Paper kissing game

2022 год. Камбэк с заглавной песней о любви.

3racha много работает ради создания нового альбома, выбрав немного непривычную тему для себя. Парни пытаются показать свою интерпретацию любви и у них это получается. Название титульной песни «case 143», это можно описать как «дело о любви». Тема нового камбэка заставляет всех мемберов почувствовать смущение и некоторую неловкость. Ни у кого из них не было времени на романтику и нормальные отношения. Особенно учитывая их плотный график. Хотя, конечно, были те, кто пытался найти вторую половинку, но итог всегда был один. Ничего не получалось. Некоторые из участников группы слишком сильно задумываются о теме любви. Настолько что осознали свои чувства, которые ранее успешно игнорировали. Чанбин, как человек, который придерживается принципов, решает не ходить вокруг да около и признаётся, пускай сначала и самому себе, сразу же как на него снисходит озарение. «Я люблю эту чёртову квокку. Это же так очевидно, неужели я настолько тупой?» — думает Чанбин во время написания своих строчек лирики для новой заглавной песни, исподлобья смотря на Хана. Чанбину требуется некоторое время, чтобы свыкнуться с этим фактом. Всё же ты не каждый день осознаёшь, что любишь лучшего друга. Он замечает в своём поведении то, на что раньше не обращал внимание. Бин наблюдает за тем, чтобы он не перетрудился, неосознанно, при выборе закусок покупает то, что любит Хан, приносит ему плед, если видит, что младшему холодно. И такое его поведение в отношении Хана никого не смущает, значит, Чанбин делает это постоянно, но только сейчас осознанно. Когда все треки записаны, клипы сняты и смонтированы, Чанбин решает, что обязательно должен рассказать о своих чувствах, иначе он сойдёт с ума. «Со Чанбин не многозадачный». Об этой черте рэпера часто говорят участники группы в различных интервью. И это чистая правда. Чанбин не знает, как вообще всё это время справляется со своей работой, учитывая, что в голове у него только Хан Джисон и всё, что с ним связано. После официального релиза «Case 143» на spotify, Чанбин находит предлог, чтобы пригласить Джисона в их студию, когда уверен, что Чана там не будет. Со ждёт, переживая не меньше чем перед концертами, а возможно даже больше. Джисон, как всегда опаздывает, а когда наконец-то добирается до студии и входит в помещение, застаёт Чанбина, практикующего дыхательные упражнения. — Бинни-хён, привет! Ты чего делаешь? — спрашивает Хан, с интересом разглядывая старшего. Тот от неожиданности практически подавился воздухом и закашлялся. — Кха… Ханни! Зачем так пугать? — он звучит немного обиженно. — Прости-прости, хён, я не хотел, — поднимает обе руки виновник инцидента, извиняясь, и садится на диван, стоящий у стены студии. — Зачем позвал? Чанбин немного тушуется от этого вопроса и начинает нервно крутить кольцо на указательном пальце. Джисон обращает внимание на этот жест, так как обычно его хён не носит украшения на руках. Также замечая, что это именно то кольцо, которое он сам подарил старшему, но это было давно. Сам не понимая почему, Хан начинает нервничать, ожидающе смотря на старшего. — Ты же знаешь, что я не силён во фристайле? Такого вопроса Хан не ожидал, но утвердительно кивнул, Чанбин на самом деле ужасен в этом. — Так вот, Хан Джисон, — Чанбин выпрямляется, сидя на стуле, набирает в грудь побольше воздуха, словно собирается зачитать максимально взрывной рэп. Но вместо этого, произносит только три слова, выделяя своим низким голосом каждое из них. — Я. Тебя. Люблю. Всего три слова произвели эффект разорвавшейся бомбы. В студии повисла гробовая тишина. Парни смотрят друг на друга. Чанбин пытается разглядеть в лице Хана намёк на ответ, но видит только удивлённую квокку с максимально раскрытыми глазами и ртом. «Кажется, я его сломал», — думает Со и присаживается на корточки перед Ханом. — Ханни, наверно, это слишком, да? — Чанбин смущённо улыбается и чешет затылок, как делает всегда, когда сомневается в чём-то, — забудь об этом, ладно? — он пытается заглянуть в глаза младшего, которые уже вернулись в нормальное состояние, но смотрит он в пол, не желая смотреть на старшего. Чанбин вздыхает, понимая что совершил ошибку, уже собирается подняться и уйти. Но не успевает это сделать, его хватают за руку, останавливая и возвращая в прежнее положение. — Хён, я не знаю с чего ты решил, что любишь меня. Сначала я подумал, что ты меня разыгрываешь, потом что ты сошёл с ума, но видя твоё лицо, я понимаю, что ты серьёзен. А ещё знаю, что ты не стал бы говорить такое наедине со мной. Я растерян, правда, совсем не знаю что сказать. Поэтому, хён, ты дашь мне время? — Джисон быстро и сбивчиво проговаривает всю эту тираду и смотрит прямо в глаза Чанбина, видя в них своё отражение.

