Первые из тысяч

- Как ты назовешь нахождение в отношениях в течение полугода? Это типа… полугодовщина? Годовщинная половина? – Ким Сынмин может только смотреть на свою «жену» в полном недоумении и легком замешательстве, когда заходит домой после долгих часов на работе. - Ты сейчас серьезно? – Сынмин остановился на полпути, разуваясь, пока его «жена» только ухмылялась. - Я шучу, идиот. Я знаю, что не учился в колледже, но я не настолько тупой, - усмехнулся Минхо, сощурив глаза при виде недоверчивого взгляда мужа, - В любом случае, добро пожаловать домой, дорогой. Я сделал твой любимый суп с кимчи, - улыбнулся Минхо, все еще держа в руке нож, что использовал ранее. С одной стороны, Минхо излучает угрожающую и зловещую энергию, улыбаясь с ножом в руках. Для Сынмина, однако, его «жена» выглядела так мило в этом розовом фартуке, что был надет на нем. Парик, который выглядел до смешного хорошо для мужчины, и та же искренняя улыбка, которая скрывалась за пустыми угрозами. Сынмин, подвергшийся воздействию жестокости в молодом возрасте, не испытывал страха перед ежедневными угрозами, которые Минхо бросает в его адрес. Он на самом деле думает, что это слишком мило, что Минхо пытается напугать его, но он просто подыгрывает, чтобы удовлетворить старшего. - Снова яд? – шутливо, но мило спросил он. - Да, - прямо ответил Минхо, - Теперь живо иди сюда, иначе еда остынет, - старший вернулся на кухню, чтобы накрыть обеденный стол. Как только оба расположились на своих местах, они начали копаться в своих тарелках, время от времени обсуждая, как прошел их день. Среди тишины, охватившей их после светских бесед, Минхо снова заговорил: - О, я купил кое-что ранее, - сказал он, положив свои столовые приборы, чтобы встать. Подойдя к их холодильнику, Минхо вытащил небольшой контейнер и две ложки, прежде чем вернуться на свое место, - Я купил мороженое из мятного шоколада, твое любимое… С счастливой шестой… хм… месяцовщиной? Наверное, - поздравил старший неуверенно, покрываясь румянцем, что оседал на его щеках и ушах, пока он избегал выжидательного и любопытного взгляда Сынмина. Сынмин не знал, что Минхо был тем типом, что дорожит такими моментами. Известно, что этот человек сеял хаос в молодости и, возможно, до сих пор это делает, но для младшего достаточно удивительно, что Минхо был мягок в отношении чего-то, что, по его мнению, не стоит праздновать, особенно если то, что они делают, является полнейшим мошенничеством. Каким-то образом, он не мог не влюбиться в старшего довольно сильно. - Могу я тебя поцеловать? – выпалил Сынмин, выражение лица которого кричало о любви. Минхо посмотрел на него с широко раскрытыми глазами. Предыдущий бледно-розовый цвет на его щеках и ушах теперь светился ярко-красным, пока он пытался подобрать слова, чтобы ответить младшему. Однако его взволнованный разум был слишком беспорядочным, поэтому единственным его ответом было: - Что? Сынмин подумал, что бесполезно пытаться скрыть то, что у него на уме, поэтому он снова набрался смелости, прежде чем вздохнуть и снова спросить. - Я спросил, могу ли я поцеловать тебя? - Я имею в виду, ты мой муж, - Минхо сделал паузу, - Тебе не нужно спрашивать меня, мы женаты, - он снова отвел взгляд, когда его лицо покраснело, как никогда раньше. Фиктивный брак, подумал Сынмин, но отмахнулся от этой мысли, как только она промелькнула в его голове. - Ты уже должен знать, - Сынмин встал со своего места, - я бы предпочел попросить твоего разрешения, моя любовь, - он наклонился, схватив подбородок Минхо и приподняв его, чтобы старший посмотрел на него, - С счастливой шестой месяцовщиной, любимый, - Сынмин сократил разрыв между ними, лелея