Наслаждаясь этой болью

Во время обеда я сидела грустная. Я надеялась, что он не будет против. Хотя чего я ждала! Он волк-одиночка! Больше всего сейчас хочу остаться и знать, что у него все нормально. Помыв за собой посуду, я вошла в комнату. Он сидел на полу, обхватив голову руками. Он просто сидел и о чем-то напряженно думал. Я попала в ситуацию, в которой не знала как себя вести. Просто знала, что должна что-то делать, а что не знала вообще. Я подошла в окну, раздвинула шторы - свет вечернего заката ворвался в комнату. Стало светлее и Родион поднял глаза. - Можешь объяснить, зачем тебе все это? Тухлая однушка в хрушевке, каждодневный риск при нырках и я? Можешь просто от меня отстать и спокойно жить? Я подняла глаза на потолок и посмотрев на трещену на побелке, улыбнулась. Вот теперь я готова сказать все, что было в моей голове. Сейчас все оказалось настолько просто и понятно. - Ты все ещё не понимаешь? А вспомни : сумерки, первый нырок, мой. Ты уже нырял тогда пару раз. Я переживала сильно, ты тогда подошел и сказал мне о том, что в болоте я скорее всего увижу, то о чем больше всего жалею. И правда - я увидела тебя там, только не в то далекое время, а позавчера. Я видела тебя полумертвым, в физическом плане. И сейчас я вижу тоже самое, просто ты умираешь изнутри. Если не хочешь говорить, я просто буду молчать! Но останусь здесь надолго, понял? Родион все это время проницательно смотрел мне в глаза. Потом встал и накинув черную толстовку на плечи, быстро вышел из квартиры. Около часа я в тёмной квартире, сидя на подоконнике, смотрела на машины едущие по освещенной дороге. Его все не было и я не тешила себя надеждой, что не буду спать в квартире одна. Он мог уйти надолго. Я долго прождала и готова была прождать еще столько же, но в дверь постучали. Я подошла и открыла ее. Родион хмурый как и всегда проворчал : - Даже не посмотрела в глазок, а если бы это был не я? Я просто пожала плечами, приняв свою ошибку. Он зашёл скинув толстовку ушел в комнату. Там продолжал копаться с арбалетом и в итоге, все-таки починил его. Я сидела рядом и молчала, просто смотрела за его движениями, а он изредка поглядывал на меня своими серо-синими глубокими глазами. Ближе к часу ночи, он встал с пола и достал из шкафа с верхней полки подушку и одеяло . Я села на кровать и он встал перед шкафом, в котором было уже много моей одежды. Перед сном я решила выпить чая, но его не нашлось, что меня сильно расстроило. Немного огорченная этим я переодела джинсы на пижамные шипокие брюки и водолазку на свободную домашнюю футболку. Пока я переодивалась, Родион стоял за закрытой дверью и вздыхал - я не выпускала его в комнату, а ему позарез нужно было перетащить все свое добро из шкафа (занятого мной) в другой угол комнаты. Ну, вот и все. Я лежу в кровати, укрывшись пледом, мне тепло, но ровно до того момента пока не посмотрю на Родиона. Он лежит на диване, который успел перетащить в другой конец комнаты и смотрит в потолок. О чем он сейчас думает, даже предположить не могу. На завтра у меня большие планы, а какие - он узнает завтра.