Любовь побеждает тьму

      Прикрыв голову капюшоном от пронизывающего ветра, Снейп быстро передвигался по пустырю между домами. Издалека в этих своих объёмных чёрных одеждах он был похож на огромного ворона или на кляксу. Живую, быструю и очень смертоносную кляксу.       Гермиона сглотнула, наблюдая за ним в магический бинокль. Она его всё-таки выследила. Несколько лет беспрестанных поисков не прошли даром. Человек, который долгие годы был её профессором и двойным агентом противоборствующих сторон наконец-то попался ей в руки. Человек хитрый, изворотливый, умный. И опасный. И всё же она смогла его найти.       Благодаря совместной работе с отделом невыразимцев, где сейчас заведовал Гарри Поттер.       Она ухмыльнулась, представляя, как обрадуется друг, узнав, что всё получилось. Осталось совсем чуть-чуть. Загнать эту неуловимую кляксу в ловушку.       За годы слежки Гермиона узнала о Снейпе всё. Всё о его прошлой и настоящей жизни. Она могла спокойно сказать, чем он моет голову, что ест, пьёт и какое нижнее бельё носит. Просто потому что часто бывала там, где он оставлял следы, когда спешно покидал насиженное место. Профессор хорошо прятался до тех пор, пока она не попросила помощи у Поттера. После этого Снейп начал совершать грубые ошибки. Особенно в последние месяцы. Его магия отчётливой красной нитью проходила по Азии, оставляя после себя следы из трупов бывших Пожирателей смерти и преступников. Петляла по городам Индии, гуляла по селениям Пакистана, Ирана и Сирии и вдруг обосновалась в Турции — в Стамбуле.       А Грейнджер шла за ним, как гончая идёт по следу зверя.       Она поёжилась от порыва холодного ветра со стороны пролива Босфор. Ноябрь. Небо заволокло серыми тучами, намекая, что скоро начнётся дождь. Лежать несколько часов на красной железной крыше старинного дома, выжидая, когда её объект вернётся домой, оказалось довольно тяжкой задачей. Согревающее заклинание ей пока было недоступно. Гермиона старалась не использовать магию рядом с местом обитания Северуса Снейпа. Осторожничала. Она так близко подобралась к нему, что рисковать не хотелось.       Чудовище должно быть поймано.       Она вздрогнула, заметив, как шторы на окне его номера зашевелились от сквозняка. Настроив бинокль на другую частоту, она смогла увидеть сквозь стены, как он вошёл в свой шикарный пентхауз на самом верхнем этаже отеля. Встал посреди комнаты, растирая руки. Замёрз. Снейп тоже старался не использовать магию, чтобы не выдать себя. В последнее время он вёл себя, скорее, как маггл, нежели самый опасный волшебник в мире. Его одежда была похожа на наряд католического священника, а прогулки носили безобидный, туристический характер. Но Гермиона была уверена, он что-то замышлял.       В это время Снейп скинул с плеч мантию, потом резким движением стянул через голову серый свитер и так же быстро избавился от штанов. Он раздевался догола, стоя к ней вполоборота. Подхватив с кресла белое полотенце, бывший профессор направился в душ. Она уже видела его обнажённым, но всё равно покраснела, кусая губы, как и в первый раз. Следить за тем, как он моется, Гермионе всегда было неловко. Это зрелище не было неприятным, даже наоборот — оказалось, что под чёрным бесформенным тряпьём пряталось поджарое стройное тело. Гибкое для его возраста, состоящее из ярко выраженных мышц, как у настоящего зверя, который и днём, и ночью несётся от преследования.       