Ассистентка

— Лора?.. — Тихо, но так нежно спросила блондинка. — Маша… — Женщина подошла к кровати и села на неё, рассматривая напротив сидящую Марию. Она больше не могла держаться, поэтому неожиданно обняла младшую и уткнулась носом в её волосы. Момент, который полностью отпустил сердце Лауры. Она видит и слышит живую Машеньку, которая крепко обнимает её в ответ. Такая хрупкая и нежная… слёзы покатились по щеке директрисы, оставляя мокрые следы на плече Третьяковой. — Прости меня… прости, что заставила переживать. Я не думала, что всё так получится. Прости… — Маша продолжала обнимать старшую, но женщина отстранилась. Голубые, заплаканные глаза посмотрели на неё. Теперь они точно, как океан. Брюнетка провела ладонью по щеке девушки, от чего мурашки пошли по телу младшей. Она не думая прижалась к руке, накрывая её своими пальцами. Но и это долго не затянулось, потому что Третьякова пододвинулась ближе к начальнице и втянула в тревожный, но такой нежный поцелуй. Губы слились в одно целое, переминая верхнюю и нижнюю по очереди. В этом поцелуе не было пошлости, страсти. Лишь забота и переживания, которые они хотели друг другу передать всё это время. Никто не осмеливался останавливаться. Да и это было ни к чему. Слишком долго они хотели прикоснуться друг к другу и почувствовать рядом тепло уже такого близкого человека. Рука брюнетки переместилась на талию блондинки, от чего Мария пододвинулась ещё ближе, чувствуя слегка напряжённое тело женщины. Она не задумываясь зарылась пальцами в мягкие, каштановые волосы, вызывая тяжёлый выдох в губы и это моментально отразилось на состояние блондинки. Мурашки побежали по телу и она пересела на колени старшей, целуя её с новой и страстной силой. Остановится было невозможно. Им казалось, что их губы — это самая сладкая и мягкая вещь в мире. Хотелось целовать, кусать, слышать стоны друг друга. Но пока рано. Поэтому первой остановилась Лаура, понимая, что воздух в лёгких стал заканчиваться. Они коснулись лбами, тяжело дыша прямо на друг друга. На душе было спокойно и так хорошо. — Машенька… — Начала старшая. — Не вини себя. Только не это. Ты ни в чём не виновата. — Женщина отстранилась, продолжая одной рукой придерживать Третьякову на своих коленях. А затем заметив выпавшую прядку, она заправила белый локон за ухо. — Я не помню, как просила врачей позвонить тебе… поэтому когда Таня сказала, что ты тут ходишь целый день в слезах… — Девушка остановилась, рассматривая голубые глаза, в которых только сейчас она смогла рассмотреть ту самую боль. — Я не поверила. Думала ты когда узнаешь, просто попросишь выйти другую ассистентку и не приедешь… — Ты такого плохого мнения обо мне? — С огорчением спросила Лукина, проводя руками от талии, по бёдрам и к ногам Маши. — Нет… — Третьякова вздохнула и легонько откинула голову назад, закрывая глаза. — Так, это позже. Лучше объясни мне, почему ты так думала? Неужели я такая бесчувственная в твоих глазах? — Брюнетка прекратила движения руками и пристально посмотрела в глаза напротив. — Ты когда в среду сказала, что между нами ничего не может быть и даже начинаться… я подумала, что в какой-то степени противна тебе и ты можешь воспринимать меня только своей ассистенткой. — Девушка сделала паузу, тяжело выдыхая. — Но после сегодняшнего, я уже так не думаю… Ты тот человек, которого я хочу ощущать рядом с собой. Мне так комфортно с тобой, Лаура… а твои красные глаза меня убивают изнутри. За меня так ещё никто не переживал. — Мария пустила слезу и крепко обняла свою начальницу. — А мне никогда не