Поддельный мимик

      На шестой день мы были уже в родных пустошах, условная неделя на выполнения заданий подходила концу, мы вчера приняли последнюю партию кристаллов, больше никакой еды у нас не было, что ж я надеюсь мы закончим с делами прежде, чем кончится эффект сытости от любви, иначе мне не хотелось бы учиться охотиться в таких условиях или даже проверять насколько съедобны перевертыши для меня. Это шутка конечно, но в каждой шутке есть доля шутки и действительно мне не хотелось бы на голодный желудок бродить туда сюда по пустошам. Эх ладно лучше стоит мой рассказ по последовательно по хронологии.       После того как мы покинули тот фронтирный городок на следующий день то есть на пятый день мы поплелись обратно к лодке в целом это день прошел без происшествий хотя и был по меньшей мере суматошным. Спешно приготовили нашу лодку, пять минут тормошили капитана, пока он не вскочил с пригретого места, у меня есть некоторые подозрения, что наш лодочник действительно смог, проспал эти два дня подряд.       Но не суть, важно что к концу светового дня, наверное, в этом мире где я без часов, а солнце чуть ли не произвольно уходит в закат трудно определить начало вечерних часов на глаз мы вернулись к лодочникам. Плыли в этот раз мы намного быстрее чем когда отсюда же отплывали видать отсутствие остановок, попутное течение и острое желания вернуться домой творят чудеса поэтому мы вернулись в пост лодочников будто бы три раза быстрее чем когда отплывали от поста. В наше отсутствие, количество лодок у поста прибавилось, скорее всего это были лодки других групп, которые уже выполнили свои задачи за пределами родных земель связи с этим нам удалось увидеть других капитанов речного флота улья.       Из новоприбывших были, как я их сам для себя назвал: чейнджлинг-подозревака, из-за постоянно сощуренных глаз и ссыкливая змея, нет сам перевертыш не трус и не пресмыкающиеся (возможно), но у него был такой выраженный особый чейнджлингский диалект с протяжным шипящим «с» что мне кажется, что он в каждом предложении шипит его это «сссс» побуждая меня побыстрее сходить по-маленькому в любой удобный чахлый куст в пустошах.       Долго у поста лодочников мы не задержались. Дорога нам предстояла на юго-запад, пока не упремся в горы. Через несколько часов наша группа дошла до склада которая была подотчетна колоритному перевертышу с монгольской, то есть якистанской шляпкой и раритетной вырезанной из кости курительной трубкой, в которую он клал измельченные вездесущие зеленые грибы и довольно пыхтел им между подозрительными взглядами в нашу сторону.       С этого склада мы реквизировали телегу с парусом. Никогда в своих обоих жизнях тут и здесь не видел парусные телеги. Сама конструкция представляла собой трехколесное клинообразное нечто с выпирающим из центра парусом зеленого традиционно для улья цвета.       В телегу под руководством Голдена и пристальным надзором чейнджлинга-монгола мы, пыхтя, загрузили довольно тяжелые непонятные прямоугольные ящики, обернутые в мешковатую ткань, пару глиняных кувшинов содержимое которых, пока никто не видит я, приоткрыв крышку, нюхнул: слизь, ее запах ни с чем не спутаешь; кроме этого в телегу еще загрузили большой мешок, набитый зелеными грибами и маленький мешочек грибов синих.       С таким скарбом мы двинулись к виднеющимся далеко впереди дымным полоскам горных хребтов. На мое счастье, парус на телеге не был декоративной деталью, а эту область пустошей не просто так называли долиной ветров. Эти два фактора долины и паруса давала такую синергию, что при попутном ветре наша шайтан-телега разгонялась до чуть ли не до скорости полета линга.       Поэтому пока резко не стемнело окончательно с попутным ветерком нам удалось преодолеть внушительное расстояние, но сопки хребтов так и остались такими же далекими. С таким итогом и завершился пятый день, как я сказал выше ничего особо интересного хотя и немного запарно.       Шестой день начался с унылого толкания телеги вперед, в безветрие, которое заменилось на косплей безумного Макса при сильном ветре, даже непонятно почему такие телеги у нас не используются повсеместно. Потом, когда ветер стих, гонки наперегонки с ветром превратились в спокойный мерный ход нашей сухопутной лодки.       Под меланхоличный стук телеги и под вид ясного голубого безоблачного неба нас потянуло на разговоры, в кои-то веки командир не держал наши рты закрытыми, возможно из-за телеги, которую только слепой не заметит по клубам пыли во время интенсивного ветра.       — Вот скажите командир, а как старшие добывают любовь? — в бытности «рядовым» мой внутренний перевертыш был без понятия откуда живущие за пределами улья линги брали этот жизненно необходимый оборотням наркотик.       — Как и все остальные «рядовой», сосут с пони. — больше думая, о чем-то своем пробурчал Голден.       — Это то я знаю, все сосут, и вы тоже пососете, однако мы, жители улья, берем любовь с кристаллов, которые наполняют любовью спящие в коконах пленники. У вас старших в подвалах тоже есть по пленнику?       — Нет, пленников по подвалам у нас нет, а хотелось бы, с моей вредной соседки я был бы не прочь высосать все соки в темном подвале, но нельзя, маскарад, соглашения и все такое.       — Ну раз так командир, не что, а как... сосут чемпионы? — продолжал упорствовать я.       — Чемпионы? — вопросительно поднял глаза он меня. — Допустим. Как?... Да просто берем пони и сосем.       — Не понял?... Вот так просто? — мое недоумение в голосе в можно было потрогать руками.       — Хехе... но не силой мы берем пони конечно, мы старшие джентльпони берем любовь только добровольно или с помощью небольшой линговской поддержки.       — А как же тогда секретность? Может тогда в городке вообще стоило просто открыто оптом купить лопаты и кирки на благо улья.       — Ага, я так и сделал... со своими задачами, но вам было нельзя иначе какой смысл теста на способность к инфильтрации. — прочистив горло, будто для начало длинного монолога или лекции, Голден усиленным голосом проговорил на всю на нашу группу. — Чтобы всем вам персонально не говорить, все прослушайте мою мини-лекцию с названием... скажем «немного об старших и экономике».       Чейнджлингское отрочество не дает себя забыть, и вся наша группа, как в пять лет, при слове лекция навострила уши, повернулась к командиру и затихла, закончив все посторонние разговоры.       — Надо же какие послушные, когда надо, этого на самом деле не хватает нашим отпрыскам... Ладно, хватит старческих брюзжаний. Так вот, то как мы, старшие, кормимся напрямую связано с экономикой улья — сделав драматическую паузу, наш теперь уже лектор обратился к нам. — Вот вы как думали, мы добываем любовь?       — Нападаете и пьете любовь пони по ночам. — ехидно предположил Тис.       — Хаха!... Нет. — было видно, такая формулировка понравилась Голдену.       — Кристаллами из улья, как и все мы. — внесла свою лепту Форшес, а Аррс ей кивал, обозначая, что его позиция такая же.       — Снова нет, улей бы надорвался кормить всех, так это даже не говоря о проблемах логистических, при перевозке наполненных под завязку магией кристаллов, мимо гвардейцев Селестии... Какие будут еще предположение? — обводя нас глазами, потребовал еще предположений командир.       Зивус и Емнис почти синхронно отрицательно покачали головой, Голден на это нахмурился, но ничего не сказал. Его хмурый взгляд скрестился на мне, рот его искривился в ухмылке, и он произнес, указывая взглядом на меня.       — А вот и виновник нашей викторины вопросов, ты уже знаешь что это сугубо добровольное дело, тогда предположи какая им с этого выгода... Я уже сказал тебе ключ.       — Может... аа. Я только предполагаю, может дело в деньгах?       — И всего-то... да, битсы тоже тут замешаны, но ты забыл мои слова про поддержку, что я имел в виду, рядовой отвечай!       Я понял, что так легко с этой лекции не соскочить, очередной раз инициатива наказывает инициатора, а Голден идеально вписался в образ вредного препода, который не отпустит без дополнительных вопросов, сказанных со всем возможным энтузиазмом. Раз так, нужно расшевелить мозги.       — Не знаю, может пони и линги вместе магазины открывают. — предположил я версию, основываясь на виденном в Форрест Хилл сращение перевертышеской и понячей администрации.       — И вправду почти угадал, ладно, живи пока. — довольный собой Голден перестал пытать меня персональным вниманием и продолжил свою лекцию с новыми вводными.       — Ладно, на основании ответа вашего соратника можно сделать вывод, что любовь старшим достается напрямую от поней, добровольно, в обмен на денежное вознаграждение и всякие услуги... хммхм... —прочистив свое горло, он продолжил. — Я предполагаю, что за весь поход вы не думали над тем, как битсы оказались в ваших рюкзаках... Нет, нет мои молодые почти ученики они не украдены, а честно инвестированы основным банком севера и фронтира Эквестрии, банком «Голд & Сильвер Раж», основанным двести лет назад успешными инфильтраторами. — вот блин, именно банк с таким именем я обокрал в Форрест Хилле, ну что ж будем надеяться, что никто кроме меня не узнает о моем крысятничестве у своих.       — И вот мы приближаемся к самой мякоти нашей лекции, как банки и любовь связанны, напрямую скажу я вам, мы старшие нашим живым консервам любви предлагаем не только деньги, но и должности и еще готовы пропускать мимо глаз их прегрешения перед законом, если мы владеем администрацией того городка, конечно мы пытаемся всячески заинтересовать будущего донора взять в «дело» его семью, если можно так сказать, нет ничего лучше, скажу я вам, чем донор любви в четвертом поколении. Их даже завлекать не надо, они уже давно в «семейном бизнесе» намертво. Таким образом, семьи наиболее удавшихся инфильтраторов могут контролировать целые теневые империи, ясное дело, чем ближе Кантерлоту, тем меньше эти империи, но какие-то жиденькие диаспоры мы имеем и там, кажется заправляет в этих краях род Сапфиров.       — Командир, но раз сеть настолько разветвлена, как Селестия об этом до сих пор не узнала. — задала вопрос Форшес.       — А она знает... просто до конца не осознает масштабы проникновения, предполагая что мы топчемся где-то на уровне первых крупных северных городов вроде Ванхувера. Что для бессмертной пара сотен лет? А в эти «мимолетные» сотни лет можно и потерять контроль над ситуацией, думая что все как и десятилетия назад.       — Пока мы окончательно не съехали с темы старших, продолжим просвещаться. Что такое удавшийся инфильтратор? — снова обвел глазами он нас, пока сам себе не кивнул. — Ладно на этот раз вас спрашивать не буду, выдыхайте. Инфильтратор удался, если у него есть стабильный источник любви, то есть пони, который готов по каким-либо причинам давать ему любовь, на словах легко, но на деле на одного удавшегося приходится более десятка тех кому не повезло. Начинать новые династии инфильтраторов тяжело, если бы я сам не увидел примеры тех кому это удалось, я бы считал это дело вообще невозможным, однако не об этом сейчас... Поэтому новички обычно вливаются в уже существующие рода удачливых, смекаете... да, ребятки почему мое обещание присмотреться к вам более веское чем вам казалось.       Оказывается, мои шутки о жучиной аристократии не такие уж шутки, хотя слова нашего командира о принятии в семью больше намекают на мафиозную тему. Тем временем Голден и не думал заканчивать свою речь.       — Новичкам улей дает откупные для начала независимой жизни, обычно это определенная сумма битсов, но это может быть и в виде участка земли, купленный через контролируемую администрацию, так и кредит в банке который необязательно возвращать. Должен еще сказать, что если какой-либо инфильтратор желает начать свое дело, банки контролируемые нами готовы выделить для такого линга субсидии, однако надо знать, что долги нужно возвращать, при успехе бизнес новичка будет должен влиться в общее семейное дело рода который и спонсировал развитие.       — Голден, можно перебить. — мне было интересен один нюанс, когда он мне кивнул, я продолжил свою мысль — Если всем новичкам дают отступные и предлагают вступить в кланы, то почему неудавшихся инфильтраторов так много.       — Отступные — это хорошо, но они не панацея, новичку прежде всего стоит полагаться только самого себя, ведь немногим хватит ума и силы воли без чьей-либо помощи, без большого опыта, в чужом обществе, добиться успеха, не только найти себе донора любви, не угодить под стражу и при этом как-то зарабатывать на жилье и еду, принося пользу улью, а не просто живя. Многие новички не справляются с этим и возвращаются в улей для поиска себя в других профессиях. А про вступления кланы удавшихся все не так просто, мир таков что, вместо того чтобы принимать в семью и женится на новичках, роды старших предпочитают родниться такими же богатыми и влиятельными кланами. Например, мой род Голден уже давно состоит в альянсе с... Вы только не смейтесь... с родом Сильверов и естественно в плане родни мы предпочитаем их. — действительно, иронично золото спит с серебром, не буду этому ухмыляться хотя что-то у меня в голове вьется при словах золото и серебро... А вот что!       — Так, так погодите командир, а банк в Форрест Хилле «Голд & Сильвер Раж» это что, совместное предприятие вашего рода и Сильверов. — дал я волю своей догадке.       — Именно так, глазастый ты «рядовой» хоть и наглый, вежливые разумные не перебивают чужих без разрешения.       Вот черт! Ограбил семейный бизнес своего собственного командира, ну да ладно они линги богатые, а я нет. Тем не менее внезапная лекция все еще продолжалось.       — На чем я остановился... так вот из-за таких межклановых отношений новичков принято брать только выдающихся если ты как инфильтратор смог добыть себе донора устроиться в обществе не вызывая подозрений и при этом считаешься полезным шпионом, то ты сам по себе уже очень крут за тобой обязательно придут вербовщики одного из родов предлагая официально стать старшим или клановым. Предвосхищая вопрос если закрепившийся инфильтратор откажется от предложения и создаст свой молодой клан, старые рода не будут чинить ему препятствий. Не доброте душевной, разумеется же, прежде всего такое отношения к молодым вызовет негодование в улье, что само по себе плохо, во-вторых, может стать если не причиной, то предпосылкой масштабной переделу сфер влияния у кланов, что неприемлемо. Слишком уж шаткое положение у старших для вражды и в третьих если инфильтратор удался он очень крут, а если он принял решения основать свою династию, то жениться на другом удавшемся инфильтрате противоположного пола которая тоже очень крута ведь действительно нереально сложно обеспечить будущих личинок любовью если только у одного из родителей есть доступ к донорам поэтому как правило у молодых родов оба родителя имеет своих доноров поэтому они сами по себе тоже крайне опасны и вот получается пресечение или поглощения новых кланов чересчур рискованное решение для использования его на практике.       Ветер снова усилился не давая нам расслышать слова даже самих себя прекращая лекцию Голдена. Сухопутная лодка которые мы оседлали помчалась вперед с завидной скоростью оставляя позади себя гигантские клубы пыли. Нашей же основной задачей в этой импровизированной аудитории снова стала попытка удержаться на бешеной телеге. Через полчаса интенсивного движения по пустошам в которые я чуть не поверил бога ветер снова стал стихать, однако не пропал опять превращая бешеный разгон в умиротворяющие посиделки на самоходной телеге. В этот момент, когда ветер стал спокойным Голден, продолжил свою лекцию как в ни в чем не бывало.       — Так-c старшими основном закончили теперь самое время экономики хотя тема родов и тут будет основополагающей, что поделать экономика мысль эквестрийская и завязана на ней основном чейнджлинги для которых Эквестрия дом родной. В частности, кланы старших заполняют битсами денежные хранилища в улье платя каждый год налог в размере семи процентов от готовой выручки обмен же улей предоставляет возможность кланам получить справедливый суд в случае межродовых конфликтов и возможность получить запрашиваемого специалиста из улья, например, какого-либо кузнеца. Улей так же обеспечивает посредничество при отсутствии нужного специалиста в самом улье, но если этот спец есть в другом клане. Собственно, из этих битсов что платят кланы, новые инфильтраторы и получают отступные деньги и оттуда же приходят основные зарплаты для поней согласившимися стать донорами любви, кроме того этот резерв битсов служит своеобразной финансовой подушкой для многих родов в случае их разорения или для финансирования деньги затратных проектов. Именно тайная внешняя помощь помогает бизнес начинаниям чейнджлингов выйти победителями схватке с эквейстрийскими конкурентами и конечно выгодно отличает компании кланов от компаний пони доступ к ресурсам улья те же емкостные кристаллы сбываются родом Эмеральдов и Сапфиров и говорят род Марунов продает поням косметику со смесью строительной линговской слизи собственно и это есть то самое Королевское Соглашение между Кризалис и старшими. Про то что по этому соглашению кланы должны направлять улей специально обученных для определенной ниши лингов я не буду говорить вы и так знаете это.       Вот те раз, оказывается скрытая раса перевертышей уже давно полностью интегрировано в экономику Эквестрии заполняя собой немалую долю финансов этой страны теперь мне еще больше понятно невозможность пересадки с иглы любви пони на любовь других видов которыми так богат этот мир и внутренний любовный кризис чейнджлингов стал еще более трудно распутываемым теперь, когда я это узнал крупный налет за пленниками кажется мне еще большим идиотизмом чем раньше ведь еще появилась внутренняя причина не поступать так кроме разозленного аликорна и ее орд пони. Разрыв односторонних отношений с Эквестрией угрожает стать прям финансовой и кадровой катастрофой в улье.       — Вот такая у нас роевая экономика ребятки то, что вы долбите на шахтах кристаллы — это не только для внутреннего пользования, но и на экспорт поням и вам очевидно, что битсы из бюджета улья идут на обеспечение групп вне родных пустошь вроде вашей, для малых групп финансирования идет через клановые кубышки, а вот для крупных проектов вроде постройки нового подставного городка из самого роевого денежного хранилища. Многие вещи которые сложно или невозможно воспроизвести в самом улье легально покупаются старшими в Эквестрии для передачи их в рой... Ух как горло першит... Конечно, кристаллы — это круто, но в такие моменты хочется фляги с водой, «рядовые» выдыхайте снова, лекция закончилась. Вопросы спрашивать или отвечать на них, я не буду. — пытаясь прополоскать горло воздухом Голден замолчал. В одном он прав после такого развернутого ответа никто из нас вопросы пару часов так точно, задавать ему не будет.       После долгого прослушивания внезапной экспозиции мне, как всегда, захотелось вздремнуть не найдя причин противиться своим позывам я погрузился в небольшую дремоту пока не проедем до гор которые уже монументальной белой стеной возвышались на синеватом горизонте.

