Дневники Звездной Ивы. История Первая

      На следующий день я продолжила свои изыскания в библиотеке. В этот раз Марков ко мне не присоединился. Однако в обед он сам зашёл за мной в читальный зал и предложил сделать перерыв. Очень мило с его стороны проявлять такую заботу.       Пока я обедала, вампир сидел напротив и пил вино. Молча. Он смотрел на меня своими золотыми глазами, словно что-то обдумывая. Мне было не по себе. Мне хотелось сбежать. Но я, конечно, никуда не сбежала. Может быть, напрасно…       До конца дня я почти составила заклинание. Оно получалось слишком длинным и сложным, и я вовсе не была уверена, что это сработает. Заклинание всё ещё нужно было вплести в обряд, подобрать правильные ритуальные предметы, и я не знала пока, что с этим делать. Но это было уже хоть что-то!       Марков пришёл вечером. Я ещё даже не ложилась, только успела умыться. Сидела и читала у камина, для разнообразия - не книгу по магии, а томик стихов, найденный в обширной библиотеке особняка.       Вампир молча отобрал у меня книгу и протянул руку. Я непонимающе на него посмотрела, силясь понять, что он задумал. Его глаза будто гипнотизировали, оно должно быть так и было, потому что против собственной воли я вложила ладонь в его и поднялась.       Сорин усмехнулся. Он приподнял мою голову за подбородок, чтобы я смотрела прямо на него. Он стоял почти вплотную, и от этого мне стало не по себе. Впрочем, мне всегда было немного некомфортно, когда Марков был рядом.       Вампир вдруг толкнул меня на кровать. Я ахнула в испуге, упала, а он сел на меня сверху, больно сжав коленями. Я смотрела на него со страхом, не понимая, чем заслужила такую грубость. Сорин ухмыльнулся. В его горящих золотых глазах было какое-то нехорошее выражение. Злое, жестокое. Не сулящее мне ничего хорошего.       Он рванул на мне рубашку, пуговицы полетели в стороны. Я невольно вскинула руки, прикрывясь, но Сорин грубо схватив меня за запястья, поднял руки вверх, за голову. Держа меня одной рукой, второй он расстегнул на мне брюки и резко рванув их, стащил вместе с трусами.       Его золотые глаза жадно изучали моё обнажённое тело. Продолжая держать меня, вампир расстегнул свои кожаные штаны и достал крупный возбуждённый член. Я снова ахнула, а Сорин коленом раздвинул мои ноги и резко вошёл в меня. Я вскрикнула, я была совсем сухая, а он - слишком большой, мне было больно. И страшно, потому что я не ожидала такой жестокости.       Ему была наплевать, нравится мне или нет. Он яростно трахал меня, распяв на кровати и держа за руки. Резко и быстро входя, он издавал тихие хриплые стоны.       Сорин перевернул меня на живот, грубо схватил за волосы, приподнял мои бёдра, и вошёл в попку. Я вскрикнула от боли. Он принялся также яростно меня насиловать, но уже в задний проход. Я заливалась слезами и вскрикивала, но я не молила его остановиться. Я понимала, что молить его бесполезно. Вампир дёрнул меня за плечо, побуждая подняться вертикально, я подчинилась. Обхватив меня свободной рукой за грудь, Сорин сильно её сжал. Я кусала губы до боли, сорвала голос и щеки у меня были мокрыми от слез.       Он кончил мне в попу. Я поняла это по сладостному стону, который Сорин издал. Я надеялась, что мои мучения на этом закончатся, но у него явно был другой план.       Толкнув меня, вампир перевернул меня на спину и связал мне руки, привязав к спинке кровати. Он снова вошёл в меня, начал с силой резко двигаться. Я уже не могла кричать и только стонала. А ему, похоже, это нравилось! Он припал к моим губам, не столько целуя, сколько кусая, снова больно сжал рукой грудь.       Его яростная жесткость удивительным образом кроме боли и страха приносила и странное наслаждение. Я знала, что ему сейчас наплевать на меня, и он лишь удовлетворяет свои желания. Но при этом его грубые движения отзывались в моем теле возбуждением.       