упущенные возможности

«Личный дневник, Денис Коломиец» Запись номер 24. 16:15 «Сегодня я вновь проснулся в три часа дня. Так надоело не спать всю ночь, а потом просыпаться, когда уже половина дня позади. Надеялся, что хотя бы сегодня найду силы запустить поток, но я вновь и вновь откладываю стримы на другие дни. Я даже уже вижу, как стремительно падает количество подписчиков.. :) Этой ночью я скурил все одноразки, что были в доме. Теперь ужасно болит горло. Песни в моих наушниках сменялись одна за другой. Настроение менялось так же резко, как и музыка. То улыбался, то чувствовал ком в горле от накатившей боли. Примерно в 4 утра мой мозг решил вспомнить один день.. вроде это было зимой.. да, определенно зимой. Наверное, я никогда не смогу выкинуть из головы те чувства, что испытал; те эмоции, что наполняли меня с головы до пальчиков ног. Илья приехал ко мне на неопределенный срок. Как Илюха мне тогда написал, он «опять начал тильтовать как ебаный школьник» и ему нужно было отдохнуть от твичевской деятельности. В тот период Аришка была на отдыхе с мамой, так что я постоянно сидел дома один и совершенное не возражал приезду Ильи. Мне стало лень встречать его в аэропорту, так что я ждал дома. В квартире был срач невероятных масштабов, и я, ради приличия, решил прибраться. Во время того, как Илья уже ехал в такси ко мне, я осознал, что в холодильнике нет еды от слова совсем. Стало неловко, но я как то забил на это, мол, «закажу, если понадобится». Успел я только натянуть новую футболку, как раздался громкий звонок в дверь. Я слегка кашлянул, готовясь поприветствовать друга, и открыл дверь. Первое, что бросилось в глаза - пакет из «Красное & Белое» — дарова, хуйлан, - «тепло» поздоровался он — хай, заходи, чмошник, - обзывательства для нас являлись особой формой любви Дальше последовали быстрые объятия. Илья зашел, снимая капюшон и отряхивая волосы от снега. Поставив пакет, я тут же полез смотреть его содержимое, как любопытный зверёк — ох, емаа, - мои глаза разбегались туда-сюда, разглядывая бутылки алкоголя и пачки чипсов и прочих вредных, но таких вкусных штук — я тут прикупил немного выпить… - запыхавшись начал Илья, попутно снимая обувь, - ну и хавчик тоже не помешает «Как хорошо, мне не придется тратить деньги на еду» - пронеслось в голове Пройдя в комнату, Илюха сразу же завалился в уличной одежде на мою кровать. Обычно я не позволял такого гостям, но ему можно было многое, что с другими даже не обсуждалось. Время шло незаметно - минуты, часы летели так, словно кто-то поставил время на 2х, как ставят те самые скучные лекции и вебинары на ютубе. Но вот только главным отличием было то, что время с Ильей вовсе не было скучным. Мы говорили на разные темы, начиная от твича и заканчивая обсуждением своих проблем и переживаний. На фоне шел какой-то фильм, который мы включили в самом начале, но мы быстро забросили его просмотр, поскольку слишком увлеклись общением. Бутылки со спиртным опустошались одна за другой, как и пачки снэков. Я чувствовал, как меня уже пошатывает слегка. Да и Илья был поддатый, судя по количеству слов, которые он выдавал за секунду — знаешь, вот реально иногда просто… хочется забыться: забыть о стримах, людях, песнях - просто выкинуть из головы… послать нахуй все заботы, обязанности, цели, которые зачем-то поставил перед собой… будто этого и не было вовсе. Залечь на дно, не думать ни о чем, и… и… да и все… — да.. знакомо, - мне говорить в пьяном состоянии было куда сложнее, чем ему Видимо, все эти размышления утяжелили голову Илюхи и она упала на мое плечо. Я смутно помню, но я знаю точно, что не был против, ведь тут же наклонил свою голову и положил ее поверх его. Мы просидели в молчании минут 10, каждый думая о своём — может, это.. спать будем? - спросил Илья — думаю, мо- можно, - я чувствовал, что если бы мы еще посидели в молчании минут 5, то точно вырубился бы Забив на крошки на кровати, пустые бутылки, окурки и прочий мусор, мы просто рухнули на кровать, издав при этом довольные стоны. Эти стоны можно сравнить с тем чувством, когда ложишься в кровать после продуктивного дня, весь изнуренный и уставший. Так вышло, что мы легли лицом друг к другу. Думаю, в трезвом виде Илья точно бы сказал мне отвернуться, ведь «мы ж не пидоры». Но в тот момент было все равно, кто как лежит. Внезапно у нас произошел зрительный контакт. Помню как сейчас: именно в этот миг я заметил, какие у Ильи красивые глаза. Он весь тогда показался безумно красивым: растрепанные волосы, множество родинок, рассыпанных по всему лицу, четкие скулы, расслабленные губы… губы… я заострил внимание именно на них. Две тонкие, красноватые полосы, слегка искусаны самим парнем. Я невольно придвинулся ближе: что-то во мне зашевелилось, расцвело. Я почувствовал прилив каких-то эмоций… но каких? В тот момент я не мог этого понять. Илья уже прищурил глаза, и я подумал, что надо это сделать. Да, надо… нет, я хочу поцеловать его в губы. Быстро или медленно - какая разница? Главное, не упустить шанс. Вдохнув глубже и как бы собравшись с мыслями, незамедлительно коснулся своими губами его губ. Я затаил дыхание. Но, на удивление, Илья приоткрыл глаза, посмотрел в мои и… не отстранился? Это знак, что можно продолжать? Нельзя отступать. Я начал осторожно шевелить губами, приоткрывая рот и оставляя небольшие влажные следы на его губах. Он начал делать то же самое. Сердце билось все чаще, пропуская удары. Я не мог поверить в происходящее: это больше было похоже на сон. Мы наслаждались друг другом. Томное дыхание, нежные причмокивания, тепло и осторожность. Все это продлилось минут 5, но было ощущение, что это длилось вечность: так хорошо было. Илья отстранился первый, не сказав ни слова — это… спокойной ночи чтоли… - все, что я смог выдавить из себя — и тебе, дурачок, - он усмехнулся, потрепал меня по голове и отвернулся В эту секунду я…» Кап. Кап. Слезы одна за другой начали капать на лист бумаги, на котором Денис только что писал. Осознав реальность, Дрейк почувствовал острую боль, тоску и холод. Резко все вокруг потеряло краски: комната, в которой он сидел, словно окрасилась в темные цвета. Только сейчас парень понял, что писал почти в полной темноте. «Почему все так.. ну почему.. всего один раз я смог сделать это.. это так мало, так ничтожно по сравнению с тем количеством возможностей, которые я имел.. а теперь.. все, что мне остается - лишь вспоминать тот день и захлебываться в собственных слезах..» - мысли Дениса путались, мешались. Он чувствовал, как его лицо начинает гореть. Соленые слезы словно оставляют горячие дорожки на щеках после себя. Он так и не смог принять смерть друга. Илья покончил с собой еще полгода назад из-за неопределенных обстоятельств. У Дениса был шанс спасти Илью, ведь за час до случившегося младший как раз был у него в гостях. Но никаких намеков на печальный исход этого вечера не было. Все были в шоке: ни Ксюша, ни родители, ни Андрей с Лехой не знали о намерениях парня. Всем пришлось просто смириться с утратой и продолжать жить. Денис не мог так быстро оправиться. Слишком много воспоминаний и слишком глубокая рана после неожиданного ухода Ильи. Дни парня проходили почти полностью в лежачем состоянии. Курение, размышление и прослушивание музыки - вот из каких занятий состоял обычный день Дениса. И только периодически его взгляд падал на висевшее на стене предсмертное письмо, адресованное конкретно Денису. В нем была обведена конкретная фраза: «я буду скучать по твоим губам».