этот мимолетный момент, что так редко случался, с сладким и медленным поцелуем. *** Сказать, что их затруднительное положение было своеобразным и необычным, было бы преуменьшением. Минхо был ни чем иным, как пешкой, когда они впервые встретились. Старшего выслеживал человек по имени Чхве Джинсу, который, к счастью, был человеком, на которого нацелился Сынмин. Упомянутый мужчина стал причиной, по которой Сынмину пришлось упорно трудиться, чтобы добраться туда, где он находится сейчас, чтобы отомстить за своих павших братьев из пресловутого Щенячьего Клана. Хоть это и звучало как детский и безобидный клан для посторонних, это была довольно известная мафиозная группа среди других банд. Известные тем, что пользуются безжалостными способами, чтобы получить то, что хотят, группа дала понять бандам и мафиям, что с ними не следует связываться. Из-за ужасного события члены Щенячьего Клана были зверски убиты в огне ни кем иным, как Чхве Джинсу. Человеком из небольшой банды, который, казалось, уничтожил клан, чтобы сделать себе имя. Но судьба не играла в игру Джинсу, так как Ким Сынмин выжил. Вернее, отсутствовал во время исполнения плана Чхве Джинсу. Мальчик направлялся в штаб-квартиру мафиозной группы после своей поздней школьной деятельности, когда столкнулся с ослепительным светом желтых, оранжевых и красных цветов. Угли в радиусе здания, пожарные машины, завалившие периметр, мужчины и женщины, вынужденные отдаляться от пожара. Зрелище разбило Сынмина на крошечные кусочки при мысли, что единственная семья была убита. В глубине души он знал, что это не просто какая-то случайность. Мужчины и женщины группы были настолько осторожны и легки в своих движениях, что мысль о том, что они случайно подожгли свое место, просто не подходила ему. Сбежав оттуда, он пошел на заброшенную детскую площадку и спрятался в одном из туннелей игровой зоны. Прижав колени близко к груди, он вспоминал, чему научили его члены группы, воспитывая. Когда видишь, что товарищ в опасности, не погружайся с головой в неприятности. Сформулируй план спасения. Лучше иметь пошаговый план, прежде чем что-либо делать и подвергать себя опасности, отдаваясь в руки врагу. Он придумает план. Очень подробный. Но на данный момент он оплакивает потерю своей единственной семьи, которую когда-либо имел. Хотя Щенячий Клан был небольшим по численности, все люди группы были связаны замечательной связью, которую Сынмин не мог не разделять с ними. Вот почему боль была слишком сильной для него. Однако на протяжении многих лет он продолжал свое образование. Несмотря на то, что он искал работу на неполный рабочий день, чтобы оплатить свои расходы за проживание и образование, в конечном итоге он добрался до колледжа, где изучал стоматологию. Вы спросите, почему стоматология? Почему не криминология? Закон? Может быть, криминалистика? Все это было частью его плана. Он заметил, что у людей из Щенячьего Клана никогда не было работы, которая связывала бы их с полицией или любыми другими властями. И это то, что он планировал. Неподозрительная для мафии работа. Он не хотел притворяться стоматологом, потому что ему были нужны деньги, чтобы жить, даже после того, как все его планы будут реализованы. Таким образом, изучение стоматологии, чтобы стать стоматологом, было его лучшим выбором. К счастью для него, ни одна внешняя банда не знала о его существовании или принадлежности к Щенячьему Клану. Тем больше оснований для того, чтобы выполнить свой план. Наконец, после многих лет с окончания учебы, он нашел поселение недалеко от того места, где работает Джинсу. После многих лет тонкого сбора информации об инциденте и исследований, он, наконец, смог