говорили таких слов, Маша… — Лукина прижала к себе блондинку и уткнулась в её шею. — Когда ты была без сознания, я заходила к тебе на 5 минут… я успела сказать главные слова, которые ты не услышала. Но я хочу это повторить. — Лаура посадила Третьякову рядом с собой и взяла её за руки, начиная поглаживать нежные пальцы. — Ты ко мне заходила? — С сожалением, сказала Мария. — Жалко, что я не услышала те слова и не успокоила тебя… — Я просто легла рядом и обняла тебя. Для меня это было самое лучшее успокоение на тот момент. — Женщина поцеловала Машу в лоб и продолжила. — Мне так хотелось бы тебе сказать с уверенностью, что когда ты поправишься, мы будем по возможности проводить время вместе и наслаждаться моментами рядом с друг другом. И мне так не хочется, чтобы ты позволяла меня отпускать и пытаться забыть какие-то моменты, связывающие нас. — Лаура говорила неуверенно. Да, она безумного этого всего хочет, но… — Но мне страшно, что я не смогу дать тебе того, чего бы ты так хотела. Я боюсь, что ничего не выйдет и мы сделаем друг другу ещё хуже. Сейчас прошло мало времени, чтобы говорить о каких-то чувствах. Но я точно могу сказать, что ты первый человек, который смог пробудить во мне тепло, которое разливается внутри меня, когда мы с тобой вместе. Третьякова заплакала. По щекам текли слёзы. Страх присутствовал не только у старшей, но и у Марии в том числе. Видеться на работе почти каждый день, зная, что тебе так хорошо с этим человеком и при этом делать вид, что ничего нет. Сложно. Что делать? Они не понимали… Дать им шанс? Или устроится на другую работу и забыть обо всём, пока ещё не совсем поздно? — Давай так… — Начала Маша. — Начнём с того, что всё что ты сказала, взаимно. Но во мне тоже присутствует страх, я тоже боюсь. Но разве из-за этого стоит всё сразу бросить, не попробовав? А вдруг… — Но не успела Третьякова договорить, как её перебила брюнетка. — А вдруг, а не вдруг. Маш, ты понимаешь, что потом будет слишком плохо. Мы привяжемся к друг другу ещё больше. Ты представляешь, как нам будет тяжело? — Лаура выпустила руки Марии из своих и закрыла ими глаза. — Мне правда хочется верить в лучшее, но подвергаться такой опасности… тоже не лучший вариант. — Говорила старшая, а внутри начинало ныть сердце. — Лор… — Маша аккуратно повернула женщину к себе, беря её лицо в свои руки. — Мне тоже страшно, слышишь? Я тоже боюсь того, что потом может быть ещё хуже. Но давай мы справимся с этим вместе? Поборем этот страх и сделаем всё возможное. — С надеждой говорила блондинка, замечая в уголках голубых глаз слёзы. — Мне надо подумать, хорошо? — Спокойно сказала брюнетка, прикладывая ладони к рукам ассистентки. — И ты тоже по-хорошему подумай. Давай дадим немного друг другу времени. Хорошо, милая? Кстати вот твой телефон. — Девушка опустила руки с щёк брюнетки и забрала телефон, а затем спокойно показала ладонью на дверь. — Иди, думай. Ты знаешь, что мои двери открыты. — Мария легла обратно на мягкую подушку, включая свой телефон. Женщина ещё пару секунд смотрела на младшую, а затем вышла из палаты. Там её ждала Таня. — Тань, последи за ней. Поддержи и успокой. — Она тяжело выдохнула и затем продолжила. — Как только её выпишут, позвони мне за день до этого. Договорились? — Лаура Альбертовна, что случилось? — Спросила Полякова, не понимая, что происходит. — Я думала после всех тех слов, что вы ей наговорили, пока она спала, будет другой исход. — А откуда ты знаешь, что я ей говорила? — Лаура испугалась, округляя глаза. — Подслушала. И не скрываю этого. — Таня подошла