Нас никогда не было

Можно ли любить двоих людей одновременно? Не первый раз этот вопрос блуждает по темным коридорам темно-русой головы, но каждый раз как первый. Все так же жжет в груди и страшно, невероятно страшно. Алиса стоит в кухне своей ставшей родной квартиры и старается не смотреть на эти стены. Сигарета с мятной кнопкой медленно тлеет в пальцах, разнося приятный запах свежего табака, а девушка силится вернуться в комнату вот уже вторую сигарету. Казалось бы, все, что могло случиться плохого уже случилось и можно выдохнуть, но куда выдыхать? В недалекое светлое? Она забыла о такой роскоши как даже думать о нем. Любить их обоих порознь сложно, ушло много времени и внутренних скитаний, чтобы в принципе принять эти чувства, но оказалось любить их когда они рядом, вот так открыто, еще сложнее. Прошла неделя с их триумфального объединения и Алиса вот уже два дня должна находится на реабилитации, но все оттягивала и оттягивала этот шаг. Почему-то, ей казалось, что перешагни она этот порог в нормальную жизнь все развалится. Привыкшая каждый день бороться, она просто не знала как вернуться к спокойному течению. Мысли рвали на части, достаточна ли она сильна, чтобы быть с ними как все нормальные люди находятся рядом со своей любовью. Алиса съежилась от слов «нормальные люди» в своей голове. Она никогда не была нормальной, да и поводов стать такой не было, только дальше уходить от этих стандартов. Эти двое мужчин едва ли когда нибудь тоже были нормальными. Психика человека хоть и сложно устроена, не все явления в ней до конца изучены, но направлена лишь на одно, сохранить комфорт. Она владеет всеми эмоциями, чувствами, памятью, которую не щадит, ставит тысячи замков на травмирующие события или вовсе стирает неугодные воспоминания подчистую. Часто несчастная, не взаимная, больная любовь ломает, меняет, калечит, но в итоге люди способны это пережить, способны отказаться и переболеть лишь бы сохранить рассудок, но никто из этой троицы не такой. Алиса возводила в голове психологические портреты обоих, но прямых, душевных историй из прошлого между ними почти не случалось. Все, что у нее было это повадки, черты характера, вырванные фразы и та сущность, что от них осталась. Антон не производил впечатление человека с искажением внутреннего Я, но что-то было в его жизни заставляющее не жалея себя нырять в смуту. Красивый, успешный, умный, молодой, он имел здравую самооценку и по идеи не стал бы цепляться изначально за юную особу с по-настоящему жутким бэкграундом. Конечно, он абсолютно точно насмотрелся на более худшие, дикие примеры, но одно дело видеть, а другое дело влюбляться в человека из этой ямы. Эта идея не имела никакого здравого смысла, но почему-то не зависимый от наркотиков, здоровый мужчина выбрал ничем не приметную молодую наркоманку. Любовь зла, но не настолько же. Арсений же таил в себе глубокую травму и для того чтобы понять это, Алисе не нужно было лезть глубоко в душу. Он нуждался в Алисе как в воздухе, его весы всегда кренились в ее сторону, снова и снова вопреки чертовому здравому смыслу. Видимо, прожитый опыт был настолько трудный, что выбор такой стратегии был не самым плохим вариантом. Алиса же вся соткана из собственноручно выращенных демонов. Горе от ума сожрало чистую девичью душу рождая на выходе нечто похожее на фарш. Пока все девушки ее возраста мечтают о карьере, найти того самого единственного на всю жизнь и смотреть как растут их дети, Алиса на почве наркомании дошла до инструмента шантажа, передозировки и в итоге секса втроем с мужчинами старшее ее больше чем в два раза в сумме на обоих. Дико, что во всем этом фигурировало слово любовь, потому что со стороны это больше похоже на болото. Но для нее это весь ее мир в котором пространство наполнено сотнями зудящих вопросов. Сможет ли она дарить эту любовь в достаточном количестве так, чтобы оба чувствовали ее на равных? Как не перетягивать одеяло, как не обижать, как не выставить никто