Когда Северус тёр себя губкой, она обычно залипала взглядом на его жилистые руки с заметным линиями вен и закрывала глаза, когда очередь доходила до промежности. Но не сейчас. Она напряжённо следила за каждым его действием.       Снейп спокойно отложил губку и намылил волосы.       В голове сразу же проснулось воспоминание о том самом аромате, которым пахли оставленные им тюбики с шампунем — амбра, сандал, мускус. Этот запах всегда рождал в её душе странные мысли. Словно дразнил её. Соблазнял. Вызывал в ней прилив запретного чувства, сильно напоминающего похоть. Раньше, в школе от него так не пахло… Или она не замечала?       Встряхнувшись, Грейнджер быстро взяла себя в руки. Сейчас самое время действовать, пока он расслаблен и занят мытьём головы.       Ещё вчера Гермиона проверила, что он не стал окружать себя никакой защитной магией. Видимо, чтобы не привлекать внимание стамбульской магической диаспоры. Путь был открыт. Впервые её цель оказалась настолько близко. Она решительно убрала бинокль в заплечную сумку и, пригибаясь ближе к крыше, осторожными шажками побежала к соседнему зданию. Хорошо, что дома в этом районе Стамбула, как и во многих старых европейских городах, примыкали близко друг к другу. Перепрыгнув через узкое пространство прямо на маленький балкон Снейповского номера, она постаралась не задумываться над тем, что могла бы соскользнуть и грохнуться на каменную брусчатку с пятого этажа.       Не до страхов. Ей бы успеть…       Уверенно сдвинув москитную сетку на окне, Грейнджер залезла на подоконник и тихо, как кошка, скользнула через приоткрытую форточку в комнату. Бежевые занавески снова дёрнулись, пропуская её внутрь. Крепко сжав в руке волшебную палочку, Гермиона оглядела комнату, обставленную старинной светлой мебелью. Никого. В ванной всё так же шумит вода. Неслышно и мягко ступая, насколько это возможно в кроссовках, она приблизилась к приоткрытой двери, из которой шёл тёплый пар от горячей воды.       Собралась. Вдохнула полную грудь воздуха и… — Мистер Снейп, вы арестованы по обвинению… — закричала Гермиона, резко открывая дверь и запрыгивая внутрь.       В голову ударил адреналин, а на языке уже вертелось заклинание ареста… — Мисс Грейнджер, — услышала она тихое шипение за спиной, и влажные сильные руки обхватили её за тело так, что она не смогла сдвинуться. Палочка от неожиданности упала на пол. — Добрый день, как я рад вас видеть.       Гермиона в ужасе взвизгнула и попыталась вырваться. Но её тут же прижали к стене лицом к старинному кафелю, ткнув носом в потёртый рисунок. Через тёплую одежду, пуховик и джинсы она почувствовала, что объект слежения привалился своим обнажённым торсом к её спине, а жёсткие мужские пальцы крепко сжали запястья рук. — Вы замёрзли, мисс, — снова прошептал он, щупая её ладони. — Я могу отогреть…       И тут он потёрся об неё, заставляя её щёки покрыться горячим румянцем. Что он делает? Могу отогреть? Точно, он же сошёл с ума, он уже не тот Северус Снейп, которого они все знали. Он давно превратился в чудовище. — Мистер… Мистер Снейп… — полузадушенно забубнила Грейнджер, пытаясь придумать, как же ей вырваться из его плена. — Вы арестованы, вы должны сдаться или вас найдут и убьют. Пожалуйста, отпустите меня… — Моя смелая маленькая мисс, — прошипел он, опаляя её ухо горячим дыханием. — Как же они меня найдут? — Так же, как и я вас…       От его тихого шуршащего смеха по её коже пронеслись сотни холодных мурашек. Крепкий торс прижался к ней ещё сильнее, и она поняла, что он возбуждён. Сильно возбуждён. Она чётко ощущала очертания его твёрдого мощного орудия, уткнувшегося ей в