ближе к Лукиной и злобно заглянула ей в глаза. — Маша — моя подруга и я тоже за неё переживаю, хочу, чтобы она была счастлива! И зная, как сильно она уже успела привязаться к вам, хочу подтолкнуть вас, чтобы вы отпустили свой страх наконец-то! Но видимо вы не такая уж и смелая женщина, что боитесь таких вещей. — Да, как ты смеешь? — Брюнетка разозлилась не на шутку и тут уже стало страшно Поляковой. — Я стараюсь сделать, как лучше. Не подвергать её и себя опасности, которая может возникнуть в любой момент! Как ты не понимаешь? — Женщина стала одевать пальто, продолжая смотреть на подругу Марии. — У вас всё так легко и просто, что вы готовы прямо сейчас сброситься с крышы, вдруг кто-то словит и вы останетесь живы. Ну надо же верить в лучшее, не так ли? — Она усмехнулась и завязала пояс на верхней одежде, поправляя сумку, которая висела на руке. — Послушай, сами разберёмся, хорошо? Без третьих лиц! Позвонишь, как её будут выписывать. — И Лукина направилась к выходу из больницы. Этот день выдался слишком тяжёлым, не как все предыдущие. Поэтому брюнетка быстро доехала на такси и зашла в пустующий и одинокий дом. Хотелось просто зарыться куда-нибудь под землю, чтобы её не нашли и все мысли ушли на задний план. Но это невозможно. Лаура сходила в душ и легла в кровать, пытаясь погрузиться в сон, но все мысли были заполнены лишь Машей. Как правильно поступить? Попробовать или нет? Сможет ли она уже без неё, после всех этих дней? А вдруг… Как же всё сложно. Женщина начала злиться на саму себя, что она не может совладать своими мыслями. Поэтому не раздумывая, брюнетка спустилась на кухню. Бутылка красного вина лежала в шкафу, так хотелось почувствовать во рту этот сладко-терпкий вкус, но Лукина отказалась от этой мысли. Сейчас никак не хотелось превращаться в алкоголичку. Но было сложно, ведь за целый день она не выпила ни одно успокоительное, хотя ей предлагали. И ни раз. Целый день был на нервах, женщина потратила все силы, которые были накоплены за ночь. Хоть и бессонную. В голове снова появился образ блондинки, Лукина уже не могла не думать о ней, после сегодняшнего. Сейчас хотелось спать, обнимая рядом хрупкое и нежное тело. Наверное тогда бы у неё получилось заснуть крепким сном. Не долго думая, начальница переоделась в коричневый свитер и чёрные кожаные штаны. Спустилась вниз, надела ботинки на каблуках и вышла из дома, держа в руках пуховик. — Чёрт! — Она забыла, что машина до сих пор находится возле её клиники. Надо забрать. Поэтому вызвав такси до стоматологии, женщина забрала свой чёрный Range Rover и поехала по навигатору до больницы. Всю дорогу её мучали мысли о том, правильно ли она сейчас поступает? Стоит ли ей туда ехать или пока не поздно, можно развернуться домой? 02:34. Машина припарковалась возле высокого здания и брюнетка быстро заблокировав двери, зашла в больницу. Тишина. За стойкой регистрации сидела всё та же девушка и когда она увидела брюнетку, то была шокирована. — Женщина, вы куда? — Спросила медсестра, на что получила лишь молчание в ответ. Спорить бесполезно. Поэтому Лаура быстро поднялась на нужный этаж и встала перед дверью палаты Марии. Сердце начало бешено биться и Лукина только сейчас поняла, что она делает. Но это её уже мало волновало. Дверь тихо открылась и взгляд сразу же пал на мирно сопящую девушку. Белые локоны были небрежно разбросаны по подушке, а одеяло спало с одного плеча. Начальница медленно подошла к кровати, садясь на край. Как хорошо, что пастель была не маленькой, поэтому тихо сняв свою обувь, женщина легла