Жираф на память. За кулисами

«Давайте заканчивать» - произнес Матвиенко под громкие аплодисменты. Конец истории и в правду получился особенно хорошим, и парни стояли, наслаждаясь овациями и теплом со стороны зала, не спеша уходить. Особенно Арсений. Он любит восхищения в его сторону. Обычно большую часть принимает на себе, он считает, что похвала адресуется ему, и немного отдаёт парням. Ведь он всегда играет в этом формате ведущие роли. Антон напротив все норовил уйти. Кричащая публика давила. Актер недолго махал зрителям, изображая интерес к публике, ушел за кулисы. Ему было душно. Он и сам не осознавал, что именно не так. Просто неприятное теснящее желание. Желание Арсения. На сцену вышел Стас. Отшутился как-то нелепо, на тему пропажи Шаста. Сказал что-то вроде того, что у шамана рейс на самолет и он опаздывает. Прорекламировал Авиасейлс, и люди начали потихонечку собираться. Арсений заметил пропажу Антона, только когда утих зал. Парню больше нечего было делать на сцене. Световики выключали прожекторы, вся остальная группа собиралась на обед, они устали не меньше актеров. Арс обнаружил своего парня в гримёрке. Тот грустно залипал в телефон, изображая рабочую деятельность. Попов так бы и накинулся на Антона, спрашивая на сколько он устал и кто будет за рулём. Но его останавливало всего 3 проблемы. Стас, Дима, Сережа. Шаст казалось не проявлял никакого внимания по отношению к Арсу. Арсений-то — актер, он гениальнейшее скрывает свои эмоции и желания. Похоже Антон многому научился у своего парня. Попов нервно расхаживает по довольно крупной и светлой гримёрке в ожидании того, как его проблемы покинут помещение. Он пытается вести телепатический разговор с Шастом, но ему не отвечают. В помещении было прохладно, но Арсению так не казалось. Он не знает куда унять свой пыл. Первым ушел Стас. Как никак у него дел по горло, занятой человек. После ушли Дима с Сережей, кинув вслед какое-то прощание, понимая что у них все равно совместная съемка через несколько часов Антон и Арсений остались одни. Напряжение и холод. Настолько неприятно, что у Антона пробежали мурашки по спине. Арсений провернул ключ, заперев комнату. Это уже привычка, да и как ей мог не обзавестись параноик Попов. «Шаст?» — аккуратно спросил Арс, небыстро отходя от двери, с полу вытянутой вперед рукой. Он не знал какой ответ хочет получить. Ему нужен был диалог. Шастун что-то промычал в ответ, неособо стараясь поддержать разговор. «Тош, устал? Хочешь пиццу закажем или мак? У нас есть время до следующих съёмок», — произносит Арсений, уже громоздя зад к Антону на диван. Арс с Шастуном был совершенно другим. Он был открытым и честным. Шаст наконец отвлекшись от телефона, буркнул что-то про то, что нет такого заведения как Макдональдс, что есть Вкусно - и точка. Арс, не дожидаясь конца ворчания, обнял парня, ему больше не холодно, он тактильный только с Антоном, Тоша дарит своё тепло, даже не замечая этого. Даже без объятий. Арс положил голову на плечо парня, заглядывая в телефон, (ему можно), разглядел, что Тоша все это время играл в какие-то глупые игры. Антон не сопротивлялся, он этого ждал, ему это было необходимо. Жизненно необходимо поделиться своим теплом. «Дай я лягу, я очень устал», — сонно произнес Антон. Убирая объятья со своего плеча, он лёг на колени парня, свесив длинные ноги с края дивана, которые сильно не помещались. Пока Тоша зевал, Арс не упустил возможность чмокнуть любимого в лоб. Антон зажмурил глаза и глупо заулыбался, потянув подбородок назад, что бы показать Попову свою улыбку «Так вот оно что», — полушепотом протянул Арс, расчищая себе лоб от кудряшек. Он быстро касается Антона губами по всему лицу, особо никуда не метя и надолго нигде не задерживаясь. Он это делает, что бы Тоша для него улыбнулся. Подарил кусочек солнышка, таящегося внутри. Антону щекотно и от каждого поцелуя он немного вздрагивает. Больше не ощущается холод в комнате. Наоборот очень тепло. К Антону опять вернулись эти жар и духота. Арс остановился, что бы уберечь Шаста