третьим лишним? Откуда взять на это силы, ведь отношения это всегда работа, какими бы легкими они не были. Как набрался энергии, если она не нашла в себе сил объясниться даже с Макаром? Попросить прощения, рассказать о случившемся, сказать спасибо за сделанное и пообещать и ему тоже, что она будет рядом. Как бы четко она не умела расставлять факты и аргументы на свои места, как бы не имела несколько взглядов на одну ситуацию, внутри она запугана, сломлена и противоречива. Реабилитация будет долгой, она знала это и без обследования, что только предстоит в клинике, но какой бы жвачкой не тянулись будущие недели, они закончатся и придется жить по-новому. Наверно, ей стоит избавляться от чувства должницы, наверно, оно деструктивно, но это единственное, что ее, как ни странно, устраивало. То, на что пошли Антон и Арсений ради нее, ее вечный долг перед ними, а она просто стоит, приговаривая к смерти третью сигарету и не может закончить складывать несколько вещей для больницы. Она нашла за что зацепиться внутри, ей нужен был якорь по привычке и это даст стимул на какое-то время. Может душевное лечение, психотерапия, восстановление функций организма, да хоть настойка подорожника, прибавят сил пожить еще немного, ради их обоих? Благодаря Антону, Алиса могла провести ночь перед госпитализацией среди своих вещей, привычной обстановки и в относительном спокойствии. Никто не знал, как вести себя правильно, может ли один из них приезжать к ней без другого, может ли она сама проводить время только с одним, все действовали с осторожностью сапера, боясь перерезать не тот провод, поэтому лишний раз не создавали спорные случаи. Всем нужно время. Антон действительно остыл после отъезда Алисы с Арсением к ее родителям, а Алиса и Арсений были скромны наедине. Антон никак не отреагировал на новость о том, что они официальная пара в глазах родителей девушки, правда дома стало на на десяток меньше посуды, зато лицо Арсение цело, прогресс. Что ж, ночка обещает быть бессонной перед большим шагом в жизнь, близкую к норме. Будильник был отключен за ненадобностью. Алиса не смогла провалиться в полноценный сон, поэтому когда в полудреме первый луч солнца коснулся светлого паркета через неплотно запахнутый шторы, девушка решила встретить рассвет вместо лежания в постеле еще несколько часов. Откладывать дальше некуда, через пару часов во дворе под ее окнами появятся две хорошо знакомые машины и обе тронутся вместе с ней загород в живописное местечко с лесом и озером, где в радиусе пяти километров не будет ни одной живой души. Алиса столько раз убегала от реабилитационных центров, но не в этот раз, сейчас она делает это не ради себя, как бы это жутко не звучало она до сих пор не чувствует ценность своей жизни, держится только на этих голубых и хвойных глазах. В домофон позвонили - значит пора. Антон вошел один с немного печальной улыбкой на пухлых губах и с оттенком тоски в глазах. Слов не было ни у кого их заменил нежный, ласковый поцелуй со вкусом надежды на лучшее. Антон притягивал и обнимал Алису пытаясь всем телом показать свою близость и ответ не заставлял себя ждать. Алиса гладила большим пальцем двухдневную щетину запуская свободную ладонь в мягкие, непослушные кудри. Антон бы зациклил этот момент навсегда, если бы его любимая не растворялась с каждой секундой. - Готова? - Смотря, что называть готовностью. - напряженно улыбнулась девушка. - Вещи собраны, я кажется, тоже. - Алис, это необходимо ты же понимаешь? Я никогда бы не заставлял тебя делать что-то не по твоей воле, что-то против тебя, но ситуация критическая. - прозвучало как-то слишком виновато. - Все верно, Антон, ты прав и я не чувствую давления на себя, просто…сложно. Сложно снова выпадать из тонкой, но какой никакой стабильности за последние полгода. - Эй, - два пальца в массивных кольцах приподняли острый подбородок. - все будет в порядке. Сколько бы это не заняло времени, ты вернешься ко мне…к нам, здоровой и полной жизни. Это