Мой герой

      Ближе к концу августа Гермиона стала немного задумчивой и часто выпадала из диалога или закусывала губу, будто хотела что-то спросить. В конце концов Драко надоело ждать, когда она уже выскажет, что у неё на уме.       — Что тебя так волнует в последнее время? — в лоб спросил Малфой, когда Грейнджер снова ушла в свои мысли.       Гермиона поймала его серьёзный и немного напряженный взгляд и решилась.       — Нам скоро в школу, — неуверенно начала она.       — И что?       — Разве там мы сможем… вот так же спокойно говорить или сидеть рядом? — отвела глаза девушка, взволновано прокручивая в пальцах ложечку от десерта.       — Так вот что тебя волнует в последнее время, — понял Драко. — Не думай об этом, я своего к тебе отношения там не изменю, если только ты сама не против.       — Ну, мои друзья уже знают о нашем общении, а остальных это не должно касаться, — ответила Грейнджер, внимательно на него посмотрев.       — Вот и у меня также, — заверил блондин. — Мне все равно, что подумает мой факультет. Кому надо, те уже знают.       — А кто знает? — немного напряжённо уточнила Гермиона.       — Блейз, ну и обе Гринграсс соответственно. Вот угораздило же его Дафну выбрать, — цыкнул Драко. — Ладно. Разберёмся. Я говорил ему, что хочу с тобой дружить, а недавно — что мы общаемся. Так что, если он поздоровается с тобой, не пугайся, — усмехнулся Малфой.       — Ладно, — фыркнула Грейнджер и улыбнулась.       Сомнения отпали, и на душе стало так легко, что хорошее настроение не отпускало ее до конца каникул. Как и каждый год до этого, Гермиона отправилась к Уизли за несколько дней до начала школы. Они хорошо проводили время, Грейнджер заметила, что Рон больше не начинал ссоры по поводу Малфоя. Джинни потом подтвердила подозрения подруги, сказав, что они с Гарри стали для брата полным потрясением, и на этом фоне рассказ о том, что Драко помог им в клубе, прошёл гладко. Дольше Рон бушевал, узнав, что они вообще туда пошли одни.       Тридцать первого августа в Норе царил хаос, но меньший, чем несколько лет назад. Больше всего суеты наводил младший Уизли, который носился по дому в поисках своих носков, учебников и прочего. У Гарри дела обстояли лучше, к тому же Джинни помогла ему. Так что Гермиона стоически терпела панику Рона, попутно призывая те вещи, которые он не мог найти. К нужному времени они все же добрались до Кингс-Кросс, прошли на платформу и попали в ночной кошмар Грейнджер. Множество волшебников, взрослых и маленьких, приветствовали их, оглядывались, окликали, чуть ли не просили автограф. «Спасибо» Дамблдору за такую известность.       Рон довольно улыбался вниманию, пройдя мимо Лаванды с высоко поднятой головой. Браун фыркнула и скрылась в поезде вместе с подругой. Гарри было неловко, он крепко держал Джинни за руку, а она уже отгоняла слишком настырных. Но все друзья Гермионы с удивлением смотрели, как прежде тушующаяся девушка уверенно расправила плечи и подняла голову, следуя вперёд и не обращая внимания на взгляды. Около нужного вагона она остановилась, чтобы поприветствовать гриффиндорских товарищей, и смущённо улыбнулась на восхищённые лица Гарри и Джинни с Роном.       — Ничего себе! А ты за лето, я смотрю, стала увереннее. Круто! — присвистнула Уизли, а Невилл и Полумна согласно кивнули.       — Ну, у меня был хороший учитель, — хмыкнула Гермиона и заметила, что все смотрят куда-то ей за спину.       — Спасибо, — произнёс сзади Малфой, и она обернулась, улыбаясь ему. — Кстати, класс! — оценил он её дефиле, подхватывая ее чемодан, чтобы затащить в вагон. — О, и привет, — он махнул всем ее друзьям, совершенно не реагируя на шокированные взгляды других учеников.       — Привет, — ответила Грейнджер, принимая его руку и поднимаясь по ступеням.       — Привет, — поздоровались Гарри и Джинни, Рон неохотно кивнул.       Глядя на них, Луна тоже улыбнулась и сказала:       — Здравствуй, Драко.       — Привет, — неловко спохватился Лонгботтом.       Малфой махнул им тоже, потом открыл двери вагона, завозя вещи Грейнджер.       — Ну, вы идёте? — спросила Гермиона, а потом посмотрела на Драко:       — Ты был уже тут, да? Спасибо за помощь. Боже, ну сколько можно пялиться, — вздохнула, проходя внутрь.       Остальные последовали за ними, переглядываясь и слушая диалог. Друзья Грейнджер знали от неё, что Малфой не станет менять их отношений в школе, но не представляли, что слизеринец устроит шоу вот так сразу. На них смотрели абсолютно все, выглядывали из купе, шли по пятам. Новость разлетелась, словно пожар. Ещё бы, Малфой и Грейнджер по-дружески общаются, Поттер и Уизли молчат, а сам Драко помогает гриффиндорке отнести чемодан.       Отыскав свободное купе, блондин отправил вещи в багажное отделение и подождал, пока все усядутся. Он как-то хитро усмехнулся, глядя на Гермиону, и она фыркнула.       — Что, без этого никак нельзя было?       — Неа. Меньше волнений в Большом Зале будет. Пусть тут все обсудят, — на его лице заиграла ухмылка. — Все, я к своим, страдать, ещё увидимся, Грейнджер.       — Удачи, — закатила глаза девушка.       — А почему страдать? — спросила Луна, когда дверь за слизеринцем закрылась.       — Да так, — отмахнулась Гермиона, но под любопытными взглядами сдалась. — Ладно, все равно узнаете. Он этим летом еле отбился от брачного контракта с младшей Гринграсс, она на пятом курсе сейчас. Но девушка попалась упрямая, не хочет сдаваться даже после официального отказа.       — Оу, — произнёс Невилл, знающий о подобном от своей бабушки.       — Ага. Думаю, она меня ненавидит теперь, — усмехнулась Грейнджер.       — Почему? Вы все-таки встречаетесь? — с загоревшимися глазами подскочила Джинни.       — Да нет же! — возмутилась Гермиона, останавливая крики Рона. — Просто она знает, что Драко этим летом со мной много времени проводил, ещё и в мире маглов, что для неё вообще ужас. Она наверняка думает, я его сбила с пути чистокровности, — фыркнула девушка.       — Так вы не вместе? — разочарованно произнесла Луна. — Жаль. Мне показалось, ваши ауры совпадают по цвету в этом году.       — Ээ…— неловко переглянулись все, а Невилл спросил:       — Так теперь Малфой нормально относится к маглам?       — Да, — облегченно улыбнулась Гермиона, ощущая, как странное напряжение от слов Полумны уходит.       В это время Малфой вернулся в своё купе и обречённо про себя выругался, увидев там Асторию.       — Ну так, вы с Грейнджер теперь вместе? — сходу спросил Блейз, сверкая ехидной ухмылкой. Он покосился на младшую Гринграсс, пока старшая смотрела в окно и делала вид, что не слушает. — Едва увидел ее, так сразу и побежал.       — Нет, придурок. Мы друзья, — закатил глаза Драко и сел подальше от Астории. — К тому же, она вторая староста школы, я просто облегчил нам задачу, сразу показав, что отношения у нас теперь хорошие.       — Ооо, будете жить одни в целой башне, — ухмыльнулся ещё сильнее Забини, наблюдая, как краснеет от негодования девчонка. — Общая ванная, пароль на дверях, можно не бояться, что застукают, — продолжал мулат, доводя сестру своей невесты до бешенства.       Заметив это, Дафна кинула на него негодующий взгляд и вышла, уводя Асторию за собой. Спустя несколько минут дверь в их купе распахнулась, и вошла разгневанная Паркинсон.       — Это правда, что ты дружишь с грязнокровкой? — с порога спросила она у Драко.       Малфой выпрямился и холодно посмотрел на неё.       — Да, правда. И следи за языком, Панси, я никому не позволю говорить так о моих друзьях, — отбрил он.       Паркинсон, знающая, когда парень говорит серьезно, в шоке открыла рот. Она не хотела верить в то, о чем шептались все в поезде, и решила спросить лично.       — Но почему? — жалобно пробормотала слизеринка. — Ты же ненавидел ее.       — И когда такое было в последний раз? — продолжая сверлить ее взглядом, спросил Малфой.       Панси хотела было ответить, но замолчала, так и не вспомнив ничего, кроме придирок трёхлетней давности.       — Ты же не влюбился? — скривилась она.       — Да что вы заладили! Забини вон тоже мой друг, его я тоже люблю? — раздраженно высказал блондин и фыркнул. Ну что за ерунду они говорят.       — Наконец-то ты признался, милый!- наиграно радостно воскликнул Блейз и полез обниматься, и в этот момент в купе вернулись обе Гринграсс, шокировано застыв в проходе.       — Пошел к черту, — отпихнул друга Малфой, ухмыляясь ему в ответ.       Вскоре на свободные места каким-то образом затесались Нотт и еще какой-то слизеринец, и ехать стало совсем скучно. Драко еле дождался нужного времени, переоделся в форму и поспешил в вагоны гриффиндорцев.       Гермиона пыталась почитать, пока Гарри и Рон опять спорили о квиддиче и Пушках Пэддл. Джинни листала какой-то журнал, Полумна читала Придиру, а Невилл дремал. Покой всех нарушил внезапный, немного заикающийся голос младшего Уизли.       — Гермиона, у тебя это… ну…       — Что? — девушка отложила книгу и скрестила руки под грудью.       Рон совсем покраснел и беспомощно посмотрел на Гарри, а тот, в свою очередь, на Джинни. Та перевела взгляд с брата на подругу и закатила глаза.       — Он хотел сказать, что у тебя пуговицы расстёгнуты на блузке, — сказала она.       Грейнджер глянула вниз, а потом на рыжего друга, но даже не пошевелилась.       — Ну и что? — не поняла главная скромница в их компании, не считая Лонгботтома.       — Что? — удивился Гарри, а вслед за ним и все остальные уставились на Гермиону.       — Что такое? — никак не могла понять девушка.       — И ты не будешь застегивать? — подняла брови Джинни.       — Там же всего две, — пожала плечами Грейнджер, про себя удивляясь: неужели раньше она выглядела настолько закрытой и зажатой? А сейчас даже незаметно. Прав был Драко.       — Кто ты и что сделала с нашей Гермионой? — пошутил Поттер, и все рассмеялись.       — А мне нравится, как ты изменилась за лето, — улыбнулась Уизли.       — Ого, да тут плюс один! — воскликнула она же через несколько минут, когда девочки выгнали мальчиков, чтобы переодеться.       — Ой, ты чего? — возмутилась Гермиона, когда Джинни вплотную приблизилась к ее груди.       — Они выросли, говорю. Тройка теперь?       Грейнджер зафырчала, чем вызвала очередной смех подруг. Все они развернулись в разные стороны и быстро переоделись. Потом уступили купе мальчикам.       — Слушай, а ничего, что…— начала говорить Уизли, но возвращение ребят сбило с мысли.       О том, что она хотела сказать, Джинни вспомнила только через десять минут, но в этот раз даже не успела начать. Раздался стук в дверь, и та отворилась, впуская Малфоя.       — Что такое? — спросила Грейнджер.       