Долгожданный вечер

Чимин долго готовился к этому вечеру, подбирал наряд, делал причёску, покупал аксессуары и тому подобное. И вот он слышит долгожданный стук, подходит к двери и открывает её, видя запыхавшегося Юнги в шапке, которая свисает на его глаза, не давая взглянуть. — Чим~и, извини, опоздал. — Ничего, хён, ужин ещё не остыл, — берёт за руку, нежно поглаживая её. Юнги, заходя в квартиру, снимает ненужную вещь и видит ангела в плоти демона: белая рубашка, расстёгнутая на две пуговицы, из-под которой видны ключицы, кожаные штаны и ремень на великолепных бёдрах. Юнги смотрит раскрыв рот, а Чимин игриво улыбается, снимая куртку с хёна. Вещь сразу отлетает на пол, а Юнги прижимает Пака к стене, дышит часто. — Малыш, мы же договорились на ужин, — облизывается, проводя кончиком губ по шее. — Планы поменялись, папочка. Им сразу сносит крышу. Юнги хватает своё солнце, прижимая к себе и сжимая упругие ягодицы в руках, будто тесто, а младший прижимается, терётся о пресс хёна. Они впиваются в губы друг друга, покусывая их. Не отрываясь от родных губ, они поднимаются по лестнице и идут в спальню. Ужин отменяется. Юнги кидает его на кровать, разрывает его рубашку и стягивает штаны, оглаживая руками тело Пака. Оно восхитительно, этот контраст тонкой талии, пресса и накаченных бёдер сводит с ума и сносит крышу. Мин кусает шею, посасывая кожу, спускаясь ниже. Чимин хватает того за волосы, оттягивает их и слыша рычание, довольно улыбается. Нежный язык уже исследует грудь, кусая за чувствительные соски, спускается к талии и очерчивает каждый родной кубик. Пак стонет, выгибается в спине до хруста, только бы ближе к этим желанным губам. — Ммм, что же ты будешь делать? —полушёпотом произносит младший, чувствуя желание подчинится только ему. — А ты угадай, малыш, — Юнги целует бедро, зная, что это самая эрогенная зона его мальчика, а тот вскрикивает и обхватывает талию Мина ногами, прижимаясь ближе. — Давай же, не томи, — простанывает Чимин, а тому больше и не надо. Юнги протягивает руку к прикроватной тумбочке и хватает смазку со вкусом карамели — любимая Чимина. Немного выдавливая себе на пальцы, растирает и размазывает по презервативу. Он впивается в губы, терзает их, пробует на вкус, будто в первый раз, пока одним пальцем входит в желанное тело. Он рычит, когда уже второй палец внутри. Хрупкое тело само насаживается, прогоняя через тело ток, и этот ток — любовь Юнги. Он всегда нежный и готов постоять за своего мальчика и перегрызть глотку каждому, кто его обидит. Растянув тремя пальцами, чувствует, что готов принять его полностью. — Давай же, возьми меня, — шепчет Чимин, смотря затуманенным взглядом. Юнги больше и не надо, он растягивает презерватив по органу и входит наполовину. Чимин любит, когда его по-настоящему любят и лелеят. Мин начинает двигаться, подхватывая Пака под ягодицы и насаживая его, а тот в свою очередь, откидывает голову, кусает губу и царапает плечи Юнги. Толчки жёсткие, но нежные — это прекрасное чувство. Толкаясь в податливое тело, Мин чувствует, как кончает от вида парня, от его стонов и как он нежно вытягивает «Юни~иииии». Наращивает темп, касаясь точки, где Чимин уже начинает дрожать, и сам толкается ещё ближе и сильнее. Мин целует страстно в губы, токаясь последний раз, и Чимин кончает на живот Юнги. Мин же через пару секунд изливается на простынь. Они ложатся на кровать, дышат часто, видя звёзды в глазах. — Мне понравился ужин, — говорит хён. Пак смеется и нежно целует в щёчку. Они ещё успеют поужинать вкусной едой, а пока будут дарить друг другу любовь — это их ночь и их вечность.