Нас никогда не было

Случилось то, чего и следовало ожидать. Антон - разбитый, сидящий в одиночестве, объятый обидой и с железной гирей вины на шее. Алиса - бежавшая по ступеням этажей с пеленой перед глазами и в кандалах безысходности. Видел бы Арсений, что с ними стало удавился бы. В пустой голове звон, в груди тесно, а в легких не хватает воздуха для крика. Антон не знал, что именно чувствовал. Не ведал, что сделал и чем это обернется, словно он только что проснулся и недосчитался жизненно важных органов. Ощущений так много, что определить ведущее невозможно. Можно ли назвать вскрывшиеся обстоятельства предательством? Едва ли, но мужчина ощущал как его вычеркнули, как его общество стало ненужным. Это письмо ткнуло его лицом в тот факт, что с ним Алиса не останется ни при каких условиях. Она не рассматривала этот шанс на жизнь вдвоем настолько, что даже не оповестила Антона, не посоветовалась, а решила все только за себя. По крайней мере Антону так показалось в первые минуты после прочтения и мужчина счел это чувство верным. Ведомому этой смертельной обидой Антону захотелось заявить о себе, обратить внимание, но вышло, что он выставил Алису манипулятором, а себя просто инструментом для достижения цели в ее руках. Так ли это? Да кто ж теперь ответит. Сейчас, мужчина сам отнял у себя возможность послушать мотивы, чужие мысли и ощущения. Антон поддался эмоциям и только когда выставил Алису врагом, обвинил, вынудил ее уйти, понял, что не так велика была трагедия по сравнению с тем, что он ощутил оказавшись один. Все еще можно было исправить, а теперь у ног разбитое корыто, отсутствие призрачного будущего, горячие слезы на щеках и горячие струйки крови от сбитых о стену костяшек. Шлепая черными, массивными кроссовками Алиса бежала сама не зная куда. Ноги сами несли к ближайшему фонарному столбу пока девушка боролась с одышкой не соизмеримой этой небольшой физической нагрузке. Ветер развивал подол незастегнутой куртки и морозил открытую кожу, но ей по прежнему жарко. Сердце стучало уже не в груди, а в ушах, закладывая их шумом ультразвука, уже не понятно это перед глазами темнеет из-за состояния или местность до которой добежала девушка не освещаться совсем. Окончательно выдохшись Алиса остановилась и схватилась за бок в котором кололо. Надрывный кашель мог разбудить пол района, но контролировать его или заглушить девушка даже не пыталась. Вместе с порывом ветра по лицу ударили холодные капли и потерявшись в пространстве Алиса не могла понять, это слезы, а может быть пот градом? Подняв слезившиеся глаза со сбитым фокусом зрения в небо, крупные капли дождя словно испарялись после контакта с разгоряченной кожей. Упав на лавочку автобусной остановки Алиса спрятала посиневшие пальцы в карманы куртки и выдохнула что есть сил. Густой пар затерялся в усилившемся дожде и Алиса захотела потеряться так же с грустью понимая, что уже потерялась. Когда девушка впервые прочла письмо сразу же поняла, что роет себе яму молниеносно решая никогда не говорить о нем Антону. Порочный круг принятых за других решений начал Арсений и со злости Алиса не стала уступать любимому втягивая в этот вихрь и Антона. Девочка моя, я часто смотрел как ты мудро лавируешь между жизненными обстоятельствами, думаешь на несколько шагов вперед и находишь выход даже в тупиковых ситуациях спасая всех вокруг. Часто спрашивал твоего совета и пытался предложить как бы поступила ты, оказалось в мои почти сорок лет я был способен учиться и я счастлив, что моим учителем была ты, моя удивительная Алиса. Пришло время послушать меня. Я надеялся, что этот день никогда не настанет, но увы, я вынужден просить тебя бежать. Через два дня у твоего дома вас с Антоном будет ждать Руслан. У него на руках ваши документы, билеты и план как добраться до дома в Сицилии. До твоего дома. До вашего дома, родная. Так будет не только лучше, это необходимо для вас обоих. Антон тот, кто нужен тебе, а ему очень нужна ты, рядом с тобой он горы свернет, я знаю это. Я не знаю свой исход, но ваш должен быть счастливым. И умоляю, родная, как бы не было тяжело возвращайся к жизни, это должно было произойти, наверное такой должен был быть конец. Я люблю тебя и искренне