Драко про себя отметил, что и на школьной блузке гриффиндорка расстегнула пару верхних пуговиц, а значит, дело идёт в гору, и скоро она станет намного увереннее.       — Как что, патруль, мисс староста школы, — ухмыльнулся Малфой, взглядом указывая на ее значок.       — А ты тут при чем? — спросила Джинни.       — Вот хитрец, — фыркнула Гермиона. — Ты знал, кто будет старостами в этом году, да?       — Маленькие привилегии того, что мама заняла место отца в школьном совете, — произнёс Драко, доставая свой значок и цепляя его.       — Ну говорю же, засранец — усмехнулась девушка.       — Эй, в первый раз ты сказала не это! — заметил блондин. — Ладно, пошли. Нам ещё весь поезд обойти надо. Хотя мой факультет будет самым проблемным.       Гермиона встала, немного нервно вздыхая, и Малфой усмехнулся ей.       — Расправь плечи, Грейнджер, — произнёс он. — Не стоит переживать из-за этого, там все такие же идиоты и придурки, как и везде.       — Ты тоже? — подколола Гермиона, следуя его совету и действительно выпрямляясь. Ее друзья переглянулись. Так вот что подруга имела в виду, говоря об обучении Малфоя?       — Я не идиот, — ответил блондин.       — Значит, насчёт придурка возражений нет? — фыркнула гриффиндорка.       — Если только чуть-чуть, — улыбнулся Драко. — Кстати, ты одевалась снова в спешке что ли? — вдруг спросил он.       — Ну да, а что? — подозрительно прищурилась девушка.       Малфой хмыкнул и щелкнул пальцами. Гермиона вскрикнула и прикрыла грудь руками, потом нахмурилась и осторожно прощупала лямочку на плече.       — Придурок! И что это было? — грозно спросила она, уверяясь, что лифчик на месте.       — Вот видишь, немного все же придурок, — усмехнулся Драко, ослабляя вмиг накалившуюся обстановку. — Я, конечно, постараюсь взять весь удар на себя, но и поводов лишних давать не стоит. Ты надела чёрный под белую блузку, — улыбаясь ещё шире, сказал он.       — Как ты вообще смог?.. — Гермиона плюнула на возможное смущение, потому что впервые видела такую беспалочковую магию.       Глядя на эту картину, ее друзья все больше изумлялись. И куда делась та девочка, что закутывалась в тысячу кофт и не дай бог кто-то увидит ее белье? Неужели это общение с Малфоем дало ей такую уверенность? Даже сейчас, когда наглый слизеринец каким-то образом заменил ее лифчик, она больше интересуется чарами, позволившими это сделать, чем пытается отчитать его.       — Я потом покажу чары, — пообещал Малфой. Но увидев щенячий взгляд, добавил:       — Ладно, покажу действительно потом, а сейчас расскажу на словах. Я, пока нёс твой чемодан, поставил на него магическую метку, с помощью которой можно призвать вещи, потому что еще на платформе заметил результат твоей рассеянности.       — Кстати, когда будешь снимать баллы с моих, даже слова не скажу. Хотя нет, если я буду рядом в этот момент, сам сниму, договорились? Пусть научатся держать язык за зубами, — фыркнул Драко, в очередной раз удивляя гриффиндорцев.       Обход поезда закончился прямо перед станцией. Гермиона устало вернулась к друзьям, вымотанная до ужаса. Каждый второй норовил спросить их об отношениях, абсолютно все прожигали взглядами, шептались, едва они уходили, а слизеринцы вообще отдельная тема. Малфой, как и обещал, затыкал всем рты, сообщая, что Грейнджер староста, за оскорбление которой он лично снимет кучу баллов. А ещё объявлял каждому интересующемуся, что она действительно его друг, за обиду которого можно и схлопотать.       Большинство молча кривилось, быстро забывая о случившемся. Мало ли, как развлекается наследник Малфоев? Девчонки убивали ее взглядами, причём независимо от факультета, но слизеринки особенно старались. Астория была довольно груба, и Дафне, которая поздоровалась с Гермионой вслед за Блейзом, пришлось извиняться за сестру. До замка добрались без происшествий. В Большом Зале на ужине все только и делали, что обсуждали новость номер один, которая обрастала слухами и домыслами. Грейнджер реально уже боялась того, что в результате услышит завтра на завтраке.       После объявления МакГонагал о полномочиях старост школы, Дамблдор попросил их задержаться. Он дал дополнительные разъяснения, а потом поинтересовался, смогут ли они ужиться в одной башне. Гермиона и Драко переглянулись и кивнули. Довольный происходящим старый волшебник хитро сверкнул глазами и отпустил их. Будучи совсем без сил, Грейнджер пожелала Малфою спокойной ночи и, быстро умывшись, отправилась спать.       На следующее утро замок гудел, как растревоженный улей. Гермиона, пока шла в башню Гриффиндора, успела услышать множество бредовых версий о них с Малфоем, и то, что они встречаются, было наиболее адекватным предположением. Отношения старост школы обсуждали абсолютно все, даже мальчишки. За вечер Рона накрутили так, что едва Грейнджер зашла в гостиную факультета, он накинулся на неё с претензиями.       — Ну и где ты ночевала? — хмуро спросил Уизли, как только Гермиона переступила порог, чтобы отдать расписание для всех курсов, полученное у МакГонагал полчаса назад.       — В своей комнате, — прищурилась девушка, уже догадываясь, в чем причина его недовольства. Гарри и Джинни на ее взгляд только вздохнули, мол, он как обычно.       — Да? А мне вот кажется, тебя в ней не было, — хмуро заявил Рон и в упор посмотрел на подругу обвинительным взглядом.       — Это потому, что я была в своей комнате в башне старост, — снисходительно ответила Грейнджер, стараясь сдержать раздражение.       Остальные ученики только и ждали, что новых поводов для сплетен. Страшно представить, что они выдумают после публичной ссоры.       — То есть, ты осталась ночевать с Малфоем! — сказал Уизли так, словно он ее парень, а она бросила его ради другого.       — У нас разные комнаты, Рон, — отрезала Гермиона. Она заметила, как Лаванда ревностно окинула происходящее взглядом и вышла, после чего друг немного сник. — Для тех, кто еще не знает или не понял, — громче произнесла она, оглядывая слушателей, — Малфой теперь мой друг, такой же, как и Гарри, ты, Рон, или остальные. Мы не встречаемся, не тайно помолвлены, не влюблены или что еще вы там успели надумать. И попрошу закончить на этом обсуждения. Первокурсники, вы должны думать об уроках. Пятый и седьмой курсы, вам вообще-то в этом году экзамены сдавать, так что займитесь делом! — разогнала всех Гермиона. — Старосты факультета, подойдите ко мне, я раздам расписание. После занятий у нас первое собрание, на втором этаже в музыкальном классе. Займёмся составлением графика дежурств и квиддичным расписанием.       — Боже, — простонала Грейнджер, когда все разошлись, и она с друзьями направилась наконец на завтрак.       В коридоре их снова преследовали шепотки и странные вопросы об отношениях с Драко, а в Большом Зале все пялились, не скрывая. Только ленивый сейчас не обсуждал странную дружбу. Даже внезапная слава меркла на фоне подобной новости. Профессора переглядывались, не понимая, почему такой ажиотаж среди учеников.       В течение дня Гермиона изо всех сил старалась вести себя непринуждённо, желая, чтобы это поскорее закончилось. Когда они с Малфоем впервые встретились лицом к лицу в кабинете, где собрались старосты факультетов, то оба устало вздохнули и закатили глаза, присаживаясь за одну парту напротив остальных. Благо, представители четырёх домов Хогвартса молчали, хоть и с любопытством следили за ними. Капитаны квиддичных команд, приглашенные для составления расписания тренировок, тоже вели себя сдержанно. Только Блейз, будучи и капитаном и старостой от Слизерина, слегка ухмылялся, чем бесил и без того раздраженного друга. Он периодически бросал взгляды на Поттера, который невозмутимо стоял у стены, сложив руки под грудью и не обращая внимания на тех, кто надеялся увидеть какую-либо реакцию на подобную дружбу.       Собрание закончилось довольно поздно, потому что было много споров, и все постоянно отвлекались. Только после того, как обессиленные старосты школы, которым еще предстояло дежурить, а потом делать уроки, слаженно нарычали на всех, дело пошло быстрее.       Ажиотаж вокруг дружбы Гермионы и Драко немного утих только к концу первой недели учебы, а к началу третьей все наконец перестали обсуждать их на каждом шагу. Предположения о романе не подтвердились, интерес снизился, и виновники переполоха смогли выдохнуть и немного расслабиться. Из-за того, что Малфой и его друзья больше не трогали гриффиндорцев, и того, что он был другом Грейнджер, конфликты между факультетами сократились. А тех, кто все же нарушал порядок, старосты не щадили и снимали много баллов. На Слизерине за всем следили Забини и Дафна Гринграсс, у гриффиндорцев значки в этом году получили Джинни и Рон, и как друзья Гермионы и Драко, все они помогали держать ситуацию под контролем.       На будущих выпускников профессора насели уже с первого дня учебы, старосты школы едва успевали учиться и выполнять свои обязанности, но постепенно втянулись. Свободного времени у них катастрофически не хватало, так что зачастую организационные вопросы они решали на ходу или в перерывах между уроками, примостившись где-нибудь на подоконнике. Заодно позволяли всем привыкнуть к их дружеским отношениям.       Гарри, Джинни и Рон пока наблюдали. Уизли был все еще крайне скептичен насчёт намерений Малфоя, Поттер, как и обещал, пытался перестать мыслить предвзято, но все же, чего-то не хватало, чтобы окончательно поверить блондину. Его девушка с любопытством следила за слухами и за старостами школы, она изменила свое мнение о Драко после того, как выспросила все подробности похода в клуб у подруги и Гарри.       Друзья Малфоя, точнее, Забини и Дафна, которая больше молчала, следуя за женихом, были просто приветливы. Словно сами все еще привыкали к такому изменившемуся другу. Остальные слизеринцы, сообразив, что Драко всерьез заинтересован в дружбе с Грейнджер, самоустранились и наблюдали со стороны чисто из-за необычности происходящего. Больше всех проблем доставляли поклонницы блондина и Астория. Младшая Гринграсс не упускала шанса как-то поддеть или насолить Гермионе, но пока по мелочам и втайне от Малфоя. Грейнджер даже ничего ему не говорила, зная, что это сильнее обострит конфликт между Драко и девушкой, из-за чего Астория совсем на нее обозлится. Расколдовать перо, убрав чары ошибок, или пергамент, который не давал на себе писать, и подобную ерунду гриффиндорка могла на раз, а слова ее давно не трогали. Но терпение ее заканчивалось. Как бы странно это не было, но Гермиона была уверена в том, что Малфой примет ее сторону, даже если она будет не права. У них сейчас были довольно доверительные отношения, такие же, как с Гарри или Джинни.       