ягодицы. От осознания, что голый Снейп сейчас припёр её к стене, угрожая своим эрегированным членом, внизу живота вдруг начала копиться болезненая тяжесть. — О нет, моя хорошая маленькая гриффиндорка, вы всё неправильно поняли, — хищно прошелестел он, лизнув длинным языком её шею. — Я позволил вам меня найти. Позволил узнать себя, чтобы узнать всё о вас. М-м-м… — он довольно заурчал, вдыхая запах её кожи. — Вы единственная были рядом со мной столько лет, искали меня, собирали мои вещи, составляя пазл, погружаясь в тонкости моей судьбы… Вы влюбились в меня, мисс Грейнджер, признайтесь.       Она задрожала от ужаса, понимая, что попала в ловушку хитроумного сумасшедшего мага. — Нет! — Гермиона дёрнулась, пиная его пяткой по колену и отпихивая от себя. — Я никогда бы не влюбилась в чудовище, убившее десятки волшебников таким жестоким способом… Вы сожгли их! На виду у всех! Вы убийца!       Он снова рассмеялся, не позволяя ей ударить себя. — Вы же знаете, что все они были виновны. — Не все… — Все, глупышка, каждый из тех, кто сгорел в моём праведном огне, был виновен. Каждый. И ты знаешь это, просто не хочешь признать. — Вы не имели права их казнить. Вы не закон!       Он зарычал, как дикий зверь. — Теперь я закон! Я есть справедливость этого чёртова мира! — Её плечо обжёг укус острых зубов, который тут же был зализан ласковым мокрым языком, вызывая в ней лихорадочное пламя возбуждения.       Мерлин, что за дикость творится с её телом? Почему он так влияет на неё? — Но не будем об этом. — Мягкий шипящий голос словно пробирался в её вены и кости. — Хочу говорить о тебе, маленькая. Мы наконец-то встретились. Ты сама пришла, осмелилась. — Он начал двигаться, елозя по ней и тяжело дыша в волосы. — Я знаю, ты течёшь от моих прикосновений. Я ощущаю аромат твоей смазки. Какая же ты сладкая… Как вкусно ты пахнешь… Я мечтал о тебе, Гермиона… Моя…       Грейнджер ахнула, почувствовав, как волна магии деликатно сжигает всю её одежду, оставляя на коже тонкий слой пепла и запах огня. Горячая кожа Снейпа, его руки, губы, его мощный член неожиданно стали так близки к ней, что у неё перехватило дыхание. — Нет, о Мерлин! — задыхаясь, воскликнула Гермиона. Её сердце затрепетало, а грудь вдруг стала очень чувствительной. — Нет, я не… Что вы делаете…       Ладонь Снейпа ласковой змейкой скользнула по её животу вниз, касаясь там, где ещё никто не касался. Мурашки острой волной пронзили её от макушки до пяток, закручиваясь под его рукой. — Согреваю тебя, — пророкотал его низкий голос. — Сегодня в Стамбуле холодно. Давай добавим огня, моя ведьма… — Пожалуйста, о… Боже… О… — Его длинные пальцы дразняще прошлись по её влажной плоти, погружаясь внутрь и вызывая в ней новую бурю эмоций.       В ней зарождалась дикая жажда. Гермиона прерывисто задышала, не зная точно, чего ей хочется больше — арестовать зверя, шепчущего за спиной соблазняющие речи, или раздвинуть ноги шире, чтобы он продолжал. Голову кружило от пьянящего запаха его шампуня: аромат сандала заполнял ноздри, а пар от льющейся воды превращал всё вокруг в мираж. Всё происходящее казалось нереальным. — Не бойся, если ты будешь со мной, больше никто не пострадает. Если ты сама этого не захочешь… — хриплый голос за спиной кружил её на волнах желания, зазывая с собой в пропасть. — Ты нужна мне, такая чистая, такая красивая, юная, девственная. Ты искала меня и я дам тебе то, что ты хочешь… Мою силу, моё покровительство, мою любовь.       