Твоё тело - мои руки.

— Интересно, профессор от нас когда-нибудь отстанет? — устало выдыхая пожаловался блондин, закрывая уставшие и опухшие от недосыпа глаза. Его живот также возмутился, ведь он не разу не получил еду за весь день. — Пойдем поедим, а то я сейчас свихнусь не только от темы новой работы, но и от голода, — продолжил жаловаться своему другу парень, но Карма был сосредоточен на другом. Его мысли были полностью сосредоточены на новой работе и теме, которая пока что ему была непонятна. В его светлой головушке даже не было ни одной идеи, что его несомненно удивляло. — Пойдем, — сухо ответил красноволосый, разглядывая незнакомые лица вокруг. Сегодня в коридоре университета было слишком много незнакомых людей. Скорее всего, потому что второкурсники вернулись с выездной экскурсии, а также все третьекурсники вышли с каникул, да и многие вернулись с академа, который брали для службы в армии. Карма не любил слишком шумные компании, но из-за внешности и популярности всегда оказывался затянутым в такие компашки друзей, знакомых и так далее. Хотя многого о окружающих его людей он не знал, да и не интересовался.        Его друг продолжал без остановки болтать, кажется, выкладывая ему каждую свою мысль, совсем не пытаясь обдумать свои же слова. Он слушал его через слово, пытаясь особо не фокусироваться и не запоминать тему разговора, ведь ему было не интересно. Янтарные глаза медленно скользили по незнакомым людям, разглядывая их лица, но почему-то его взгляд сосредоточился лишь на одном на первый взгляд хрупком пареньке, который привлекал к себе внимание не только из-за невиданной красоты, но также из-за запаха, который сразу же ударил в нос альфы. Хотя многие его наверняка и не почуяли бы с такого расстояния, но он был необычным альфой, что иногда играло совсем не в его сторону. — Кто это? — перебивая монолог своего однокурсника с интересом спросил Карма, указывая на голубоволосого паренька, мило общающегося с компанией девушек, которые были чуть выше него. Карие глаза быстро скользнули на жертву интереса его лучшего друга, вглядываясь в знакомые черты лица, ведь именно этот парень проводил ему экскурсию по общежитию и является, кажется, ответственным за него. Он еще тогда показался блондину весьма милым и вежливым, поэтому он запомнил его в лучшем свете и хотел в будущем подружится. — О-о, это тот парень, о котором я тебе тогда говорил! — радостно воскликнул парень, хватая друга за рукав его рубашки и потянув прямо на встречу своей судьбе. Карма не стал противиться, идя на поводу своего друга, но совсем не потому что так хотелось блондину, а потому что у него были свои скрытые мотивы. — Доброго дня, Шиота-семпай! — одновременно вежливо, но и как-то тепло по-дружески поздоровался Маэхара, отпуская частичку одежды Кармы. Голубоволосый медленно повернулся, оглядываясь, а затем дружелюбно улыбнулся, здороваясь с знакомым ему человеком. — Как ты поживаешь? Уже разобрался со всем в общежитие? — вежливо уточнил Нагиса, разглядывая уже давно не блондина, а его лучшего друга. Первое мнение голубоволосого о Карме было неоднозначным, ведь с одной стороны он выглядел как приличный молодой человек, а с другой как богатенький папенькин сынок, который родился с золотой ложкой во рту. Между Нагисой и Маэхарой завязался недлинный диалог, за который блондин успел пожаловаться на полученное задание, а также голод, ведь его живот снова жалобно забурчал, намекая на то, что стоило бы поспешить в столовую и накормить его. — Невинность или жаркая любовь…? Момо-сенсей как всегда выделилась незабываемой темой, — с смешком подметил Нагиса после выслушивания длинных и эмоциональных жалоб парня. — В прошлом году она задала нам тему: «Наслаждение в виде боли». Многие использовали наручники, пытки, плетки и многое другое