связать их с одним конкретным человеком, на которого указывали все доказательства. Так тупо с их стороны оставлять зажигалку с эмблемой своей банды на месте преступления. И казалось, что судьба на стороне Сынмина, так как главное доказательство – зажигалка – было упущено детективами в день расследования. Поселившись в жилом комплексе всего в паре кварталов от коммерческого здания, где находилось кафе Джинсу и его стоматологический кабинет этажом выше, он встретил Минхо в переулке. Поздно ночью, когда Сынмин закрыл стоматологический кабинет, он столкнулся с Минхо, которого избивали бандиты. Он хотел бы больше не вмешиваться в какие-либо проблемы, поскольку у него уже есть одна из них, но упоминание имени подозреваемого вызвало его интерес. Вместо того, чтобы уйти, он снял свое белое пальто и аккуратно сложил его, сев около своего портфеля, который спрятал в мусорном баке. Сняв очки, он положил их туда, где находились другие его вещи. Взъерошивание волос и беспорядок – лучшее, что он может сделать на данный момент, чтобы скрыть свою личность. К счастью, переулок был темным, что скрывало некоторые его черты. Он подошел к месту происшествия с расчетливыми движениями, говоря: - Что здесь происходит? – он молился, чтобы его голос не звучал странно, когда пытался говорить на октавы ниже своего обычного тона. - А? Кто ты? – спросил один из мужчин. - Не твое дело. Вали отсюда, иначе тоже получишь, - сказал другой. - Я думаю, что это вам нужно валить, иначе я сообщу полиции о том, что здесь происходит, - Сынмин говорил спокойно, скрестив руки на груди. - Ты нам угрожаешь? – спросил тот, кто говорил первым, вытащив нож из заднего кармана, направив его на Сынмина. - Я считаю, что это ты угрожаешь мне. Посмотри на себя, ты даже направил на меня нож, - мрачно усмехнулся Сынмин. Серия кашля прервала их, когда человек, которого избивали, наконец, заявил о своем присутствии. - Вы действительно должны бежать. Это не ваше дело, - еще один кашель вылетел из мужчины, когда он начал плеваться красным. - Заткнись, блять. Мы разберемся с тобой позже, - пнул уже раненого парня первый. Двое мужчин, которые, казалось, работали на Джинсу, переключили свое внимание с Минхо на Сынмина, - Ты мертвое мясо, сующее свой нос в наш бизнес, - оба парня выставили ножи, один встав перед ним, а другой заблокировав выход. Высокий дантист мог только вздохнуть, закатав рукав на левой руке, принимая во внимание, что он не должен показывать свою правую руку, которая была усеяна татуировками символа клана, чтобы скрыть свою личность. Ослабив галстук, он расстегнул первые две пуговицы, продумывая как уклониться от мужчин, не поранившись, но в то же время спасая этого незнакомца, который мог бы быть его пешкой, чтобы заманить человека, на которого он нацелился. Секунда тишины, прежде чем мужчины одновременно бросились на Сынмина. Последний, однако, тоже не мешкал, быстро нагнувшись, прежде чем резко потянуть парня за ногу, отправив его на землю с громким стуком. Он повернулся к другому, который собирался ударить его ножом. Его рефлексы включились, и, прежде чем нож вступил в какой-либо физический контакт с ним, Сынмин быстро схватил запястье мужчины, скрутив его и вывернув за спину. Он хотел покинуть это место как можно быстрее, не ранив мужчин, но ему было довольно тяжело. Физическая борьба на самом деле не была его сильной стороной, так как он учился этому только как самообороне. Сынмин был более силен в словесных нападках. Он знал, как проникнуть в сознание людей, потому что это то, чем был известен Щенячий Клан. Они не пытали людей физически, чтобы получить то, что хотят, они просто пробирались в