***

      Меня растормошил Тис указывая на горы которые подступили к нам впритык пока я дремал. Потянувшись всем телом я спустился к остальным и впрягся к ним в молчаливом толкучке телеги благо ветер еще был и толкать транспорт надо было разве, что символически.       Сопровождая караван я смотрел по сторонам, природа в близи горы сильно изменилась по сравнению с бесплодными пустоши перевертышей здесь растительность почему-то била ключом, под ногами был натуральный ковер из мелких трав только благодаря их мелкоте телега не буксовала. Кроме мелкоты проблема буксовки нашей грузовой сухопутной лодки решила, то что мы шли по слабо вытоптанной тропе, редкость для пустошей там все одновременно однородная дорога и одновременно ничего не дорога. Внезапные птички запели и появились уже виденные мной карликовые деревья я даже кажется видел быстро промелькнувшую в листве что-то белкообразное. Странное это дело: пустошь, пустошь и тут бац клондайк природы может за горами более хороший биом кто знает?       Сколько веревочке не виться, а конец будет чему послужило сигналом одетый броню бэтпони который спикировал с неба аккурат перед нами ошарашив нас, боюсь если бы я был бы один, вмазал бы ему от неожиданности, не знаю спас ли его от оплеухи из иного измерения выглядящий декоративным шлем, но просто отлично, что до такого не дошло.       Одета была новая морда в броню темно-синего цвета на мой взгляд сама броня выглядела не особо практичной этот огромный зазор в области живота прям просил бить только туда и неприкрытые ничем конечности тоже доверия не внушали, шлем которому далеко до образцов позднего средневековье скорее больше похожий на античные гоплитские образцы. Вообще иметь такие большие уши как у местных все-таки в плане защиты зло чему доказательством служили вырезы для ушей в шлеме, что очевидным образом сказывалось на защите справедливости ради у нас в улье броня стражников тоже не лучше и у фестралов хотя бы только ушам нужен вырез, а чейнджлингам еще и рогам.       Оружие я у нашего бэтмена я сначала не заметил пока не приметил, что его копытам закреплены какие-то ножны с видимыми пружинками и шестеренками вероятно это вариация на тему выкидного лезвия. Внушительно на самом-то деле, тонкая и деликатная работа у этого скрытого лезвия, что сразу лестно говорит о его создателях на Земле я не могу представить кто в серьез начнет проектировать механизм всамделишного выкидного меча ведь всегда есть руки, но здесь кажись сказывалась проблема отсутствия пальцев у местных ведь у фестралов нет рога, а копытный телекинез не может похвастаться силой хватки при резком пикировании обычное не закрепленное оружие сорвет с фестрала потоками воздуха вот и местные решили проблему извращенным для меня способом.       Сам по себе фестрал был мужиком, наверное, в броне не особо понятно, а я сам по себе мог определять пол лингов, пони только благодаря памяти Ярнуса, а про бэтпони даже как другие перевертыши маскировались под них мой внутренний чейнджлинг не видел и поэтому я мог только предполагать про пол приближающегося фестрала. Единственный стопроцентный вывод, что я мог сделать то что он вспотел, да уж полет в броне явно нелегкое дело.       Наша ячейка не разбежалось и не начало раскручивать пращу по причине того, что командир группы не показывал беспокойства и даже не удивился неожиданному гостю из-за этого возникает вопрос в пустоту, а не по плану ли все идет. А тем временем пока мы пребывали нерешительности некто в броне уже достаточно приблизился скучающему Голдену для начала диалога.       — Товар принесли. — нарушил тишину гость.       — Конечно, как и договаривались. Можешь все сам проверить только кувшины голову глубоко не засовывай... слипниться. — отвечал за всех нас фестралу Голден.       — Поверю на слово, двигайтесь. — и был таков гость, взмыл в небо и полетел в сторону горных хребтов.       — Поверил он, на слово... ага поверил, мышь ленивая. — себе под нос недовольно полушепотом буркнул командир.       Снова мы один на один с телегой, возмутитель спокойствия улетел к себе висеть в пещеры или что там делают летучие мыши, а мы покатили весь наш колесный скарб дальше. Через час мытарств и неожиданно неприятного безветрие мы дотолкали телегу к горной крепости любителей Луны или Найтмер Мун я так и не понял какой вид опиума для народа они принимают.       