в своих работах, но вышло весьма интересно, — поделился он с ребятами, вспоминая то, как ему пришлось намучится с фотографиями, позами и тенями в то время. Хотя мысленно он надеялся на то, что в этом году второкурсникам она задаст не менее интересную тему, чтобы раскрыть весь скрытый в них потенциал. — Не хочешь побыть моей моделью? — не скрывая своего интереса, неожиданно спросил Карма, который до этого лишь представился ради приличия. Голубые глаза с нотками не понимая в них глянули на красноволосого, а в голове начался весьма затруднительный мысленный процесс. — Хочу нарисовать человека, выделив каждую частичку его тела, как нечто невинное, но при этом желанное для другого, а ты прекрасно подойдешь моим стандартам, — сразу же пояснил Карма, наблюдая за реакцией на чужом лице, а также выслушивая возгласы блондина, который сразу же заявил о том, что пару минут назад у него не было никаких «таких» идей. — Не горю желанием, — ответил Нагиса, немного нахмурившись, ведь после вопроса он ощутил явный выброс доминирующего феромона, который ему не понравился. Почему-то его вид сам по себе пугал, а атмосфера, которая царит возле него, держала в еще большем напряге. По телу голубоволосого сразу же прошла волна мурашек, намекая на то, что его помощь в виде модели ничем хорошим не закончится. Хотя он не будет отрицать то, что тело и внешность у его собеседника весьма-весьма хороша и заставляет восхищаться. — Если нужно я заплачу за потраченное время, — сразу же после отказа своей цели добавил Карма к своему предложению, снова ссылаясь на то, что все можно купить, ведь в этом он убедился еще в детстве. Друзья, статус, вещи, мебель, животные, прислуга, семья, любовь — для него все это можно купить, ведь вопрос будет лишь в сумме и толщине бумажника. — Пф-ф-ф, а ты из тех, кто считает, что все решается деньгами? — с насмешкой сказал Нагиса, сразу же нахмурившись, ведь такие люди его раздражают. — Если сможешь меня удивить, то, может быть, я подумаю над твоей просьбой и соглашусь помочь в качестве модели, — проверяя наручные часы, заодно подмечая то, что скоро начнется следующая пара, добавил к прошлому высказываю тот, начиная прощаться. Впрочем, о спокойном уходе ему оставалось лишь мечтать, потому что Карма был не намерен сдаваться. — Удивить значит… — очень-очень тихо пробубнил Карма, начиная обдумывать дальнейшей план своих действий, а также предпринимая попытку удивить семпая, который мгновенно запал ему в душу. — Пожалуйста, Шиота-семпай, побудьте моей моделью или мне стоит встать на колени перед Вами и умолять о помощи? — заметив то, что Нагиса уже собрался уходить, аккуратно хватаясь за его локоть, чтобы остановить, на полном серьезе спросил Карма, смотря прямо в голубые глаза, в которых одновременно читались нотки дерзости и удивления. Услышать такие слова из уст янтарноглазого трудно, ведь обычно ему не приходится никого просить о помощи, а если ему что-то нужно, то каждый готов отдать это сам, лишь бы он обратил внимание на них. — М-м… — от такой подачи просьбы Кармы у Нагисы что-то екнуло глубоко в душе, да и желание согласится появилось за щелчок пальцев, но разум всегда брал вверх над ним, поэтому он не спешил с ответом. — Как-то это не особо удивляет, — безэмоционально ответил для начала он. Голубые глаза снова скользнули по телу Кармы, а затем остановились на лице, которое его, мягко скажем, привлекало как омегу. Кажется, ему можно тоже получить выгоду из их сотрудничества? Его специальность — фотографии, а значит, что для следующих работ такая модель может весьма пригодится и подкупить судий на выставках. — Хорошо, я помогу тебе с работой, но в будущем ты сделаешь для меня тоже самое, — довольно холодно согласился Нагиса. На лице красноволосого сразу же появилась довольная ухмылка, а руки