самое главное. Дальше как всегда, что нибудь придумаем. Я люблю тебя. - Бесконечно. - одно слово как самое громкое «я люблю тебя» - Нам пора. Арсений там тоже нервничает. - нехотя признал Антон. Арсений выбросил окурок когда из подъезда показались двое. Слов не нашлось и у Арсения, вместо этого крепкие объятия как на прощание перед длительной разлукой. Алиса вдохнула поглубже запах исходящий от шеи Арсения и блаженно прикрыла глаза пока сам Арсений прятал свои от пристального взгляда Антона. - Волнуешься? - тихо шепнули на ухо. - Теперь нет. - теперь Алиса действительно спокойна. - Садись в машину. Антон не возражал, хоть и одарил Арсения недовольным взглядом, Арсению бы взять на заметку, что стоит оставлять Антону больше пространства, но что-то внутри все еще не давало ему довериться полностью, хотя если объективно, он сам становился проблемой чаще чем Антон. На самом деле, просто каждый боялся, что в один момент Алиса то ли протрезветь, то ли поймёт весь сюр и оставит одного из них за скобками, странно, но сама Алиса предпочла бы сама выйти за скобки, чем вычеркнуть кого нибудь. Машины тронулись с мест под мелодичное мурчание мощных моторов в утренней тишине сонных улиц. - Арсений, у меня есть просьба. - Мне уже напрягаться? Фото не покажу! - вряд ли Алиса об этом, но отшучивание стало способом борьбы со стрессом. - Будь мудрее с Антоном. - Куда уж больше? Он вроде и сам держится. - А ты? Обтяжку руля не порть. - Алиса заметила, что как только прозвучал чужое мужское имя, пальцы Арсения сомкнулись на руле плотнее. - Он держится и это подозрительно не похоже на него, ты знаешь, Антон синоним слова взрыв, он не умеет удерживать эмоции и вот вот лопнет, а я не хочу чтобы ты попал под горячую руку. Его все это беспокоит и нервирует начиная с того, что мы пара для моих родителей заканчивая тем, что я еду в машине с тобой. Не провоцируй его. - Я? - смутился мужчина. - Ты можешь так тонко построить фразу, что подстегнешь такие недры, которые нам и не нужно видеть, даже глазом не моргнешь. Собственно, тебя поэтому и побаиваются в работе, только пожалуйста, не нужно так с Антоном. - Алиса права, манипуляции, давление на болевые точки Арсений исполнял профессионально и что греха таить, делал это и с Антоном, вымещая свою агрессию. - Ты словно даешь установки как жить без тебя, мне это не нравится, не клони к этом снова. - Нет, я лишь хочу, чтобы вы оба встретили меня после. - Алиса переплела их пальцы, оставляя на его тыльной стороне ладони коротки поцелуй. - Тогда и у меня есть просьба. - Интересно. - Ты должна сделать это для себя. - Что? - Алиса все уже поняла, у них была особая связь. - Вылечится ради себя, не ради нас, только для себя. Какие твои годы, Алиса. У тебя впереди только начало. - Даже не начинай о возрасте. Не думай, что я в старости от тебя отстану. - У меня седой волос… - Арсений! - Ладно, ладно, я шучу. Не отставай от меня ни сейчас, ни в старости. До конца. - в голосе слишком много горести и надежды, ведь никогда не знаешь, когда наступит конец. - Сегодня. - ласковое поглаживание. - Завтра. - нежный взгляд. - Навсегда. - нежный поцелуй в шею, вот такая любовь в потоке машин на красном светофоре. - Это точно Рехаб? Алиса была удивлена местом их назначения. Все это походило больше на чью-то загородную резиденцию. Посреди леса раскинулось двухэтажное здание ничем не напоминающее больничное учреждение, тем более наркологического профиля, минимум люкс санаторий. Большая территория была огорожена высоким, кованым, чёрным забором с воротами и охраной. Выйдя из машины Алиса огляделась и увидела множество прогулочных тропинок с лавочками и роскошными клумбами кустовых роз. Из дверей вышел высокий мужчина, лет сорока пяти в белом халате, тогда то все и стало на свои места - это точно не курорт. - Антон, - сухое рукопожатие. - Арсений. - снова рукопожатие. - Рад вас видеть. - Здравствуйте, меня зовут Дмитрий Александрович, я ваш лечащий врач. - обратится