Свет ночи.

Ночь. И где-то в одиноком заброшенном парке идет девушка. Длинные черные волосы чуть выше колен слабо развивались по ветру, попадая ей в лицо. Ноги ели перебирали по серой тропе из бетона, это выглядела так будто она не могла их поднять, либо ей на ноги повесели огромную тяжесть. Да. Тяжесть была, от очередного трудного дня и одиночества. Ее белая рубашка чуть чуть свисала с плеча, открывая синие пятна на белоснежной коже, казалась что она одела одежду какого-то парня, но нет. Мешкаватая одежда лучше всего скрывает синяки. В ее руках был теплый свитер, но девушка не стала его одевать, чтобы ощутить хоть что-то кроме боли, холод — это то что ей сейчас было нужно. Но даже он не мог сделать так чтобы ее эмоции замерзли и она больше не чувствовала всего, что пережила. По ее лицу из глубоких фиолетовых глаз, наполненных грустью, обидой и болью тихо капали слезы на бетонную тропинку. Казалось: кто же мог так обидеть столь красивую девушку? Ответ прост: ее обидели одни и те же дни, одни и те же люди и ее мягкий характер благодаря которому она всегда не может дать отпор. Ее отец с детства приучал девушку драться, и делает она это просто идеально, но не применяет в жизни. Для нее -это защита только в момент самых критических опасностей, например угроза смерти, или убийства в ее сторону, или ее родных. Хотя из родных девушки, только строгий отец и брат с которым она постоянно ссорится. Но даже их нет рядом, и даже они не знают ее самые плохие моменты жизни. Они живут в другом городе. В Токио. А она в Осаке. Но вот девушка сунула руку в сумку, решив взять телефон и позвонить. Гудки звонка тихо приглушали звуки парка, эхом отдаваясь в дали. И вот спустя минуту ожидания, казавшейся вечностью, из телефона раздался хриплый мужской голос: -Да, Ями ты что-то хотела? -девушка немного застыла, но после пару секунд тишины все же ответила. -. Привет, пап. Я спросить хотела. -раздался немного тихий и охрипший после слез голос. -ну хорошо, спрашивай только немного побыстрее у меня завал на работе. -. Можно я перееду к тебе? У меня здесь как-то жизнь нормально сложиться не может. -резко выпалила Акине Ями. И из глаз с новой силой начали течь слезы. -. А. Ну если тебе так хочется то можешь, когда будет время. Все же я был прав тебе одной еще жить рано, тебе всего то семнадцать. -выслушав очередную нотацию, сказанную строгим тоном, буд-то это говорил не отец дочери, а мужчина своему заветному врагу, привыкшая к строгости девушка, немного подумав, ответила: -да, возможно ты был прав. Ладно я тебе потом перезвоню или напишу. Пока. — и Акине сбросила трубку. Продолжая идти с солеными каплями в глазах в сторону дома, где ее никто не ждет...