Кармы медленно заползли в карманы, показывая всей своей позой, что он безумно доволен собой и согласием жертвы. — Встретимся в шесть вечера в третьей аудитории, а сейчас я пошел на пару, — сразу же после сказанных слов, парень попрощался с блондином, приятно улыбнувшись, затем разворачиваясь и удаляясь из их поля зрения. — И с каких пор ты начал рисовать живых людей? Еще и с натуры? — с подозрением в голосе спросил Маэхара, уставившись на своего друга, настроение которого явно поднялось. Да, Карма не особо любит рисовать человеческие тела, да и люди, как объекты его вдохновения никогда не были, но почему-то в этом парне есть что-то такое, что притягивает его, как сыр манит крысу в мышеловку. Хотя в голове у него уже было несколько набросков чужих обнажённых изгибов спины и поясницы. Невинность и жаркая любовь, значит…

Несколько часов спустя:

       В третью аудиторию, которая скорее являлась небольшой мастерской с кучей мольбертов и складом различный глины, которой учащиеся могли воспользоваться в любой момент, Карма пришел на час раньше, чтобы подготовить нужные ему краски, найти подходящую позицию, а также выставить мебель, чтобы усадить на нее чужое тело. В его голове крутилось много мыслей, но одна не давала покоя больше всего: «Как в картине показать пылкую любовь и при этом не развратить ее?». В голове всплывали ранее изученные референсы, но все они отдавали пошлостью и скорее отталкивали от любви и явно не настраивали на невинность.        Мольберт был аккуратно поставлен на нужную позицию, краски расставлены и размещены, карандаши лежали рядом для наброска, который изначально будет набросан в блокноте в различных позах, а голова была совсем не готова к работе. И почему ему так неожиданно захотелось нарисовать человека? Из-за феромона, который околдовал его с первого же вдоха? Ох уж этот чертов запах сладкого винограда, с легким оттенком земляники, который был ни слишком сладким, ни слишком кислым и ни слишком выделяющим. Золотая середина, которая манила, околдовывала, заставляя забыться и пасть перед его владельцем. — Ха-а, — спокойно выдохнул Карма, собираясь с мыслями.        До шести оставалось всего пятнадцать минут, но почему-то они казались вечностью для парня. Наверное, потому что ему бы хотелось поскорее приступить к работе и закончить ее… Хотя кого он пытался обмануть такими мыслями? Ему хотелось увидеть обнаженное тело омеги, которое до этого было скрыто под массивным бежевым свитером. Невинность? Да какую невинность он может изобразить, когда в его голове крутятся далеко не невинные мысли…        От глубоких фантазий красноволосого отвлек звук открывающиеся двери, а затем шорох тихих шагов человека, который прошел внутрь небольшой комнаты. — Прости, я немного задержался, — не успев еще закрыть дверь за собой, извинился голубоволосый. — Профессор задержал нас ненадолго, раздавая личные задания для каждого и объясняя задачу, — проходя внутрь, не забыв закрыть дверь в комнату, жалобным тоном поделился Нагиса, оставляя свои вещи на стуле у входа. Янтарные глаза медленно скользнули по чужому для него человеку, который манил его как красный плащ быка. — Ничего страшного, я никуда не спешу, — холодно ответил Карма, поднимаясь со своего места, продолжая наблюдать за телодвижениями голубоволосого, который медленно оставил свою сумку, а затем оглядел комнату, подмечая изменения в ней, а также громадный мольберт. Он когда-то тоже пробовал рисовать, ведь это входило в программу обучения, но заниматься этим на профессиональном уровне и брать рисование основным предметом ему не хотелось. Наверное, именно поэтому он выбрал ту специальность, которая ближе всего лежала к его душе. — Для начала я хочу сделать несколько набросков, — переходя сразу к теме их встречи, добавил тот. — Мне нужно