Команду сюда!

— Команду сюда! « — Эй, вы, пустые головы, сходите вон проветритесь, может, полегчает, — посоветовал Дурслям Хагрид, поворачиваясь к Гарри. — Короче так, Гарри, ты волшебник, понял?». В глазах все плывет. Рон… Гермиона… Сознание услужливо подсунуло образы друзей, которые, однако, были какими-то другими: это были вовсе не заучка-гриффиндорка и лучший друг-раздолбай, а какие-то бледные, трясущиеся на ветру от холода и чего-то, что отзывалось в мозгу словом «ломка» ребята, принимающие заветные пакеты от… Скорее всего, это был зельевар — по крайней мере, сознание не желало подбирать другое слово. Образы быстро растворились, сменившись серостью больничных коридоров. Кажется, его куда-то везут. — Подросток, около семнадцати лет, «бобби» нашли на вокзале Кингс-Кросс. Передозировка. « — …как попасть на платформу, — понимающе закончила за него пухлая женщина, и Гарри кивнул. — Не беспокойся. Все, что тебе надо сделать, — это пойти прямо через разделительный барьер между платформами девять и десять». Вены горели. Казалось, ощущалось, как каждая частица крови движется внутри. Особенно — там, где совсем недавно торчала игла. Но ведь это мутное зелье нужно принимать внутривенно — так говорил еще колдомедики в Мунго, у которых он оказался после битвы за Хогвартс… Ему говорили, что если принять сильно много или забыть принять зелье — будет плохо, почему эти люди не могут его понять? Неужели другую смену не предупредили? — Сколько он принял? — Рядом нашли три пустых пакетика… Рядом кто-то шепчет, кажется его сопровождают десятки взглядов. Они шепчут что-то про молодость и про «уже на веществах». Почему с таким пренебрежением? Ну, разумеется… Он же не в мантии, как положено настоящему волшебнику, а всего лишь в грязной разорванной рубашке — не было времени переодеться… По крайней мере, в это хотелось бы верить. Где-то в отголосках памяти вспыхнуло воспоминание о том, как вчера он закладывал в ломбард явно не свои часы и крик владельца: «чтоб ты уже насмерть сторчался!». Сглазил, сука! — Капельницу сюда! Готовьтесь, будем промывать… Перед глазами один за другим сменялись образы. Встреча с троллем, дракон, которого пытался вырастить у себя в хижине великан. Интересно, почему он помнит, что в Запретном Лесу, так похожем на королевский парк Лондона, он искал, в панике разбрасывая листья, некую «дозу», если Хагрид тогда повел их отбывать наказание и они искали, кто убивает единорогов? «Я должен его обмануть, — приказал он самому себе, чувствуя, что находится на грани отчаяния. — Я должен заглянуть в зеркало и увидеть то, что мне надо, и соврать, только и всего». — Трубку сюда! Дыши! Дыши, чтоб тебя! « — Но нас никто не увидит. Вот эта маленькая кнопка от прибора невидимости, я сам его вставил. Давай включим только на время взлёта, потом зароемся в облака. И через десять минут будем на месте. Клянусь тебе, никто ничего не узнает… — Я сказала, нет, Артур. Тем более средь бела дня! » Почему? И зачем нужна кнопка, если для того, чтобы полетать не нужна никакая кнопка — достаточно принять один из эликсиров, без которого не удастся даже оторваться от земли. Странное название — «Мескалин». Впрочем, на фоне всяких «простоблесков» или «костеростов» это было еще полбеды. У иных же препаратов от мадам Помфри были такие заковыристые названия, что можно было язык сломать… Впрочем, еще хуже было некое «оборотное зелье», которое когда-то давно сварила им Гермиона. Почему-то всплыло явно лишнее воспоминание о том, как на них кричала, выселяя, хозяйка квартиры за то, что они посмели устроить какую-то «винтоварню» в туалете. Да-а… Гермиона никогда не была большим мастером зелий, хотя и старалась как могла — казалось, он до сих