Покой

      После войны всем было трудно. Кто-то потерял мужа, брата или сына. Все что-то потеряли. Лëша, конечно же не исключение. Наверное самое первое – глаз. Смотря по вечерам на эту чёрную повязку, вспоминал взгляд Берлина. Стальной пробирающий до мурашек. И много, нет, море крови. Лежащие тела на мокрой земле и крики людей. От которых сердце разрывалось на части. Иногда в ушах стояли их беспомощные вопли. Война всех потрясла. Всем нанесла шрамы. Тот же самый ненавистный Смольному, Ленинград. На Невского смотреть страшно. Худой и бледный чем когда-то.       Проще говоря – ходячий труп.       Он всегда молчит как будто язык отрезали. Сгорбился весь и на прежнего себя не был похож. Смольный думал, что Миша к нему каждый день будет мотаться.       Но нет.       Он появился только один раз ивсëНи звонков ни писем от него не было. Как и Александру, так и Алексею. Лëша звонил часто и не мог с собой ничего поделать. В ответ получал лишь бесконечные гудки или в лучшем случае краткие ответы по типу: "Я занят, позвоню позже" Никогда не перезванивал.       Потерять на войне что-то не выглядит чем-то необычным. Лëша потерял многое, но после неё совсем не мало.       Самое главное – любовь.       Святогор поддержал в трудную минуту был рядом почти всегда. Тверь вместе с ним. Они буквально вытащили его из болота и вернули в реальность. По тихоньку маленькими шагами он уверенно забыл всë. Лëша благодарен им двоим. Потому что знал, что Василисе и Святогору тоже не легче.

***

      Стоя уже у своего любимого огромного зеркала в доме чувствует на своём плече большую руку. Много воды утекло. Санкт-Петербург больше не Ленинград, Москва стал прежним, а Смольный нашел наконец свой покой. Святогор обнимает его крепко. Не хочет отпускать куда-то.       — Может, останешься?       — Миша просил приехать, — Освобождаясь от объятий проговорил Алексей. Уезжать от Святогора не хотелось никогда, но когда тебя зовет собственный сын, сложной отказать.       — Обещаю, скоро вернусь. Целует в щеку, слыша в ответ сдавленное "угу