занять какую-то определенную позу? — доставая из своей сумки пачку сигарет и зажигалку, уточнил Нагиса. Сигареты уже давно стали его зависимостью, ведь в полные нервов периоды его жизни без никотина или сладкого он бы не смог сохранять спокойствие. Иной раз в нем появлялось желание убить кого-то, которое он мог потушить лишь сигаретами и неприятным дымом, который щекотал глотку. — Только сначала я покурю, а то сегодняшний день меня вымотал, — направляясь к окну и открывая его, сказал Нагиса, доставая из пачки лишь одну тонкую сигарету с ментолом, чтобы запах после нее не был настолько силен, как от обычных. — Пока что можешь быть самим собой, а дальше я уже буду направлять тебя, — наблюдая за действиями парня, сразу же беря в руки свой блокнот и карандаш, ответил Карма. Голубоволосый в ответ лишь кивнул, облокачиваясь на подоконник и закуривая сигарету, вдыхая и выдыхая серый дым. — Хотя курить тебе совсем не идет, — довольно громко подметил Карма со смешком, в голове подмечая, что это совсем не похоже на невинность, которую он изначально увидел в нем. Рука медленно начала делать набросок тела, рук, головы, волос, даже чертова сигарета смотрелась весьма сексуально на бумаге, да и в жизни, когда прикасалась в тонким, но пухлым губам парня. — Мне часто это говорят, — чуть повернув голову на Карму, который быстро перевернул страницу блокнота, подметил Нагиса.        В комнате повисла тишина пока Нагиса докуривал сигарету. Хотя нет, звук пишущего карандаша и тихое дыхание двух человек висело в классе, создавая какую-то больно интимную атмосферу, которая никак не напрягала никого из них. В голове красноволосого почти не было мыслей, ведь он был сосредоточен на наброске и чужом теле, которое выглядело соблазнительно, выгибаясь в пояснице, когда он облокачивался на подоконник и упирался локтями на него, чтобы удержать равновесие. В голове сразу же появилась пошлая мыслишка о ванне и обнаженном омеге, который прямо перед зеркалом выгибается, открывая свою прекрасную попку обозрению.        Нагиса видел и слышал то, чем Карма занимается, а также и его лицо, которое одновременно выглядело сосредоточено на все сто, но и выдавало не совсем приличные мысли, которые летали туда-сюда в его голове. Было ли ему противно? Однозначно нет, ведь он изначально шел сюда совсем с не ангельскими мыслями. В прошлый раз, когда Нагиса отдыхал в одном из клубов, он видел Карму в весьма интересной компании. Еще тогда он обратил внимание на красноволосого альфу с золотыми глазами, ведь не заметить его было невозможно. Карма сам по себе привлекает к своей персоне людей, а своим хорошим стилем в одежде и деньгами уже окончательно покоряет сердца окружающих.        Сигарета была затушена, а Нагиса наконец-то повернулся лицом к Карме, который как раз дорисовал последний из своих набросков. Янтарные глаза внимательно наблюдали за своей жертвой, а голубые выражали лишь слабый интерес, ведь такой опыт у него впервые. Ему и раньше предлагали нарисовать его или побыть моделью для фото или картин, но он всегда отказывался, ведь ему это было не интересно. Да, и сейчас он согласился совсем не потому что ему бы хотелось побыть натурщиком для парня. — Что будем делать дальше? — закрывая окно, спросил Нагиса, медленно приближаясь к небольшому столу с красками, кисточками и другой мелочью, которая на данный момент Карме была не нужна. Неосознанно или все же осознанно Нагиса выпустил небольшое количество своего феромона в комнате. Может быть, чтобы атмосфера для него стала более спокойная, а может быть совсем по другой причине, ведь Карма изменение сразу же заметил, отреагировав на него лишь самодовольной ухмылочкой и тихим «хм…». — Сними свитер и облокотись на стол, делая расслабленный вид, как будто ты наблюдаешь за птичками в окне, попивая