доктор к Алисе. - Здравствуйте. - бесцветно ответила девушка. - Дмитрий, я надеюсь все готово как мы договорились? - спросил Антон. - Ну разумеется. Я все покажу Алисе Алексеевне перед началом обследования. - Хотите сказать нам дальше нельзя? - встрял Арсений. - Нет, Арсений, к сожалению, правила безопасности. Перед госпитализацией пациенты проходят досмотр. - Эй, полегче со словами. Мы вроде не на таможне. - закипал Арсений. - Все в порядке. Это стандартная процедура. - Алиса сжала ладонь с одной печаткой. - Я могу пронести наркотики и другие запрещенные вещи. - Не говори глупости, ничего у тебя нет. - Антон, врач не может поверить на слово. - Дмитрий невозмутимо наблюдал за небольшой перепалкой, выпадами в свою сторону и на сдерживающую силу двух мужчин. Да, психотерапия будет интересной. - Алиса Алексеевна права. Вы можете попрощаться здесь до следующего посещения. Доктор тактично отошел на расстояние и дал время сказать все, что еще не сказано. Алиса подошла к Антону и прижалась к его вздымающийся груди. - Ты же вернешься? - Конечно вернусь, Тош. Соскучиться не успеешь. - Я уже скучаю. - Алиса оставила целомудренный поцелуй на щеке и отстранилась. Сильные руки сжались на тонкой талии, пока Арсений зарылся носом в ароматные волны. - Ты обещал, помнишь? - Взамен на твое обещание, Лисенок. - ухмыльнулся Арсений. - Я постараюсь приехать завтра. - Не нужно насиловать себя нагрузкой на работе, приезжай как сможешь. Принцесса из башни никуда не денется. - заулыбалась Алиса. - Скинешь мне косу? - шутил Арсений. - Уж лучше простыни, а сейчас я кланяюсь, меня ждёт дракон. Алиса подкинула рюкзак на плече и подошла к ждущему врачу стараясь не оборачиваться, чтобы не показать им застывшие слезы в глазах. Теперь уже подопечная, она двинулась за своим лечащим врачом. - Не стоит так расстраиваться, вы скоро увидитесь, если постараетесь. - Не в этом мои сомнения. - Алиса не была любезна с врачом. - Странная у вас мотивация. Граничит с дешевой манипуляцией. Алиса перестала был нежным цветочком когда рядом с ней не оказалось Антона и Арсения. Выпустила шипы и проверяла почву, психиатр с опытом стал делать заметки на полях еще с первого взгляда и они обещали быть интересными. Длинные коридоры не были лишены звуков. В целом обычный бытовой шум, все же здесь жили люди, хоть и временно, хоть и по сути в общежитии, но в крайне богатом общежитие. Из глубин коридора послышался душераздирающий крик. Мужской, басистый, сорванный крик. Алиса подтянула плечи к шее от скрюченных мышц под толстовкой. Этот визг был до боли знаком и триггером вернул Алису в свою ломку, сейчас ей было также больно как и неизвестному мужчине. Девушка уже готовилась к знакомству с соседкой по комнате и молилась лишь бы она была не в ломке, иначе она сама это не выдержит, но врач открыл перед ней дверь в комнату на одного. - Входите, смелее. - кивал врач. Комната достаточно просторная, уютная, почти домашняя если бы не противный запах укропа, хотя и он стал для Алисы привычным, к сожалению. Кровать одна, тумбочка и шкаф одни, своя душевая, как в приличном отеле с номером на одного. - Почему комната одноместная? - Антон Андреевич объяснился довольно точно. Алиса, вы здесь на других условиях. - Досмотр вещей и изъятие телефона будет здесь? - Телефон останется у вас, досмотра не будет. - Я не в санаторий приехала, какого черта происходит? - злилась девушка. - Вот поэтому у вас и не будет досмотра. Я верю вам, что вы не прихватили грамм другой, а вы попробуйте поверить мне, что я не манипулирую. - Манипулируете. Прямо сейчас. Доверие это не обмен. - Придется попробовать так. - утвердил врач. - Располагайтесь, через несколько минут придет медсестра из процедурного кабинета. - И что же, коллективного выздоровления не будет? Соседки с тяжелой судьбой? Круга условно анонимных наркоманов? - К вам нужен совершенно другой подход. Ну раз уж вы хотите, можете после индивидуальных сессий со мной сходить на групповую терапию.