надеюсь, что ты забудешь меня. Пронзительный крик и три дня молчания. В тот момент Алиса почувствовала только голубого опустошение и такое одиночество, словно от нее отвернулся Бог. Дело совсем не в Антоне, совсем не в том, что она не хочет быть с ним, дело в человеческой совести и той злости, что пробудило письмо. Весь первобытный гнев превратил милую девушку в организм протеста. Алиса так много раз наступала на горло собственному счастью, бежала от того, что ей необходимо, что сейчас, когда весь мир стал против она не собиралась мириться. Каждый день маска, маска приемлемости, будто жизнь идет дальше. С ней Алиса целует Антона, старается действовать мягко, общается с людьми, учиться и работает, скрывая желание идти по головам, скручивать шеи и мстить. Пальцы спрятанные под теплым слоем куртки начали покалывать отмерзая и смогли почувствовать содержимое карманов. Внутри оказался так и не выложенный телефон и небольшой ключ, грани которого Алиса узнавала в слепую. Хочу потихоньку передать тебе все ключи от всего моего. Отозвалось в пустой голове и больном сердце. Алиса зажмурилась, сгорбилась и проглотила соленый ком в горле. Надоедливый звук падающих на землю капель дождя из прохудившейся крыши остановки заставил девушку встать и выйти из хлипкого убежища. Дрожащими руками Алиса пыталась попасть по нужным местам на мокром экране телефона, чтобы вызвать такси. Странно, а может и нет, что даже когда Арсений не рядом, он все равно помогает увидеть свет и хотя бы кратковременную цель. Из-за низкого спроса в ночное время машина такси не заставила долго себя ждать и рассекая лужи двинулась по заданному маршруту. В машине до одури душно, а на улице было слишком холодно. Девушку мотало из крайности в крайность как машину на поворотах мокрой дороги. Казалось, комфортным было бы снять с себя скальп, но успокаивая себя засматривавшись на раздробившиеся лучи света фонарей в множестве капель на стекле Алиса смиренно ждала, когда увидит знакомое здание. «Тень» светилась неоновым прожектором привлекая внимание в этой темной тишине. Вся жизнь побег отсюда, но все пройденные дороги сводятся в одну точку. Черт, и закурить бы, да нечего. На дворе середина недели, поэтому помещение пустует за исключением охранника, а Алисе некуда идти, да и не хочется. Все до боли знакомое, но такое иное после случившегося, девушка смотрит на железную дверь и ждёт, что оттуда выйдет Арсений, но на деле просто промокает под усиливающимся дождем. Глухие удары через десяток привлекли живую душу по ту сторону и дверь с размахом отворилась. - Алиса Алексеевна? - переспросил очевидное охранник. - Доброй ночи, Николай. - Проходите, что же вы мерзнете. Спохватился мужчина услышав в голосе дрожание. Охранник был пожалуй одним из большой компании сотрудников, что лично знаком с Алисой. Им пришлось познакомиться, потому что именно она уговорила Арсения не увольнять его за небольшой проступок и поддержала Николая. Девушка переступила порог, оставляя на полу мокрые следы. Охранник удивлен появлением Алисы в принципе, да еще и в такое время и судя по ее состоянию, девушке очень плохо. Волосы мокрые как после душа, сильно кудрявые из-за высокой влажности и с челки ручьями течет дождевая вода на ее обветренное и красное лицо. Скомканная улыбка выглядит доброжелательно, но глаза не улыбаются. Глаза абсолютно пустые. - Я принесу вам плед, присядьте пока. - мужчина кивнул на свое кресло у мониторов и уже хотел отправиться к шкафу за теплым, сухим одеялом. - Не нужно, мне не так холодно, как это выглядит. - У вас… - замялся Николай. Это вообще выглядело комично. Мужчина походил на боксера переростка так, что Алиса рядом с ним смотрелась просто Дюймовочкой, но несмотря на такое физическое превосходство внутри Николай был вежливым и даже застенчивым. Подходят ли такие качества охраннику - не понятно, хотя со своей работой вышибалой он справлялся отлично, но такие качества совершенно точно подходят хорошему человеку. - все в порядке? Можете не отвечать, просто ваше появление неожиданно. - Ноги сами привели меня сюда. - с грустью ответила девушка. - Хотите я позвоню Антону Андреевичу? Он заберёт вас. - Не беспокойтесь так, я побуду здесь немного, в