утром чай и пытаешься понять зачем же ты, черт побери, проснулся сегодня утром так рано, — переворачивая лист в своем блокноте, попросил Карма. Да, именно попросил, ведь приказывать сегодня он не имел право, потому что процессом руководила его модель. — Вообще-то я не соглашался раздеваться, — снимая с себя свитер, пожаловался Нагиса. Нет, он не думал противиться, просто решил повозмущаться, чтобы разбавить атмосферу и поднять себе настроение, ведь ты никогда не знаешь, что тебе ответит такой непредсказуемый человек как Карма. — Но раз у меня сегодня хорошее настроение, то можешь посмотреть, так и быть, — как будто делая больше одолжение, с улыбкой сказал голубоволосый, заставив ухмылку Кармы поменяться на еще более довольную. — Для модели ты слишком болтливый, Нагиса, — подразнивая парня, внимательно разглядывая чужое обнажённое тело, подметил Карма. Его тело и правда выглядело безупречно, совсем без изъянов. Бледная красивая кожа, чуть выпирающие ребра, совсем маленький животик, красивый аккуратный пупок и розовые соски, на которых его взгляд остановился дольше всего. Все же омеги и правда прекрасные существа. Хотя Карма считает, что за такой прекрасный вид нужно говорить спасибо не природе, а самому Нагисе, который следит за собой на все сто. — Вообще-то я не разрешал тебе звать меня по имени, — с некой кокетливостью заявил Нагиса, подмечая то, что это не уважительно обращаться так к человеку, который немного, но все же старше. — Для тебя я Шиота-сэмпай, — надувая губки, выполняя ранее заданное задание по принятию позы, добавил тот. Карма на такие слова лишь хихикнул, тихо повторяя «Шиота-сэмпай», а в голове подмечая, что такое поведение для парня весьма милое.        Между парнями снова повисла тишина, которая прерывалась лишь несколько раз, когда Карма переворачивал лист или же просил немного поменять позу Шиоты. В голове у них были различные мысли, но у обоих они были связаны друг с другом. Карма пытался в большей части сосредоточиться на своей работе, чтобы в будущем эта картина получилась прекрасной и узнаваемой, да и чтобы потом сам Нагиса сказал «ва-а-ау», смотря на его творение, а Нагиса думал о том, что ему уже становится холодно стоять без верхней одежде и о сосках, которые от холода затвердели и выпирали, что ему совершенно не нравилось. Глубоко в душе он надеялся на то, что на картине соски будут выглядеть куда лучше, чем на самом деле.        Через еще десять минут тяжкой работы руки и карандаша, который удобно устроился между пальцами, звук пишущего карандаша полностью затих, а блокнот был аккуратно положен на стул, который стоял рядом. — Что-то не то, — поднимаясь со своего места и начиная медленно подходить к Нагисе, заявил Карма, внимательно наблюдая за его реакцией. Работа на сегодня была закончена, а теперь можно попробовать наградить ни только себя, но и омегу, кое чем очень приятным. — Что-то не то? — переспросил Нагиса, подпуская к себе альфу чуть ближе и также внимательно наблюдая за ним. — Да, поза не нравится, я потрогаю тебя немного, — предупредил Карма, начиная действовать только после положительного кивка Нагисы, у которого на лице появилась довольная улыбочка. — Для начала нам нужно пересадить тебя на стол, — подхватывая парня на руки и аккуратно садя его на стол, подметил он. — Теперь немного расслабим твою позу и тело, — ласково тыкая в бок, где-то под ребрами, чтобы парень прекратил держать спину прямо, продолжил говорить тот. — Руки уберем чуть назад, — руководя телом своей модели, как хотелось садисткой душеньке Кармы, все продолжал и продолжал говорить тот. Его рука как бы случайно скользнула по телу голубоволосого, проводя по плоскому животу и мельком прикасаясь к соску. — Это уже смахивает на домогательство, — тихо выдыхая, когда большой палец альфы проскользнул по соску, подметил Нагиса, смотря на Карму уже совсем другими глазами. — Ох, а ты против? — риторически спросил Карма, уже более настойчиво запуская руку за спину Нагисе и медленно поглаживая каждую косточку позвоночника омеги, заставляя его немного выгнуться. — Ха-а, не задавай глупых вопросов и поспеши уже, а то я планирую еще зайти поесть, — с каплей хмурости и сексуальности, которая преобладала в голосе, перед поцелуем сказал голубоволосый, сразу же впиваясь в чужие губы, которые вовсе не сопротивлялись.        