зимняя сказка

«И так холодно пальцам Твоих мыслей касаться. Как опять не влюбляться — В тебя не влюбляться, скажи?!

Я в глазах твоих видел снег в океане. Этим снегом с тобой никогда мы не станем.»

Снег в океане — Сергей Лазарев

Арсений выдыхает изо рта пар и с детской радостью следит за передвижениями того. Он любит зиму. Такую, какая в сказках есть. Бабушка, живущая в деревне круглый год, всегда забирала внуков к себе на все зимние каникулы и рассказывала множество интересных и красивых историй про снег, снежинки, Деда Мороза и зиму, в целом. Поэтому Попов очень радовался, что его наконец вытащили с работы в такое морозное и белое — хоть глаз вырви — место. Из небольшого домика на террасу падает приглушённый теплый свет лампочек и доносятся звуки тихих разговоров и смеха. Дверь за спиной открывается и мужчина разворачивается к гостю лицом, продолжая расслабленно улыбаться. — В жизнь не пойму, что тебе за кайф тут часами торчать, — Антон громко шмыгает, сильнее укутываясь носом в влажный мех куртки, не успевший высушиться с момента предыдущего выхода парня на холод. Он достаёт из кармана сигареты, попутно чуть не выронив их на дощатый пол. — Пиздец тут мороз, почему мы для этой встречи не Мальдивы выбрали какие-нибудь? — Потому что некоторые из нас кое-как тянут ипотеки и мы выбрались всего на три дня, — Попов с интересом следит за движениями пальцев Шастуна, поджигающего сигарету. Холод голубых глазах ощущается, словно снегопад. Морозно, но даже как-то… Приятно. — Чего ты как дед старый бурчишь? Вроде я тут самый старый. — Ты ещё не достиг моего уровня дедости… Дедовости… Блять, короче ты понял, — Парень делает затяжку, нескладно прыгая из стороны в сторону, чтобы согреться, и выдыхает вонючий дым в сторону от Попова. — Хотя тут и правда красиво. Но становится ещё красивее, когда я сам в доме, а вся эта красотища где-то за окном, подальше от моей утеплённой задницы. — Я тебя сейчас с террасы вниз скину, если продолжишь ворчать, — Арсений тихо посмеивается, слабо ударяя друга по плечу. Тот, поняв, что мужчина не шутит и действительно способен на это, резко дёрнулся, почувствовав сильную руку на плече, и быстро отбежал куда-то в сторону, влепляясь в стену. Попов громко захохотал с реакции парня и вновь развернулся лицом к завораживающему пейзажу. Шастун, отлепляясь от вертикальной поверхности, наскоро докуривает сигарету и, кинув что-то вроде: «Скорее внутрь заползай, заморозишься,» — ушёл обратно в дом, оставляя коллегу и дальше в одиночестве мечтательно разглядывать зимний туристический городок, по большей части скрытый в мраке ночи.

***

Антон, вернувшись в дом, хватает бутылку пива со столешницы, сообщает поседевшей компании друзей, что хочет побыть один и уползает в комнату. Дима все ещё не вернулся — сидит на диване с оставшимися ребятами и рассказывает свои дедовские байки. Кровать привлекает и Шастун, не выдерживая её соблазнительного вида, прыгает в объятия одеяла, попутно стараясь не расплескать напиток в руках. Около пятнадцати минут он копается в телефоне, но не Телеграмм, не ВК или Инстаграм не занимают его мысли. Голова всё больше тяжелеет, но спать парень не хочет. Выключая дисплей и переворачиваясь с живота на спину, Антон упирается взглядом в потолок, доски на котором наталкивают на мысли о даче, детстве и лете. Ну, знаете, такие светлые, с коричневыми пятнами то тут, то там. Однако, даже приятный для взора потолок не может отвлечь Шаста. Это пиздец. Ну не может тебе нравиться… Это? Неправильно. Да и разве у него там не было недавно девушки? Он не говорил, что они расстались. Со всех сторон я себя аморально веду. Наверное, все из-за бати. Вот были у меня друзья, знакомые, хз, преподы там. А этот себя со мной не как они ведёт. Точно из-за отсутствия батька я на него ведусь. Обычный, среднестатистический дедди ишьюс. Шастун полным печали голосом выдыхает какое-то матерное изречение, переворачиваясь обратно на спину и утыкаясь лицом в подушку, приятно пахнущую стиральным порошком.

