Надежда лунного камня

Каждый раз когда она мечтательно окидывала взглядом поздние, майские ночные виды Мернзнука, яркий свет луны падал на её вечно хмурое лицо. Чемодан с школьными вещами лежал рядом с кроватью, и до конца разбирать его не было смысла. Эвелин могла быть спокойна. Можно было с полным чувством внутреннего удовлетворения вглядываться в ночное небо… — Эва, срочно спустись. Мне тут помощь нужна — послышался голос Марка из кухни. В голове у Эвелин сразу появилась мысль: «Грязенюх опять не хочет мыться и вырвался из клетки. И угораздило же отца взять на содержание именно это существо». — И всё же, это срочно! Марк всё время раздражал Эвелин. Её младший брат всегда докучал со своими мелкими проблемами. «Он всё ещё ребёнок» — вечно утверждала мать. И была, к сожалению, права. В последнее время Эвелин начало раздражать всё. Каждая мелочь, любое замечание со стороны родни. Всё и вся. — Если грязнуля мне руку откусит, я папе пожалуюсь! — Хорошо, сейчас. Спускаюсь — раздражённо прокричала Эвелин, попутно собирая на голове серебристые волосы в в небольшой хвост. Внизу, на кухне, что и было ожидаемо, брат пытался побороть маленького грязенюха. Существо, похожее на мелкого кабана, только без клыков и с стрекозиными крылышками пыталось сбежать от Марка. Как было замечено, весьма безуспешно. Маленький бес неуверенно, но резво перелетал с одного угла кухни, до другого. И продолжалась бы эта «игра» до полной победы грязенюха, или пока эта тварь не сломала бы себе крылья. Но Эвелин войдя в пощение, достала всегда хранящуюся в правом кармане палочку, и взмахнув ей, произнеся уставшим голосом «вингардиум левиоса» переместила беглеца обратно в клетку. Марк успел закрыть клетку прежде чем тварь опять выберется. — Спасибо, а то бегал бы я тут за ним до обморока — отблагодарил Марк сестру, не забыв усмехнутся в сторону пойманного зверька. — Рано тебе радоваться. Отец скоро привезёт нам второго. Марк расстроено простонал. Грязенюх, кажется понимая человеческую речь, усмехнулся. Эвелин хотела уже было пойти обратно в свою спальню. Но только успели дети услышать скрип входной двери, как тут же оба направились туда. — Папа приехал! — завизжал Марк, бросаясь в объятья отцу. Сестра же обошлась простым «С возвращением». — Ну не мешай сынок — сказал мистер Лавгуд, нежно отталкивая сына от себя — Папе нужно навести кое какие справки о зверьках, и получить разрешение на заведение ещё одного. — Это сильно нужно? — спросила Марк у отца — Грязёнышь опять сбежал, и мне пришлось его затаскивать в клетку — Эвелин нахмурилась. Всё же именно она загнала зверька в клетку — Не ной — твёрдо ответил отец— всё же на кошкомышей ты так не жаловался, как на них. Грязенюхи намного безобиднее чем они! — Но те не кусались, и не пытались сбежать из своей клетки каждый день — возразил Марк — Зато линяли — тихо проговорила Эвелин. Она вспоминала как ей в Хогвартс отсылали письмо, с записью что «У кошкомышей линька, весь дом в шерсти». Шерсть кошкомышей не поддаётся заклинаниям, и убирать, по словам Марка, приходилось вручную. Погрузившись в мысли и воспоминания о письмах, она не успела заметить как отец с братом удалились по своим делам. Отец даже не обратил внимание на дочь. Та, печально направилась на кухню. Грязенюх сидел на задних лапах и медленно поглядывал вокруг. Эвелин подставила стул рядом с клеткой, села и взглянула печальными глазами на зверька. Когда он спокоен, он кажется ей весьма милым. — Вот сейчас они все пошли по своим делам, и оставили тебя одного. Скоро привезут тебе друга, и ты не будешь одиноким. Но тоже будут что-то требовать. Потом, через пару дней, тебя увезут отсюда. И ты станешь один одинёшенек в приюте. Грязенюх обратил внимание на настроение Эвелин. Он, несмотря на то что был «простой тварью», почувствовал что с ней что-то не так. — Я боюсь, что они и не заметили что я уже неделю как третий курс закончила. Как будто не заметили того, что я ушла из дому на год — вымолвила Эвелин, и после минутного молчания добавила — А может они и не заметят если я исчезну ещё на парочку месяцев? Зверёк одобрительно кивнул.