Крепость фестралов при этих словах многие жители Эквестрии представили бы темные сырые карстовые пещеры, а нам перевертышам как исконным жителям пещер было понятно, что просто не обустроенные природные пещеры слабо подходят для жизни насчет темных я не знаю у мышей глаза не в пример нашим чейнджлингским и тем более человеческим видят в темноте едва не лучше, чем днем, а вот про сырые пещеры — это точно не к ним думаю столетия шлифовки дома родного сделали эти места не хуже, чем дома на поверхности ведь это лингам комфорт кажется излишеством мягкотелых пони, а вот мышепони до сих пока пони и ничего понячье им не чуждо.       Красиво украшенная массивная каменная дверь, выдолбленная прямо в скале это и было единственным напоминаем о жителях этого места хотя вру подойдя ближе стали видны и маленькие темные проходы, хаотично раскиданные по высоте в скале видно служебные выходы или входы для быстрого реагирования и я заметил вторую постройку представлявший собой пограничную заставу будто выдернутые откуда из моей родины. Там никого не было и загадка исчезновения предполагаемых пограничников недолго будоражило мой мозг связи с тем, что они сами выскочили из обильно растущих кустов перед нами. Их было двое, один был фестралом... а другой был чейнджлингом?       — Луна с вами братья линги. — сказал это внезапно встретившийся нам тут перевертыш.       — Как и сказал вам мой коллега. Здравствуйте друзья. — вторил лунному чейнджлингу более традиционный лунарист фестрал.       — Да, да мир вам, солнце в круп Селестии, но можете хоть в этот раз без проповедей.       Пока представители крепости заняты попытками склонить Голдена к темной(ночной) стороне и попутно не усомниться в божественности своей богини в разраставшимся религиозном сраче, мне удалось их более детальнее разглядеть.       В первую очередь мне был интерес чейнджлинг, он был среднего роста типичного для лингов телосложения, глаза у него были зелеными показатель того что он родился вне улья у всех детей королевы глаза одинакового синего цвета. Обычный житель улья такое описание для него отлично шло, тем более выделявшимся на этом фоне смотрелась его одежда темно-синий плащ как у фокусников, и цепочка на шее изображающий естественный спутник этого мира с кратерами виде головы единорога.       Второй встречающий нас был более привычен каким-то невероятным образом такой же плащ и цепочка как у его соседа на этом фестрале смотрелись гармонично влитыми. Фестрал выглядел обыденно не так себе представляешь себе фанатиков, спокойное выражения морды и нейтральная серая шерстка и умиротворяющий голос создавало ощущения совершенно безобидного пони. Мой вывод харизма на уровне лидера секты я назвал его для себя - проповедником. Занятый за разглядыванием гостей я мог уловить только обрывки речей Голдена и представителей крепости.       — Дискорд побери! Санни Клауд ты должен быть только эмиссаром тут, а что ты тут устроил, что измену затеял! — тыкал морду обвинениями направленных на чейнджлинга лунариста Голден.       — Харт не называй меня так, я верен Королеве и роду как никто другой. — более спокойным голосом отвечал тот, кого назвали Санни.       — Только какой Королеве и роду!... Да! Санни! — надрывал свое горло наш командир.       — Нашей общей Голди. Луна принцесса, а не Королева. А фестралы раса, а не род и еще не называй меня Санни. — так же спокойно как и прошлые разы отвечал лунарист.       — Как тогда... может называть тебя! Предателем! — распалялся все более Голден я не и думал, что он такой патриот улья учитывая его коррупционные схемы.       — Голден успокойся начни вести себя как взрослый я никого не предавал и первую очередь тебя, вдохни поглубже и начнем адекватный разговор по-новому.       — Ладно... ответь мне тогда не Санни на один вопрос... Почему?! - Голден более уравновешенным тоном произнес первые слова, но последнюю часть фразы он едва ли не прокричал в морду оппоненту.       — Не посвященному трудно это объяснить, скажем так я нашел себе место в мироздании, нашел смысл и цель в своей жизни... Извини Голди если ты это считаешь неприемлемым тебе меня не переубедить.       — Какой смысл жизни... в служении... такому же аликорну как Селестия которая и не факт, что вообще существует. — Голден перегорел он уже не сердился, а просто опустил свои копыта говоря эти слова севшим голосом и разглядывая пол.       — Мне жаль, что ты так думаешь друг Голди. — возвышено печальными интонациями проголосил убежденный перевертыш лунарист.       — Хех... Друг? ...ох кровь Королевы… как тебя хоть сейчас зовут? — сокрушенный Голден подняв голову и снова смотрел прямо глаза своему уже бывшему(наверное) другу.       — Харт просто прими это, как я принял свое новое имя Миднайт Скай теперь зови меня так.       