рядом с Машей, накрывая их одеялом получше. Сквозь сон блондинка почувствовала, как кровать прогнулась под чьим-то телом. Поэтому развернувшись, она обняла незнакомку и тихо прошептала. — Лаура… — Брюнетка резко открыла глаза от шока, рассматривая лицо младшей под светом луны. Глаза закрыты. Неужели спит? — Не уходи… Наверное Третьякова думает, что это сон, поэтому Лаура дала уткнуться блондинке в её шею, гладя светлую макушку. На душе стало спокойно. Веки быстро закрылись и через пару минут, Лукина уже спала. Утро. 08:47. Первая проснулась Маша. Она открыла глаза от палящего солнца из окна и зажмурилась, но когда почувствовала на своей талии чью-то руку, то моментально открыла веки. Перед ней лежала Лаура. Такая домашняя, без макияжа, в тёплом свитере. Сначала блондинка хотела сесть на кровать, но когда поняла, что так может разбудить старшую, продолжила лежать на месте. Мария стала рассматривать лицо Лауры, как первый раз. Как будто бы раньше она её не видела и всё казалось в новинку. Острый нос. Тоненькие губы, но уже без бордовой помады. Длинные ресницы без туши. Она была идеальна. Говоря себе не первый раз, подумала Третьякова. От пристального взгляда, брюнетка начала просыпаться. Стоп. Она в больнице? Видимо вчера голову отключило по полной, раз женщина даже не поняла, как решилась на такое. Голубые глаза открылись и сразу увидали перед собой проснувшуюся Машу. Брюнетка тихо выдохнула, закрывая глаза обратно. — Прости… я наверное лучше поеду. — Лукина хотела встать, но ей не дали этого сделать. — Я рада, что ты пришла. Неожиданно конечно, но… — Блондинка улыбнулась, прижимаясь к женщине ближе. — Это утро я могу назвать по настоящему добрым. — Третьякова не думая, чмокнула женщину в губы и аккуратно встала с кровати, ведь после операции нельзя было давать огромную нагрузку на ногу. — Ты куда? — Растеряно спросила старшая и следом встала, подходя к Маше, начиная придерживать её за руку. — Тебе нельзя пока ходить. — Лор, я хочу почистить зубы. Помоги мне и мы обратно вернёмся в постель. — Мария улыбнулась и они вместе зашли в ванную, которая была в палате. Через 5 минут, девушки вернулись в кровать и легли напротив друг друга. Взгляды пересеклись, наслаждаясь присутствием рядом близкого человека. — Почему ты приехала? — Тихо спросила Третьякова, кладя руку на щёку своей начальницы. — Я не могла заснуть. Долго думала и решила, что так смогу успокоится и наконец-то поспать… — Женщина аккуратно положила руку на талию блондинки, пододвигая её к себе. — И что, помогло? — Улыбаясь, сказала Маша. Как же давно Лаура не видела её улыбку. На душе стало сразу же тепло и взаимная реакция, появилась на лице старшей. — Очень… — Брюнетка замолчала. Никто не хотел прерывать тишину. Слишком атмосферный был момент. Поэтому Лукина коснулась подбородка Маши пальцами, начиная целовать её губы. Третьякова ответила на поцелуй, тут же его углубляя и переворачивая Лауру на спину. Ноги обхватили по бокам бёдра старшей, переходя поцелуями к шее. Женщина глубоко вздохнула, не открывая глаза, а в животе уже была стая бабочек, которая с каждой секундой разрасталась всё больше и больше. Маша вернулась к губам, пробираясь руками под свитер и начиная гладить талию начальницы. Тихие выдохи стали учащаться и как только Третьякова начала тянуться к бюстгальтеру, женщина её остановила. — Что случилось? — Испугавшись, спросила младшая. — А если кто-то зайдёт? Дверь то не закрыта. — Блондинка хотела встать, но Лукина прикоснулась к ней рукой и сама подошла к двери, закрывая её на замок. И