Половое созревание

Уважаемые читатели, знаю, что очень давно не писала, каюсь. Конец предыдущей главы переписан, так же как и дальнейшее повествование. Выставляю обновленную версию на ваш суд. Без правки. Нидерланды, бодро шагая по коридору, направлялся к комнате сестры, чтобы сообщить ей об их отъезде. Изначально он собирался уехать один из-за срочных дел государственной важности, но, после того как стал свидетелем недавних событий, решил забрать Бельгию с собой. Ибо не пристало ей такое знать, да и этим двоим мешать не стоит, пусть резвятся. - Манон,– Нидерланды без стука ввалился в комнату девушки, - собирайся, мы уезжаем! - Авель, у тебя дурная привычка вламываться, – уперев руки в бока недовольно сказала девушка. - … ты, пожалуй, права, надо привыкать стучаться, - чуть помедлив отозвался блондин, чем привел сестру в замешательство. – Собирайся, поедем вместе. – бросив взгляд на сестру, парень прикрыл рукой глаза и тяжело выдохнул. Бельгия, внимательно вглядывавшаяся в лицо брата, подумала: «Он что, покраснел, что ли? Нет, ну точно, Авель покрылся легким румянцем, как девственница перед первой брачной ночью». Блондинка даже хихикнула в кулачок, она не могла понять, что могло вызвать такую реакцию брата, который обычно до безобразия невозмутим. - Брат, ты можешь нормально объяснить, почему я должна уехать? Меня сам Испания позвал к себе в гости, и от него даже намеков не было, о том, чтобы я отправилась домой. - Ты просто не видела того, что видел я, – ответил Нидерланды. – И слава Всевышнему, – пробормотал он. - Но я не хочу уезжать! Я пробыла тут меньше недели! - Бельгия, – с нажимом сказал Авель, девушка сразу же замолчала - брат называл её так только когда был очень серьезен или при официальных встречах. – Собирайся, мы уезжаем, – уже спокойнее объявил свое последнее решение молодой человек и оставил девушку одну. *** Испания лежал, в своей кровати с привязанным пакетом льда к затылку. Голова болела нещадно, при малейшем движении в глазах мутнело, а тошнота подкатывала волной. Так плохо ему не было даже после попоек с закадычными друзьями, думалось мужчине. Каррьедо вспомнилось, как перепугался за него Ловино, когда он, поднявшись, наконец с пола в ванной, неожиданно начал оседать и заваливаться на бок. Улыбка появилась на бледном лице уставшего испанца, когда он вспомнил мордашку воспитанника, который, кроя проклятьями своего опекуна, все же прыгал вокруг него словно наседка. Гости покинули их дом до заката, он даже не мог их проводить, это было не прилично, да и вообще не в правилах гостеприимного испанца, но в данный момент его мысли занимал подросток, крепко прижавшийся и сладко сопящий у его бока. Когда Романо залез к нему под одеяло, у Антонио не было сил сопротивляться и выталкивать его оттуда, а сейчас когда, дом погрузился в ночную тишину, и спать почему-то не хотелось, было время обо всем подумать, разобраться в своих чувствах. Подумать ему однако не дали, чудо лежащее под боком, начало прерывисто дышать, и с губ паренька сорвался тихий стон. Испания забеспокоился, думая, что с подопечным что-то случилось, а иначе зачем ему стонать, но повернуть голову или приподняться было для него сейчас невозможным, пока Спейн пытался сообразить, чем помочь Ловино, тот прижался к нему еще сильнее упираясь в его бедро своим стояком. - Хааа… То..ниии! Ах.. да, ммм… - стонал в плечо замершего мужчины паренек. Спейн боялся пошевелиться лишний раз, лежал, пытаясь, даже дышать через раз, если бы давали Оскара за роль лучшего бревна, его заслуженно отдали бы Фернандесу. Пока Антонио стоически изображал это самое бревно, пытаясь не сгореть со стыда и усмирить свое собственное тело, не поддаваться на столь вызывающие стоны рядом лежащего подростка. Романо успокоился, последний раз простонав имя испанца, и обмяк, получив разрядку во сне, которой так ему не хватало в жизни. Спейн почувствовал в том месте, куда упирался орган мальчишки, некоторую влажность, промочившую спальные брюки. Удивляясь извращенной фантазии воспитанника и свято не понимая, что же он такого во сне делал с ним что, мальчишка кончил. Тот факт, что снился подростку он сам, после случившегося в ванной уже как-то не удивлял испанца. В данный момент он желал разобраться в сложившейся ситуации и понять, что же делать теперь дальше.