***

На следующий день у них запланирована запись на Weekly idol для продвижения и рекламы нового альбома. Обычно игры и темы обсуждаются заранее, но из-за непредвиденных обстоятельств пришлось заменить одну игру на немного другую. — Итак! Stray kids! Настало время одной из наших старых и незаслуженно забытых игр! Вы знаете, о чём я говорю? — задаёт наводящий вопрос ведущий, но вместо ответа получает только удивлённые взгляды гостей и их недоумённые переглядывания между собой. — Кхм… Видимо, ребята даже не догадываются, — нарушает секундное молчание второй ведущий, — это будет «paper kissing game»! Издав приглушённый смешок, Бан Чан с осторожностью уточняет: — Хёны, это та игра, где надо листочек передавать? — Ага, изо рта в рот! Мы верим, что у вас отлично получится! В момент, когда камеры направлены только на ведущих, участники группы переглядываются, с обречённостью понимая, что не мог отказаться в самый разгар записи. А Чан практически не моргая, исподлобья сверлит взглядом стафф, как бы обещая, что он вернётся к этому вопросу позже. — Вам нужно выстроиться в одну линию, — начинает объяснение ведущий, — самый первый должен взять бумажный листочек в рот, удерживая его только губами, и передать следующему за ним мемберу, так же с помощью губ, как вы будете это делать зависит от вас! Тот, кто уронит листочек выбывает! Победитель получит награду! Stray kids ничего не остаётся, кроме как выстроиться в линию друг за другом и начать. Минхо берёт цветной квадрат в рот, втягивая в себя воздух, чтобы он не упал, и передаёт его Чану, который старается сильно втянуть листочек в себя так, чтобы тот не упал. Следующий кому передаётся бумага — Хёнджин, но у него не получается это сделать, так как вид такого лидера и необходимость соприкоснуться губами, пускай и через предмет, оказывается выше его моральных сил. Они начинают заново. Минхо передаёт листок Чану, они это делают очень спокойно, что отмечают некоторые мемберы. В этот раз следом идёт Чонин и у него получается забрать листок, практически не касаясь лидера и, не медля, поворачивается к Феликсу, который уже готов и наклоняется к Айену с приоткрытым ртом. Но неожиданно для всех вместо бумаги его губы соприкасаются с губами Чонина, который продолжает пытаться удержать падающий предмет. Почувствовав на губах совсем не то, что должен был, Феликс отпрыгивает в сторону и присаживается на корточки, закрывая лицо руками. — Это так неловко! — макнэ также опускается на пол. Те, кто избежал подобной участи смеются, в душе понимая, что игра ещё не окончена. — Феликс выбывает! И кажется бесконечный ад для СКЗ продолжается. Минхо спокойно передаёт Чану, в этот раз Чонин плотнее перехватывает листок и передаёт его Чанбину, который должен передать Хану. Но Со немного нерешительно поворачивается, проклиная себя и свой длинный язык. Он чувствует неловкость по отношению к Джисону, пускай тот и сказал, что подумает, но сейчас они практически должны поцеловаться, да, через преграду, но всё равно. И когда Чанбин уже хочет просто отпустить бумагу, Хан решительно немного наклоняется и перехватывает её, довольно сильно приживаясь своим ртом ко рту старшего, при том смотря ему прямо в глаза. И не задерживаясь, передаёт лист Сынмину, но тому так смешно, что ничего не получается и он вылетает. В следующем круге выбывает Чонин, который не справился с желанием чихнуть и уронил листок. Минхо снова начинает, но в этот раз и у него что-то идёт не так. Листок выпадает, прямо в момент когда губы Чана максимально близко и у них фактически получается довольно глубокий