Его слова действовали на неё, как гипноз, и она сама через какое-то время начала тереться ягодицами о его скользкий член. Застонала, развернулась в его руках и впилась в мужские губы. Северус одобрительно замурлыкал, опаляя её рот жаром. Их языки столкнулись, а его руки принялись жадно исследовать её тело. Сжали грудь, чувствительно смяли напряжённые соски. Огладили её бёдра и задницу. — Гермиона. — В чёрных глазах полыхнуло пламя. — Скажи, что ты моя. Скажи это!       Вырываясь из дымки желания, она наконец увидела перед собой его настоящего. Крылатого демона с развёрнутыми чёрными крыльями, хвостом и рогами, обычно скрытых от случайного взгляда. Крик ужаса застрял в её глотке. Полудракон-получеловек. Вот кем он стал, когда она спасла его, применив зелье на драконьей крови, которое случайно смешалось с тёмной магией в его венах. Это она виновата в том, что он превратился в это чудовище и принялся убивать всех виновных в его бедах, сжигая их в огне мести. Он всё ещё мог выглядеть, как Северус Снейп, но уже не был тем волшебником, что раньше. Он стал зверем, добивающимся справедливости жёстко и беспринципно, уничтожая любое препятствие на своём пути. — Нет! Я не хочу… — прошептала она, слабо отталкивая его. Снейп пугал её своей мощью и мрачной убийственной аурой. — Пожалуйста…       Он снова тихо рассмеялся, показывая ряд острых зубов и пугая её до холодных мурашек. Легко поднял, подхватив за ягодицы, и усадил на край туалетного столика. — Поздно, Гермиона. — Его впечатляющий член оказался между её ног, драконий хвост нежно оплёл её бедро, мягко касаясь промежности. — Мы уже связаны.       Она несдержанно застонала, когда он потёрся об её бессовестно мокрые складки, задевая клитор.       Губы зверя — всё такие же человеческие, мягкие — жаркими прикосновениями опалили её ключицы. Спустились вниз, до груди, чтобы всасывать и ласкать её раскрасневшиеся соски. Она откинулась на зеркало, выгибаясь к нему навстречу. Задрожала, всхлипывая и капризно хныча. Требуя ещё. С ним. Сейчас.       Как же хорошо. — Скажи это… — требовал он, начиная осторожно погружаться в неё. — Повторяй за мной: «Я твоя, Северус! Твоя до скончания времён. Навсегда».       Невыносимо. Он растягивал её, давая ей боль и удовольствие одновременно. Его пальцы, губы, член и даже кончик хвоста, всё это было вокруг неё, на ней, в ней, шевелилось, ласкало, гладило. Сладкая патока разливалась по всему её телу, заполняя каждую клеточку наслаждением. Наконец его стало так много, что она не выдержала. И, когда он толкнулся сильнее, Гермиона выкрикнула в сердцах, не раздумывая: — Да-а, я твоя, твоя! Северус! — слёзы брызнули из её глаз, а тело стало неподвластным ей, сотрясаясь в конвульсиях невероятно сильного оргазма.       И дракон, что прятался в теле бывшего профессора, блаженно зарычал, добровольно отдавая себя в её руки. Магия их связи скрепила странный союз. Их кровь — драконья и девственная — смешалась, связывая их красной неразрывной нитью на века. — А я твой… — сбивчиво прошептал он в губы своей женщины, продолжая толкаться в её узкую вагину. — Я твой, делай со мной всё, что хочешь.       Северус Снейп приподнял расслабленную ведьму за талию, насаживая её на себя всё быстрее и хаотичнее. Добиваясь её новых вскриков и стонов. На тонких губах мага появилась удовлетворённая улыбка. Теперь она никогда и никому его не отдаст. Его богиня, любимая умная малышка, что дала ему эту смертоносную силу и сделала таким могущественным. Они вдвоём перевернут всё вокруг, достанут всех мерзких преступников и лжецов.       Мир больше не будет прежним...