вслед разочарованным взглядом, ведь ей вовсе не хотелось покидать Прыгушу вот так, даже вспомнила, как проходила первая совместная охота с Огнем и Мускатом! Луна помотала головой и ринулась к реке, даже не обмолвившись ни слова с удивленным Солнцепёком. Оно и понятно, не желает она тратить время на лишние слова во время охоты, уж тем более «следовать» за братом.       Благо до реки как лапой подать, Луна без проблем добралась до неё и остановилась возле кромки воды, чтобы испить пару прохладных капелек. Влажная земля чувствовалась под лапами, сегодня течение реки было размеренным и тихим… Как давно она сюда не приходила и не была настолько близка к хвойному лесу! Спустя мгновение Луна подняла голову и с особой внимательностью осмотрелась вокруг, с теплеющей надеждой на то, что увидит знакомые желтые глаза Филина среди кустов.       Но ничего подобного не случилось, даже нет ни единого намека на его присутствие. На это Луна разочарованно вздохнула.       «Филин… Мне так нужно с тобой поговорить!»       — Луна… Могу с тобой поговорить?       Луна вздрагивает от голоса Солнцепёка за ней и поворачивается к нему. Рыжий кот уже стоит рядом с ней и смотрит на свое печальное отражение на глади реки, после чего наклоняет голову и отводит взгляд в сторону.       — О чем?       — О том, почему ты так… Избегаешь меня? — ответил спокойно Солнцепёк и поднял голову на неё. — Мы с тобой уже сколько дней не разговаривали, и мне непонятна причина почему. Мы же… Одна семья!       При упоминании «семьи» Луна от напряжения впустила свои когти в мокрую почву. Неожиданно она почувствовала, как поднялась её шерсть дыбом от нарастающего раздражения, а из горла донеслось едва слышимое рычание.       — Как ты смеешь говорить, что мы одна семья после того, что вы с отцом сделали! — зашипела Луна и развернулась к брату всем корпусом так, что их носы едва ли не соприкасались друг к другу. Янтарные глаза так и вспыхнули у маленькой кошечки, впиваясь взглядом прямо в душу Солнцепёка.       Солнцепёк отшатывается назад и прижимает в легком испуге уши, моргая полными недопонимания глазами, из-за чего Луна только сильнее вскипела и продолжила с напором:       — Светляк изгнал нашего брата, Огня, и ты поддержал его решение! И ты теперь смеешь говорить, что мы одна семья после всего этого?!       — Огонь нарушил отцовский приказ и убил Муската! — выпалил Солнцепёк в ответ, но потом он выпрямился во весь рост, сощурил глаза и серьезно проговорил: — Я пытался его остановить, предупреждал… Но он продолжил гнуть свою же ветку, и вот к чему это привело! Ты ведь сама это прекрасно знаешь, Луна… Я всего лишь выполнял свой долг.       — Ты так говоришь, будто бы Огонь намеренно желал убить собственного наставника! Хотя это не так! — сквозь зубы и прорычала она, чувствуя уже, как наверстываются слёзы. — И если бы Светляк хотя бы раз прислушался к нему, то мы могли бы избежать смерти от хвори… И Мускат был бы жив, и Огонь тоже. И всё было бы у нас замечательно в лагере!       — Я действительно тебя не понимаю… Почему ты такая упрямая? Почему тебе обязательно всё усложнять, Луна? — медленно, едва ли слышно, проговорил Солнцепёк. — Я ведь тоже по нему сильно скучаю, но что оставалось мне делать? Я не думал даже о том, что его действительно отправят в изгнание! Мне жаль, что так случилось, но что могли бы подумать остальные, если бы мы оставили «убийцу»? Ты сама видела, как Тина готова была одарить его ранами за Муската…       От последнего предложения Луна вздрогнула, сразу вспоминая тот самый случай на суде. Тина действительно замахнулась лапой на Огня, прежде чем успел он убежать, и как та кошка была невероятно зла. Как же ей сейчас не хочется во всё это верить! От бури эмоций глаза вмиг стали мокрыми от слез, из-за которых Луна едва могла видеть на весь мир без плывущего тумана перед взором, а вся голова набита самыми злостными мыслями, мешающие здраво мыслить вообще. Сейчас Луна выглядела как побитый и слабый зверек, который способен только тяфкать и дрожать, но не на ту самую гордую, но веселую кошку, которую только знали в группе.       — Да и потом, почему бы тебе… Просто не принять это всё, наконец, и смириться с этим? — сказал он. — Так ведь будет гораздо проще, чем упрямиться! Да и потом… Светляк делает всё возможное, чтобы мы жили хорошо, но некоторые почему-то не соглашаются с ним.       И теперь Солнцепёк смотрел на неё лишь с тревогой и даже сожалением о том, что вообще заговорил с ней. Он попытался поднять лапу и притронуться к сестре, но та отвернулась от него и медленно поплелась в другую сторону, вдоль реки.       — Я не собираюсь смиряться с новым укладом жизни, где лидер так ужасно обходится с нами… — мрачно произнесла Луна, сузив зрачки. — Ты так говоришь только потому, что тебя не затрагивает ужасное отношение Светляка!       — Мне очень жаль, Луна… Я ведь тоже скучаю по Огню, но не мог ничего с этим сделать! — вскричал Солнцепёк с горечью в голосе. — Ты не понимаешь, что мне пришлось пережить до этого…       — Оставь меня в покое! — фыркнула Луна, перебив брата. — Прыгуша велела нам охотиться вместе, но, знаешь что?! А охоться-ка ты сам… Один! Я уж точно в одиночку управлюсь.       Луна сразу пустилась в бег, подальше от Солнцепёка. Звон в ушах, обида всё еще терзала грудь. Она была почти к окружающему мира глуха, но напоследок успела услышать от братца горькое «Ну и ладно!» и словить очередной болезненный укол в душу. Как Солнцепёк мог так поступить с родным братом? И теперь пытается себя оправдать тем, что «это его долг»?! Что он что-то «пережил»? Он мог бы сделать буквально что угодно, встать на защиту… Но этого конечно не сделал, ведь боится он отцовского гнева!       «Сыта я этим по горло! Как же меня это раздражает!»       Наконец кошка резко приостановилась и повернулась назад, отдышаясь с высунутым языком. Силуэт брата расплывался вдали за высокой травой, она достаточно ускакала вперед так, чтобы даже не чувствовать его свежий запах на ветру. И это было даже на лапу: охота в этом месте точно будет отличной! И без его помощи.       Луна выпрямилась во весь рост и открыла пасть, вдыхая им полной грудью весь воздух с целой кучей ароматов. Трава, хвоя, влага… Они сразу подействовали на саму кошку, успокаивая весь её пыл, но обидный осадок оставался внутри. И, взамен гневу, вскоре пришло и сожаление о том разговоре. В голове пробежались муравьями подобные мысли: что, если бы Луна поступила по-другому с Солнцепёком? Что, если бы они просто поговорили спокойно, без пылковатого характера Луны?       Луна с раздражительным фырканьем потрясла головой, разгоняя эти размышления, ведь они мешали ей сконцентрироваться на запах будущей жертвы на обед, но и этого было недостаточно.       «Солнцепёк ожидал, что я так просто прощу то, что он сделал? Ничего подобного!»       Неожиданно раздался треск ветвей. Луна тут же вздрагивает и устремляет свой испуганный взор прямо на всколыхнувшиеся заросли на стороне хвойника. Она здесь не одна…       Луна вздыбила свой загривок и выпустила когти, приготовившись к предстоящему нападению. За этими кустами может прятаться кто угодно, и кошка уже мысленно про себя пожалела о том, что ускакала от брата далеко отсюда!       Но заслышав знакомый и сдавленный голос, она с облегчением вздохнула и улыбнулась.       — Луна? Это ты?       Из-за кустов показалась широкая и серая морда с мигающими желтыми глазками. Луна усмехнулась, когда заметила на его шерстке торчащие хвойные иголки. Это же был Филин!       — Да, это я, выходи!       Филин издал нервный смешок и осторожно выполз из хватки зарослей в сторону своей подруги, остановившись возле речки. Луна внимательно его осмотрела от лохматого хвоста до подрагивающих ушей. Тепло разлилось по всему телу. Как же давно она его не видела!       — Я не думала, что встречу тебя здесь! — радостно мяукнула она.       — Как и я… — вздохнул Филин и отряхнул лапу от приставшей грязи. — Куда же ты пропадала все это время, Луна? Я все эти ночи только и ждал тебя, но ты не приходила…       После его вопроса Луна прижала уши и отвела виноватый взгляд.       — Прости за это… Ты не представляешь, что у нас происходило! Только послушай, я —       — Неважно, главное, что ты пришла! — резко оборвал её Филин радостным возгласом. Похоже, он её даже не слушал. — Но я хочу сказать нечто важное… Приди в это место, ночью, я познакомлю тебя с моим одним другом! И дальше будет сюрприз… Ну всё, до ночи!       Не успела ошеломленная Луна даже сказать «Погоди, что?», Филин тут же развернулся и поспешно скрылся за ветвями кустов. Его шаги затихли вмиг. И вновь Луна осталась одна, наедине с рекой и высокими соснами перед собой.       Луна угрюмо нахмурилась, размахивая хвостом. Вновь она почувствовала еще один укол обиды и разочарования на Филина, но помимо этого теперь она чувствовала любопытство. Луна вдохнула полной грудью воздух, выдохнула, отпуская из себя все негативные мысли, и направилась к пустоши.       «С кем он меня познакомит?»