Пока между двумя лингами происходила драма к нам стоящим непонимающими мордами у загруженной телеги подошел второй представитель крепости тот самый фестрал который все этого время стоял в стороне, мы недоверчиво вперили на него зенки ожидая от него любой подлянки. Фестрал подойдя к нам потребовал чтобы мы разгрузили телегу, мы очевидно и ожидаемо коллективно отправили его погулять по Вечнодикому лесу. Без приказа командира мы и пальцем не пошевелился понимая это фестрал окликнул своего чейнджлингского брата по вере который свою очередь растормошил хмурого Голдена. Оглянув ситуацию командир приказал нам разгрузить телегу чем мы и ближайшие десять минут занимались.       Проповедник увидев сделанное дело открыл рот и ничего никакого звука... хм странно перекинувшись человеком я услышал на грани слышимости писк как у работающего зарядника ночью еще одно забавное наблюдение кажется у людей уши лучше ловят ультразвук, чем уши лингов.       Резные ворота в скале медленно натужно открывались под воздействием каких-то механизмов открывая нам вид на тамбур крепости так и что там? Камень, камень и внезапные споровые лампы как у нас в улье, наверное, вот зачем в кувшинах которые мы принесли была слизь. Вместе с открытыми воротами к нам спешили бравые молодцы фестралы, разнорабочие уже готовые к работе с тележкой набитой какими-то вещами, наверное, им и предназначался ультра писк проповедника.       Быстро совершив обмен между нашими тележками мы и мышепони устало упали на крупы, но говорить с друг-другом так и не решились. Хотя из хулиганских побуждений я спросил бэтпони проповедника кое, о чем.       — Господин, фестрал, а правда что у вас клыки, ну для этого. — намекая на их вампирскую сущность задал веселый казавшимся мне вопрос.       — Твоя правда чейнджлинг. Они для этого о чем ты подумал... нам нужны эти клыки... для манго.       Он, это сейчас серьезно или шутит, больше походит на шутку, но я сейчас в таком мире в котором это может быть правдой. Перебирая у себя в голове загадку слов проповедника я пошел в сторону заново груженной телеги.       Через некоторое время наша группа уже с попутным ветром со скоростью летящего линга удалялась от крепости мышепони к Голдену мы в первый день не лезли с расспросами глядя на его хмурую рожу, да и он сам будто уменьшился став на день тенью себя поэтому мы оставили его в покое.       На привале исходе шестого дня впервые за всю мое время нахождения в этом мире я вкусил животный белок. Фестралы нам на дорогу дали еды в которую и входила рыба для остальных из ячейки такая еда была в новинку, и они опасливо подносили его к носу принюхиваясь, а я не удержался и прям в человеческом обличии перекусил одним укусом рыбу пополам. Очень, очень глупо и странно для Ярнуса, но в тот момент это меня не волновало и насколько глупо в один присест съедать запас хватившему для чейнджлинга на несколько дней, а мне на один перекус и насколько это странно съедать незнакомую пищу даже не принюхавшись благо никто не заметил кроме Емнис у которой округлились глаза.       На утро наша сухопутная регата продолжилась к полудню мы должны дойти или проехать до склада товаров монгола перевертыша на чем наше недельная экспедиция и завершается нам останется лишь дойти до дома и начать свою «рядовую» рутину заново.       А мне после конца большого маленького путешествия стоит задуматься о будущем. Жизнь простого винтика улья меня не устраивает надо будет уже установить для себя попаданческую цель, я знаю никаких высших божественных задач на вроде спасения мира у меня не стоит, а мое попаданчество следствии невероятной, но все равно случайности, однако это же не ограничивает меня выборе кастомных эпичных целей, захочу и выберу цель спасти мир, правда от чего? Хм ладно потом обмозгую эту тему.       Ведь у меня еще остались поводы растормошит нашего хмурого, но уже не опустошенного командира все равно мы с ним вряд ли когда-либо снова встретимся поэтому, задать ему вопросы, скопившиеся у меня к нему по порядку увеличения скандальности не ошибка.       Первым делом я спросил у него про товары которые мы отнесли и которые получили. Оказалось, мы собой несли пробы железных руд и само железо, ящик пустых кристаллов и известную уже мне слизь, а обмен мышепони дали нам шестерни пружины и другие тонкие детали механизмов, тюки зерном и съедобными травами (мы же жуколошади) в том числе мешок рыбы для эстетов и самое главное фестралы по своим секретным каналам, нарабатываемым чуть ли не с изгнания Луны каким-то образом достали компактный паровой двигатель как они достали местный хай-тек история умалчивает, но ясно то что кланы старших не смогли бы достать такое, секреты пара и угля владельцы и изготовители поездов хранят как зеницу око.       