мозги людей и копались там. Но, учитывая нынешние обстоятельства, кажется, что люди из банды Джинсу были очень жестокими. И поэтому ему пришлось столкнуться с тем, как они сражаются. Может быть, он запомнит парочку их движений, чтобы использовать это в будущем при необходимости. Бой длился недолго. Как только мужчины упали без сознания, он протянул руку раненому. - Давай, - сказал он. Парень, похоже, не оценил помощь, ответив: - Мне не нужна была ваша помощь. Я мог справиться прекрасно сам. Сынмин отдернул руку, повернувшись в сторону, где лежали его вещи, взял свое длинное белое пальто и вернулся туда, где все еще стоял человек, державшись за стену. - Позволь мне хотя бы помочь с твоими травмами, - Сынмин продолжал надеяться, что мужчина примет его предложение о помощи. Мужчина, повернув голову в сторону, взвешивая каждый исход своего решения, наконец, хотя и неохотно, слабо схватился за руку Сынмина. Последний осторожно поднял его, помня о травмах мужчины и накидывая на него белое пальто. Когда они вышли из темного переулка, Сынмин подумал о том, что очистить от белого пальто малиновые пятна будет настоящим геморроем. Это жертва, которую ему придется нести, чтобы завоевать доверие человека. Радовало, что завтра выходной. У него было достаточно времени, чтобы избавиться от этого ада из пятен. Прибыв в квартиру Сынмина, проверив коридоры на наличие зрителей, он осторожно повел раненого на свой диван, заперев дверь. - Просто чувствуй себя как дома. Я принесу аптечку, - как только Сынмин взял вышеупомянутое, он начал спокойно работать над порезами и синяками человека перед ним, - Если не возражаешь, я спрошу, - начал Сынмин, нарушив тишину, - Могу ли я узнать твое имя? – спросил он, обмакивая хлопок антисептиком. Мужчина уставился на него, прежде чем монотонно ответить: - Минхо. - Красивое имя. Я Сынмин. Ким Сынмин. - Мне все равно, - смотрел безучастно Минхо. Сынмин подумал, что для человека, которому помогли, он довольно дерзкий. Но ему был нужен Минхо для его плана, поэтому он старался игнорировать зуд желания выбить из него дерзость, независимо от того, насколько он был раздражен. - К тебе здесь такое же отношение, - усмехнулся он до того, как продолжить свою фразу, - я просто подумал, что ты хотел бы знать, потому что я хочу помочь. - Ты не будешь мне помогать, - сказал Минхо. Сынмин закончил обрабатывать порезы Минхо и наносить мази на синяки. Убрав аптечку, он встал, достал из портфеля маленькую карточку, прежде чем вернуться туда, где сидел Минхо. - Вот, - вручил он мужчине маленькую белую карточку, - Ты можешь позвонить мне, когда понадобится помощь, - Минхо взял и осмотрел ее. - Ты стоматолог… - он замолчал, все еще глядя на визитку, - Что бы сделал стоматолог в моей ситуации? Вырвал зубы моим преследователям? Сынмин от души над этим посмеялся. Минхо мог только смотреть на него растерянно. - Возможно, - ответил Сынмин, аура которого изменилась на какую-то зловещую. Это вызвало у Минхо озноб, но он отмахнулся от него. - Мне точно не нужна твоя помощь, но я сохраню визитку. Как благодарность за то, что помог мне. - Конечно, без проблем, - улыбнулся Сынмин. Выйдя из гостиной, он взял несколько дополнительных подушек и одеяло, после чего вернулся, - Вот. Ты можешь остаться здесь на ночь или до тех пор, пока не почувствуешь себя лучше, - Сынмин положил подушки и одеяло рядом с Минхо, прежде чем отправиться в свою комнату за старой одеждой, после чего вернулся в гостиную в последний раз, - Ты можешь переодеться, если хочешь. Также можешь воспользоваться ванной комнатой. Если ты голоден, я могу разогреть тебе немного- - Нет. Нет, спасибо. Я просто лягу спать, - оборвал