кабинете… в кабинете Арсения. - Да, конечно. - кивнул Николай. - Может горячего чаю? - Не думаю, что мне поможет… - смотря в угол комнаты отрешенно ответила Алиса и замолчала. Николаю было так неловко, что он чувствует состояние девушки, но не может помочь. - Алиса, - присев рядом начал охранник. - извините, что не по отчеству, я просто хочу сказать, что… вы очень хорошая. Не подумайте! - одернул сам себя Николай. - Я видел здесь много девушек, но настоящих едва ли. Если бы у меня было кольцо Соломона я бы отдал его вам. Знаете, что написано на нем? - Все пройдёт. - И даже когда… - И это пройдёт. - оборвав Николая произнесла девушка вспоминая, что было написано на оборотной стороне кольца. - Ничего не вечно. Это грустно, но если вспомнить, что и тяжелые моменты не вечны то и с этим можно жить. - кротко улыбнулся Николай. - Спасибо. Скопировав такую же улыбку как напротив ответила Алиса. Скинув с плеч мокрую куртку и оставив ее на вешалке, девушка прихватила из кармана ключ и кивнув охраннику, обозначая свой уход, почти покинула его кабинет как вдруг одна мысль заставила ее остановиться. - Николай, вы можете отойти от рабочего места если вам нужно, я все равно буду здесь. - вроде просто вежливость, но на самом деле немая просьба. - Спасибо, у меня как раз закончились сигареты, а до ближайшего круглосуточного магазина идти не близко, так что… - Николай уже встал и засобирался на выход. - И Николай, чтобы вы не услышали, не входите в кабинет. Пожалуйста. - Конечно, Алиса Алексеевна. - с пониманием согласился мужчина и потянулся за своей курткой. Пользоваться этим ключом странно, входить в давно опустевший кабинет сродни удару молотком по голове. Воздух успел застояться, потому что даже Антон с Макаром не заходили сюда с момента ареста хозяина. Алиса по стенке дошла до рабочего стола и включила настольную лампу мягкого, желтого свечения. Вокруг нет даже малейшего беспорядка, Арсений слишком заботился о комфорте своего рабочего помещения. Алиса бесцельно пошла медленно обходить каждый метр кабинета. Перед столом возникли образы двух людей стоящих на коленях. Девушка цепляет затяжки на черных колготках, а мужчина с одышкой целует все до чего дотягивается. Они счастливы и до безумия влюблены. Алиса тряхнула головой и раскинула руками в воздухе, чтобы эта проекция исчезла. Широкий диван помнит тех людей, вес их припечатанных друг к другу тел, а стены помнят признания в любви и стоны. Алиса провела рукой по кожаной обивке и поджала дрожащие губы. Неужели это было? Неужели это были они? Хочется плакать и выть, но почему-то не выходит. Алиса хорошо помнит собственный крик схожий с похоронным, поэтому запрещает себе оплакивать Арсения таким способом. Высокий шкаф со стеклянными дверцами хранил мелочевку, книги, статуэтки и коллекцию выдержанного алкоголя. Дотянувшись до первого хрустального бокала, Алиса со звоном выудила за ним единственную, открытую бутылку виски, наверное, он нравился мужчине. Сев в огромное, не по размеру ей кресло, девушка с печальной ухмылкой застала себя наливающей алкоголь в бокал и усмехнулась до чего же она докатилась. Первый глоток обжег не привыкшую слизистую, но не заставил поморщить. В ожидании наступления физического расслабления Алиса заправила влажные, мешающиеся локоны за ухо и откинулась на спинку кресла. Жар от обветрившейся кожи сменился приятным покалыванием и незамедлительно девушка сделала еще один глоток. От незнания чем занять руки Алиса начала невесомо трогать все, что было на столе. Цветные папки, дорогой паркер в шкатулке, записки о чем-то важном по работе и пустая, маленькая рамка для фото. Алиса словно почувствовала какую фотографию должна украшать эта рамка и в ее поисках девушка выдвинула первый ящик стола и замерла. Роскошное, огнестрельное оружие смотрело на нее со дна ящика. Обычно, такие вещи хранятся как максимум в сейфе, как минимум в ящике на замке, но что Арсений, что Антон в большинстве случаев имели оружие при себе или в быстро доступном месте. Как завороженная, Алиса взялась за рукоять и вынула пистолет на свет. Glock 18 прекрасная модификация предшественнику, его темп стрельбы поражает воображение и все необходимые цели. Отпивая янтарную