Теперь в комнате не были слышны голоса, лишь тихое чмоканье губ, которые все настойчивее и настойчивее впивались чужие, затем проталкивая язык, чтобы углубить поцелуй. Проворные пальцы альфы почти сразу же оказались на чужих твердых сосках, нежно сжимая и пощипывая их, чтобы несомненно доставляло удовольствие его партнёру. Они были прохладные, а руки Кармы теплые, почти горячие, что заставляло Нагису все больше и больше фокусироваться на приятных перепадах температуры, а также чужих мягких подушечках пальцев, которые так соблазнительно игрались с ним.        Нога омеги скользнула за спину альфы, прижимая его к себе сильнее, а также начиная медленно тереться задницей прямо о чужой член. Феромоны выделялись все активнее и активнее, полностью заполняя комнату и окончательно возбуждая обоих. Руки голубоволосого медленно скользнули по шее Кармы, спускаясь на его грудь и проводя до самого низа, а если быть точнее до последней пуговицы его рубашки. Пальчики аккуратно начали расстёгивать пуговицы снизу вверх, специально не спеша, ведь он чувствовал как медлительность раздражала красноволосого даже через поцелуй. Как же чертовски приятно дразнить альф во время сильного сексуального возбуждения. — Если ты собираешься так медлить, то поесть ты точно не успеешь, — самодовольно хмыкнул альфа, быстро расстегивая джинсы Нагисы и скидывая их вместе с трусами на пол. — Думаешь протянешь больше пяти минут? — продолжая подразнивать Карму, заявил Нагиса, вызывая в теле Кармы не только возмущение, но еще и большее возбуждения. — Впервые, натыкаюсь на такого наглого пассива, — указывая на место снизу, то ли пожаловался, то ли похвастался Карма. — Можно считать, что ты мой первый, Нагиса, — оставляя засос на ключице, продолжил соблазнительным тоном говорить тот. — Шиота-сэмпай, — грубо ответил Нагиса, отдаваясь чужим рукам и наконец-то закончив с рубашкой.        Дальше руки омеги скользнули на молнию джинс, расстёгивая ее и освобождая чужой член из трусов. Нежные и мягкие руки, который к небольшому несчастью были немного холодными, начали в медленном темпе играться с чужим органом, после подводя его прямо к узкой дырочке, намекая на то, что он уже готов. Впрочем, Карма не спешил, ведь сначала ему пришлось найти презерватив в одном из задних карманов и натянуть на себя. Секс — это, конечно же, хорошо, но о контрацептивах лучше не забывать.        Первый толчок прошел довольно болезненно для омеги, ведь он был резким, а само колечко мышц не особо растянуто, да и сам парень был не готов принимать настолько большой член. В руках он казался намного меньше. — Бл… Больно… — тихо прошипел Нагиса, впиваясь ногтями в чужую спину, сразу же после жалобы ощущая нежный поцелуй в щеку. — Потерпи немного, сладкий, сейчас будет приятно, — давая привыкнуть омеге к размеру, попытался успокоить его тот, чувствуя как внутри его член сжимают. — Все хорошо, начинай двигаться, — пытаясь расслабится, сказал Нагиса, ощутив на своему члене чужую руку, которая медленно начала ласкать его, доставляя удовольствие небольшими волнами.        