Минхо. Осторожно двигаясь, он лег на диван. - Хорошо. Спокойной ночи, - после этого Сынмин ушел в свою комнату. На утро его встретила пустая гостиная. Возможно, Минхо ушел рано утром или как только Сынмин задремал. Несмотря ни на что, Сынмин не возражал. Он думал, что ему нужно дать Минхо столько пространства, сколько он хочет, прежде чем попытаться сблизиться. *** Сынмину потребовался год, чтобы сблизиться с Минхо. Достаточно близко, чтобы Сынмин рассказал о своем намерении уничтожить Джинсу, и достаточно близко, чтобы Минхо принял план Сынмина по подделке их брака, чтобы скрыть личность Минхо. В течение этого года Минхо не избавился от своих преследователей. Его постоянно преследовали, чтобы погасить долги его семьи. Минхо мог бы буквально уничтожить их всех сразу, но из-за того, что их было больше, а его раны никогда не заживали, он постоянно ходил избитый. И вот, в конце концов, он связался с Сынмином, хотя поначалу неохотно. Во время сближения Сынмин узнал, что родители Минхо умерли из-за Джинсу. Семья никогда не погашала свои долги из-за безумных процентов, поэтому все свалилось на Минхо. Когда Сынмин узнал об этом, он понял, что искренне хочет помочь ему. Он понимал его. Они оба потеряли свою единственную семью из-за одного и того же мужчины. И он считал, что больше никто не должен оказаться на их месте. Он предложил свой план Минхо, который счел его нелепым. Мужчина, заявивший, что они подружились, сказал, что ничего не сделает, пока Сынмин не объяснит ситуацию с переодеванием. - Я мог бы сделать это, не выходя за тебя замуж, - Минхо скрестил руки, вопросительно подняв бровь. - Цель брака – скрыть твою личность и заставить тебя жить со мной, чтобы я мог присматривать за тобой и тебе не пришлось сталкиваться с этими тупыми головорезами каждую, блять, неделю, - вздохнул Сынмин, потирая виски. Минхо засиял, забавляясь. - Ты уверен, что беспокоишься обо мне, или это просто повод выйти за меня? Этот ублю- - Послушай, я пытаюсь помочь тебе, и если ты думаешь, что моя идея отстойная, то предложи мне свою. Потому что я знаю кое-кого, кто готов помочь нам с поддельными документами, - бросил он вызов Минхо, осмелившись придумать план на ходу. Парень морщил лоб в раздумьях, прежде чем уныло вздохнуть. - Ладно, пойдем по твоему плану, - цокнул Минхо, заработав победную усмешку от Сынмина. Как только Минхо согласился с планом, Сынмин быстро привел все в действие. После встречи со своим другом Хан Джисоном, который специализировался на фальсификации, их свидетельства о браке вскоре были готовы. На той же неделе Минхо переехал к Сынмину. Что касается женской трансформации Минхо – Сынмин связался с другом, который был экспертом в женственных вещах. Хван Хёнджин был настолько красивым, что Минхо даже не ставил под сомнение то, что ему дали. - Теперь ты должен регулярно расчесывать этот парик, хорошо? Это будет главным пунктом всей этой трансформации, иначе ты будешь носить птичье гнездо на голове, - Минхо застонал от мысли, что проклятый парик будет проходить через высший уровень обслуживания. После того, как Хёнджин ушел, закончив свои объяснения о макияже и стилях одежды, Минхо поспешил задать Сынмину вопрос: - Он стилист или что-то в этом роде? - Нет, на самом деле он воспитатель в детском саду, - усмехнулся Сынмин. Минхо был озадачен, но больше вопросов не задавал. Трансформация была занозой в заднице Минхо, но ему пришлось признать, что он выглядел чертовски хорошо. Ему нравилось- нет, он любил это. Он ходил по улицам очень уверено после того, как сестра-близнец Хёнджина научила его как ходить так, чтобы люди не подумали, что он идет убивать, и даже было несколько