***

      Густые облака заволокли всё звездное небо вместе со светящейся белой светилой. От мёрзлого воздуха Луна продрогла до костей, но она продолжила свой путь до того места, где была последняя встреча с Филином. И её голова была до потолка забита волнительными мыслями о новом «знакомом» Филина…       К счастью, помимо Филина вчера день выдался отличным в плане улова. Луна, как и обещала, смогла поймать двух полевок возле реки в одиночку, чему только Прыгуша с расстроенным видом вздохнула. И к этому моменту Луна уже догадалась, ради чего наставница дала ей Солнцепёка в качестве партнера по охоте: она явно ожидала лучшего исхода между ними двоими в плане взаимоотношений. Но ничего не вышло, и по этому поводу Луна чувствовала некое угрызение совести, прекрасно зная о том, как быстро трудный разговор между ею и братом сошёл на нет.       Когда до ушей донеслись звуки всплеска бегущей воды, а чуткий нос почувствовал знакомые ароматы леса, Луна выдохнула и пустилась вниз по склону, прямо к берегу реки. Как долго она ждала этого момента… Долгожданная встреча с Филином.       «Ладно, я теперь здесь…» — Луна подняла голову, навострила уши и сощурила глаза, рассматривая темные очертания сосен и кустов. — «…И где теперь он?»       И тут потихоньку к ней подкрались сомнения. Не обманул ли её Филин?       Как бы то ни было, Луна быстро перепрыгнула через торчащие камни в реке и оказалась на противоположной стороне, на территорию густого и хвойного леса. И в это самое мгновение, как только лапы вступили на постилочную хвоей землю, прямиком из темноты кустарников сверкнули оба желтых глаза.       «Вот и он…»       — Вечера, Луна! — приветливо мяукнул Филин и вышел к ней, размахивая пушистым хвостом. — Рад снова видеть тебя здесь —       Не дав ему договорить, Луна подняла лапу и занесла ею прямо по его плечу так, что тот охнул и отпрыгнул назад.       — За что?! — резко вскрикнул Филин, потряхивая потрепанное плечо лапой. К счастью, когти у кошки были втянуты, а значит она не оставила никаких кровавых следов, но неожиданный удар был достаточно силен.       — За то, что вчера меня вот так просто кинул! — фыркнула Луна. — Меня не было несколько дней в лесу, а ты не удосужился даже послушать то, что со мной происходило? Просто поговорили на пару мышиных стука сердца и всё, ты сразу же убежал!       Филин втянул голову в плечи и пробормотал:       — Но мне нужно было торопиться, вот и всё! Я же тебе говорил, что это будет «сюрприз».       — Вот это бойкая кошечка…       Луна от неожиданности остолбенела на месте и повернула голову в сторону кустов, где и донесся незнакомый, но довольно-таки спокойный и нежный голос. Ветви раздвинулись, и перед ними предстала черная кошка. Луна при виде нее сильно напряглась и рассмотрела её повнимательней. В желтых глазах изящной незнакомки не было ни намека на угрозу или насмешку, как ожидала Луна, только игривые искорки плясали. Единственное рыжее пятно на левом глазу выделялось на всей ухмыляющейся морде, и если бы не оно, то Луна бы посчитала, что темная обладательница точно вышла из самых сумрачных теней!       Заметив, как напряглась Луна, кошка дернула ушами и наклонила голову набок, словно любопытный котенок, что только придала безобидный вид.       — Подруга, расслабься ты! Я не намерена рвать и метать тебя… — ласково промурлыкала она и мельком поглядела на Филина. — Когда ты говорил о ней, я и не думала, что кошка, зовущая себя «Луной», предстанет такой сильной девочкой!       От её слов Луна смущенно затупила глаза и выпрямилась. Не ожидала она такого комплимента… Когда кошка протянула ей лапу, Луна чутка опешила от этого действия, но все же тоже повторила этот жест.       — Спасибо… Наверное? — промолвила она, опуская уши.       Филин радостно замурлыкал и встал рядом со своей знакомой, положив хвост ей на плечи.       — Её зовут Смола! Самая ловкая и сильная охотница, которую только и видел весь свет.       Смола легонько отпихнула Филина от себя и усмехнулась:       — Ну, перестань! Может быть, покажешь уже местечко, которое ты нашел?       — Конечно! — мяукнул Филин и повернулся к кустам, взмахнув хвостом. — За мной, и не отставайте!       При этих словах серый кот прошмыгнул в заросли и исчез во мраке. Сердце в груди взволнованно забилось в унисон, и Луна невольно так заплясала на месте, приготовившись к бегу. Новое знакомство, новые места! Вот так «сюрприз».       Луна напружинила задние лапы и готова была вот-вот сорваться с места, чтобы догнать своего друга, но следовало ей поглядеть на Смолу, как весь запал в ней поутих. Смола смотрела куда-то вперед, на высокую траву, и выглядела достаточно… Настороженной?       — Смола? В чем дело? — с опаской спросила Луна и повернула голову в том направлении, куда был устремлен взор Смолы. Но ничего подозрительного в траве не увидела, разве что колосья покачнулись.       Смола так неподвижно стояла пять секунд, пока не заметила смотрящую на неё Луну. Кошка продрогла вся, но на её лице вновь появилась улыбка.       — Ничего, мне просто показалось! Идем, иначе он начнет зазнаваться… — с шутливым тоном отмахнулась Смола и побежала вперед, следом за Филином. Не желая терять времени и уж тем более остаться позади, Луна в последний раз взглянула на пустошь и сразу ринулась за ними двумя.       И она уже мысленно пожалела о том, что не побежала следом за Филином первой!       Густые ветви деревьев полностью закрывали всё звездное небо. Внутри леса стояла такая кромешная темнота, что Луна едва ли не спотыкалась о невидимые преграды под лапами. Ей было также невероятно сложно следовать за Смолой, поскольку та из-за своей черной шубы сливалась с фоном темнеющих зарослей. Появилось тут же горькое желание крикнуть Смоле вслед, чтобы та хотя бы её подождала, но Луна заставила себя прикусить язык: она таким образом покажет себя недостаточной сильной, чтобы самой догнать её. Оставалось только полагаться на чуткий нос и прямые уши…       Спустя время, когда впереди деревьев становилось подозрительно всё меньше и меньше, а на земле стало только светлее от лунного свечения, кошка запрыгнула прямиком в кусты за Смолой и плюхнулась мордой в мягкую траву.       — Вот мы и здесь! — раздался над головой запыхавшийся, но гордый собой Филин.       — Вот это красота… Я этого никогда в своей жизни не видела…       «Да что вы там такого увидели?!»       С бурчанием отплевывая травинки, Луна подняла тяжелую голову. И застыла, открыв от удивления пасть. Оказались они в удивительно красивом месте, на большой и открытой под чистым небом поляне. Местность, залитую лунным светом, окружали стеной со всех сторон разные деревья, и в центре поляны гордо возвышает огромный дуб, а под ним из земли торчат толстые корни. Пестрая листва зашелестела, и под дулом ветра дубовые листья медленно упали на землю. Луна помотала головой и быстро поднялась на шатающихся лапах, не отрывая полный восхищения взор от дуба. Не может быть… Луна благодаря Филину знает часть хвойной территории, но никогда здесь не бывала!       Филин первый выскочил вперед и мигом запрыгнул на вершину одного из корней, гордо вспушив белую грудку.       — Да тут поместилась бы целая кошачья стая… Нет-нет, четыре кошачьих стаи! — воскликнул Филин, поворачиваясь к кошкам.       — Удивительно, сколько лет этот дуб стоит… — присоединилась к нему Смола и дотронулась лапой до ствола.       Но Луна особо не вслушивалась в их разговор. Она, как зачарованная, будто бы с опаской, обходила каждый встреченный корень и рассматривала дуб снизу вверх.       «По сравнению с ним мы буквально муравьишки…»       — Как ты вообще забрел сюда? — спросила Луна, поворачиваясь к Филину. — Я думала, что ты знаешь каждую часть лесной территории…       На что Филин пожал плечами.       — Да просто, случайно… Я говорил, что знаю почти целиком хвойный лес, но не натыкался на это место раньше! И я предлагаю взобраться до самого верха…       После этих слов Филин покачнул боками и с вытянутыми лапами метнулся прямо вверх, на дубовый ствол. Не успела Луна даже глазом моргнуть, котишка сразу вцепился когтями в кору и быстро, как самая настоящая белка, начал карабкаться по направлению ветвей. Один прыжок — и теперь Филин гордо и твердо стоит на самой толстой ветке, сверкая глазами в темноте. От данного зрелища Луна лишь усмехнулась.       — Смотри не грохнись!       Недолго думая, Луна вскочила, зацепилась когтями в твердую кору и прыжками поднялась к сидящему Филину. С каждым прыжком сердце все быстрее билось от волнения, а лапы сильнее держались за ствол… Никогда ей не приходилось взбираться так высоко над землей!       Когда ветка оказалась в один мышиный усик перед кошкой, Луна собрала в себе всю силу на последний прыжок и вскоре приземлилась рядышком с Филином, впившись когтями в кору.       «Как тут высоко…» — сглотнула Луна, осматривая всё вокруг.       Казалось, что весь мир уменьшился, следовало только ей очутиться на ветке дуба! Но, несмотря на это, Луна ничуть не разжимала лапы: в ней поселился страх свалиться на землю. Как в том сне с лесом, в конце которого кошка упала в самый мрак.       Луна подняла голову на своего друга и сразу почувствовала, как по шкуре прокатилась волна облегчения под его теплым взором. Он кивнул с улыбкой и поставил лапу ей на плечо, обдав сразу разливающим теплом. Обретя, наконец, в себе частицу уверенности, Луна медленно, но верно, стала выпрямляться во весь рост, и теперь с благодарностью смотрела на кота. С ним теперь безопасно на ветке       Филин кивнул ей и с негодованием опустил голову, заметив черную фигурку внизу. На земле стояла Смола с поднятой головой.       — Ты разве не хочешь побыть с нами? — крикнул он.       Смола покачала головой. — Не-а, я пока побуду на земле…       Филин устало закатил глаза и поближе подвинулся к Луне, чтобы шепнуть ей на ухо следующее:       — Она боится застрять на дереве, как в прошлый раз, когда убегала от маленькой собачки.       В ответ кошка лишь издала тихий смешок и пожала плечиками. Теперь ей стало еще легче, но не из-за факта того, что «ловкая кошка» не попыталась даже последовать за ними из-за боязни, а то, что наконец-то они остались наедине на ветке. А значит, никто им не помешает в разговорах, по которым Луна так соскучилась!       При мысли о своем доме Луна резко затихла и опустила уши.       — Филин, мне важно знать об одной вещи…– с трудом вымолвила она. Филин повернулся к ней, и Луна заметила, как пропала на его морде лучезарная улыбка. Приготовилась она уже была закончить монолог, но продолжила, смотря на собеседника с горькой надеждой в глазах: — Ты видел когда-нибудь… Черного и щуплого кота с одним порванным ухом недавно?       Филин в удивлении округлил глаза и нервно огляделся по сторонам, будто бы пряча свой недоуменный взгляд от неё, и от этого только сильнее душа сжималась в груди Луны.       — Нет, я не видел таких котов… — наконец выпалил он, переминаясь лапы на лапу. — Но зачем тебе это?       Услышав долгожданный ответ, Луна тяжело вздохнула и опустила голову.       — Я ищу своего брата, Огня… — проговорила она. — И я хотела с тобой это обсудить еще с нашей последней встречи.       И Луна рассказала обо всем Филину. Про то, как Огонь пытался вылечить своего же наставника и как его обвинили в убийстве, про её отчаянные поиски по всей пустоши. Каждый раз ей приходилось делать небольшие паузы, чтобы собраться с мыслями и не дать эмоциям вытечь наружу: слишком уж тяжело ей даже рассказать свою небольшую историю. А Филин, в свою очередь, молча её выслушивал, лишь изредка выдавая удивленные вздохи с её истории.       — …Ты не представляешь, как мне сложно вставать по утрам, видеть его пустое гнездо и вспоминать об этом дне! — не выдержав собственных переживаний, Луна всплакнула и опрокинула голову на плечо Филину, продолжив свою горькую молву: — А теперь после его ухода все стало только хуже в группе! Теперь отец точно скатился с катушек, он недавно чуть не ранил одного из наших товарищей только потому, что он хотел уйти из группы и с добрым словом… Но разве кто-то вмешался? Хоть кто-то сказал против него самого? Мне теперь страшно, что же будет дальше.       После этих слов Луна вдруг почувствовала, как Филин прижался к её боку, а над ухом возникло теплое и приятное дыхание. Лапы тут же задрожали. Казалось, что невидимый груз спустился с души, следовало только ей всё рассказать, но не сильно облегчил и саму душу.       — Мне очень жаль, что тебе пришлось через это проходить… — наконец заговорил Филин спустя минуту, нарушив тем самым напряженную тишину над ними. — Может быть, ты всё-таки переберешься к нам? Тебе же так хорошо в этом лесу!       — Но я не могу так просто оставить семью… Да и это банально проще, жить всей группой и заботиться друг о друге.       В этих словах она вздрогнула.       «Проще… Было всё проще, если бы отец всё не испортил!»       Филин нахмурил одну бровь.       — Но при этом ты чувствуешь себя просто ужасно в собственном доме, хоть с семьей! А это разве здорово находиться там, где тебе плохо и грустно? Честно, на твоем бы месте я бы давно свалил и стал сам себе хозяином… Во всяком случае это лучше, чем «служить какому-то коту.       Луна приоткрыла пасть, чтобы резко возразить ему, попытаться оправдаться, но затихла и просто отвела хмурый взгляд в сторону. Филин прав, как бы не хотела этого признавать сама же Луна. Она действительно хочет остаться с ним, охотиться вместе под деревьями и не вспоминать больше эту противную пустошь! Но каждый раз, когда она даже думала над побегом, её терзала внутри совесть насчет группы. Что подумает мама? Что подумает Прыгуша? Что же подумают остальные товарищи в группе, которых Луна прекрасно знает со своего раннего котячества?       Мысль о Тополе вновь бросила её в дрожь. То утро…       «Если я резко уйду из их жизни, то они посчитают меня предательницей и никогда не простят… Если не убьют».       — Знаешь… Я мечтаю о том, чтобы путешествовать по всему свету, — сказал Филин, с восхищением оглядывая все верхушки деревьев. Он выждал паузу еще немного и, когда котик повернулся к затихшей Луне, добавил с веселой улыбкой: — И в своих мечтах о путешествии вижу тебя.       Эти неожиданные слова так врезались Луне в голову, что аж та оторопела и резко повернулась к нему, поморгав. Некогда угрюмые мысли превратились в сущий пух и прах, не оставив ни следа после себя.       — Я? Серьезно? — после чего кошка едва слышно усмехнулась и смущенно повела ушами: — С чего это вдруг ты задумался о путешествии? И причем здесь я?       — Смола мне рассказала о своих приключениях! — Филин довольно повел усами и прикрыл глаза. — Ты только представь себе, сколько возможностей… Мир открыт перед нами, много новых впечатлений и историй. А Смола как-то раз очутилась у огромной лужи, на которой плывут Большие Глыбы Двуногих! И мы с ней планируем добраться до этого места… Так что, ты пошла бы с нами?       И вновь сердце быстро забилось. Новые приключения? Новые места? С Филином вместе? Да о таком Луна вообще и не думала до этого!       — Звучит так… Здорово! — воскликнула Луна, весело сверкнув глазами. — Если бы могла, то только с радостью, лишь бы с тобой и…       Вдруг Луна замолкла и отвела голову в сторону шума из кустов. Что-то здесь не так… Они не одни втроем. Она прищурилась и стала внимательно разглядывать верхушки кустарников сверху вниз, привыкая к темноте. Мурашки от страха разбежались по всему её телу: две кошачьи силуэты направляются к ним.       Внезапно одна выскочила из укрытия и, вспушив свой хвост, встала в боевую позицию перед ошеломленной Смолой, громко зашипев. За её спиной проявилась еще одна фигура, но по сравнению с первой выглядела она куда более спокойной и даже зажатой.       Смола сразу взяла себя в лапы и тоже вздыбила загривок, прижимая уши.       — Кто вы такие? Что вам здесь нужно?!       — Я хочу задаться таким же вопросом, бродяга! — и тут же сердце Луны в испуге ёкнуло, когда она услышала знакомый голос. Вдвоем Луна и Филин мигом спустились по веткам на землю, и увиденное заставило кошку застыть от шока. Теми самыми загадочными фигурами, которых она видела с ветки дуба, оказались Прыгуша и Жужелица.       — Луна! — воскликнула удивленным возгласом мать, выглядывая из-за плеча разъяренной Прыгуши. Выглядела Жужелица очень встревоженной. — Всё тобою сказанное… Правда?!       — Жужелица и Прыгуша? — дрожащим голоском пробормотала Луна. — Как вы… Нашли меня?       — Следовали за тобой, только и всего… — серьёзно нахмурилась Прыгуша и взмахнула хвостом. — И я бы хотела услышать от тебя объяснений, почему ты в принципе вышла из лагеря ночью и проводишь время… С ними, — напоследок Прыгуша кивнула в сторону затихших друзей с не скрывающим подозрением. — Судя по всему, ты их давно знаешь…       Луна от этих слов вздрогнула и попятилась назад, отводя взгляд в сторону, не зная, что и ответить. Этот день когда-нибудь настанет, когда её секрет раскроют, но уж точно не сейчас! Она мельком видела, как Прыгуша сверлит её взглядом, чего никогда в жизни не испытывала Луна на себе. Неужели она заставила Прыгушу и даже мать сильно разочароваться в ней? Однако саму кошечку обижало то, как Прыгуша отнеслась к ним, как к настоящим вредителям…       — Потому что они мои друзья! — Луна гордо распушила грудку и обернулась к Филину, одаривая его улыбкой: — И я каждую ночь приходила сюда, чтобы встретиться с ними и оттачивать свои навыки… А ещё лес — это единственное место, где я могу быть спокойной, без этих конфликтов у нас в группе! Неужели в нашей группе запрещено даже заводить новых знакомств вне своей территории?       От этих слов глаза Прыгуша в удивлении округлила глаза.       — Друзья? Эти двое? Тебе нашей группы теперь мало для разговоров по душам?!       — К сожалению… — вдруг бросила Луна.       — Мы за тебя так сильно запереживались, когда заметили твое исчезновение… — запричитала Жужелица и подошла к дочери. — А когда всё-таки увидели, как ты бежишь в сторону леса, то сразу последовали за тобой.       — И всё же, это безрассудно, вот так по ночам разгуливать… — мрачно проговорила Прыгуша, сузив глаза. — А если бы тебя схватила сова? Или зверь покрупнее? Или… Чтобы они с тобой сделали бы?! Мы бы вообще не узнали, где искать твое тело посреди леса!       — Но я всё еще жива и здорова, и что?! — потеряв все свое терпение, фыркнула Луна. — Я, между прочим, уже взрослая! Могу за себя и постоять…       После этих слов Луна вновь посмотрела на Филина со Смолой. Всё это время они стояли в стороне и неловко переглядывались между собой, совсем не влезая в разговор. И в этот самый момент Луна почувствовала себя, как маленький котенок… Капризный и мелкий котенок, что пытается доказать матери свою взрослость, но способен лишь кричать об этом. Что же они о ней подумают после этого? Кошка пристыженно опустила уши и вновь повернулась к Прыгуше.       Шерстка Прыгуши заметно ощетинилась, а хвост изогнулся. Еще пять секунд она пристально смотрела на неё с раздражительностью, после чего устало выдохнула и отвернулась от нее. По всей видимости, у нее не было сил даже спорить об этом.       — Поговорим об этом позже, а сейчас нам нужно возвращаться в лагерь… Идемте.       — Но…       — Ты идешь с нами! — резко оборвала её Прыгуша. — И чтоб твоей ноги в лесу не было больше!       После чего наставница бросила недобрый взгляд на Смолу с Филином и двинулась к кустам. Луна так и окоченела на месте, наблюдая за тем, как исчезает Прыгушкин силуэт за ветвями, лишь могла чувствовать, как Жужелица обнимает хвостом за её спину и ведет вперед. В голове метались шумно мысли: что же будет дальше с ней? Они расскажут все Светляку?       Когда поляна осталась позади, а над головами теперь снова возвысились верхушки сосен, трое шли в сторону пустоши в полнейшей тишине. Луна все оборачивалась через плечо, надеялась на то, что увидит во мраке знакомые ей желтые глаза, но ничего такого она не видела, к её несчастью.       — Прыгуша, Жужелица… — вдруг заговорила Луна. Её голос звучал так тихо, что едва был слышен, но своим звучанием заставил кошек остановиться. — Вы всё расскажете отцу, так ведь?       Её лапы задрожали, то ли от хладного ветра, то ли от поступившего к горлу страха за себя. В голове сразу мелькнули воспоминания о Тополе, и в груди что-то болезненно защемилось. Если же Светляк готов был повалить Тополя даже за то, что тот хотел уйти по своему желанию, то что сотворит с ней?!       Прыгуша не обернулась на её вопрос, вместо этого она опустила голову и прижала уши.       — Я не стану на тебя доносить, хоть ты разгуливалась по ночам… — пробормотала она. — Но впредь больше этого не делай, умоляю тебя. И по поводу твоих новых друзей… Как ты влипла в эту компашку?       От напряжения в голосе кошки Луна сжала зубы.       — Они абсолютно безобидны, правда! — вздохнула она. — Всего лишь коты, которые живут сами по себе, они никому не навредили.       — Безобидны? — вдруг рявкнула Прыгуша. — Да эта черная кошка успела стащить дичь из-под наших когтей! Ума не приложу, что ты в них такого нашла, что считаешь уже «друзьями навеки» и защищаешь сейчас.       От данного заявления Луна встала в ступор. Смола своровала еду? Эта вежливая и прекрасная охотница способна на подобное?       — Не может быть такого… Они… Она! Я даже не могла о таком подумать.       — Никогда не знаешь, чего ожидать даже от тех, кто просто выглядит безобиднее, и всецело нельзя таким доверять… — покачала головой Прыгуша. — Да и потом, что будет дальше, если столкнешься с ними на охоте? Не подставят ли тебя?       — Луна, у меня к тебе всего лишь один вопрос… — от голоса матери над ухом холодок пробежался по телу Луны. Кошка мельком взглянула на Жужелицу и нервно сглотнула невидимый ком в горле. Жужелица спустя паузу сказала следующее: — Почему ты ничего не сказала мне обо всем? Ни о том, что ты чувствуешь, ни о том, что происходит с тобой… Ты будто бы закрылась ото всех.       Луна от напряжения вся сжалась. В этот раз она соизволила себе взглянуть прямо в лицо Жужелицы, несмотря на свое нежелание этого делать, но увидела лишь в прикрытых глазах матери только беспокойство. Ни тени разочарования, ни тени раздражительности…       — В самом деле? Ты не разговаривала даже с матерью? — охнула Прыгуша.       Луна медленно кивнула.       — Но… Почему? Что с тобой за чертовщина такая происходит? На тебя это совершенно не похоже.       Впервые Луна сталкивается с таким вопросом, на который она не сможет дать внятного отчета. Прыгуша задала вполне логичный вопрос… Почему она ни разу не обращалась к матери? Она вспомнила, как в прошлый раз видела Жужелицу в подавленном состоянии, и от подобного воспоминания ей стало даже стыдно. Если бы Прыгуша не подняла бы её с подстилки на охоту, то непременно бы кошечка подбежала бы к матери. Но встает другой вопрос… Почему не отпросилась от охоты для того, чтобы побыть с матерью?       Луна окинула взглядом сначала на мать, затем на Прыгушу, после чего вздохнула.       — Не знаю… Я действительно не знаю! — чуть ли не вскрикнула Луна, резко поднимая голову. — Я просто боялась, боялась того, что Светляк узнает о моем отношении к его поступкам и убьет меня на глазах у всех! Как он хотел сделать с Тополем…       От её слов две взрослые кошки вздрогнули и переглянулись между собой, но Луна продолжила:       — Да и вообще, Светляк никогда не ставил меня с Огнем на равных с Солнцепёком! — произнесла она эти слова со внезапным жестким тоном, заставив даже её оскалиться: — Солнцепёк лучше, Солнцепёк то, Солнцепёк сё… Он всегда будет на первом месте! А мы с Огнём просто ничем не особенные для него. И я это услышала в вашем разговоре, Жужелица.       Жужелица встрепенулась и посмотрела на дочь округленными от шока глазами. Шерстка на её спине заметно задрожала.       — Ты… Ты всё слышала в ту ночь? — едва слышно пролепетала мать.       — Всё… — невозмутимо подметила Луна. — И вот поэтому я сбегала в лес, лишь бы не чувствовать себя паршиво рядом с ним и Солнцепёком, и только с Огнём я чувствовала себя хорошо! А дальше… А дальше вы уже знаете! Но теперь, — в этот момент мимолетный пыл утих в ней, и Луна взглянула на мать с сожалением в глазах: — Мне стыдно перед всеми вами, я вновь поступила как капризный котенок… Я доставила слишком много хлопот.       Нависло над ними напряженное молчание. Луна опрокинула голову, она смогла сказать всё, что думала, и не надеялась даже на какое-либо понимание со стороны двух взрослых значимых фигур. Казалось бы, что они могут ей сказать после этого? Хотела кошка встать и двигаться в сторону дома, волоча за собой хвост, как вдруг почувствовала на своем боку мягкое прикосновение, а ушки дрогнули под чьим-то подбородком. Луна поднимает взор и с изумлением замечает, что Жужелица прижимается к ней, обдав теплом по её телу.       — Мне так жаль перед всеми вами, дети… — всхлипнула Жужелица. — Я всё это видела, замечала всевозможные намеки, но при этом оставалась к ним слепа и ничего не сделала для вас. Я лишь думала о том, что со временем все наладится, что это всего лишь те трудности, через которые мы способны преодолеть лишь вместе! Но теперь…       Прыгуша издает долгий и тяжелый вздох, отворачивая голову в сторону. Что-то данная реакция показалась странно напряженной для Луны…       — Лучше скажите… Почему все остальные закрывают глаза на то, что происходит? — проронила Луна, прямо всматриваясь в лицо Прыгуше. — Неужели всем действительно плевать на то, что делает Светляк в последнее время?       — Нет, Луна, всё намного сложнее, чем ты думаешь… — выговорила Прыгуша с натугой в голосе, словно даже это сказать было невероятно сложным. — Не всем плевать на то, что произошло с Тополем. Все просто боятся что-либо сказать вышестоящему над ним коту.       Луна нервно дернулась и попятилась назад.       — Боятся? А почему бы нам всем не уйти отсюда, раз боимся одного кота?! — поразилась Луна, хмуря брови. — Нас же много, а он один.       — А разве у некоторых есть иной вариант? — вопросом на вопрос сказала Прыгуша. ­– Все хотели прекрасного и безопасного места, где их не будут поджидать опасности в виде Двуногих, и что будут они держаться вместе. И кто-то готов так просто высказаться в лицо лидеру всё, что вздумается? Вот как раз Светляк и продемонстрировал «последствия» на Тополе при всех. Поверь мне, я не особо поддерживаю его методы. И чтобы остальные поверили в твои слова, потребуется стимул…       «Стимул?»       Заметив, как опешила Луна от её слов, Прыгуша замешкалась и откашлялась, поворачиваясь к зарослям. Похоже, она поняла, что разговор зашёл слишком далеко.       — Ладно, нам нужно поскорее возвращаться!       Так и порешили, двинулись кошки в сторону дома, в полном молчании, но разговор с Филином и Прыгушей с Жужелицей не оставляет ни на секунду разум Луны в покое. Стимул, слова друга о том, что ей нужно покинуть ужасное место… Радовало её конечно то, что они также не согласны со Светляком, особенно после изгнания Огня в случае с матерью, но в то же время и пугало. Однако Луна поняла одну вещь для себя: действовать нужно… Но что же она будет делать дальше?

***

      И вновь начался серый день. Луну в этот раз включили в общий патруль с Тополем, Прыгушей и, к не радости, со Светляком. Честно говоря, не могла она определиться, как к такому относиться: радоваться тому, что вожак-отец взял её с собой, не взяв при этом Солнцепёка, или же нет? В любом случае, она теперь вместе с остальными бредёт равномерным шагом по умиротворенному полю.       Хотя как тут можно радоваться дневному патрулю, если всю ночь бегал в лесу и взбирался даже на дуб… Вчера ночью Жужелица, Луна и Прыгуша успешно добрались домой. В свое отсутствие Прыгуша лишь кратко объяснила тем, что заподозрили нечто странное за стенами лагеря, но ничего не нашли. Убедил ли стражника Репея подобный ответ? Трудно сказать, он всего лишь промолчал и не стал досаждать кошек лишними вопросами, хотя Луна была сильно напряжена под его взором.       Но всю ночь Луна раздумывала над словами Прыгуши про Филина и Смолу. Именно о том, что даже им нельзя всецело доверять, ведь наивная кошка не знает их настолько хорошо! И до сих пор ей не хочется верить это, в то, что дорогой Филин окажется ужасным котом.       Луна только сейчас заметила, как она стала отставать от группы, и поспешила рыськом за ней. Но при приближении увидела она ещё то, что давно замечала… Тополь держится далеко от Светляка, на целый лисий хвост, и сам выглядит сгорбившимся. Не трудно догадаться, что к чему: кот определенно боится его… Из-за чего Луна лишь чувствует к нему жалость. А ведь давно, когда была она котенком, Тополь с Ромашкой хорошо так отзывались о Светляке, как о ближнем друге!       Внезапно Светляк замер на месте и высоко задрал хвост, останавливая путников за собой.       — Будьте особенно начеку у хвойника… В последнее время бродяги оттуда наведываются к нам за дичью.       От этих слов вмиг всё похолодело в груди Луны. Бродяги с хвойного леса? Она может знать лишь о двух бродягах с того леса…       «Это не могут быть они…»       Меньше всего ей хотелось того, чтобы никто из группы, кроме Прыгуши и Жужелицы, узнал о Филине и Смоле. Ведь, что может случиться? А будет ли от этой встречи положительный конец, с враждебным отношением группы к чужакам? И пусть знала она о Смоле совсем уж мало, Луна понимала, как эта кошка дорога самому Филину и как они могут проводить время вместе… Простил бы Филин её за то, что никак не смогла защитить подругу от натиска товарищей?       От этой мысли даже стало в душе вдруг грустно.       Наконец патруль добрался и остановился на холме. Впереди виднелись всё те же знакомые сосны, кусты и шумная речка. Пока остальные члены патруля переговаривались между собой, Луна была на время глуха к их голосам: она всё пыталась увидеть и даже вынюхать присутствие её знакомых с бьющимся сердцем, ведь не успела она с ними поговорить перед уходом! Но знакомых фигур так и не увидела.       «Может быть и к лучшему…» — вздохнула она, окидывая опечаленным взглядом кусты.       — Постойте! Я… Вижу что-то темное за травой, на нашей территории!       От внезапного голоса Тополя Луна вздрогнула и повернулась в ту сторону, на которую указывал Тополь хвостом. И правда, темное нечто очень хорошо виднелось среди травы. Даже больше — оно медленно двигалось вперед по направлению к хвойному лесу. Всё внимание патрульных направлено лишь на данный объект, с особой зоркостью наблюдая за каждым подозрительным движением. Такое небольшое, не припоминается какой-нибудь зверь, которого бы Луна могла видеть в живую!       И все доводы в голове рассыпались в пух и прах, стоило этому «нечто» поднять голову, оглядеться и показаться патрулю черной кошкой с рыжим пятном на морде, так еще со свисающей дичью во рту. Луна прижала уши и от удивления распахнула глаза.       «Смола, нет!»       — Она была на нашей территории… — раздался тихий рык Светляка. — Тополь, Прыгуша, вам нужно согнать нарушителя по направлению ко мне. Луна, следуешь за мной. А теперь вперед.       Как только в воздухе раздалась хладнокровная команда «вперед», трое взрослых котов тут же сорвались со своих мест и молнией метнулись прямо к цели. Всё произошло настолько быстро, что Луна не успела даже одуматься от неожиданных событий и стояла камнем, наблюдая за тем, как бегущие впереди Прыгуша и Тополь бросаются врассыпную. Смола будто бы услышала их и стала лишь ускоряться, но безуспешно: Луна с дрожью в лапах видела, как они уже настигают её…       Наконец собрав в себе уверенность, Луна как можно скорее последовала за ними. Трава впереди била прямо по морде, в ушах звенел ветер, а новые запахи лишь ускорили бег. Раздался крик впереди, и сердце от него будто бы замерло.       И вскоре она смогла прибежать как можно быстрее, но с опозданием… Светляк уже крепко-накрепко прижимал Смолу к земле лицом в землю, по бокам стояли запыхавшиеся Прыгуша и Тополь, а совсем рядышком от лап нарушительницы валялась хилая куропатка. Луна со страхом в глазах наблюдала за тем, как Смола из последних сил рвет когтями землю под собой, лишь бы выбраться на волю.       Картина вырисовывалась перед Луной сама собой, следовало ей лихорадочно осмотреть каждого. Песок сыпался с морды Светляка, будто бы Смола в последний момент ослепила его, так ещё удачно, так как Светляк всё ещё щурил глаза, сморщившись. Хоть оба выглядели достаточно напряженными, Прыгуша время от времени отвлекалась от внимания на нарушительницу на вылизывание грязной ссадины на плече Тополя. По всей видимости, он так разгонялся, что потерял контроль и рухнул на землю.       — Отпустите меня! Это всего лишь хилая и тупая куропатка, она бы уж точно не наполнила бы все ваши животы! — сквозь зубы рычала Смола, после чего открывает один глаз и смотрит на Светляка с презрением: — Да чтоб ты ослеп, оглох и помер наконец, кусок собаки…       В свою очередь Светляк с невозмутимым видом лишь наклонил голову, будто бы её оскорбления в его сторону были пустым звуком.       — Я бы на твоём месте не разбрасывался подобными словами в сторону того, который тебя держит… — хмыкнул он. — Уж лучше скажи, зачем ты уже который раз наведываешься к нам и ловишь нашу добычу? Ты должна была это уяснить уже с первого раза.       — Ваша добыча?! Да эта земля никому не должна принадлежать, и все имеют права на ней охотиться! — громко усмехнулась Смола. — Зачем вам такой огромный кусок пустошей? Вам самим в удовольствие весь день патрулировать всю зем– А-а-а!       Насмешка тут же была оборвана резким вскриком Смолы от боли. Светляк впустил когти в её плечи так, что по темной шкуре начала течь кровь.       — И вновь я слышу ту же брехню от тебя… Ничего не изменилось, — фыркнул Светляк и наклонился над ней, резко рявкнув: — Ты не представляешь, как нам важен «кусок пустоши»! Мы луны потратили на то, чтобы найти прекрасное место и обосноваться здесь, и не думать о том, как же нам прокормить котят… Даже хилая куропатка нам важна, особенно в Сезон Листопада! И нам нужно постоянно отбиваться от непрошеных гостей ради выживания, а ты просто пришла и забрала эту дичь у нас.       — Между прочим, я тоже хочу выжить! И мне не сдались ваши несчастные котятки или история о том, как вы искали это место… — съязвила Смола. — Мне плевать на вас, откровенно говоря, как и на ваши устои!       — В таком случае тебе нужно просто отдать куропатку нам и уйти отсюда почти невредимой, нам большего от тебя и не нужно, — холодно произнесла Прыгуша. — У тебя в любом случае нет иного выхода.       Смола в ответ лишь издала очередное рычание и одарила всех трех котов злобным взглядом. Но когда её взор переметнулся на Луну, тут же Смола изменилась в лице. Теперь она выглядела искренне удивленной, будто бы только сейчас заметила присутствие Луны и узнала её. От этого Луна прижала уши и немедленно отвернула голову в сторону, лишь бы не смотреть на неё.       «Не смотри на меня так! Я ничего не сделаю в таком случае, почему ты вообще сюда пришла?»       — Ладно… Я уйду, правда уйду, — вздохнула Смола. — Только отпустите. Обещаю не возвращаться.       Камень слетел с души Луны, услышав эти слова. Она с облегчением вздохнула и даже вновь повернулась, чтобы слегка улыбнуться ей. Смола заметила данный знак и выдала нервный смешок.       Но Светляк ничуть не ослабил свою хватку.       — Я тебе не верю… — сощурил глаза он. Неожиданно его голос приобрел угрожающий оттенок, а хвост постучал по земле. — Достаточно ли будет для тебя, если лишу тебя одного глаза? Или одного уха.       Все замерли в напряженном молчании. Никто не ожидал подобных слов от самого вожака.       — Светляк, в этом нет абсолютной необходимости! — пролепетала Прыгуша. — Она обещала, что не вернется, и нам всего лишь нужно её отпустить! К чему калечить мелкую воровку, которая принесла нам лишь меньший ущерб?       — Воровство — это ничуть не «меньший ущерб»! — зашипел Светляк. Смола заметно задрожала под ним, но уже не от гнева, а от страха. — Это… Она забрала то, что может нас прокормить! И от подобных нам нужно избавляться!       Каждой ворсинкой тела Луна чувствовала, как напряженней становилась ситуация. Она лишь могла отстраниться назад и втянуть голову в плечи, не говоря ни слова от кома в горле.       — Светляк, она буквально чуть ли не ровесница твоей дочери! — повысила голос Прыгуша в отчаянии. — Одумайся! Неужели тебе так важно искалечить молодую кошку?! Просто отпусти и забери куропатку! Она сполна поняла свой поступок.       — Всего лишь наказание нарушителей, это единственный язык, который они знают! — глаза Светляка безумно сверкнули под лучами солнца. — И она уж точно запомнит это навсегда…       Не выдержав, Луна побежала прямо на отца и со всей силы толкнула его наземь. Кровь забурлила в венах, бока кошки поднимались и опускались с бешеной одышкой, а голова загудела. Прямо под её окаменевшими лапами лежал завывший от боли отец, тот момент, на который Луна даже не рассчитывала в силу своего страха перед ним… И сейчас она боится, но не только за себя, но и за спасение Смолы от горькой участи.       — Смола, беги! — завопила Луна, что есть мочи.       Смола вскочила и с прижатыми ушами помчала, не оглядываясь. В последний раз Луна с горечью заметила, как блеснули глаза Смолы ужасом, словно за ней гналась целая стая псин, но в душе чуть стало спокойнее за неё. Кошечка мигом слезла со Светляка и неосознанно встала в оборонительную позицию. Пусть внутри совесть кричала, что сделала она всё правильно, но не отпускала её тревога за свою жизнь…       — Держите её! Не дайте уйти! — заорал Светляк, с трудом поднимаясь с земли.       Но было уже поздно, нарушительница уже скрылась из виду за стенами высоких сосен. На мгновение Светляк смотрел лишь пристально в одну точку, куда испарилась Смола, а затем резво повернулся к Луне. На его лице ярко выражались всевозможные эмоции: смятение, злость и безумство. Он смотрел еще пару мгновений на дочь беспристрастным взглядом сверху вниз, заставляя ту невольно поежиться, а затем проговорил с едва скрываемым рычанием:       — Ты… Толкнула меня и назвала её по имени… Ты с ней всё это время была заодно?       Сердце ушло в пятки, но собравшись с мыслями, Луна вскочила и вспушила грудку, смотря прямо ему в глаза. Теперь уже раздражение подступало к ней.       — Да! Толкнула! Потому что она мой друг, и я не допущу, чтобы ты что-то сделал с ней!

***

      — Как ты могла такое сделать? О чем ты вообще думала?!       После случившегося патруль вернулся в лагерь. Светляк конечно обещал, что обязательно об этом поговорит по возвращению, и обещание сдержал. Теперь отец гордо стоит перед Луной, разъяренный со вставшей дыбом шерстью, а кошка неподвижно сидела и глядела лишь на свои лапы. Золотой хвост бьёт по земле нервно, лапы сжимают песок. Вокруг них успели собраться остальные коты, и виновница уже краем уха слышит, как некоторые перешептываются.       — Я думала лишь о справедливости! — рявкнула она. — Ты хотел покалечить её, самым жестоким способом!       Её обвинение разлетелось эхом по всему оврагу, заставив котов заметно пошевелиться. На лице кошки проявилась ухмылка, когда она увидела то, как Светляк нервно смотрит на всех. Никогда в своей жизни Луна не думала, что действительно это сделает, но ничуть не жалеет о безрассудном поступке, ведь впервые противостояла ему!       — Хотел покалечить? Я всего лишь хотел припугнуть нарушительницу! Тем более… Она украла нашу дичь! — усмехается Светляк. — Мы так и поступаем, верно?       От его слов Луна сжала зубы.       «Это всё ложь!»       — С твоей стороны было невероятно ужасно вступаться за какую-то бродягу и, тем более, нападать на собственного лидера! Не говоря о том, что я твой отец, — продолжил Светляк, сузив глаза. — Я действительно думал, что ты это прекрасно понимаешь… Что в свое оправдание скажешь перед всеми нами?       Луна обернулась и оглядела всех присутствующих. Теперь она прекрасно понимала, что чувствовал Огонь в суде: множество кошачьих глаз, недовольных и беспокойных, и от их пристального взора ей становилось не по себе. Она почему-то думала, что сможет донести до всех свою правду, но ком всё еще не сходит с её горла, не давая произнести ни слова. Чем дальше длилось молчание, тем становилось очень тошно внутри от волнения. Но тут среди котов она замечает Жужелицу и Прыгушу, при виде которых загорелась в ней уверенность. Вот те две кошки, которые не смотрят на неё с осуждением! Ровно, как и Луна, выглядят взволнованными.       — Я скажу вот что…       Луна кивнула им, набралась смелости и внезапно запрыгнула на камень, поворачиваясь ко всем. Волнение прокатилось под её шкурой, а золотой хвост поднялся над головой.       — Да, я знала эту нарушительницу! И не жалею о том, что спасла её от тебя! — воскликнула она. — Все твои жестокие правила и способы держания нас всех в узде не более чем кусок собачьего помета!       И зашумели изумленные коты под камнем. Некоторые стали открыто осуждать молодую кошку за данные слова и просить слезать с камня, которым может пользоваться лишь сам лидер, но Луна осталась твердо стоять на нем и смотреть на всех сверху вниз. Сердце затрепетало о волнения, когда направила она свой взор на оцепеневшего отца и чувствовала в себе теперь силу. Теперь не он смотрит на неё сверху вниз, а наоборот!       — Пожалуйста, одумайтесь! — прокричала Луна, когда толпа немного стихла. — Сколько страданий он нам принес, когда привел на эту землю? По его вине умер Зуболом, по его вине мы лишились Муската и Огня… А теперь вспомните, что он хотел сделать с Тополем недавно! А что было недавно? Он пытался покалечить молодую кошку из-за хилой куропатки! И это видела не только я, но и Тополь с Прыгушей, они могут подтвердить.       Все обернулись на Прыгушу и Тополя вмиг. Бурый кот от такого внимания вздрогнул и отступился назад, в то время как Прыгуша стойко выдержала на себе взгляды. После секунды молчания, она вышла вперед:       — Да, ситуация с куропаткой вышла из-под контроля, у нас не было даже намерений этого делать!       — А это меняет разве? — выступила вперед Тина. — Это всего лишь бродяжка, нам разве так важна жизнь чужака? Нарушитель — он и есть нарушитель, а нам в первую очередь нужно себя защищать и прокармливать.       — А то, что это уже выходит за гранью дозволенного! — зарычала Луна. — И эти бродяги вовсе не такие уж чужие: они такие же коты, как и мы, и никто из них не заслуживает быть настолько покалеченным только потому, что чужой нам. А что Светляк… Он больной! Он может говорить о том, что делает всё ради блага группы, но делает лишь наоборот. Он заставляет нас гнить, в этом ужасном поле!       — Довольно твоих лживых речей, Луна! — заорал Светляк с обезумевшими глазами. — Слезай немедленно!       — Я говорю лишь чистую правду! И среди толпы есть коты, которые готовы согласиться с этой правдой! — никак не унималась Луна, вздыбив загривок. — Ты хочешь, чтобы никто из нас не уходил из твоей группы? — тут она усмехается и говорит следующее: — Тогда я уйду отсюда! И ты не остановишь меня в этом.       Яркие эмоции переполнили её настолько, что мысли в голове больше походили на неуправляемый вихрь, а в языке Луна находила больше едких словечек, которые она может выкинуть. И сама не ведает, что уже творит… Ей хотелось видеть изумления на морде отца, наслаждаться тем, как он злится и пытается донести всем остальным то, что она настоящая лгунья. Глуха и слепа к окружающему миру, была лишь готова дальше слышать и видеть своего отца.       Светляк выпрямился, вздохнул полной грудью и промолвил следующее с хладнокровным очертанием в голосе:       — Ну, так уходи, больше держать я тебя не намерен.       Луна от подобного ответа опешила и едва ли не упала на камне.       — Говоришь, есть те, кто с тобой согласится с «правдой»? — хмыкнул Светляк и посмотрел на своих котов. — Ну, кто выйдет вперед и поддержит бунтарщицу?       Сердце Луны тут же упало, когда группа смолчала. Она так надеялась на то, что к ней прислушаются и наконец что-то сделают с беспорядком в их жизни, но никакой реакции. Ровно также, как было в том дне, когда Тополь и Светляк ругались между собой, но никто не вмешался… Неужели все поголовно боятся и сейчас, как говорила когда-то Прыгуша?       — И мне до сих пор непонятно, чего же ты так добиваешься? — сказал Светляк. — У тебя есть еда, вода, семья и дом, но тебе всё еще мало от жизни? Луна, я в тебе разочаровался, ты потратила впустую наше и свое время на пустой треп. Хочешь уйти? Ну, так уходи, вперед, раз хочешь быть свободной от этих «жестоких правил»! Не намерен больше тебя держать у себя ту, кто смеет перечить…       Луна спрыгнула с камня и замерла на месте перед Светляком, но склонять голову виновато конечно она не стала. Когти впились в песок, лишь бы она не наброситься на него. Её всё еще переполняла ненависть и злость к отцу, и теперь Луна смотрела прямо на него, не отрывно.       Она готова была напрямую в морду сказать о том, что обязательно уйдет, и непременно сбежит отсюда в хвойный лес к Филину и Смоле: там хоть её могут принять к себе, нежели здесь, раз даже собственный отец готов прогнать. Но тут раздался клич, которого никто не ожидал услышать:       — Она права, ты зашёл слишком далеко, Светляк!       Луна вздрагивает и разворачивается в ту сторону, откуда донесся голос из толпы, и невольно она изумилась тому, кому принадлежал голос. Вперед уверенно вышли Тополь и Ромашка с двумя своими котятами в их зубах, Вереском и Перышком. Бурый кот теперь не походил на привычного всем боящегося самого лидера кота с поджатым хвостом, а уже наоборот, стоит с поднятой головой и без всякого страха глядит на остолбеневшего Светляка. И Луна была этому невероятно рада!       Кот опустил свою дочь к своим лапам и процедил следующее:       — Ты, может быть, удивишься, но я после смерти Зуболома и так знал, что с тобой происходит что-то страшное, но не придавал этому значение, ведь действительно уважал тебя… Я закрыл глаза даже на то, что мы чуть не подрались, думал, что это будет временно. Но я ошибся, как только случился конфликт с нарушительницей… — кот прижал уши. — Я тогда-то и понял, что ты и есть опасность для меня, для Ромашки, для моих детей и всех! И мы приняли окончательное решение: мы уйдем. Прямо сейчас, с Луной.       От этих слов Светляк оскалил зубы и медленно двинулся к Тополю, выпуская когти:       — Я так и знал… Ты всё-таки псиный эгоист! Ты действительно повелся на слова подростка и решил последовать за ней?!       — В свою очередь я тоже выражаю поддержку правды Луны, Светляк! И тоже готова уйти… — воскликнула Прыгуша. Она ловко пробежала между товарищами вперед и остановилась рядом с Луной, положив свой хвост на её плечо.       Луна не верила своим глазам… Прыгуша тоже уйдет?! Она поймала на себе её взгляд, и увидела в нем теплый огонек, от которого ей стало лучше в душе. Она не шутила о том, что поддержит её, как и мать…       — Прыгуша, тебя-то куда?! — зашипел Светляк. — Я думал ты, как разведчица, которая ни раз мне помогала с поиском земли, слепо не поверишь котенку!       — Этот «котёнок» — моя воспитанница! — сплюнула Прыгуша, оскалив клыки. — И эта воспитанница высказала всё то, что не могли сказать напрямую остальные из чувства страха. И да, я была на твоей стороне, но я больше не желаю участвовать в том «светлом будущем», в котором основатель идеи всё еще использует философию старого и жестокого мира!       — Прыгуша… Но всё это чушь! — вскрикнула Тина. — А как же… А как же наше с тобой и Мускатом путешествие? Ты так готова бросить нашу с тобой дружбу из-за этого?       Прыгуша зажмурила глаза и отвернулась от Тины, будто бы не желая, чтобы та видела её лицо.       — Да, готова, мне жаль это говорить! — выдохнула она. — Но нет у меня сил выносить всё это и слепо верить тому, кто бесконечно говорит о важности семьи и в то же время не дает выбора… Путь насилия по отношению к другим — не мой путь.       Не успел Светляк разинуть вновь пасть, как мимо него по направлению к «несогласным» вышла плавно с поднятой головой ещё одна фигура, черная с рыжими пятнами… И этой фигурой оказалась Жужелица.       «Мама? Неужели… Ты тоже?»       Уже при виде своей подруги Светляк в удивлении раскрыл глаза, и в них уже не читалось то безумие, которым он сверлил на Тополя с Прыгушей. В них ясно читалось уже отчаяние, будто бы сама Жужелица была единственным глотком воздуха во всем мире.       — Жужелица? Нет, ты не можешь так поступить со мной… Только не ты.       Жужелица резко остановилась к нему спиной и закрыла глаза, делая глубокий вдох полной грудью.       — С меня хватит уже! — резко рявкнула она в лицо Светляку, что тот аж отскакивает. — Да, я тоже ухожу! Я уже не могу выносить твоё отношение ко всем, и уж тем более поддерживать. Ты больше не тот Светляк, которого я когда-то знала… Ты говорил, что мы как одна семья, что будешь беречь каждого нашего котенка, ведь каждый может принести свой свет в твое будущее! Но что теперь? — глаза загорелись гневным огнем. — Огонь навсегда покинул нас, и я не хочу больше терять своих детей по твоей вине! — она взмахнула хвостом и бросила теперь обеспокоенный взор в сторону. — Солнцепёк?       Произнесенное имя братца уяснила тут же разум Луны, которая за своё выступление даже не обратила внимание на присутствие Солнцепёка. Хотя неудивительно: он стоит чуть вдали от всех, в тени, как неподвижная скала, и ни разу не показывал себя. Рыжий кот поднял голову на мамин клич, но смолчал всё с теми же бесстрастным выражением лица, чего Луна уж точно не ожидала от особо эмоционального братца! Но полузакрытые глаза говорили об одном: ему внутри было невероятно горестно.       