***

— Эй, Тох, давай сюда! — Матвиенко, активно размахивая руками, попутно запрыгивает в ватрушку, довольно лыбясь. Антон, мирно идущий до этого с завтрака, оглядывается и почти сразу настраивается на волну друга, с радостным видом прыгая в сторону того. Буквально прыгая. Даже чуть не падает раза три. Усевшись на край временного средства передвижения, Шастун подмечает, что, похоже, одна детская подушка на двух взрослых мужиков делится так себе. Серёжа, что-то громко выкрикнув, отталкивается от земли ладонями и ватрушка, сначала начиная медленно ехать, за несколько секунд разгоняется, неся свою ношу с пугающей скоростью. Парни радостно орут и хохочут, но их радость слегка умиряется, когда оба, не ожидая подставы от горки, подлетают на какой-то кочке, разлетаясь в разные стороны. Шаст, падая задом в слишком глубокий сугроб, неловко барахтается в снеге, после чего, язвительно передразнивая сугроб, который молчал вообще-то всё это время, вываливается на ровную дорожку, выискивая Серёжу взглядом. Тот, с каким-то слишком довольным видом, стоит неподалёку, подбирая ватрушку и направляясь в сторону друга. — Охеренно! В Питере такого мало, — Шмыгая носом, Матвиенко начинает медленно подниматься к началу съезда. Антон ровняется с коллегой, радостно щебеча о том, как круто он только что прокатился и забивая на то, что Серый был с ним. Приближаясь к краю горки, Шаст замечает ярко улыбающихся Арсения и Стаса, наблюдающих за ними. — А ты говорил, что зима — не круто! — Попов наигранно закатывает глаза и скрещивает руки на груди. Радужка глаз притягивает взгляд парня, заставляя смущенно отвести взгляд и нервно сглотнуть. Мужчины, собравшись вместе, медленно побрели в сторону коттеджа. — Я не говорил, что зима — не круто. Просто мне больше нравится, когда она где-то там, — Антон неопределенно машет рукой. — А я в тепле. — Почти одно и то же, — Стас громко ржёт и закидывает руку на плечо Шастуна, заставляя того слегка согнуться. Тот невесело хмыкает, что-то тихо отвечая, но Шеминов быстро перестаёт обращать внимание на двухметрового недовольного парня под рукой, начиная увлеченно обсуждать что-то с Матвиенко. — Хочешь глинтвейн? Я думал сварить, а эти все не хотят. На одного себя готовить не хочу, — Попов, держа руки в карманах, вопросительно смотрит на собеседника. И опять твои снежные глаза, деддик чёртов. — В целом, я не буду против.

***

— Вкусновато, — Шастун, с довольным видом развалившись на диване, сюрпает отдающий жаром напиток. Ребята, почти полным составом, отправились пулять фейерверки. Остались только Арсений, Антон и Ира, затерявшаяся где-то в доме и сказавшая, что зимой фейерверки у неё предназначены только для Нового Года. Мужчины, оказавшись наедине, включили в телевизоре какой-то детектив и принялись заниматься каждый своим делом. Попов, устраиваясь рядом с другом, закидывает ноги тому на колени, утыкаясь глазами в широкий экран. Шастун, особо не раздумывая на этот счёт, переводит взгляд на мужчину, уходя в глубокие размышления, такие далёкие, что и снега они, возможно, не видели. Арс, всем своим видом выражая свой пофигистисный настрой в данный момент, продолжает следить за действиями в сериале, изредка отпивая из кружки пахучий напиток. Антон разглядывает открыто, даже, можно сказать, с напором, подмечая каждую родинку и морщинку на привлекательном лице. Стоп, что? Шаст, выжги себе мозг. Так, дедди ишьюс, это он и только он. Голубые глаза даже в профиль всё так же притягивают. В них для Антона находится множество ассоциаций, таких изящных и восхищающих, что парню даже страшно становится. Разве мужские глаза должны быть, ну… Такими чувственными? Как это назвать, Шастун понятия не имел. Он просто продолжал пялиться до того момента, пока из его рта не вылетела одна большая ошибка: — Ну и как в тебя такого не влюбляться?