жидкость из бокала, девушка гладила приятный металл выгоняя из головы все мысли. Через секунды холоднокровный убийца смотрел дулом прямо между красных, с чуть потекшей тушью глаз. На мгновение Алиса даже задумалась, какого это, нажать на курок держа пистолет прямо так? Этот вид самоубийства девушка никогда не рассматривала и сейчас уже не успеет, потому что дверная ручка медленно опустилась вниз. Наверное, Николай забеспокоился, девушка прислушалась и уже собиралась пойти открывать дверь как вдруг в замочной скважине закопошилась отмычка. Это не Николай. Алисе бы испугаться, но инстинкт самосохранения ушел в отпуск и тело спокойно откинулось на спинку кресла, кладя пистолет в не задвинутый ящик. По идее Алиса должна чувствовать себя загнанной в угол, но все напротив, ощущение, что жертва сама ломиться к хищнику охватило девушку странным удовольствием. Дверь тихо распахнулись и какого удивление, что в проеме показались смутно знакомые отвратительные, желтые пакли. Женский силуэт просочился в кабинет с опущенной головой, а вот голова Алисы повернута ровно к вошедшей и на секунды захотелось дать этой девушке совет бежать как можно дальше. Вика тихо закрыла за собой дверь и наконец подняла взгляд, что сразу же столкнулся с сидящей в кресле фигурой. Птичка в клетке. Птичка задрожала, открыла рот и на вдохе ахнула прижавшись к стене. Паралич занял мгновения и руки уже потянулись к дверной ручке. - Стоять! - железным тоном приказала Алиса, но инстинкт самосохранения оппонентки отпуск не брал, поэтому та, запутавшись в собственных руках от неожиданности, пыталась открыть дверь. - Какого хрена?! Выругалась девушка, видимо напрочь забыв в какую сторону открывается дверь. В следующий момент в миллиметрах от головы жертвы в дребезги разбился хрустальный бокал с недопитым виски, раня тонкую кожу скулы острым осколком. - Я сказала, стоять. - с пренебрежением и злостью повторила Алиса. - Блять, ты что больная?! Вика не успела даже вскрикнуть, настолько быстро в нее потело стекло, но почувствовав боль и теплую, быстро бежавшую струйку крови в ужасе схватилась за свое лицо. Казалось, что ее бешеное сердцебиение Алиса слышала на расстоянии, а по мере приближения к вставшему в ступоре телу, девушка лишь убеждалась в этом. Вика потупила взгляд, беспрестанно утирая кровь с лица руками в то время как Алиса почти вплотную подошла к ней. - Мне кажется, или мы уже где-то виделись? - поднимая за подбородок перепуганное лицо почти промурчала девушка. - Ты могла попасть мне в голову! - почти плача сетовала Вика. - Не думаю, что это как-то сказалось бы на твоих умственных способностях. Ты заблудилась, милая? - с издевкой спросила Алиса. - Да пошла ты! Ты за это ответишь! Да ты хоть знаешь перед кем?! - зря конечно она начала эту комедию, потому что ничего страшнее Алисы сейчас не существует. - Ответ неверный. Испачканная в чужой крови рука резко схватилась за копну волос на чужом затылке и с нечеловеческой силой оторвала от стены весь корпус, чтобы в следующий момент толкнуть в глубь кабинета. Вика завопила от боли когда ударилась коленями и стесала о пол предплечье. Перевернувшись на спину девушка в ужасе уставилась на недрогнувшее лицо Алисы с клоком ее волос в руке и попятилась назад, когда увидела, что та приближается. - Какого хрена, ты здесь забыла сейчас и приходила тогда? - спросила Алиса опускаясь на корточки. - Я..я, тебя найдут! Отпусти меня! - взахлеб кричала девушка. - Ага, но пока я тебя нашла, так что не зли меня еще больше, я не люблю переспрашивать. - А то что? Вика блефовала из последних сил сама не замечая как трясется под давящей морально и физически Алисой. На лице агрессора отвращение и безразличие к окровавленному по ее вине лицу. Без капли сострадания или сожаления, девушка занесла руку и наотмашь ударила Вику обратной стороной ладони прямо по свежему порезу. Осколок задел крупный сосуд, это Алиса поняла сразу как увидела масштаб кровотечения из небольшой по протяженности раны, но это никак не остановило девушку. Удар был такой силы, что Вика не знала за что хвататься то ли за оглушенное ухо, то ли за лицо пронзившее новой волной боли. Рев усилился стократно размазывая по лицу кашу из слез, крови