мужчин и женщин, которые оборачивались ему вслед. Тем временем Сынмин был готов целовать руки и Хёнджину, и Йеджи за то, что они так хорошо преобразили Минхо. Ему нравилось, как выглядит Минхо. Это, мягко говоря, освежало, но на самом деле он предпочитал настоящего Минхо, с которым познакомился. Глядя на это сейчас, Сынмин улыбнулся тому, как сильно он позволил приблизиться к себе. Да, у него были друзья, но он очень ценит то, что Минхо часто позволяет ему быть немного уязвимым. Типа, очень часто. *** Прошло три месяца с их шестимесячной годовщины, и, наконец, все пошло по его плану. Хотя ему нужно было убедиться, что он сделает это в одиночку, без чьего-либо участия. Особенно Минхо. И ему удалось уклониться от присутствия старшего, буквально исчезнув на неделю, не оставив ни одного сообщения, письма или даже записки. Он даже оставил свой телефон, заставив Минхо нервничать и злиться всю неделю. Вот почему для Сынмина не было сюрпризом то, что его встретили сильным ударом по щеке, как только он вошел в их квартиру, после веселого «Я дома!» - Не надо мне, блять, твоих «Я дома!», мудак! – Минхо схватился за воротник рубашки Сынмина, - Где, черт возьми, ты был? – его взгляд убил бы Сынмина на месте, если бы у него была такая способность. Младший вздрогнул, когда его толкнули к двери. Боль, которую он почувствовал, шла от неприятного синяка на спине, но Минхо был слишком затуманен гневом, чтобы заметить выражение лица Сынмина. - Прости, у меня просто были дела, которыми нужно было заняться. - И ты не удосужился оставить хотя бы записку? – сердито расспрашивал он, его грудь вздымалась, дыхание было неровным, - Если собираешься уйти без телефона, по крайней мере, напиши ебучую записку! Прижатый к двери Сынмин пытался вырваться. Ему нужно было успокоить Минхо, иначе он взорвет весь многоквартирный дом, учитывая, как сильно он дымится. Схватив Минхо за плечо, он слегка сжал его, прежде чем мягко сказать: - Давай сначала успокоимся. Я все тебе объясню, обещаю,- он сильнее сжал плечо, кривясь от боли, и только тогда Минхо заметил, что что-то не так. Минхо отступил, убеждая Сынмина пройти в гостиную и сесть на диван. Как только оба устроились, Сынмин начал объяснять, что произошло. От захвата Чхве Джинсу до его нынешнего местонахождения. Вместе с упоминанием, что мужчина больше их не побеспокоит. - Я мог бы помочь тебе, идиот. Ты знаешь, что этот человек убил и мою семью, - нахмурился Минхо. - И ты знаешь, что я бы возненавидел себя, если бы тебя втянули в это сильнее, чем ты уже был. Этот человек буквально не знал меня, пока я не упомянул о Щенячьем Клане. Хотя Сынмин был прав, Минхо не считал правильным, что младший делал всю работу. Он ненавидел то, что Сынмин сделал так много, чтобы помочь ему, пока он просто сидел и ничего не делал. - Но я тоже хотел помочь тебе… - тихо пробормотал он. Сынмин посмотрел на Минхо. Он был без своей маскировки, он был просто Минхо, а не его фальшивой женой Минхи. Он разочарованно хмурился, как-то обиженно и неуверенно, что дергало струны души Сынмина. - Эй, - позвал он, но Минхо все еще хмурился, - Пожалуйста, посмотри на меня, - он взял старшего за руку, заставляя поднять глаза, - Ты помог мне. Очень. Ты буквально мог отравить меня, относясь скептически ко всему этому плану, но ты позаботился обо мне. Я действительно ценю это, - улыбнулся он. Минхо неосознанно улыбнулся, шутливо ударив Сынмина по руке, который вздрогнул из-за того, что под длинными рукавами рубашки были спрятаны другие синяки. Минхо заметил, словно получив пощечину от осознания, и остановил себя от желания ударить младшего еще раз. - Ты чертов идиот! Посмотри куда привело