Я хотела отдаваться ему. Мне нравилась его сила, ярость, жестокость. Она приносила боль, но и наслаждение тоже. Я чувствовала что скоро кончу, я молила всех богов, чтобы Сорин не решил меня помучать ещё и тем, чтобы не дать мне достичь оргазма. Но к счастью, похоже, он был не настолько жесток. Во всяком случае, он продолжал трахать меня, резко и грубо входя, пока меня не накрыла волна оргазма. Я вскрикнула, впервые в жизни возможно кончая, когда член любовника находится внутри меня.       Вампир, чувствуя как мышцы моего влагалища спазматически сжались, тихо зарычал мне в шею и вдруг впился клыками. Я вскрикнула, едва не теряя сознание от боли. Сорин некоторое время ещё двигался во мне и сосал кровь, а потом кончил. Второй раз за этот жуткий вечер насилия, наполняя уже вторую мою дырочку спермой.       У меня всё болело. Я плакала, кусая губы. Скорее всего, он что-то повредил мне в запале своей жестокой страсти. Он вышел из меня и я попыталась свернуться клубочком, подтянув ноги к груди. Руки мои всё ещё были привязаны к спинке кровати, и принять желаемую позу было сложно.       И вдруг вампир протянул надо мною руки и прошептал заклинание. Я почувствовала, как от рук Сорина распространяется приятное тепло, накрывающее моё тело. Боль медленно уходила, мне стало очень спокойно и хорошо. Будто не было только что жестокого изнасилования.       Я с удивлением посмотрела на Сорина. Он опустил руки, встал, развязал верёвку, и не говоря ни слова вышел из спальни, оставив меня одну. Немного полежав, чтобы окончательно прийти в себя, я отправилась в ванную: смыть с себя следы его насилия. Он меня полностью излечил от травм, которые сам и нанёс, хотя мог и не делать этого. Ему же наплевать на меня, мои чувства, на то, что я думаю и испытываю. Но он всё равно меня зачем-то вылечил. Однако мне всё равно было противно, я была в его сперме, я пахла им, и я хотела избавиться от этого запаха.       Потому что кроме всего прочего, этот запах меня возбуждал.       Что ж, я размышляла насчёт секса с вампиром - я его получила. Теперь я знаю, каково это. И каково быть укушенной. Осторожнее надо быть со своими фантазиями, они могут исполниться. И не самым приятным образом.       Спала я в эту ночь плохо. Мне снились… гм, эротические кошмары. Разумеется, про хозяина особняка.       Следующий день прошёл спокойно. Маркова я не видела, провела почти весь день за книгами. Обряд никак не складывался, мне чего-то не хватало, чтобы его закончить. Голова работала плохо, я весь день вспоминала события минувшей ночи.       А ещё я боялась. Я очень боялась, что Сорин снова придёт меня насиловать. Но он не пришёл.       Не пришёл он и следующей ночью, и вообще, кажется, покинул особняк. А может, и Иннистрад. Я не знаю, где он шлялся, но на третий день его отсутствия к своему ужасу поняла, что скучаю по нему.       Казалось бы, Марков - холодный, жестокий и беспощадный кровопийца. Я всё ещё не могла ни забыть, ни простить его за ту ночь. Он даже толком не помогал мне с поиском информации и составлением ритуала, спасибо хоть позволил пользоваться библиотекой и предоставил спальню. Разве что первые пару дней Сорин ещё как-то участвовал в изучении литературы. И это были единственные дни, когда он был… Почти милым. Почти не ехидничал, не угрожал, не пугал. И не трогал.       И всё равно я по нему скучала. Это было похоже на какое-то наваждение. Если бы только Сорин был более… Я не знаю, не нежным, конечно. Скорее, менее жестокосердным и злым.       