и косметики. Алиса схватила девушку ладонью за нижнюю челюсть и развернула к себе приближаясь вплотную. - А то я тебе лицо таким красивым сделаю, что тобой даже на трассе побрезгуют, если ты вообще сможешь выйти отсюда живой. - морща лицо от отвращения пообещала Алиса. - Ты сейчас расскажешь мне все и если меня не устроит полученная информация на церемонию похорон даже не надейся. Услышала меня, милая? - ослабив хватку девушка оттолкнула объект вымещения гнева от себя. - Мне… меня подослали! Я почти ничего не знаю! - оправдывала Вика прерываясь на всхлипывания. - Дальше! - вскрикнула Алиса от чего Вика сжалась и вовсе замолчала. - Какая несговорчивая дрянь! - девушка поднялась на ноги, в два шага преодолела расстояния до стола, взялась за пистолет и это не показалось ей слишком. - На кого ты работаешь? - направляя дуло пистолета на жертву спросила Алиса. Ну и кто здесь хладнокровный убийца? - Боже, пожалуйста! Не надо! Ты не сделаешь этого! Взмолилась захлебывающаяся девушка переходя на ультразвук. Алиса нажала большим пальцем на фиксатор обоймы и сняла его свободной рукой. Потянула затвор назад и зафиксировала его открытым с помощью затворного рычага. После этого взглянув в патронник девушка убедилась, что пистолет заряжен. Все движения были быстрыми и умелыми. Да, Арсений и Антон не первые плохие мальчики в ее жизни. - Да ты что? А патроны в пистолете думают иначе! - от этой фразы Вика завыла зверем надрывая связки. - Блять, да заткни свою глотку! Ты действуешь мне на нервы! - Алиса обезумевши закрыла обеими ладонями свои уши чувствуя, что еще одно неловкое движение и она без раздумий пристрелит объект раздражения. Она на грани психоза и готова на всё ради цели. - Кто тебя подослал и зачем?! - Я не знаю их имен, только клички! Они копали на Арса, нашли меня и угрожали! - Что ты должна была сделать? - Под любым предлогом стащить из кабинета Арсения первый попавшийся документ с его подписью, я за этим приходила тогда. - с заиканием рассказывала девушка. - Я схватила первое, что лежало на столе и передала им! - Зачем им это? - Они… они хотели подставить его, связать его с каким-то мужиком липовыми документами, как будто это он с ним заключил сотрудничество, я услышала это случайно, честно, я про эту подставу больше ничего не знаю! Не знаю для чего она! - Как будто он заключил? - крутя шестеренки в голове спросила Алиса. - Кто заключал сделку на самом деле?! - для убедительности вопроса девушка снова направила дуло пистолета на Вику. - Я не знаю, не знаю! Но я знаю кличку того, у кого оригиналы! - Говори! - крикнула до оглушения Алиса. - Добродетель! Я ни разу не видела ни его, ни того на кого они работают! - Его называют Чайна? - Да! До них не добраться, они все скрываются действуя через шестерок! - Как ты называешь человека которому передала документ и где это было? - Шелест. Это кличка, я не знаю имен, правда! Это было в кофейне на Маломосковской, недалеко от метро, он говорил там с официанткой как будто часто там бывает! - Какого хрена ты вернулась сегодня!? - Вернуть украденный документ, чтобы никто ничего не понял… - Как ты собиралась пройти камеры и охранника? - Меня научили обходить наблюдение и вскрывать такие замки как здесь. - дикая истерика сменилась на тихий, но горький плачь, когда Вика совсем выбилась из сил. - Какая же ты жалкая мразь. Сначала легла под него, а потом подставила! - Я не хотела! Они угрожали мне и моей семье, а они же не в чем не виноваты! Я не… - Заткнись и слушай меня внимательно. - Алиса вновь села на корточки подтягивая к себе Вику за ворот кофты. - Ты сейчас прекратишь ныть, выложишь то, что украла, съебешься от сюда тише ветра и скажешь им, что все прошло хорошо. И не дай Бог тебе заикнуться о том, что было здесь поверь, я сделаю в два раза хуже чем они тебе обещали. Свое лицо и заикание на всю оставшуюся жизнь будешь оправдывать чем угодно так правдоподобно, чтобы даже я поверила. Я доступно объясняю? - ведя холодным металлом пистолета по чужому виску спросила Алиса. - Да. - только и смогла выдавить из себя девушка. - Документ давай, милая. - Вика едва держась достала из кармана сложенный в несколько раз листок и протянула его Алисе. - Проваливай и больше