Часть 1
20 февраля 2023 г., 20:03
Теодор Нотт, ясно как день, помнил, как впервые увидел Пэнси Паркинсон. Казалось, что его разум - это библиотека, и он, обыскивая каждую полку, нашел историю о ней. В его жизни не было случая, чтобы он не вспомнил о Пэнси. Она была его первым воспоминанием; первой историей, которую он прочитал и не мог оторваться.
Ему было четыре года. Его мать была еще жива, а отец оставался все таким же засранцем. Ему пришлось посетить Чарльза Паркинсона по официальному делу Пожирателей смерти, хотя Тео тогда об этом даже не подозревал. Присцилла Паркинсон встретила их у парадных ворот с Пэнси на руках. Первое, что он заметил, были ее сине-зеленые глаза; позже он даже сказал матери, что считает их такими красивыми и не похожими ни на что, что он видел ранее. Она улыбнулась и сказала, что однажды он должен сказать об этом Пэнси, потому что они будут часто видеться. Возможно, это сделает ее счастливой. Но Тео всегда был слишком застенчив, вплоть до своего одиннадцатого дня рождения, прямо перед их отъездом в Хогвартс.
Они лежали в поле за поместьем его семьи. Солнце садилось, и теплый летний ветерок трепал ее недавно подстриженные волосы. Пэнси все еще была ниже его на пять дюймов, у нее были кривые зубы, но каждый раз, когда она смотрела на него, он отвлекался на цвет ее глаз. Он планировал сказать что-нибудь язвительное о Драко Малфое и о том, как ее родители уже организовывают их брак, но вместо этого его подсознательные мысли пролились на траву, как чернила на страницы, которые он так сильно любил.
— У тебя самые красивые глаза, которые я когда-либо видел, - сказал он ей. - Я уже говорил об этом раньше?
Но она не восприняла его всерьез. Им было всего по одиннадцать. Она фыркнула, игриво стукнула его по плечу и сказала, чтобы он прекратил. Он больше никогда не делал ей подобных комплиментов, пока им не исполнилось четырнадцать, и Драко не накричал на нее на Йольском балу при всех. Она выбежала из Большого зала, пытаясь сдержать слезы, но Тео чувствовал ее уязвимость за милю. Боже упаси, она никогда не могла показать свои истинные эмоции. Она была очень похожа на него в том, как их воспитывали. Только его мать поощряла их проявлять эмоции, как все остальные дети, но ее уже давно нет в живых. На тот момент ее не было уже целый год. Смерть никогда не была справедливой.
Тео вспомнил, как сказал Трейси, что скоро вернется, когда выходил из Большого зала. Он сразу же понял, куда она пойдет; это было их любимое место. Тайная маленькая пещера у озера, которую никто никогда не находил. Они уже с трудом помещались в ней, но это не мешало им пытаться. Они любили притворяться, что им все еще одиннадцать, и что их только распределили на факультет.
Ее розовое платье промокло от падающего вокруг снега, а заколдованный макияж стекал по лицу. Вокруг глаз были черные пятна, но они по-прежнему ярко блестели в ночном свете. Тео старался не смотреть в них слишком долго.
— Я такая глупая, - задыхалась Пэнси, - я ревнивая мелочная девчонка. Он едва взглянул на Дафну, а я...
Тео присел рядом с ней, и она упала в его объятия. Пока падал снег, он укрыл ее своим плащом и дал ей выплакаться. Он вспомнил, что это был первый раз, когда ему захотелось избить кого-то из-за нее, а Тео никогда не проявлял склонности к насилию. Он не мог понять, почему Драко вообще смотрел на Дафну, когда рядом была Пэнси, ведь он видел только ее.
— Ты не глупая, - сказал он ей. - Ты самая умная из всех, кого я знаю, и самая красивая.
Она слабо улыбнулась ему, но он все равно обнял ее. Он держал ее, казалось, часами.
Он так и не сказал Пэнси, что в тот вечер он разговаривал с Драко и пригрозил, что если он еще раз обидит ее, то это будет иметь последствия. После этого Драко никогда не испытывал Тео. Между ними существовало тайное взаимопонимание, когда дело касалось Пэнси.
Затем, когда им было пятнадцать, произошла их первая ссора. Это было из-за их отцов. Тео отказывался видеться со своим, а Пэнси пыталась убедить его в обратном, чтобы продолжить наследие Пожирателей смерти. Он принял решение уже давно. Оно было записано в истории. Только позже Тео понял, что она так упорно боролась за его участие только для того, чтобы не потерять его. Он был единственной стабильностью в ее жизни. Они помирились через день, когда Тео нашел ее плачущей в углу библиотеки. Не говоря ни слова, она упала в его объятия, и он закрыл глаза, пытаясь запомнить ощущение того, что она вернулась. Он никогда больше не потеряет ее. Он клялся себе в этом снова и снова.
Когда им было по шестнадцать, отец Тео пришел за ним. Он жил с Блейзом, чья мать ушла так же, как и его покойная мама. Ее как будто не существовало. Но его отец ворвался через парадные ворота поместья Забини, угрожая убить его, если он не посвятит себя Пожирателям смерти, но Пэнси пришла и спасла его. Она проклинала и преследовала его отца, пока он не ушел и больше не вернулся. Это была первая ночь, когда Тео плакал в ее объятиях. Он всегда был для нее опорой, а она стала опорой для него.