как только брюнетка подошла к кровати, Маша моментально повалила директрису, обратно садясь на её бёдра. Теперь стало спокойней. Женщина обхватила обеими руками лицо блондинки, наклоняя её вниз и начиная страстно, не сдерживая себя, целовать пухлые губы. Третьякова решила приступить к тому, на чём её остановила начальница. Руки блуждали по талии старшей, вызывая тихие выдохи из слегка приоткрытого рта Лауры. Пальцы медленно потянулись к бюсту и девушка расстегнула застёжку, ведя рукой к груди. Блондинка поместила сосок между нежными пальцами, начиная массировать их, вызывая уже более бурную реакцию у начальницы. Но чтобы их было не слышно, Мария быстро заткнула женщину поцелуем. Ох уж этот коричневый свитер. Красивый, но сейчас он точно мешает обеим. Поэтому Маша потянула кофту наверх, оставляя старшую в расстёгнутом бюстгальтере. — Ты очень красивая… — Шёпотом сказала блондинка, рассматривая тело шатенки, которая лежала под ней. — Ты тоже не отставай, милая! — Женщина ухмыльнулась и сняла широкую футболку с Марии, начиная сминать пышные бёдра. Теперь почти голые тела стали касаться друг друга, вызывая дикое возбуждение внутри. Губы потянулись к шее старшей и она сразу же откинула голову назад, давая больше пространства для поцелуев. Третьякова стала медленно спускаться вниз, доходя до живота Лауры. Но девушка остановилась, чтобы поднять глаза и увидеть эту прекрасную, ещё больше возбуждающую картину. — Маша… — На выдохе сказала Лукина, притягивая лицо обратно к себе для очередного поцелуя. Мария не медля начала спускать руку в кожаные штаны, перед этим расстёгивая их. Пальцы пробрались до горячей точки, где сейчас так сильно не хватало касаний. Поэтому блондинка через нижнее бельё прикоснулась к комочку нервов, вызывая первый, полноценный стон у Лауры. — Тише, тише! — Девушка усмехнулась и страстно поцеловала женщину, начиная массировать пульсирующее место. Круговые движения пальцами продолжались уже под нижним бельём, поэтому ощущений в несколько раз стало больше. От чего брюнетка перестала отвечать на поцелуй, пытаясь схватить хотя бы немного кислорода. Третьякова добралась ко входу влагалища, засовывая 2 пальца в неё. Движения ускорялись, а затем замедлялись, вызывая очередной жалобный стон у начальницы. Терпеть уже не было сил и блондинка это заметила, поэтому стала быстрее двигаться внутри женщины, доводя её до яркого оргазма. Лаура пыталась перевести дыхание, открывая глаза. Её взгляд сразу же пал на Марию, которая облизнула свои пальцы и легла рядом. — Ну что, Лаура Альбертовна. Как вам? — Младшая улыбнулась, укрывая женщину одеялом. — Мария Владимировна, это было шикарно! — Брюнетка улыбнулась и села, чтобы застегнуть бюстгальтер. — Давай помогу. — Девушка следом села и застегнула застёжку от бюста начальницы. — Спасибо! — Женщина развернулась и быстро поцеловала ассистентку. — Стонешь ты конечно отменно, Лаура. Надеюсь я не последний раз такую песню слышу. — Они засмеялись и обратно легли на кровать. — Я твоя должница. — Сказала Лукина и обняла Марию. В палате наконец-то повисла тишина. Каждая лежала с закрытыми глазами, наслаждаясь этим моментом. Так не хотелось отпускать тела друг друга, что они прижались лишь крепче в свои объятия. — Лор… — Обратилась к брюнетке, Маша. — Я очень люблю, когда ты меня так называешь. — Женщина улыбнулась и посмотрела на Третьякову, слегка отстраняясь. — Чего, милая? — Я могу считать это всё, как твой выбор, над которым ты обещала подумать вчера? — С надеждой спросила младшая, заглядывая в голубые глаза напротив.