никогда не попадайся мне на глаза, но всегда оглядывайся. Пристрелю из собственного удовольствия. С ненавистью, Алиса словно плюнула этими слова в запуганное лицо девушки попутно осматривая причиненный ею вред. Из имеющегося урона определяется глубокий порез на скуле, что разошелся в длину от сильного удара. Из него продолжает подтекать кровь стоит Вике зажмуриться, да и в целом все лицо умыто смесью соленых жидкостей, а по щеке распространяется плотный отек с синевой. Девушка сидит с опорой на нетравмированную о паркет руку, ее голова повернута здоровой стороной к Алисе, инстинктивно пряча травмированное ухо, что говорит о снижении слуха и боли вблизи к шуму. Ах да, и глубокая, психологическая травма от нахождения на мушке огнестрельного оружия. В целом хватит с нее за пятнадцать минут общения, подумала Алиса и с силой оттолкнула Вику от себя. Девушка заелозила на месте, перекатывая ватное тело на опорную руку и с трудом поднялась на ноги спотыкаясь и шаркая. Вика плелась как можно быстрее к выходу не оглядываясь, до конца не веря, что ее отпустили, ведь в какой-то момент, девушка почти смирилась, что будет убита человеком в психозе. Дверь захлопнулась и Алиса впала в ступор. Дереализация накрыла с головой вызывая приступ панической атаки и удушья. Алиса упала на колени пытаясь говорить самой себе, что все вокруг реальное, не картонное и она не в симуляции, а в настоящей жизни. Такое состояние быстро сменилось другим, словно разрушилась дамба и ощущение той самой жестокой реальности хлынуло наружу. Той самой реальности в которой кабинет пропитан чужим животным ужасом, а стены слышали молитвы. Несмотря ни на что, Алиса тоже в шоке и в состоянии аффекта, ей необходима поддержка, потому что выплывать из сотворенного сложно. Девушка долго пыталась отыскать телефон лежащий почти прямо перед ней, чтобы набрать номер выученный наизусть. - Антон? - через несколько гудков на том конце провода уже подняли трубку. - Алиса! Где ты сейчас? Пожалуйста, давай поговорим, прости меня! - сбивчиво говорил Антон. - Я звонил тебе тысячу раз, пожалуйста, скажи где ты! - только потом выясниться, что пропущенных звонков от Антона и правда было больше адекватного, но это все потом. - Антон, я в клубе. Здесь…здесь была она и я… - оказалось членораздельно говорить очень трудно. - Я знаю о подставе, она с ними работала, понимаешь?! - Стой, стой, успокойся! Я сейчас буду. - заверял мужчина в секунду протрезвев и схватив ключи. - Никуда не уходи! Алиса сбросила вызов на каком-то автомате, села в угол, уперевшись локтями в согнутые колени и отключилась от мирского. Антон успел только натянуть первые попавшиеся кроссы, схватить ключи от машины и наскоро закрыть дверь на один замок. Его не интересовало то, что от него несет виски, что он не взял с собой документы и что сотрудники ДПС могут счесть его машину привлекательной поэтому он ехал словно участвует в гонках. Подобрав нужный ключ, Антон зашел с запасного выхода наткнувшись на уже вернувшегося охранника. Тот остолбенел и не проронил ни слова, никак не препятствуя правой руке Арсения Сергеевича. В голове возникла сотня вопросов за эти жалкие секунды до кабинета, от того как Алиса здесь оказалась, до кто такая «она» и что все это значит. Антон без промедления открыл дверь чем напугал девушку стоящую у стола. Картина в жутких тонах масляных красок. Взъерошенная Алиса в белой рубашке отличницы, что заляпана в крови. Ее руки в засохших брызгах и потеках чего-то черного с красным. Стена порога мокрая, а на полу разбитое стекло. Антон бегал глазами по обстановке быстро оценивая неизвестное случившееся, а лежащий на столешнице в опасной близости к Алисе знакомых пистолет Арсения, послужил красным маяком. - Алиса, - Антон мигом подскочил к девушке кладя руки на плечи, слегка потряхивая. - посмотри на меня. - Алиса то ли спокойна, то ли в аффекте. - Это твоя кровь?! Ты ранена? - Нет, нет, Антон, не моя. - девушка быстро вступила в контакт ответно хватаясь за широкие плечи. - Кто здесь был? Тебе угрожали? - Я просто была здесь когда замок двери попытались вскрыть. Это была Вика. - - Откуда ты знаешь ее? - мужчина смутно припомнил это имя в одной из давних пассий Арсения. - За