Я засиделась в библиотеке допоздна. Кажется, я нашла нечто полезное в одной из книг. Если использовать магические печати, то не придётся долго читать нужное заклинание. Но я никогда не работала с сигилами, и поэтому полдня просто училась их чертить. Я перечерчивала магические печати из книги на листе бумаги, просто ради тренировки и чтобы набить руку. И вдруг услышала совсем рядом тихий голос Сорина:       — Что ты делаешь?       Вздрогнув, я резко развернулась, и невольно вжалась спиной в стол: Марков стоял всего в паре шагов от меня, скрестив руки на груди. Слишком близко! Сердце у меня бешено колотилось: от испуга и от откровенного страха. Сколько он так стоял? Он опять подошёл совершенно бесшумно, как же меня это пугало каждый раз! Но сейчас мне было страшно втройне: это была наша первая встреча после того, как он меня изнасиловал.       — Учусь чертить сигилы, — стараясь говорить так, чтобы голос не дрожал, ответила я.       Голос меня предал. Я выдала свой страх, впрочем, Сорин и без того наверняка это ощущал своими вампирскими чувствами. Вампир усмехнулся и шагнул ближе. Я хотела провалиться через землю или просочиться через стол. Он молча поднял руку и потянулся к моему лицу, я дернулась, отворачивая голову. Сорин замешкался, рука на долю секунды замерла в воздухе, а затем продолжила движение. Я зажмурилась, ожидая от него чего угодно.       Но того, что он сделал, я не ожидала совершенно точно. Может быть, хотела, но не ожидала. Сорин нежно прикоснулся к моей щеке и провёл обратной стороной пальцев до подбородка. В шоке, я открыла глаза и непонимающе на него посмотрела.       Наглый упырь откровенно лыбился, демонстрируя клыки. Он всё ещё не убрал руку и ничего не говорил. Так мы простояли долгую минуту, а потом Сорин, наконец, убрал руку и обошёл меня, склоняясь над моими записями и рисунками.       — Неплохо. Я думал ты никогда до этого не додумаешься, — спокойным голосом заметил он.       — Если бы Вы помогли мне и подсказали, в каком направлении искать, вместо того, чтобы насиловать, дело пошло бы быстрее! — резко ответила я, и тут же снова испугалась.       Вампир бросил на меня холодный взгляд, но промолчал. Он ещё некоторое время изучал записи, водя длинным изящным пальцем по линиям магических печатей.       — Где Вы были? — почти возмущенно спросила я.       — Искал, как тебе помочь, — не отвлекаясь от сигилов, ответил он, даже не глядя в мою сторону.       — Что?.. — я не верила своим ушам.       Сорин распрямился, он всё ещё стоял очень близко, и мне было очень некомфортно от этого.       — Ты смелая, — вампир повернулся ко мне. — Не сбежала, даже не смотря на то, что страшно меня боишься, и боишься, что та ночь повторится.       Он видел меня насквозь. Как и всегда. Чуял мои эмоции, мой страх. Я отвела взгляд, потому что кроме страха испытывала и несколько другие эмоции.       — И ты умная, — добавил Сорин. — Времени зря не теряла в моё отсутствие, и додумалась-таки до сигилов. Ты не учла только одного: где ты столько маны найдёшь?       — Я не… — я и правда об этом не подумала.       Откровенно говоря, я даже не прикидывала, сколько магической энергии понадобится на обряд. Сорин усмехнулся. Он шагнул ко мне, сокращая и без того малое расстояние, и я попятилась. Вампир ухмылялся, он буквально оттеснил меня к стеллажам. Отсюда мне бежать было некуда, и меня снова накрыло ужасом. Сорин буквально прижал меня к полкам и наклонился к моему уху:       — Мне нравится, что ты меня боишься. Это так… возбуждает.       Я разозлилась и ударила его кулаками по груди, больно ушибившись о нагрудный доспех:       — Пошёл к чёрту!       — О, в гневе ты неотразима! — Сорин и не думал отходить и отпускать меня. — Продолжай, это заводит меня не меньше, чем твой страх.       — Не смей трогать меня, упырь!       Вампир продолжал ухмыляться:       — Что будет, если трону? Что ты мне сделаешь?       