твое «Я могу сделать это в одиночку»! – ругался Минхо, встав со своего места, чтобы принести аптечку и пакеты со льдом. Сынмина переполняла привязанность, пока он смотрел на старшего. Тот утверждал, что не заботится о нем, но смотрел и ухаживал за ранами Сынмина так, словно он самое дорогое, что у него есть. Эта ночь была наполнена руганью Минхо и смехом и язвительными оправданиями Сынмина. *** Спустя пару недель Сынмин сидел за своим столом в клинике. Голову переполняли мысли о том, что делать дальше. Играясь с ручкой, он прищурил глаза. - Доктор Ким, я иду в кафе на обед. Вам взять что-нибудь? – нарушил ход его мыслей Чонин – молодой стажер, недавно пришедший в клинику. - Ох, нет. Ты не обязан. Мы можем вместе спуститься на обед, просто оставив записку, - сказал он, взяв с собой кошелек и телефон. Сынмину потребовалось еще несколько недель, чтобы, наконец, организовать свои мысли и придумать другой план. И именно в этот вечер он претворит его в жизнь. Он купил продукты и приготовил ужин с десертом, рецепт которого узнал от Феликса – пекаря из кафе чуть ниже их стоматологической клиники. Минхо был занят своими делами, дав Сынмину больше времени, чтобы приготовить ужин для них двоих. Он просто надеялся, что это будет на одном уровне с готовкой Минхо. Ближе к ночи вернулся Минхо, быстро снял парик, бросив короткое «Я дома», и убежал в комнату, чтобы взять одежду и уйти в ванную, не проронив ни слова. - Я приготовил ужин! – крикнул Сынмин, но не получил ответа. Он накрыл стол и взял несколько бумаг из ящика стола и небольшую коробочку, которую положил в карман. Когда Минхо вышел из ванной с полотенцем на шее и водой, капающей с волос, он пошел на кухню, где его встретили едой. Подняв бровь, он сказал: - Надеюсь, ты не добавил ничего странного в еду. - Я не могу гарантировать, что еда на твоем уровне, но если ты относишься скептически, я могу попробовать первый, - усмехнулся Сынмин. Минхо покачал головой и просто сел напротив Сынмина. Последний сжал бумагу в руках, которую прятал за спиной, наблюдая, как Минхо ест свою еду напротив него. Старший, заметив краем глаза отсутствие действий со стороны младшего, сказал: - Ты не собираешься есть? Сынмин прочистил горло и заговорил, хоть и нервно: - Я… хотел поговорить с тобой о кое-чем, - Минхо уставился на него, молча призывая продолжать, - Позволишь мне говорить? Я объясню все это должным образом, обещаю, - Минхо внезапно занервничал, - Я хотел поднять эту тему, поскольку мы разобрались с Чхве Джинсу, у нас нет других дел, связанных с браком, - начал Сынмин. … вот о чем мы поговорим… Минхо словно знал, что это произойдет, и думал о том же. Но втайне он желал, чтобы они не признавали конец своего фиктивного брака, ведь он действительно наслаждался обществом младшего. - Я… Я попросил Джисона сделать фальшивую бумагу о разводе. Я надеялся, что ты подпишешь ее, но… Думаю, я только что смял ее, - продолжил Сынмин, нервно усмехнувшись. Верно. Брачное мошенничество карается по закону. И Сынмин надеялся положить этому конец должным образом. Минхо же был слишком занят, чтобы здраво мыслить. - Тем не менее, - снова начал Сынмин, обращая на себя внимание старшего, - Я думал… Если ты когда-нибудь чувствовал то же самое, что и я, - он остановился, протянув руку, чтобы взять ладонь Минхо, положив бумаги рядом с его тарелкой, и достал маленькую коробочку из кармана, открыв ее и посмотрев на Минхо, - Я надеялся попросить твоей руки. По-настоящему на этот раз… Ох. Ох. - Старейшины из Щенячьего Клана всегда учили меня делать все по-настоящему, не обманывая других. Я подумал, почему бы не сделать этот брак реальным. Без всякой маскировки, - продолжил