Во-вторых, я спросил у Голдена о странностях нашего похода к фестралам сам себе поход выглядел так будто его грубо впихнули в список четвертым поверх других задач. Чему служили доказательством лодки, других групп которые свои задачи уже выполнили, и внезапная нехватка кристаллов для питания учитывая, что мы форс-мажоры не попадали, но все равно еда кончилась раньше, чем исполнились все задачи если бы не подгон от фестралов которые тоже подозрительно как узнали о нашем дефиците съестного, то шли мы бы домой несколько дней без еды и воды. Я вывалил эти обвинения в его лицо, когда мы были наедине в ночь седьмого дня после разгрузки сдачи обратно шайтан телеги. Он на удивления не стал отпираться признавая мои подозрения. На вопрос: Что это было?       Голден ответил то что обмена с мышепони по приказу сверху не было он самовольно обозначил такую задачу для получения у фестралов парового двигателя и только его все остальное для отвода возможного подозрения сам двигатель предназначался роду Голденов, а не рою... да уж, а кто вчера кричал про предательство, второй под вопрос был такой: а зачем нужны были мы? Он сказал на это, что только при наличии с ним группы "рядовых" ему бы поверил тот монгол перевертыш, а оставлять нас рядом горами чтобы самому договориться было бы слишком палевно. — Что поделать сложности конспирации заставляют нас терпеть не в меру догадливых и доставучих «рядовых». — смотря на меня произнес Голден.       Когда факт предательства роя был зафиксирован, я сделал ход конем предложив Голдену свое предательство улья за сохранения у нашей ячейки рюкзаков и признания рыбы которыми я тайком под завязку наполнил рюкзак и задний карман джинсов официально моей неприкосновенной собственностью, за это я был готов промолчать про секрет нашего командира. Голден такому деловому предложению явно удивился, однако мое предложение принял, закрепило соглашения грязных на копыто лингов копытное же рукопожатие.       И пока Голден был запятнан общей тайной я задал последний, третий вопрос самый скандальный потому что самый личный я спросил у него почему принятие веры в Луну эмиссара Санни так задело его. Сначала он, насупившись, молчал потом его прорвало не знаю, что повлияло на его откровенность и желание выговориться или наше соглашение превращающее меня сообщника, а то и может быть прибавленный не хилым эффектом случайного попутчика.       Они были друзьями с детства буквально с личиночной стадии росли вместе, ходили на одни и те же школы и тому подобное. Для Голдена, Санни был старшим братом и примером для подражания только благодаря ему он стал тем, кем стал. В первую очередь это имелось виду к отношению верности прежде всего роду и только потом улью верность малой родине, а не большей это тот принцип, что в него вложил Санни, поэтому когда в кругу альянса Голденов, Сильверов, Клаудов и Эмеральдов пошли разговоры об клановом эмиссаре в ближайшую улью крепость фестралов Голден Харт настоял на кандидатуре своего названного брата не сомневаясь его непоколебимой верности роду, и что он увидел когда снова через год встретил его... Увидел он фанатика лунариста. Теперь после этой истории мне более понятны его слова про предательство Голден имел в виду даже не предательство рода, а предательство своих принципов ТАКОЕ своему другу Голден простить никак не мог.       Голден замолчал, а мне оставались лишь бросит под конец фразу о том, что может слова Санни просто игра на публику инфильтрация во внутрь фанатиков. Голдену такая аналогия понравилась, но глядя в правде глаза он мог сказать себе, что никакая это не игра.       На такой грустно деловой ноте наш ночной предательский тет-а-тет закончился на утро как ни в чем не бывало мы двинулись к скале улья. Даже я должен был признать, что постоянная ходьба надоела, что говорить об остальной ячейке и поэтому после появление на горизонте родного улья наша радость была неподдельной. Пользуясь моментом Голден решил выполнить условия нашей ночной сделки.       — Вот и конец экспедиции в итоге хочу сказать, что остался доволен вами таких находчивых. — его глаза скрестились на Тисе. — Грамотных. — он перевел взгляд на Форшес. — Ублюдков. — его глаза указывали на меня. — В улье еще стоит поискать я обязательно подумаю о кандидатуре инфильтратора из вашей ячейки... В качестве награды оставьте себе эти рюкзаки... обо мне не думайте я выкручусь как-нибудь с этими рюкзаками.       Нашу ячейку озарила коллективная улыбка даже собаке приятно, когда его хвалят что говорить о жукопонях, улыбнулся и я хотя нам мой взгляд слово ублюдок было лишним.       Веселой компанией мы направились в сторону улья, которому еще не один час топать чейнджлинским микрошагом. Действительно на этом наше путешествие закончилось не сказать, чтобы оно было эпичным, но познавательным так точно. При прибытии всех нас ожидает роевая рутина, а меня серьезные думы насчет своего места в улье или даже вне его.