Я ничего ему не могла сделать. И он это прекрасно понимал. Мои глаза внезапно наполнились слезами, я несколько раз моргнула, стараясь не расплакаться:       — Так Вы это со мной сделали, чтобы я боялась?.. — дрожащим голосом спросила я.       — Я трахнул тебя потому что хотел трахнуть, — ответил Сорин. — А я всегда получаю то, что хочу.       Я непроизвольно сжала крепче ноги. Но вампир вставил колено между ними, и ещё теснее прижал меня к книжным полкам. Он откровенно наслаждался моей беспомощностью!       Но самое страшное в этой ситуации было то, что кроме страха и гнева я начинала испытывать и возбуждение. Запах его тела сводил с ума, его внутренняя энергия заставляла подчиниться. Сорин, похоже, прекрасно это чувствовал.       Внезапно вампир меня отпустил и отошел. Он взял с соседнего стола какой-то сверток в бумаге и вернулся ко мне.       — Я принёс тебе подарок, — сказал Сорин.       — Что? Подарок? — не поверила я своим ушам уже второй раз за вечер.       Сорин ловким движением сорвал бумагу и протянул мне… огромный букет черных лотосов. Трогательно перевязанный алой лентой. Теперь я не верила уже своим глазам.       — Черные лотосы! Но они же невероятно редкие, и никто не знает, где они растут! — ахнула я.       Про черные лотосы я читала в одной из книг в его библиотеке. Я думала, что они - больше легенда среди магов-Мироходцев.       — Поэтому меня и не было так долго, — пожал плечами Сорин. — Я же не мог вернуться к моей прекрасной леди с пустыми руками.       — Прекрасной леди?.. Вы смеете меня так называть, после того, как изнасиловали?! — возмутилась я.       Сорин не ответил. Он всё ещё протягивал мне букет. Я взяла волшебные цветы и заметила:       — Это же целое состояние. И Вы мне их так просто отдаёте?..       — Ты сполна за них расплатилась, — ответил Марков. — Хотя я бы не отказался повторить.       Держа магические цветы в руках я посмотрела на вампира, испытывая смешанные чувства, и тихо спросила:       — А что Вам мешает? Сопротивляться я не могу, я слабее и физически, и в плане магии.       — Я же сказал, что ты умная, — кивнул Сорин.       Он развернулся и направился к выходу из библиотеки. Я ничего не понимала!       — Зачем Вы это делаете, Сорин? — спросила я ему в спину. — Если моё присутствие здесь для Вас в тягость и Вы хотите, чтобы я ушла, то так бы и сказали! А не устраивали весь этот цирк с конями!       — А тебе не приходило в голову, что я не хочу, чтобы ты уходила? — не оборачиваясь, заметил вампир.       Я не успела ничего больше сказать, так как он вышел и дверь за ним закрылась. Почему он не хочет, чтобы я уходила? И почему тогда пытается меня напугать, чтобы я сбежала? Я ничего не понимаю!       Впрочем, голову я ломала недолго. Было уже довольно поздно, и вообще-то я хотела спать, и поэтому отправилась в спальню. Черные лотосы я поставила в вазу около кровати. Они источали едва заметный приятный аромат. Глядя на цветы, я подумала, что Сорину, похоже, пришлось немало миров оббегать, чтобы их найти.       И он делал это только потому, что черные лотосы были нужны мне. Для моего обряда. То есть, ему вовсе не наплевать. Сорин подумал о том, о чём не подумала я. И вместо того, чтобы просто ткнуть меня носом в тот факт, что мне нужно много маны, Сорин пошёл и решил эту проблему. Молча. Как настоящий мужчина.       Кто-то вообще делал для меня то, что делает он? Ведь по сути, у него не было причины мне помогать. Не думаю, что у Маркова есть какой-то недостаток в донорах или любовницах, чтобы ещё и меня вешать вот так на шею. Возможно, им движет любопытство. Не думаю, что к вампиру часто приходят молодые девушки и просят помочь с магическим обрядом.       На следующий день я снова торчала в библиотеке. Марков не появлялся, и это с одной стороны меня радовало, а с другой - расстраивало. Эта двойственность моего отношения к нему меня пугала.       