Он окинул внимательным взглядом всех, и остановился на Чумазке, после этого Солнцепёк вновь посмотрел на Жужелицу и медленно покачал головой.       — Я не могу оставить свою группу. Прости, мама…       От данного поступка сердце Луны упало и больно разбилось. Пусть она терпеть не могла его, пусть всё это время он был лучше её во всем, но теплилась хоть какая надежда на то, что по итогу наследник также бросит Светляка и присоединится к уходу! Но все эти позы, слова, действия выдавали ясную суть для Луны — Солнцепёк трус, он не уйдет, потому что он наравне с отцом находится на высшей точке иерархии группы, и он точно не мог жаловаться! И вновь поднялся шум на весь лагерь.       — Да это какие-то ясли пошли… Вы действительно готовы вот так нас бросить? После того пути, который мы прошли все вместе?! — вопила Тина.       — Сами подумайте, вы с котятами-то куда пойдете? — причитывала Рыжинка.       Изгнанники стояли и молча выслушивали все высказывания котов, только Перышко и Вереск забивались под Ромашкин живот и недоуменно хлопали глазками. И Луна не понимала лишь одного: почему они идут против, после всех заметных доказательств? Это точно ли можно назвать страхом от авторитета или все приняли всё, как есть?       Толпа замолчала, следует Светляку поднять хвост и запрыгнуть на скалу, обращая всё пристальное внимание на отступников.       — Если вы сами приняли такое решение, то уже не буду вас всех задерживать, уходите и с доброй охотой! — громогласно объявил он. Последние слова про охоту уже не звучали так дружелюбно, как было ранее. Он это сказал с неприкрытой омерзением, и скорее походило на плевок с ядом, чем на что-то иное. — Но я дам вам три дня на то, чтобы вы одумались и вернулись к нам, как последний шанс… Но если этого не случится, то вы навсегда останетесь для нас чужаками! — Светляк скривился в насмешливой улыбке и гордо вскинул голову. — Вам никто не будет рад на пустоши, никто не поделится с вами куском дичи и никто не будет вас помнить как верных товарищей под одним небом. Отныне вы будете сами по себе, а если вы в скором времени сдохнете, то будете в этом лишь сами виноваты, — с этими словами Светляк взмахнул хвостом и указал носом на небо. — Как только солнце спрячется за холмами, а небо окутает тьма, вас к этому времени уже не должно быть здесь, поэтому торопитесь…       Луна сжала зубы от напряжения так, что готовы они расколоться. Всё по итогу привело к самоизгнанию… Она в последний раз осмотрела всех присутствующих, и вновь появилась горечь глубоко в груди. Да, она столько грязи наговорила про лагерь, но теперь расставаться со всем этим на печальной ноте почему-то тяжело. А какого было сейчас тем, кто вызвал желание уйти? Она видит, как Рыжинка печально глядит им вслед, видит, какие презрительные взгляды бросают Репей с Тиной, а в стороне в полном шоке стоят самые молодые члены группы — Пенёк, Голубка, Туман, Чумазка и Солнцепёк.       Они когда-то вместе пришли на эту землю и делились дичью, радостями и надеждами… И всё по вине одной кошки, Луны. Делать уже нечего в этом месте, им нужно в путь. В свой путь.       — Доброй охоты…       Промолвив, Луна встала и со всеми поднялась к терновому выходу из лагеря.

***

      Ветер раздувает прямо в лицо. Серые громадные облака заполонили собой всё небо, и только за ними едва виднелся солнечный диск. Путники шли вперед друг за другом цепочкой, уставшие и подавленные всей суматохой в старом лагере. Котята в зубах Тополя и Ромашки вскоре начали громко пищать, и все из-за этого сильно занервничали, ведь они являются теперь легкой целью для хищников вокруг. А привал устраивать на территории группы нельзя, как бы изнеможенные лапы не просили этого. И теперь Луна вдоволь поняла, как Огонь добирался до границ.       Впереди шли Прыгуша с Жужелицей и Луна, и они теперь точно знают, куда им идти. После выхода из лагеря изгнанники решали, в какую сторону стоит направляться. Сначала Тополь был за то, чтобы обосноваться где-то неподалеку от самой территории, но Луна также предложила иной вариант — хвойник. Как она заверяла, она знает почти все места в хвойном лесу и что она знает одного кота, который может им помочь. К её словам Тополь и Ромашка отнеслись со скептизом: не бывали они еще в хвойном лесу, но Прыгуша и Жужелица успокоили их тем, что под соснами они будут чувствовать себя в безопасности. Так и решили, идти всё равно не куда было, кроме в лес.       Эмоции утихли, остался лишь ясный и уставший ум. В ушах гул, в горле сухота, в груди ощущалась дыра. Луна не могла думать, даже представлять что-либо, лишь могла идти вперед и не оглядываться на старый дом. В какой-то момент она даже задумалась, правильно ли во всем поступает? Она чувствовала, что не зря рисковала ради малознакомой кошки, являющейся таким же другом для Филина, как и она для него, что это обязательно вернется к ней добрым словом… Но какой ценой? Ценой всей группы ради одной кошки и бунта?       И всё же, ушла она из группы не одна.       — Тебе не стоит сейчас думать о том, что произошло раньше… — внезапно заговорила Прыгуша, будто бы она смогла прочесть мысли Луны. — Думай о том, как мы найдем убежище, с твоей-то помощью. Что было, то прошло.       Луна вскинула подбородок и фыркнула:       — А как тут не думать об этом? Я теперь на всю жизнь буду вспоминать об этом… — после чего кошка вдруг вздрогнула и отвела взгляд в сторону: — Я не могу поверить в то, что остальные смирились и остались, после того, что мы пытались донести, даже Солнцепёк. Он бы мог пойти с нами! Вот же…       — Я не думаю, что нужно винить остальных в своем выборе остаться… — сухо подметила Прыгуша. — У кого-то семья, у кого-то страх остаться наедине с остальным миром без поддержки. Меня больше уже не сдерживало от группы, поэтому я тоже ушла…       Луна хотела вставить свое слово, но тут же предпочла помолчать и продолжать движение. Об этом как-то даже разговаривать тяжело, нежели спорить.       — Если же мы теперь не подчиняемся Светляку… То кто теперь будет лидером в нашей группе? — внезапно задала такой вопрос Ромашка.       — Действительно… Прыгуша, почему бы тебе не быть вожаком для нас? — заявил Тополь.       Черно-белая кошка приостановилась и оглянулась на пару с потрясением.       — Почему я? — чуть ли не восклицая, проговорила она с дрожью в голосе. — Я совсем не гожусь для этого…       — Не годишься? Ты столько раз доказывала своё лидерство, что не должно быть сомнений в тебе! — отметил Тополь. — Будто бы и должна быть лидером с самого начала. Рассудительная, справедливая, да к тому же невероятно внимательна ко всем.       — Но я абсолютно не готова на себя взять такую ответственность, ребята! — воскликнула Прыгуша. — Я могу лишь выполнять приказы и обходить территории, но никак не давать эти приказы другим…       Луна отчетливо видела, как Прыгуша лихорадочно смотрит на каждого и молчит. Некогда она была для всех просто разведчицей, выполняющей до самого конца все приказы от Светляка, и вот как всё обернулось теперь для неё! Сейчас Тополь и Ромашка в уязвимом положении с котятами, и понятное дело, что будут больше доверять именно Прыгуше, нежели юной Луне или Жужелице.       Так бы они простояли в молчании, если бы вперед не вышла Жужелица.       — Я предлагаю обсудить этот вопрос тогда, когда мы доберемся до леса… — отметила она и повернулась к Прыгуше с Луной. На её лице появилась вновь та самая нежная улыбка, но полузакрытые глаза говорили совсем о другом: кошка была также опустошена внутри, что и все. — Тем более мы пережили такие события, которые успели истощить нас!       Ромашка и Тополь переглянулись между собой, а затем кивнули и подобрали своих детей, продолжив путь.       Впереди замаячили силуэты хвойных деревьев, при виде которых Луна могла с облегчением выдохнуть, но воспоминания о недавном событии ударили ей в голову тут же. Как отреагируют Смола и Филин на приход котов с пустоши после подобного?! И позволят ли им обосноваться в лесу? Спустя некоторое время они дошли успешно без всяких опасностей на пути и вошли с головой на хвойную территорию, осматриваясь вокруг. Запах хвои приятно пощекотал нос, прохладный ветер поласкал котам шкуры.       Теперь они оставили позади свой старый дом и обрели новый.