В этом году девятнадцатое сентября выпадало на субботу, и в начале недели друзья Грейнджер стали думать над подарками. Обычно ей не нравилось, когда для нее устраивали вечеринку в гостиной факультета, потому что из-за этого ученики нарушали кучу правил и оставляли после себя бардак. И Джинни предложила воспользоваться гостиной старост, раз теперь Малфой нормальный парень. Ещё пару дней думали, как все провернуть, чтобы подруга не увидела ничего раньше времени. Даже если Гермиона как всегда уйдёт в библиотеку заниматься с утра и до самого обеда, они не успеют устроить сюрприз.       Решение предложила Луна. Просто в один из моментов, когда все собрались в коридоре, чтобы еще раз уточнить список гостей, она выловила слизеринца из общего потока учеников и сказала:       — В эту субботу у Гермионы день рождения.       — Я знаю? — поднял брови Драко, глядя на непонятные выражения лиц Поттера и компании.       — Мы хотим устроить ей вечеринку в вашей гостиной, — все так же немного отрешенно улыбаясь, продолжила Лавгуд. — Ты ведь не против?       Позади гриффиндорцы переглянулись и мыслено хлопнули себя по лбу, потому что сами забыли спросить это у Малфоя.       — Хотите, чтобы я ее отвлёк? — правильно понял задумку Драко, кивая Луне в ответ. — Не вопрос.       Он о чем-то ненадолго задумался, словно прикидывал варианты, а потом ответил подошедшим к Полумне друзьям девушки.       — Будьте готовы к семи вечера. А, пароль! — спохватился он и быстро черкнул на бумажке фразу на латинском. — После праздника сменим, учтите, — усмехнулся блондин, видя немного удивлённые лица, и отдал написанное Лавгуд. Она по крайней мере точно сможет прочитать правильно.       Все еще посмеиваясь, слизеринец пошел на свои занятия. Уже прошло столько времени, а эти гриффиндорцы до сих пор радовали его количеством разнообразных эмоций, когда дело касалось его и Грейнджер.       Утром субботы Малфой, который знал, во сколько друзья девушки придут дарить подарки, встал чуть раньше и пошел будить Гермиону.       — Почему я не могу поспать подольше в свой день рождения? — проныла Грейнджер, выползая из спальни.       — Потому что скоро тебя придут поздравлять, а я хочу сделать это первым, — усмехнулся Драко, держа руки за спиной.       — Что, попросили отвлечь меня? — вздохнула гриффиндорка.       — Ага. С твоим днём, Гермиона! — улыбнулся блондин и протянул небольшую коробочку.       — Спасибо, — немного растерялась девушка, принимая наверняка дорогой подарок. — Ох! Такие красивые! — выдохнула она, разглядывая небольшие сережки в виде цветка с красным камнем посередине и россыпью мелких гранатов вокруг. — Разве это не слишком дорого? — задала волнующий ее вопрос Гермиона и посмотрела на довольного реакцией парня.       — Вот это, — он поднял руку и показал часы, подаренные ее родителями, — тоже довольно дорого. Так что не переживай об этом. К тому же, это артефакт. Левая будет нагреваться, если в твою еду что-то добавят, а правая — маяк. Если подать в нее магию, ты сможешь позвать меня, но я смогу отследить твое местоположение только в этом случае, в обычном состоянии — нет.       — Такие сложные чары! — восхитилась Гермиона. — Но, понимаешь…— замялась девушка. — Я очень боюсь прокалывать уши. Знаю, глупо. Но я правда никак не могу пересилить себя. Да и если сделать это, сначала надо месяц специальные лечебные носить. И в Лондон мы только на Рождество попадём.       — Я уже договорился с директором, — усмехнулся такой неуверенности отважной гриффиндорки Малфой. — Потому что мы старосты, мама в совете попечителей, а ты — Грейнджер, нам разрешили на полдня выйти в магловский Лондон. Я знаю место, где проколы делает волшебник, а потому это почти не больно и после специального лечебного зелья можно сразу надевать свои серьги.       — А ты все продумал, — медлила с решением Гермиона, еще сомневаясь.       — Давай, соглашайся. Не мне же одному так ходить, — хитро сверкнул глазами Драко.       — Чтоо? — подозревая ответ, а потому неверяще спросила Грейнджер и посмотрела на его уши.       Малфой к школе подстригся, оставляя более длинные пряди наверху, а короткие — внизу, и можно было без проблем увидеть целые мочки. Но слизеринец, ухмыляясь, снял сложные чары иллюзии, и Гермиона в шоке приоткрыла рот, разглядывая обсидианового цвета небольшую серьгу в левом ухе. Круглый «гвоздик» ярко выделялся на белой коже, а покачивающийся на паре звеньев чёрной цепочки маленький дракончик немного сверкал угольными кристалликами какого-то драгоценного камня, заменяющими ему чешую.       — Обалдеть, — выдавила девушка, пытаясь прийти в себя.       Обычно чистокровные представители аристократии относились к подобному отрицательно, считая чисто женским. Из украшений мужчины носили только перстни с гербом рода, очень редко — подвески и броши, ну и мелочь вроде зажимов для галстуков и запонок. Драко конечно по-иному начал смотреть на маглов, но чтобы настолько принять их культуру?       — Так что хватит думать, Гермиона, — невероятно довольный результатом, произнёс Малфой. — Если согласишься, позже покажу и татуировку, — протянул он.       — У тебя и татуировка есть?! — совсем выпала в осадок Грейнджер.       — Только все это - секрет, — сказал Драко, услышав стук в дверь. — Иди, оденься, сейчас поздравят и выходим.       