После обеда я снова взялась за свои записи, и вдруг меня осенило. Паззл сложился! Я поняла, как провести обряд! Четыре сигила с заклинанием, которое я составила ранее, по четырём сторонам света, по свече на каждый сигил, чтобы зарядить его огнём, и по одному цветку лотоса, чтобы зарядить его энергией. И тогда вокруг кладбища образуется не просто барьер, который не даст призракам и зомби с него разойтись. Этот барьер также будет сжигать их!       Я так обрадовалась, что издав боевой клич затанцевала по залу. Видимо, мой крик привлёк Сорина, потому что несколько минут спустя он появился на пороге библиотеки. Заметив, что я выписываю танцевальные па по залу, он хмыкнул и спросил:       — Что случилось?       — У меня всё получилось! Благодаря Вашим книгам я придумала обряд!       Вампир подошёл ко мне и взял листок. Задумчиво изучив записи он кивнул:       — Да, это отлично сработает. Ты молодец.       — Завтра на рассвете я отправлю назад, — сообщила я. — И больше не буду отвлекать Вас от Ваших дел и мозолить глаза.       — Хорошо, — кивнул вампир и вышел.       Мы ужинали вместе. Ну то есть ужинала я, а Сорин просто сидел напротив с бокалом вина.       — Я заберу остатки еды с собой? Вам-то она без надобности, — спросила я, отнеся посуду на кухню.       — Разумеется, — кивнул Марков.       Он внезапно поднялся и подошёл ко мне. Я была всё ещё на адреналине от того, что у меня всё получилось с обрядом, и потому не сразу сообразила, что происходит. А Сорин вдруг аккуратно взял меня за подбородок и приподнял мне голову. А затем склонился и поцеловал в губы.       Я испуганно сжалась, но поцелуй был неожиданно нежным. Это так ошарашило меня, что я невольно ответила на поцелуй и вскинула руки, положив их вампиру на грудь. Он положил руки мне на талию. Мы стояли и целовались несколько минут, и это было очень странно. Я не думала, что Марков может в какую-то нежность, но сейчас этой нежности было хоть отбавляй! Он оторвался от меня и сказал:       — Идём.       — Куда?! — не поняла я.       — В мою спальню, разумеется. Или ты предпочитаешь заниматься сексом на столе? — ехидно заметил Сорин.       Я сжалась. Ну вот, опять! Сейчас он снова будет меня насиловать. Вампир, разумеется, заметил мой страх и тихо произнёс:       — Я не сделаю тебе больно. Прости, что в прошлый раз не сдержался.       — Что?.. Вы что, правда сейчас извиняетесь?! — я недоверчиво смотрела на вампира.       — Извиняюсь, — кивнул он.       — Ну… Ладно… — я и в самом деле была в шоке.       А ещё мне было очень любопытно. Если вампир не собирается в этот раз быть жестоким, то… А как тогда это будет? А вдруг он врёт? Вдруг опять «не сдержится»?       — А, к чёрту! — решилась я. — Только если опять не сдержитесь, вылечите меня снова, пожалуйста. Вам не сложно, а мне приятно.       Сорин усмехнулся и нежно провёл по моим волосам рукой. Это было… приятно. Чёрт! Я сейчас собираюсь лечь в постель с вампиром, по собственному желанию и из интереса!.. Эта мысль одновременно пугала и возбуждала. Марков взял меня за руку, и я послушно последовала за ним.       В спальне Сорина я оказалась впервые. Что ж, здесь было уютно. Широкая удобная кровать с балдахином из черного бархата, огромное окно с широким подоконником, камин, около него на полу шкура какого-то животного, много свечей, стойка для меча и манекен для доспехов, сейчас занятые.       Я села на край постели, вампир стоял в шаге от меня, скрестив руки на груди. Вздохнув, я сама сняла рубашку и брюки. В прошлый раз он оторвал мне все пуговицы, пришлось их пришивать. Сорин внимательно наблюдал за мной. Я сидела как дура в одном белье, а он стоял, всё ещё одетый. Мне стало неловко и я обхватила себя руками.       