пор помнит, как пузырится, изменяясь, кожа после принятия ее эликсира. — Пульс нитевидный! — Разряд! В груди ломит, тело вздрагивает. Перед глазами встает поезд и дементоры — тогда точно так же ломило в груди и было так же холодно и зябко… — У него судороги! — Не слепой — вижу. Блядь, да как можно было так обдолбаться?! Укол! — Ох, блядь! Да тут на венах живого места нет! «— Бедная Короста!» Кровь на простынях, где-то на заднем плане слышен плач, сознание подкинуло образ девушки, рыдающей у батареи. По ее бедрам стекает белесая струйка, смешанная с кровью. Нет! Этого не было! Гермиона никогда бы не согласилась отдаться этим уродам, тем более это был ее первый раз! Или могла?! Откуда вообще пришло это воспоминание? Кровь на простынях была от того, что Живоглот сожрал крысу Рона. По крайней мере, они так думали. Или это уже воспоминание о Воющей Хижине? Помнится, тогда он познакомился с Сириусом. — Ох, сука… Это будет трудно. — Если бы собака не залаяла — его бы вообще не нашли. Жаль, что дикая была — пришлось усыплять… Собака?! Сириус! Где ты, Сириус?! Сейчас, когда ты больше всего нужен своему крестнику? « — … с сегодняшнего дня — чемпион и участник турнира». Он дернулся, по телу снова прошли судороги, стало тяжело дышать. « — Эй, Поттер! Мы с отцом пари заключили. Я считаю, ты и десяти минут на турнире не продержишься…» Зря считал. Он не просто продержался, но еще и выиграл. Правда, почему-то не вспоминались драконы и русалки — были какие-то подпольные бои, где вместо грозных врагов против него стояли такие же, в общем, дрожащие на ветру подростки. Толпа ревет в предвкушении, кто-то делает ставки. Вспышка боли. Увернуться, иначе снова дохнет огнем. Удар в ответ — и противник падает на пол. Кажется, он даже не дышит. Благопристойный с виду блондин, восседающий на почетном месте среди зрителей, передает ему «приз» — как раз хватит на то, чтобы. Он не мог принять от Малфоя подарок! Это ложь! Почему это происходит?! — Кулаки-то какие сбитые! — Не удивляйтесь, господа интерны. Многие наркоманы готовы драться на подпольных боях за дозу. « — Поклонись своей смерти, Гарри!». — Пульса нет! Дыхания нет! — Дыши, чтоб тебя! — Мы его теряем! — Отставить панику! Эпинефрин! Сознание взорвалось болью. Дымчатая тень молодой женщины с длинными волосами упала на землю, встала, посмотрела на него… Гарри, руки которого немилосердно тряслись, смотрел в призрачное лицо своей матери. Этого не может быть! Она давно мертва, а единственный раз, когда он это видел, была дуэль с Темным Лордом. « — Отец сейчас будет… — тихо сказала она. — Он хочет увидеть тебя… все будет хорошо… держись… — Мы будем с тобой до конца…» На мгновение затуманенное сознание прояснилось. Но лишь на мгновение, достаточное для того, чтобы понять — он никакой не волшебник. А такой же, как и многие подростки, несчастный человек, втянутый в порочный круг, состоящий из дозы, прихода, абстяги и судорожного поиска денег на дозу, которая закончит круг лишь для того, чтобы начать его сначала. И сейчас он не в Мунго, а в самой обычной неотложке. Уже в который раз. Он попытался пошевелиться, но тело не слушалось. Окружение расплылось, затуманилось, невидящие глаза безучастно уставились в потолок. Послышалось тихое пищание приборов. Один из врачей выругался, от души треснул кулаком в стену, посмотрел на часы. — Время смерти: девять часов, сорок пять минут. Дата смерти: тридцать первое июля. Кто-нибудь, найдите родственников. Пусть заберут тело. А мне нужно покурить… Врач покачал головой. — «Иди в медицину» говорили они… «Увидишь много интересных случаев» говорили они… — Джеймс, не вини себя. Ты ничего не мог сделать. — Знаю, — отмахнулся врач. — Но от этого не легче.