от падения. То он от всех нежностей так изворотился, что был близок к прикосновению с твёрдым полом. «А почему со сцены так быстро убежал?» — совершенно неожиданно для Антона спросил парень. Арсений, обхватив парня, медленно поглаживал большим пальцем плечо лежащего на нем Антона. Шастун явно растерялся. Деться ему было некуда. Поэтому он просто отвел взгляд от Арсения на ближнюю стену и ответил: «Я наверное буду бигспешл и большую картошку» Арсений мягко и приятно усмехнулся, но Антон этого не видел. Он волновался. А когда Антон волнуется, он начинает перебирать кольца и менять им позицию, перемещая с одного пальца на другой. Он не знал почему так. Почему он волнуется рядом с любимым, по всей видимости в нем остался прежний трепет и забота. Он хотел всего Арсения облепить бабочками в животе и осветить своей улыбкой. «Ты многому у меня научился за время наших отношений. Это приятно». — приблизившись к лицу Антона, шепчет Арс в самые губы. Антону тепло от дыхания парня, но все еще волнуется. Тоша потянулся за поцелуем вверх и приоткрыл рот, ожидая того, что Арсений возьмет инициативу на себя. Но такого не случилось. Попов недолго смотрит на своего парня и, мягко касаясь губ любимого, произносит с горячим дыханием: «Так почему ты ушел, котенок?» Антона это возбуждало. Арс это знал. Он это делал специально, выманивая из парня ответ. «Да потому что ты валяешься на сцене, кувыркаешься, и все видят твой живот, а я…» — не успев договорить, Шаста прервали. «Ревную», — закончил за него Арсений. Широко улыбнувшись, он провел рукой по шее, поглаживая кожу. Сделано это было, чтобы успокоить Антона. Он получил ответ, теперь может получить своё заслуженное тепло. Да, это можно назвать манипуляцией, но двоим было всё равно, всех всё устраивало. Антон с самого конца Историй ждал этого, этой возможности коснутся Арсения, поцеловать, ощутить его. Подняв правую руку, он нащупал макушку парня и потянул на себя, заранее разомкнув губы, что бы Арсений понял намерения Антона. Попов же чуть не доходя, лизнул нижнюю губу, горячо выдохнув из-за накативших мурашек. Шастуну надоело ждать. Он слишком долго предвкушал этот момент, что бы отдохнуть между съёмками и поцеловать эти чертовски красивые губы. Честно говоря он все съёмки смотрел только на них. Тоша сам потянулся вверх, поверхностно целуя парня. Пока что не хотел углублять поцелуй, он хочет сделать губы Арса красными и горячими. Опираясь локтями на колени Арсения, Антон тянется все выше и выше, пытаясь кажется прокусить Попова. Арс всецело доверяет Шасту и знает, что тот лишнего делать не станет. Антон все делает резко и жадно, он очень этого хочет. Оторвавшись, он чуть не тонет в океане, в шторме глаз Попова, но вовремя вспоминая цель. «Сними кофту». — с громкой отдышкой, как после марафона, просит парень. «Она тебе явно мешает. Тут очень жарко». — добавил парень, слезая с колен Арсения. Попов немного растерялся, но не думал, что они от прелюдий так быстро перейдут к раздеванию. Арс покорно стягивает с себя вязаную кофту. Антон наблюдает. Ему горячо и щекотно. Это странное ощущение окружило его тело со всех сторон. «Всем показал свой живот, так что его не вырежут. Теперь давай персонально для меня». — жадно произнес Антон. В нем все еще сидела эта детская обида на Арсения. Шастун накинулся на парня, грубо выцелолывая все родинки на груди. Обводя пальцами ключицы, ребра и соски, повторяя вслед эти же маршруты влажным языком. Оставлял на парне покраснения, а не засосы, (у них была договорённость по этому поводу). Но он Арсу и так мог доставить несоизмеримое удовольствие. Само своё присутствие. Дерганье ручки. Стук. «Арсений открой дверь!» — слышится из коридора. Это Стас. Арс нежно отодвинув Антона, посмотрел на время. через 15 минут их придут гримировать для следующего мотора. Попов нехотя встал и пошел открывать дверь. Он был расстроен. «Кофта, дурак. Ты забыл». — одними губами произнес Антон. Но Арсений понял его и так. Поймав, кинутую Тошей кофту, он провернул ключ, впуская Стаса.