поцелуй. Учитывая, что лидер всегда выкладывается по полной и пытается втянуть в себя воздух. — Хён! Ты что, дементор? — отойдя от секундного шока, спрашивает Минхо, при этом прикрывая горящие уши. — Прости-прости, — Чан шутливо обнимает старшего Ли. — Чан выбывает! — говорит ведущий. — И у нас полуфинал! От накатившей неловкости у Минхо не получается сразу же удержать лист, и из-за нелепой ошибки выбывает. Последние участники, оставшиеся в живых, Чанбин, борющийся с диким желанием забить на всё и утащить Джисона в пустую гримёрку и поцеловать по настоящему, а также Хан, который кажется совершенно не смущается. — Время финала! Если у Джисона получится забрать лист, то победа будет его! Кто же из них выиграет? Начинайте! Чанбин удерживает листок между своих губ и немного наклоняет голову. Джисон подходит совсем близко, не отводя взгляд и когда он уже почти прикасается своими губами к бумаге, Со выпускает её. Очередной псевдо-поцелуй случается в момент, когда их губы соприкасаются, и они сразу же отворачиваются в разные стороны. — И… Победа достаётся Чанбину! Поздравляем! Все хлопают. Чанбин смеётся и делает вид, что безумно рад и победе, и призу. А в мыслях у него только крутиться тот факт, что это был его первый поцелуй с человеком, которого он любит. Но он ещё не получил ответ на своё признание. После окончания записи Чанбин не выдерживает и, схватив руку Джисона, тащит в сторону гримёрок, точно зная, какая из них прямо сейчас пустая. Хан совершенно не выглядит удивлённым, послушно следуя за старшим, и даже успевает сказать Чану, что всё хорошо. Попав в пустое помещение без лишних глаз, Чанбин впечатывает Хана в только что закрытую дверь, ставя руки по бокам от его головы. Пристально смотрит в глаза любимого человека, не замечая там даже крупицы страха или удивления. В них только бесконечная нежность и в уголках видна привычная смешинка. На губах Джисона расцветает улыбка, он поднимает руку и гладит старшего по щеке, пытаясь немного успокоить и дать понять, что не собирается убегать. — Я хочу услышать ответ, — практически в губы Джисона низким голосом говорит Бин. — Ты ещё можешь о таком думать? — Хан всегда поражается выдержкой и упорством своего хёна, — тоже, — он наклоняется вперёд, смыкая их губы, а затем на секунду отстраняется. — Тоже люблю тебя, хён. Эта фраза срывает все ограничители и Чанбин целует младшего. Сильно, мокро и глубоко, так как давно хотел это сделать. Одну руку он опускает на тонкую талию Джисона, а второй поглаживает его шею, немного направляя наклон головы. У младшего же нет ни одной мысли, он ещё вчера вечером всё для себя решил, а эта неожиданная игра только подлила масло в огонь. Он зарывается пальцами в волосы своего уже парня и просто наслаждается процессом, отдавая всего себя без остатка. Они бы ещё долго стояли там в пустой гримёрке, погружённой в полумрак, но в дверь тактично постучали: — Я, конечно, не хочу вас прерывать, но нам скоро нужно будет выезжать, — спокойный голос Чана не смог до них дойти, поэтому сквозь поцелуй они услышали крик лося и возмущённые причитания их второго хёна. — А-А-А, чего ты с ними возишься?! Я сейчас пойду за запасным ключом! — Минхо старается кричать как можно громче, чтобы до них дошло. И это срабатывает. Чанбин разрывает такой долгожданный поцелуй и кричит в ответ: — Лино-хён! Не надо ничего брать! Мы скоро выйдем! Они слышат только звук удаляющихся шагов и синхронно выдыхают. А затем переглядываются и начинают смеяться. Понимая, какие они оба дураки и теперь у них есть всё время этого мира, чтобы быть вместе.