Марков хмыкнул и расстегнул рубашку. Он делал всё так медленно, словно решил надо мной поиздеваться. Рубашка полетела в сторону, он расстегнул брюки, снял их и я нервно сглотнула. Святая Авацина!.. Я впервые видела Сорина полностью обнажённым, и это было… красиво.       Он мягко толкнул меня в плечо, побуждая лечь, и я не стала сопротивляться. Сорин лёг сверху и принялся целовать мою шею, потом грудь. Я судорожно вздохнула, это было очень хорошо!       Такой нежности я от вампира не ожидала, особенно после изнасилования. И на самом деле, такой нежности я не видела от прошлых любовников. Я закрыла глаза, просто наслаждаясь. Его пальцы гуляли по моему телу, прохладные, нежные, ласковые. Возбуждающие.       Марков коснулся моего клитора и я тихо ахнула и дёрнулась. Он замер, я открыла глаза и посмотрела вопросительно. Видимо, убедившись, что я дёргаюсь вовсе не от страха, Сорин продолжил свои манипуляции с моим телом. Я была уже мокрая, я хотела больше, чем пусть и очень чуткие и умелые пальцы.       Вампир прекрасно чувствовал мои желания. Он не стал медлить, и медленно вошёл. Я тихо застонала. Сорин начал двигаться, медленно, только больше меня распаляя. Я закусила губу, а потом прошептала:       — Пожалуйста, быстрее…       Сорин не стал надо мной издеваться, и ускорил темп. Я обняла его, гладя спину, плечи, бёдра. Он обнял меня сильной рукой за талию, слегка приподнимая.       Даже не смотря на то, что Сорин был осторожен и нежен, в его движениях была страсть и сила. Он уткнулся лицом мне в шею, щекотя дыханием и слегка постанывая, пока двигался во мне. Я уже не просто стонала, а откровенно вскрикивала, мне было очень хорошо!       Он вышел из меня и перевернул на живот. Я немного напряглась, помня, что было в прошлый раз, когда он так сделал, но Сорин снова вошёл во влагалище, и одновременно принялся ласкать клитор. Он двигался сильно, быстро, пошло хлопая своими бёдрами по моим. Я вскрикивала, кусала подушку и громко стонала, буквально плавясь и тая в его руках, растворяясь в его страсти. Я почти теряла сознание от удовольствия. Я боялась, что просто отключусь, но не хотела, чтобы он останавливался. Думаю, он чувствовал мои эмоции, и вероятно ему это нравилось. Во всяком случае, он стонал лишь немногим слабее меня.       Я почувствовала приближение оргазма и почти испугалась. Мне казалось, что сейчас я точно отрублюсь! Сорин, похоже, чувствовал мой страх, потому что придавил меня к кровати, слегка замедлил движения и склонился к моему уху:       — Всё в порядке, ты в безопасности.       Словно давал мне разрешение потерять сознание. Удивительным образом его уверенный голос вызвал у меня увеличение возбуждения, хотя казалось бы, куда больше. Я ахнула и кончила, действительно, кажется, отключившись на пару минут. Сорин кончил следом, изливаясь спермой внутри меня.       Какое счастье, что у вампиров не бывает детей. Во всяком случае, ни одного подобного случая не было мне известно. Самый безопасный в этом плане секс! Да по сути и во всех других планах: вампиры ничем не болеют и ничего не передадут партнеру. И если бы каждый секс с вампиром был именно таким, как сейчас, а не таким, каким был в прошлый раз…       Сорин вышел из меня, притянул к себе и лёг. Я тяжело дышала, приходя в себя. Уткнувшись носом куда-то в районе его подмышки, я старалась запомнить его запах. Запомнить, как нечто самое приятное, что было со мной.       А спустя несколько минут мозг у меня снова заработал. И я почти испугалась происходящего! Что если он и в самом деле не захочет меня отпускать? Ему нравится заниматься со мной любовью, это ясно. Иначе бы никакого второго раза не было. Он явно сделал этот сегодня потому, что я собираюсь завтра уйти. Может быть, он пытался привязать меня сексом?       — Спи, тебе рано вставать, — тихо сказал вампир.       