несколько недель до ареста Арсения она ломилась к нему с каким-то бредом и я застала их. Антон, она работает на шайку Чайны. - Блять! - мужчина окончательно запутался, но больше всего волновал погром и внешний вид Алисы. - Она что-то сделала тебе?! - Я ей. - тихо ответила Алиса. - Почему не позвонила?! Как она зашла? Где была охрана, когда ты защищалась?! - Антон, я не защищалась. Я нападала. - Антон даже не подумал, что может быть наоборот. Железный тон Алисы не сулил хорошее продолжение истории. - Она пришла вернуть украденный документ с подписью Арсения, но не ожидала увидеть здесь меня. - мужчина слушал в пол уха. Ему стало не так важно разобраться в произошедшем после слов, что Алиса нападала и увиденного оружия на столе. В кабинете не было тела, но это еще ничего не значит, а Антон хорошо знает, что такое убить в первый раз. - Что ты с ней сделала? - Порезала лицо осколком кинутого бокала, травмировала среднее ухо до тугоухости и совершенно точно нанесла психологическую травму когда целилась в нее из глока. Я выбила из нее всю информацию. Вика жива, а это уже неплохая новость, но это не умолило шока Антона. Убить можно в аффекте, от страха или защищаясь, но слушая Алису мужчина понял, что убивать она не хотела, а намеренно пытала ради информации. Жестоко и хладнокровно. Так, как всегда делали они, в особенности Арсений. Антон не знал подробностей, но то что Алиса смогла удержать человека и достать из него информацию за максимально короткое время говорило о том, что Вике досталось не слабо и то, что она ушла живой совсем не показатель, что в Алисе взыграла жалость. Как же она похожа на Арсения. Боже, что же в ней пробудили? - Ты в порядке? - Ээм… Да? - Алиса не ожидала такого вопроса после того в чем призналась. - С остальным разберёмся. Иди сюда. Антон и сам не слишком переживал за состояние той белобрысой бабы, чтобы не сделала Алиса он всегда будет на ее стороне и сейчас он счастлив, что после их конфликта девушка не стала избегать его. Мужчина зарылся носом в растрепанные волосы вдыхая запах почти выветрившегося парфюма, сжимая худое тело в тиски и какое же моральное удовольствие, что Алиса отвечает тем же. Горячее дыхание в шею идет в контраст с холодными руками на боках, что чувствуются даже через футболку. Алиса словно ласковая кошка, скользит виском и щекой по плечу крепче сжимая бока. Такие манипуляции быстро перестали приносить моральное удовольствие, перерастая в физическое. Ужасно в такой момент поддаваться инстинктам, но природу не обманешь. Выбросившийся адреналин бьет прямо в мозг, накопившийся стресс ищет выход, организм требует разрядку через самое быстрое и доступное, поэтому возбуждение наступает не плавно, а за секунды. Было бы стыдно за свой порыв, если бы Алиса не чувствовала тоже самое. Ее психика расшатана и держится на последнем болтике, а проступившая сильная власть и чувство обладания чужой жизнью опьяняли, но в мире всегда есть баланс и сейчас девушке было не обходило стать марионеткой в других руках. Чувствуя участившееся дыхание, жар и дрожь от почти невинных ласк, Алиса решила, что долго и сама не выдержит, поэтому ее ладонь медленно, но верно спускалась по груди, миновала ремень и опустилась на ширинку джинс, под которой твердо и наверняка влажно. - Алис… ты уверена? - Антон не знал от куда появились силы на призрачную попытку остановиться, когда юркие пальцы потянули за собачку молнии. - Я жутко виноват, а ты почти выстрелила в человека. Я знаю, что такое первая жестокость. - Она не первая. - вскользь призналась Алиса. - Между нами нет правых и виноватых, мы оба сделали все, чтобы в один момент довести ситуацию до пика. Так ли нам нужны сейчас разговоры, когда я так сильно хочу тебя? Разговоры конечно нужны, но они имеют смысл только если оба человека понимают, что происходит. Антон уже давно не понимал, для него остались только ее губы на ключицах и руки отлаживающие пах. А Алиса делала все, чтобы добиться у Антона состояния ваты. Так она сможет завести его еще больше, тогда из ведущей она станет ведомой и передаст контроль. Ее цель была странной. Девушка скучала и любила, ей хотелось этой близости, но сейчас требовалось еще кое-что - боль и