Гермиона зашла к себе, а парень отправился открывать дверь. Поттер, двое Уизли, Лавгуд, Долгопупс и еще какой-то парень с Гриффиндора, которого Малфой не помнил, поздоровались и зашли, оглядываясь. С начала учебного года у старост было столько дел, что Гермиона забегала в башню на несколько минут, переодеться или захватить нужные книги. Не было времени пригласить друзей, которым было очень любопытно.       Приняв все поздравления, Грейнджер попросила сильно не увлекаться и много народу не звать, а потом они с Малфоем надели свои пальто и вышли.       — Интересно, куда он ее повёл? — задумалась Джинни. — Ладно, потом узнаем. А теперь, за работу! Гарри, ты и Рон принесли вчера сливочное пиво и шампанское?       — Да. Было довольно сложно, — ответил парень. — Даже с мантией и картой мы едва не попались с этими ящиками.       — Молодцы. Все, хватит нудеть, начинаем. Надо сдвинуть диван и кресла в одну сторону, чтобы освободить центр. Вон там сделаем что-то вроде бара, с бутылками и стаканами. А этот стол займут закуски, — начала раздавать указания главная затейщица.       Тем временем Драко повел Гермиону прямо к кабинету директора. Дамблдор отмахнулся от извинений девушки за доставленное неудобство и сказал как следует отпраздновать. Потом произнёс целую речь о том, как хорошо, что они смогли преодолеть давнюю вражду и что это — большой шаг в правильном направлении, и только после открыл им камин в один из магазинов Косого Переулка.       Малфою пришлось сначала прогуляться немного, потому что Грейнджер нервничала и никак не могла настроиться. Но она слишком хотела узнать, какая у него татуировка и где, так что вскоре девушка решительно толкнула двери небольшого ювелирного магазинчика, располагающегося в самой дальней части улицы, так что раньше гриффиндорка его никогда не видела.       Волшебник лет тридцати, своей веселостью и легкомысленностью чем-то напоминающий Сириуса, быстренько заговорил клиентку, объясняя, что за зелье он будет использовать, восхищаясь сережками и чарами на них, а также тем, как они подойдут девушке. Гермиона старалась выглядеть спокойно, но чувствовала себя натянутой струной, ожидая момента прокалывания. Волшебник все болтал, чем-то смазывал мочки ушей, потом взял в руки специальное красящее зелье и тонким стилусом наметил места. Потом отвернулся, достал из коробочки серьги, чтобы на глаз примерить, правильно ли подобрал высоту.       В это время Драко подошел ближе и сжал ее стиснутые в волнении пальцы, успокаивая. Грейнджер слабо улыбнулась ему, а потом ойкнула. Лёгкое чувство укола было неожиданным, но не болезненным. Ничего не понимая, она взглянула в зеркало и в неверии распахнула глаза, потому что в ушах уже красовался подарок Малфоя.       — Но?.. А… Что?.. — никак не могла подобрать слов гриффиндорка, дотрагиваясь до мочек и ощущая сережки кончиками пальцев. — Ого! Потрясающе! — в итоге восхитилась она.       Грейнджер была так впечатлена, что еще несколько минут благодарила мастера и делала ему комплименты, а потом, когда немного успокоилась и они вышли на улицу, неожиданно спросила:       — Ты специально меня отвлек? — вспоминая, как блондин вдруг подошел и постарался успокоить ее.       — Если бы ты продолжила наблюдать, то поняла бы, что для прокалывания ему не нужны никакие иголки, когда он начал бормотать чары, — пожал плечами парень.       — А все-таки, как здорово он все сделал. Я даже не почувствовала почти ничего, — радостно сказала Гермиона. — Что дальше по плану?       — А дальше мы аппарируем в Лондон. Время уже обеденное, кто-то сегодня слишком долго спал, а еще жаловалась, что не выспалась, — усмехнулся блондин.       Они отошли чуть в сторону и через пару секунд оказались уже в проулке около знакомого кафе.       — Мы собираемся пообедать? — догадалась Грейнджер.       — Сейчас увидишь, — загадочно ответил Драко, подводя ее к дверям.       — Это же…— мгновенно узнала посетителей девушка и с радостным писком кинулась обнимать родителей.       Через пять минут, когда все немного успокоились, Венделл обратил внимание на стоящего рядом Малфоя.       — Спасибо за эту возможность. С тех пор, как дочка поступила в эту вашу школу, мы не могли праздновать вместе.       — Всегда пожалуйста, — ответил Драко, пожимая протянутую ему руку. — Прошу меня извинить, но мне пора.       — Ты уходишь? — удивилась и немного расстроилась Гермиона.       — Мне нужно успеть сделать пару дел, пока я в городе. Встретимся здесь в половину седьмого, а пока побудь с семьей, — сказал блондин.       К концу дня гриффиндорка, уставшая, но счастливая, сидела в кафе и ждала Драко. Давно она не была с родителями на свой день рождения, уже и забыла, какового это. Они вместе пообедали, потом им вынесли заказанный заранее небольшой тортик со свечками, и за разговорами прилетел еще один час. После родители прошлись с ней по магазинам и выбрали новое платье, мама заставила посетить салон, где ее кудри были красиво уложены, и теперь девушка старательно игнорировала заинтересованные взгляды парней в свою сторону.       Краем глаза она заметила, как один из них встаёт и идёт к ней, и напряглась, но недопоклонник вдруг резко сменил направление. Гермиона выдохнула и поняла, что рядом уже кто-то стоит, испуганно оглянулась и расслабилась — это был Драко. Он прищурено посмотрел на тех, кто продолжал глазеть, и когда они отвернулись, пробежался глазами по Грейнджер.       — Прекрасно выглядишь, — сказал Малфой, смутив гриффиндорку. — Наконец наряд соответствует празднику, — усмехнулся, убирая ее стеснение. — Пойдём, а то твои небось тебя уже потеряли.       Они аппарировали, появляясь у ворот в школу. Пришлось немного пройтись, и как раз в семь перед старостами показалась дверь в их башню.       — Подожди, — произнес Драко и снял с себя свое пальто, а потом забрал себе и пальто Гермионы. — Вот теперь входи.       Он стукнул пару раз, чтобы с той стороны успели подготовиться, подождал полминуты и открыл для именинницы проход, пропуская вперёд. Зажегся свет, грянул хор голосов, кричащих поздравление, хлопнули хлопушки, засыпав пол блестками и конфетти. Грейнджер весело улыбалась, обнимаясь с гостями-однокурсниками и друзьями, благодаря всех за праздник. Драко потихоньку прошел позади, чтобы убрать их верхнюю одежду в шкаф, и проигнорировал любопытные взгляды Поттера и двух Уизли в свою сторону.       Разумеется, они заметили разницу. Гермиона уходила в своих обычных джинсах и кофточке, с хвостиком на голове, а вернулась в красивом, довольно коротком платье, подчеркивающем грудь и талию и с прической, вся сияющая и очень красивая. Уловив момент, пока всем разливали напитки, чтобы поднять первый тост, трое друзей девушки оттащили ее в уголок.       — Где вы были, что делали? — сверкая глазами, поинтересовалась Джинни.       — Первую часть дня были в Косом Переулке, а потом аппарировали в Лондон, — ответила Грейнджер.       — Вас отпустили из школы?! — изумились гриффиндорцы.       — Драко договорился с директором, — улыбнулась Гермиона. — Я все еще не могу поверить! Представляете, оказывается, он успел сговориться с моими родителями и остаток дня я провела с ними! Это был первый раз с момента поступления в школу, когда мы отмечали вместе! Это так здорово! — эмоционально рассказывала девушка.       — Ух ты! — восхищено воскликнула Уизли, заметив серьги. — Красивые какие. Ты все-таки решилась проколоть уши? Помнится, все боялась. Хотя, когда родители дарят такое, отказаться невозможно, — улыбнулась она, разглядывая украшение.       Гермиона слегка смутилась, вытянула руку и показала на новую подвеску к золотому браслету, который она носила.       — Вот это от родителей. Впервые за долгое время я сама выбирала ее. А серьги от Малфоя. Он сводил меня к волшебному мастеру, так что было почти не больно, — объяснила Грейнджер, немного понимая удивление друзей.       — А это не слишком дорого? — осторожно уточнила Джинни, знающая, что принимать подобного рода подарки от парня, пусть и друга, немного не комильфо.       — Нет, — ответил подошедший к ним Драко, который уже сменил одежду на рубашку и брюки. — Ее родители на мой день рождения подарили мне эти часы, — он указал на те магловские, которые носил с лета, — а они стоят довольно много по меркам маглов. Так что подарок равноценный.       Непонятный возглас удивления этим фактом был забыт под натиском любопытства, потому что Гермиона посмотрела на блондина, подняв брови.       — Что? Я отказываюсь считать их благодарностью за твое спасение, потому что это глупо, — фыркнул парень. — И не упомяни мистер Грейнджер про день рождения, я бы не принял подарок.       — Думаю, он это понял, — отойдя от удивления, ответила гриффиндорка, — поэтому и сказал.       В этот момент кто-то среди гостей уточнил, у всех ли есть напитки, а потом друзья Грейнджер первыми произнесли тост. Грянуло еще одно поздравление, заиграла музыка и гости праздника вернулись к тому, чем занимались - общению и отдыху. Гермиона отпила из своего бокала и скривилась, краем глаза отмечая схожую реакцию Малфоя. После его уроков и качественного алкоголя пить такое шампанское не очень хотелось.       — Что такое? — настороженно уточнил Гарри, бегая взглядом по этим двоим.       — Что еще есть из напитков? — спросил Драко, отставляя в сторону шампанское.       — Соки, сливочное пиво, кажется, кто-то огневиски пронес, — сказал Гарри и на укоризненный взгляд подруги добавил:              — Мы предупреждали, чтобы не больше одной бутылки, никому не нужны проблемы.       Блондин двинулся в сторону стола с напитками и быстро вернулся, отбирая у именинницы бокал и вручая кружку со сливочным пивом. Друзья девушки молча следили за этим, не понимая, что происходит. Гермиона отпила немного и вдруг фыркнула.       — Черт тебя дери, Малфой, ты меня испортил! Раньше я бы и не заметила разницы.       — Не вижу ничего плохого в том, что теперь ты отличаешь хороший алкоголь от… обычного, — смягчил претензию к напиткам слизеринец, не чувствуя вины. — Кстати, можешь попробовать проверить свой предел, пока вокруг все свои, — он отсалютовал ей и отошел, чтобы наложить защитные чары на шкаф с книгами и всем остальным, что убрали со столов.       — О чем речь? — спросил за всех Поттер.       — Помнишь, я говорила, что просто так он тот поход в клуб не оставит? — хихикнула Гермиона. — Вместо того, чтобы подкалывать меня, Драко учил разбираться в алкоголе. Сказал, что если бы знала состав тех коктейлей, то заметила бы различия и не позволила себя споить. Так что спустя несколько таких уроков я успела попробовать абсолютно весь приличный алкоголь и узнать его вкус, а учитывая, что дешевых у него не водилось, разницу я теперь ощущаю остро.       — Малфой учил тебя пить?! — недоверчиво и с подозрением переспросил Рон.       — Эй, все было в рамках приличий, — сразу пресекла возмущения Грейнджер. — Он следил, чтобы я не напилась, как в тот раз. И Малфой был прав, когда сказал, что в будущем мне это пригодится. Только представьте, сколько мероприятий нам придётся посетить, по работе и не только. А там не чай подают. Теперь я хотя бы разбираюсь в алкоголе и могу себя контролировать. Правда, предела своего еще не знаю. Драко сказал, что напиваться лучше в вашей компании, и сегодня я собираюсь так и сделать. Заодно и узнаю, сколько мне нужно теперь, чтобы совсем опьянеть.       — И зачем тебе знать это? — нахмурился Гарри, про себя решив, что сегодня больше пить не будет и проследит за подругой.       — Чтобы в будущем, когда я окажусь на каком-нибудь жутко скучном вечере типа того, на котором нас награждали, я знала, когда следует остановиться, — поучительно произнесла Гермиона, допивая сливочное пиво.       К удивлению Поттера, Гермиона доходила до кондиции довольно долго. В прошлый раз ей хватило пары часов и нескольких коктейлей, а теперь она планомерно повышала крепость напитков и сейчас понемногу пила огневиски, от которого раньше шарахалась в сторону. Правда, в ее стакане был не тот, который пронесли ребята, а налитый из фляжки Малфоя, который попробовав предложенное, отставил его в сторону и принёс свой, предварительно отлив себе немного.       Гарри заметил, что слизеринец периодически как-то незаметно появлялся рядом с подругой, напоминая ей перекусить или обновляя напиток. Малфой приглядывал за ней, хотя сам тоже выпил, но по нему этого было совершенно незаметно. К концу вечера Гермиона уже плохо себя контролировала, впрочем, остальные от нее не отставали, разве что Джинни не слишком налегала на алкоголь, помня о запрете парня. Драко перестал исчезать из поля зрения Гарри, теперь находясь где-то поблизости, и успевал вовремя остановить гриффиндорку, когда она уже не глядя, что пьет, пыталась понизить градус или наоборот повысить, покушаясь на появившийся откуда-то еще более крепкий виски.       Малфой, как и Поттер, тоже заметил, как пьяный Маклагген, которого никто не приглашал, но он все равно как-то оказался на вечеринке, нацелился на девушку. Он хотел ее еще в том году, но Грейнджер упорно игнорировала все знаки внимания и бегала от него. Подобравшись к ней со спины, парень, пошатываясь, протянул ладонь, желая погладить подтянутую попу старосты школы. Гарри поспешил подойти, но Малфой успел первым, перехватывая конечность и выкручивая запястье.       — Смотреть можно, а вот трогать не советую или руку сломаю, — тихо прошипел блондин, стараясь не привлекать к происходящему внимания.       Напившегося гриффиндорца это только раззадорило, и он ухватился за задницу Гермионы второй рукой, сильно сжав.       — Пипец, — успел прокомментировать Гарри, а потом подруга с разворота врезала придурку в глаз.       Маклагген упал на пол, держась за лицо, а Грейнджер, совершенно нетрезвая, покачнулась по инерции, и Драко вместе с Поттером ухватили ее за плечи с разных сторон, поставив прямо.       — Ну и зачем? Теперь рука болеть будет, — проворчал Малфой, перехватывая ее ладонь и разглядывая чуть покрасневшие костяшки.       — А что он лезет ко мне?- недовольно высказала Гермиона, пьяно глотая слоги.       Те, кто увидел удар, громко восхищались девушкой, Маклагген рядом все еще сидел на полу и что-то скулил о грубых заучках-недотрогах. Малфой обернулся и заявил, что руку он ему все же сломает, но попозже. Поттер огляделся, понимая, что пора заканчивать, пока еще что-нибудь не произошло.       — Посиди, у меня там заживляющая мазь вроде была, — произнес Драко, встал и слегка качнулся, посмотрел на Поттера. — Последи, чтобы больше не пила, хватит уже, — произнёс он и пошел в свою комнату.       Гарри заметил, что только легкая дезориентация и лихорадочный блеск глаз выдавали, что блондин прилично выпил. Он продолжал ясно мыслить и контролировать не только себя, но и Грейнджер. Подозвав свою девушку, Поттер попросил ее объявить об окончании вечера и помочь ему вернуть всех в их башню.       Через полчаса наконец гостиная старост опустела, остались только Гарри, Уизли и Лавгуд. Малфой уже обработал руку Гермионы и помог довести ее до кровати, чтобы Джинни смогла уложить подругу. Он со второго раза призвал из общего ящика на столе пузырёк с отрезвляющим зельем и оставил его на тумбе вместе со стаканом воды, потом вызвался проводить Луну до ее гостиной, чтобы гриффиндорцы не ходили по всему замку туда-сюда.       Уже лёжа у себя в комнате, Поттер размышлял над тем, как сильно изменился слизеринец. Интересно, что послужило причиной? И почему он так заботится о Гермионе? Он вспомнил день своего рождения и то, как хорошо ее родители относились к Малфою. А потом тот день, когда блондин забирал подругу. Насколько Драко сблизился с семьей Грейнджер, раз с лёгкостью договаривается о встрече? И часы он не снимает. А сама Гермиона тоже слишком легко сдружилась с ним, доверяет ему, следует его советам. Они, конечно, идут ей только на пользу, но странно ведь? Что-то их взаимоотношения все меньше походят на дружбу.