Сынмин. Минхо почувствовал легкость. Он ненавидел, что Сынмин любил делать подобное таким образом. Просто сбивать его с ног всей этой информацией. - Я имею в виду, если ты чувствуешь то же самое. Я понимаю, если это не так… Минхо посмотрел на Сынмина. Осмотрел его без привычного озорства, просто… осмотрел. Только теперь он понял, что Сынмин впервые надел одежду с короткими рукавами. Всю их совместную жизнь Сынмин всегда носил длинные рукава, чтобы скрыть свои татуировки, которые показывали, что он является членом Щенячьего Клана. - Когда… когда ты удалил свои татуировки? Сынмин усмехнулся, но, тем не менее, ответил ему: - Я ходил к врачу, которого знаю с тех пор, как мы начали весь этот фальшивый брак, - он сделал паузу, - Я потратил всю свою жизнь, планируя отомстить за свою семью, так что я хочу просто… расслабиться и заняться мирскими делами. Минхо понимал. И он в некотором роде рад, что Сынмин, наконец, может обрести душевное спокойствие. - Ли Минхо, - сказанное привлекло внимание парня, - Если ты чувствуешь то же самое, что и я… Согласен ли ты проводить со мной мирные дни всю оставшуюся жизнь? Минхо хотел плакать. Он никогда не испытывал столько эмоций одновременно. Он даже не обратил внимания на слезу, проскользнувшую мимо, пока Сынмин не вытер ее. - Иди к черту, - сказал он. Сынмин посмеялся над его ответом: - Это да или нет? - Да, придурок, - плакал Минхо. Нет, он не рыдал, просто плакал. Сынмин был в восторге, когда надел серебряное кольцо на левую руку Минхо. Кольцо подходило идеально, и он не мог сдержать своего счастья, поэтому оставил поцелуй на руке Минхо. - Я люблю тебя, - ласково сказал Сынмин, двумя руками держа левую руку старшего, смотря на него, как на звезды. - Я… Я тоже тебя люблю, - фыркнул Минхо, пытаясь вытереть слезы счастья, что не переставали течь из глаз. После того, как Минхо успокоился, ночь наполнилась их первыми мирскими разговорами из тысяч, что у них еще будут в будущем. *** Бонус После предложения, мужчины прибрали со стола; Сынмин мыл посуду, а Минхо вытирал ее. - Я подумал, - Сынмин закончил мыть последнюю тарелку и протянул ее Минхо, - Ты упомянул, что никогда не учился в колледже… - Да. И что? – спросил Минхо, очень тщательно протирая фарфоровую поверхность тарелки. - Не знаю… Может ты хочешь продолжить обучение? – сказал Сынмин, вытирая руки, - Я заплачу. - Сынмин, мне буквально под тридцатку, - Минхо посмотрел на него так, словно он отрастил еще две головы. - И что? Образование на этом не заканчивается. Есть куча людей по всему миру, что старше, чем ты, которые продолжают учиться. Что останавливает тебя, любимый? – спрашивает его Сынмин. Блять. Ким Сынмин, я тебя ненавижу. В этот момент он влюбился еще сильнее. - К черту тебя. Ладно, я сделаю это, - пробормотал он, убирая последнюю тарелку в шкафчик. - Отлично. Просто скажи мне, если тебе что-то будет нужно, ладно? – Сынмин наклонился, чтобы быстро клюнуть Минхо в губы. Тот покраснел, но не удержался от широкой улыбки. - Мне нужна кошка. - Тебе не нужна кошка в колледже, - приподнял бровь Сынмин. - Нет, нужна, - фыркнул старший, - Что, если у меня будет стресс? - Я помогу тебе с этим, - Сынмин поиграл бровями, за что Минхо ударил его по плечу. - Не так, идиот! - Я знаю, я знаю, - обнял Минхо Сынмин, усмехнувшись, когда мужчина попытался вырваться из его объятий, - Я дам тебе столько кошек, сколько захочешь. - Я хочу трех, - прямо ответил Минхо, повернувшись лицом. - Отлично. Завтра утром мы можем посетить приют для кошек, так как у меня выходной, - сказал он, целуя лоб Минхо, когда они устроились бок о бок в тишине комнаты, греясь. Для них, наконец, наступил покой.