Первый толчок прошел уже более приятно, но все еще болезненно, а вот последующие уже были куда приятнее, ведь головка члена Кармы почти сразу же нашла нужную точку, в которую он и продолжил попадать, доставляя Нагисе несказанное удовольствие. Комната изначально наполнилась тихими стонами, которые со временем усилились, а затем были кратковременно спрятаны, чтобы не привлекать лишнего внимания к закрытой аудитории, ведь последняя пара заканчивалась как раз в это время.        Карма вбивался в чужое тело немного грубо, властно, чтобы было вполне в его стиле, но Нагисе сегодня нравилось быть под чей-то властью, подчиняться чьим-то рукам и чужому телу. Наверное, именно поэтому он кончил первым, залив спермой свой живот. Только вот передышки ему после этого не дали, продолжая вбиваться в его тело и доводя до еще большего оргазма, заставляя все внутри еще больше сжаться, а руки обнять Карму за шею, прижимаясь вплотную к нему. Удержаться еще пару минут Карма не смог, кончая в момент последнего и самого сильного оргазма омеги.        Каждый из парней дышал другому в шею, обнимая партнёра, а в классе снова повис лишь звук тяжелого дыхания. Обоим нужно было отдышаться и немного отдохнуть, но звук чужих шагов за дверью быстро вернул их в реальный мир. — Да, Мэй-сенсей сказала, что глину можно взять здесь, — за дверью послышались чужие женские голоса, которые явно направлялись в сторону аудитории, в которой прятались Нагиса и Карма. Карма чуть напрягся, а вот Нагиса был спокоен, ведь он точно помнил, что перед входом дверь он закрыл на ключ изнутри. — Ой, кажется, закрыто… — удивленно пробурчала девушка, когда дернула за ручку, но дверь не открылась. — Ха-а, ты изначально шел сюда за этим? — тихим шёпотом спросил Карма на ухо Нагисы, ухмыльнувшись уж слишком самодовольно. — Как будто твои мысли были другими, — легонько отталкивая от себя альфу, намекая, что уже пришло время заканчивать и выходить из него, ответил тот, также шёпотом. — Тогда давай зайдем завтра? Наверное, уже слишком поздно, а я голодна! — уже другой девичьей голос ответил на ранее заявление девушки. Шаги и весела беседа медленно начала отдаляться от закрытой двери, а оба парня окончательно расслабились. Нагиса начал собирать свои вещи по полу, надевая на себя сначала трусы, затем поправляя штаны и быстро запрыгивая уже в них. Также доставая из своей сумки салфетки, чтобы вытереть сперму со своего живота. — Нагиса, ты же хотел есть? Давай вместе поедим. Я знаю одно хорошее место недалеко от универа, — предложил Карма, стягивая с себя презерватив, завязывая его и выкидывая в общий мусорный бак. Все же голубоволосый заинтересовал его, да и его запах весьма приятный, а тело просто превосходное. — Не имею привычку ужинать с одноразовым секс-партнёром после секса, — тут же отказывая, сказал Нагиса, натягивая на себя уже свитер, начиная его оттряхивать от пыли и грязи на себе. Он не любил нежности во время секса и всех этих посиделок до или после него, которые заставляли бы его влюбиться или почувствовать себя любимым, вводя в заблуждение. — Ха-а? — недовольно и вопросительно вздохнул Карма. — Тебе же было хорошо, так почему же одноразовый? Я был хорош, признай это и пошли кушать, — начиная застегивать свою рубашку, которая слава богу не испачкалась и до сих пор выглядела прилично. — Хорош? У тебя просто член большой, а всунуть и высунуть может каждый, — беря в руки свою сумку, ответил Нагиса, показывая язык Карме, заставляя впасть его в ступор от таких слов. Он и не хорош? Просто большой член?! Да омега полностью офигел говорить такое! — И я для тебя все еще Шиота-сэмпай, запомни это, — открывая дверь и уходя, не прощаясь с альфой, добавил тот. — Большой член? Всунул и высунул… Ну-ну, — принимая негласный вызов, Карма тихо засмеялся, наблюдая за тем, как дверь быстро закрылась. — Кажется, я нашел кого-то весьма интересного, — закончив приводить себя в порядок, подметил сам себе парень, беря в руки свой блокнот с кучей набросков.