Нет, он не собирается меня задерживать. Не собирается уговаривать. Похоже, это было нечто вроде его последнего подарка.       Я не останусь. И не вернусь. И Сорин это знает. Но он просто не мог упустить последнюю возможность мною насладиться. Не знаю, чем я могла ему приглянуться, возможно он просто слишком давно не был с женщиной. Не знаю…       …Вскоре я заснула, и спала крепко и сладко. Сорин разбудил меня на рассвете. Он нежно поцеловал меня в губы, и это моментально вырвало меня из сна.       — Тебе пора, у тебя впереди долгий путь, — сказал он.       Вампир был полностью одет. Он или вовсе не спал, или просто встал раньше меня.       — Я собрал еду в твой мешок, — добавил Сорин. — Упаковал твои бумаги и цветы. И… гм… Приготовил завтрак.       От последнего его заявления я сильно удивилась. Он… Заботился обо мне! Как умел, как считал нужным.       — Спасибо… — тихо сказала я.       Одевшись и испытывая очень странные эмоции, я последовала за Марковым в обеденный зал. Ну, «приготовил завтрак» - громко сказано, но он нарезал бутербродов и заварил мои травы. Но даже такое простое действие поразило меня до глубины души. Я чуть не расплакалась. Потому что вообще-то никто давно не делал для меня такого.       И почему вампиров называют монстрами?.. Вот этот вампир, холодный, ехидный, жестокий, оказался более человечным, чем некоторые люди. И он не побоялся извиниться за свою жестокость, пусть и довольно кратко. Ладно, давайте честно, этим сексом он извинился вообще за всё!       Я молча поела и встала из-за стола. Сорин проводил меня до двери, не говоря ни слова. Я замешкалась в дверях, повернулась к вампиру и сказала:       — Спасибо. За всё.       Он кивнул, слегка улыбнувшись. А затем привлёк меня к себе и поцеловал в губы. И чёрт возьми, этот поцелуй так возбуждал, что я едва не заявила, что остаюсь! Но Сорин словно почувствовал (ладно, без всяких «словно», он просто отлично всё чувствовал!) мои эмоции. Отстранив меня, он сказал:       — Хорошей дороги и береги себя.       Я ушла. Надеясь, что мы больше никогда не встретимся, и одновременно что однажды наши пути снова пересекутся. Нет, сама я к нему не вернусь. Это глупо. Хороший секс - ещё не повод бегать за кем-то! Я не знаю, почему случилось всё то, что случилось, и о чём думал вампир. И чего он хотел, я тоже не знаю.       Но я не вернусь. Мне слишком страшно и слишком хорошо было здесь. Я не хочу навязываться, не хочу привязываться, не хочу чтобы кто-то становился для меня слишком близким, потому что близких рано или поздно теряют, и это слишком больно. Да и признавать, что мне пришёлся по нраву этот холодный и жестокий мужчина было… немного стыдно.       Я вернулась к старейшине днем. И сразу отправилась на кладбище. Четыре свечи расположила вокруг кладбища по четырём сторонам света, зажгла их. Нарисовала в воздухе магические сигилы, активизировала около каждого по цветку лотоса, заряжая их энергией. Потом отошла в сторону и произнесла короткое заклинание, активизируя все сигилы. Они вспыхнули, всасывая в себя огненную магию из свечей, и накрыли кладбище куполом. Теперь ни одна тварь не могла его покинуть! И у этой защиты всегда была подпитка, которую я встроила в магические печати: барьер тянул белую и красную ману из окружающего пространства.       Ночью барьер был проверен на практике. И он работал. Зомби загорались, прикоснувшись к моей защите, призраки просто не могли пройти. У меня всё получилось. Я заплатила за это заклинание немалую цену. Расплатилась своим телом и своей кровью с древним вампиром. Но почему меня это не ужасало? Почему ту неделю что я провела у Сорина, я вспоминала с таким теплом? Что такого сделал со мной этот вампир?       И неужели я в него влюбилась?..       …Мой путь лежал дальше по Стенсии. И я старалась не думать о Сорине…