***

Владелец реабилитационного центра захлопнул последнюю на сегодня историю болезни и до цветных пятен перед глазами зажмурил веки. Дверь отворилась после глухих стуков не дожидаясь реакции врача и вошедший удивил не только нетерпеливостью, но и внезапностью. - Антон, ты мой номер потерял? - Не обессудь док, разговор не телефонный. - мужчина явно нервничал. - Садись тогда. Я так понимаю, ты по делу? - Да, пациента тебе нашел. - Неужели кто-то из ваших подсел? Арс бы не стал возиться с такими. - Я серьёзно. Это девушка. - бегающие глаза, поджатые губы, влажные ладони - это лишь часть признаков настоящей паники. - Интересно, отсюда поподробнее. - Двадцать два года. Зависима меньше года, была попытка слезть, но закончилась срывов совсем недавно. Вообще то это не все. Ситуация сложная, она сильно похудела, не ест от слова совсем…- Антон запнулся сжимая кулаки. - Это твоя девушка? - Блять…спроси, что полегче. Короче, мне нужно, чтобы она вернулась к жизни. - А она хочет? - Она не против. - Антон, вопрос был не такой. - Док, я тебя прошу, возьми ее под свою опеку. Отдельная палата, телефон в доступе, иначе я с ума сойду, обследование, лечение, все, что угодно. Деньги не проблема, все расходы покрою. - Я не могу ничего обещать, ты же знаешь, кто такие наркоманы. - Умеешь ты успокоить, психиатр блин. - Нечего тебя успокаивать. Предупреждал однажды, что ничем хорошим это не закончится. - Когда однажды покупал у меня дурь? - Ладно. Организую все, вези принцессу. - Эта принцесса не так слаба как тебе могло показаться, что может выдать сам не знаю. Бедное печень даже опиздюлилось, с людьми она церемониться тоже не будет. - вспоминал Антон как Алиса кусалась и с ним, и с Арсением, и с Макаром и с шайкой лейкой Чебаткова. - Утихомирим. - Если что, пожалуйста, звони сразу мне, в любое время. - Договорились.

***

- Марина, зайдите в шестую вип, пациентка Алиса Алексеевна. Возьмите все стандартные анализы и снимите ЭКГ и ЭХОКГ. - девушка молчала, но вопросов куча. В этой палате лежали обычно очень важные детки, причем повторно, а такого имени не было ни разу. - Будет сделано. - Все анализы с пометкой срочные, должны быть готовы сегодня к вечеру. - Сейчас же начну. Алиса смиренно сдала свою вену на растерзание, а на заявление о обследовании сердца незаметно закатила глаза, медсестра же не причем. Девушка и рада бы не вести себя так нагло и хамски, но нервов не осталось никаких. Нахождение здесь уже касалось адом, несмотря на то, что стрелка часов сдвинулась только на три больших деления. Психоз на подходе. Хотелось кидаться на все, что движется, от желания тишины, дома и любимых мужчин рядом, а мозгоправства не хотелось. Читать ее как открытую книгу позволялось только двоим и никто здесь не входил в этот список. - Как закончите с обследованием сердца на первом этаже будет обед, можете спуститься. - Что значит можете? Правила для всех. - Алису невероятно бесили попытки всех выделить ее из толпы. - Обычно пациенты из вип палат не выполняют распорядок. - Поэтому и возвращаются. - медсестра ничего не ответила и с каменным лицом покинула процедурный кабинет с пробирками в руках. Специалист по ультразвуковым исследованиям исследовал сердце Алисы молча, а ей не нужно было даже смотреть на монитор. Девушка сухо поблагодарила врача за выполненную работу и через силу спустилась в обеденную зону. Народу прилично. Потерянные души слонялись от стола к столу с пустыми глазами. Больше Алиса не хотела никого рассматривать, слишком тошно. Теперь Алиса рассматривала тарелку с едой и заговаривала