наказание. Алиса посчитала это справедливым. Она обманула любимого человека, заставила его чувствовать себя ненужным, заставляла его волноваться за себя, выместила злость на другом человеке и пусть Вика была виновата, но так как Алисе снесло крышу просто ненормально. Наказание казалось выходом по той же логике когда Алиса сама делала себя больно. Антон смотрел с поволокой и огненной страстью, шумно выдыхал и втягивал воздух через зубы когда девушка ставила на бледной коже красные метки. Сначала мужчина кое как справлялся с первыми пуговицами на кровавой рубашке, но когда дошел до синего, кружевного белья просто сошел с ума. Пусть это нездорово, плевать. Смотря в мутные глаза, Алиса показательно прошлась языком по испачканной ладони и запустила ее в белье без церемоний обхватывая головку. Это стало последней отправной точкой. Антон силой впечатал девушку в стену и намертво впился в припухшие губы. Руки спешно расстегивали брюки с высокой талией, что рывком слетели с худых ног. Оба были на пределе и постанывали от предвкушения, терпение лопнуло когда девушка спустила чужие джинсы вместе с бельем до колен, этого было достаточно чтобы поднять Алису за бедра и заставить ее обвить корпус ногами. Губы Антона поползли по линии нижней челюсти, перешли на плавный изгиб шеи и лаская языком нежную кожу, мужчина слегка прихватывал ее зубами. Очень приятно, но Алисе мало для достижения главной цели. Выгоняя из себя более глубокие стоны девушка показывала как ей нравятся такие манипуляции и Антон пошел на более смелые обороты. Мужские бедра имитировали фрикции, потираясь членом о кружево пока Антон покусывал место между плечом и шеей переходя на ключицу под яркие стоны. Войдя во вкус, мужчина перешел на полноценные укусы, но не переходил границу. - Сильнее…пожалуйста. - жалобно просила Алиса и не чувствуя подвоха Антон прихватил кожу до отпечатков зубов. - Еще, пожалуйста, сильнее! - обезумев от этой просьбы, Антон прокусил тонкую плоть до будущей гематомы и кровоподтека. - Господи…прости! - мужчина почувствовал металлический привкус и услышал над ухом протяжное поскуливание и ожидал увидеть на лице Алисы гримасу боли, но девушка, закатив глаза, выражала лишь удовольствие. - Мне хорошо. Мне так хорошо… - в бреду шептала Алиса, поджимая плечо, чтобы вновь стало больно. - Я хочу тебя. Девушка не дала Антону одуматься и лишь сильнее сжала его ногами. Алиса чувственно и с дикой отдачей целовала, ее пальцы нежно зарывались в пшеничные кудри и на мгновение забывалось о том, что эти пальцы по основание в темной крови и совсем не нежно надавливали на курок. Отодвинув белье Антон аккуратно приставил набухшую головку, но не успел сделать даже первое, легкое покачивание навстречу как Алиса подтянулась на его плечах и опустилась на член сама. Резко, грубо и до самого основания. Это совершенно не похоже на них. Какой бы страстный не был секс, травм от неподготовки не было никогда, потому что Алиса девочка хрупкая для таких размеров. Острое ощущение давящей узости вышибало мозги и Антон не мог разобрать, что чувствует Алиса. Девушка вскрикнула, зашипела так, словно испытала сильную боль, но ее лицо выражало нечто другое. Нахмуренные брови, закатанные глаза, а нижняя губа прикушена. Создавалось впечатление, что она почти на пике удовольствия. Через мгновение Алиса еще раз двинула бедра вниз, сжимая внутри Антона еще сильнее. Думать после такого невозможно, поэтому мужчина начал активно качать стройные бедра. Алиса цеплялась грязными руками за широкие плечи, от сильных и голубых толчков, ее плечи елозили по стене оставляя ссадины на лопатках даже через полурастегнутую рубашку. Девушка ударилась затылком о бетон и наслаждалась этой чистой болью. Акт любви стал актом наказания, но от этого не потерял ценность, потому что Антон не переставал стараться быть нежным и до накатывающих слез шептал о любви. Когда мужчина издал гортанный рык и продолжительный стон в голове Алисы наконец стало пусто. Силы покинули перенапряженный организм и девушка почти сразу же засопела на мокром плече. Дни становятся все страннее, струны лопаются, нервы сдают и все надеются, что они выйдут из этого оставшись людьми, но прежним уже не останется никто.