себя от рвоты, пока рядом на стул не упало чье-то тело. - Новенькая? - какой-то незнакомый голос со знакомым охрипшим басом прозвучал над ухом. - Ты после передоза что-ли молчишь? - Алиса закрыла глаза и повернула их в обратную сторону, вот только знакомств ей не хватало. - Плохо совсем? - Да ты можешь заткнуться хоть на секунду, пока меня не вырвало тебе на колени. - коротко стриженный парень, за малым старше самой Алисы, замолчал тут же выпучив ошарашенные глаза на девушку. - Да ты буйная что-ли? - А ты очень бодрый после утренней ломки. Все? Обменялись фактами? - Забавная ты. Тебя родители сюда запрягали? - Ага, папочки…- остался где-то под носом у Алисы этот сарказм, этот незнакомец нарывался на тонну скопившейся злости в этом нестабильном теле. - Меня отец засунул, а то как же пятнать честь полковника МВД. - Я не спрашивала. - Я знаю. - Да к черту… Алиса встала из-за стола так и не притронувшись к еде. Свернувшись клубочком на чужой постели, дико хотелось плакать. Перепады настроения выматывали. Алису кидало от острого чувства агрессии, необоснованной злости и гнева до тянущей печали, тоски и бессилия перед самой собой. Хотелось уткнуться в родную грудь, почувствовать на спине горячие руки и биение двух сердец, а не вот это вот все.

***

Дмитрий Александрович снова задержался на работе, чтобы изучить результаты обследования новой пациентки. В горле пересохло, но хотелось не воды, а хотя бы виски. Опасения подтвердились, а рука схватилась за телефон. - Антон, не отвлекаю? - Док, что случилось?! - Антону бы тоже следовало пройти курс медикаментов. - Разглядываю анализы твоей драгоценной. - Блять, ну не тяни пожалуйста. - Лечение требуется срочно и дольше чем я предполагал. У нее нет ни одного показателя в пределах нормы. - Ну так на кой хер придумали витамины?! Лекарства, не знаю, процедуры? - Антон, успокойся, а то и тебе лечение выпишу. Она за этим и легла, значит будет получать все лекарства. - Это не все? - с опаской спросил Антон. - Нет. Она в полном отрицании. От меня вилами отмахивалась, медсестре нахамила, наорала на обеде на другого пациента… - Я не понимаю…она никогда себя так не вела. - Ты совсем другое. Ты то, ради чего она здесь, ну и не только ты…- док начал кое о чем догадываться. - Но ты же не думал, что ей так просто это дается? Там внутри такой клубок, что мне страшно его распутывать, но с этим я как нибудь разберусь, она освоится. Антон, у нас есть непредвиденные обстоятельства. - Какие? - У нее кардиомиопатия. - Да блять, что это? - Ее сердце истощено. - сердце Антона разошлось по швам. - Она никогда не жаловалась на сердце. - Уверен, что она никогда ни о чем тебе не жаловалась. - и правда, Алиса никогда не позволяла себе плакаться о своих чувствах. - Это стабилизируется, если лечить, а о таком речи не было. Нужен кардиолог и ее согласие на терапию. Я ей еще не говорил, но чувствую, что на вилы меня все таки могут насадить. - Вызывай своего лучше кардиолога. Я…ее согласие будет. - Антон, она может застрять здесь до осени… - Да хоть до зимы, только сделай что-нибудь! Пожалуйста. - Хорошо. - звонок сброшен. Опытному доктору хватило ее мертвенно синих губ и одышки после подъема на второй этаж, чтобы заподозрить болезни сердца. Теперь пора донести это пациенту. Врач деликатно постучал в деревянную дверь палаты. Слабое «да» позволило войти в тускло освещенную комнату. Алиса лежала не шевелясь, подтянув колени к груди, лицом к двери. - Что, доктор, пришли сказать сколько осталось биться моему сердцу? - искренняя печальная улыбка тронула ее синие губы.