И теперь, когда после войны Пэнси была помолвлена с Драко Малфоем, он не мог с этим смириться. Не тогда, когда она должна была быть с ним. Не тогда, когда они вместе боролись за все. Ты должна была выйти замуж за человека, который поддерживал тебя и позволял быть самой собой. Он знал, что Драко никогда не любил ее; он никогда не любил ее так, как Тео. Их предстоящий брак был сугубо политическим, даже после всего, что произошло во время войны.
Ему потребовалось все его мужество, когда он проскользнул в окно ее поместья той ночью, хоть и делал это много раз ранее. Ее родители были мертвы, и теперь все принадлежало ей. Для него это было естественно, но Пэнси не ожидала этого в ту ночь.
Она внезапно проснулась от звука, с которым он закрывал окно, и тут же схватила свою палочку.
— Люмос, - прошептала она.
Когда она увидела, что это он, она приложила руку к груди, и тогда он увидел кольцо. Он сглотнул.
— Тео, что ты делаешь здесь так поздно? Почему ты не предупредил меня?
Он пересел рядом с ней на кровать, избегая смотреть ей в глаза, пока не успокоился. Он чувствовал, что она смотрит на него с беспокойством, и она мягко положила руку ему на плечо. Он сделал глубокий вдох и смело посмотрел ей в глаза. Глаза, которые он помнил все эти годы; первое, что он когда-либо считал красивым.
— Я пришел поговорить с тобой о Драко, - спокойно сказал он.
— Все в порядке? - спросила она обеспокоенно. - С ним что-то случилось? Суд должен был пройти хорошо.
— О, он в порядке, - быстро успокоил он ее, - не беспокойся о нем. Это больше связано со мной, чем с ним.
В недоумении она приподняла правую бровь и придвинулась ближе к нему на кровати.
— Тогда в чем дело?
Он закрыл глаза, обдумывая, что именно сказать, но эти слова уже были вписаны в историю. Как и все его решения до этого. Они были на страницах романов, которые судьба уже написала для него. Это был его путь, и это была его история. Это была их история; он просто не был уверен, чем она закончится.
— Я был влюблен в тебя всю свою жизнь, - сказал он. - С первого дня, как я встретил тебя.
Тео потерял дар речи и услышал, как она резко выдохнула. Она переложила руку с его плеча на колени и смотрела в пол. В уголках ее глаз появились слезы, но она их смахнула. Впервые за много лет она не плакала в его присутствии. Она сжала челюсти, пытаясь держать себя в руках.
— Почему... почему ты не сказал мне раньше? - спросила она его, - Почему ты ждал до сих пор?
— Потому что я пытался быть бескорыстным, - прошептал он, больше для себя, чем для нее. - Но я не бескорыстен, Пэнси. Я эгоист. Я хочу тебя, и ты нужна мне, и я не могу тебя потерять. Если ты выйдешь за него, вся моя цель будет...
Он не успел договорить, как вдруг почувствовал, что она схватила его за руку. Она нежно потирала костяшки его пальцев подушечкой большого пальца. Она не смотрела на него, но прошептала в ответ: - Ты самоотверженный. Я эгоистка, что не заметила раньше и не поняла. Если бы я знала...
— Если бы ты знала, что тогда?
— Тогда все было бы по-другому, но сейчас уже слишком поздно.
Он почувствовал, как слеза скатилась по его щеке, и она вытерла ее. Он не мог смотреть на нее, не мог. Он знал, что если так поступит, то навсегда застрянет на страницах этой истории.
— Мне жаль, - тихо сказала она ему, - мне жаль.
Он кивнул, скорее себе самому, чем кому-то другому, и встал. Он не оглянулся, когда вылезал через окно в ночь, но услышал ее тихие всхлипывания, когда закрывал окно.
***
Тео не покидал свое поместье несколько недель. Теперь, когда его отец тоже умер, он был предоставлен самому себе. Раньше он никогда не возражал против одиночества, но теперь он слышал только призраки своего прошлого и отголоски того, что могло бы быть, если бы он начал действовать раньше. Он больше не мог этого выносить и сделал глупость. Он вернулся на поле, где они были много лет назад, когда он впервые попытался выразить свои чувства по-своему. Ни один одиннадцатилетний ребенок не сказал бы такого своему лучшему другу, подумал он, она такая наивная. Но и он был настолько наивен, что думал, будто она заметит этот факт в одиннадцать лет. Он злился на нее, но также злился и на себя. Почему он ждал? Он сел в траву и подтянул колени к груди. Он положил голову на колени и заплакал. Он плакал по матери, по отцу, который мог бы у него быть, по Пэнси, по всему, что он потерял. Он мог бы плакать часами. Он даже не представлял сколько прошло времени, но вдруг почувствовал нежную руку на своем плече. Он знал, что его лицо залито слезами, а глаза должны быть красными, но все равно поднял голову. В этот раз ему было все равно, кто его увидит. Тео с удивлением понял, что это была Пэнси. Она смотрела на него теми глазами, которые он видел каждый раз, когда закрывал свои собственные. Они были полны любви, потери и сожаления. Она ничего не сказала, села и взяла его за руку, и тут он понял, что кольцо Драко, которое раньше было на ее безымянном пальце, отсутствует. Он успокаивающе погладил ее левую руку и посмотрел на закат впереди. — Что случилось? - тихо спросил он ее. - Что он сделал? — Он ничего не сделал, - быстро ответила она, - я просто выбрала другой путь. Путь, который был написан здесь, на этом поле, много лет назад. Тео повернул голову, чтобы еще раз заглянуть ей в глаза. Она обхватила его лицо руками и сказала: - Я помню. Я помню тот день, когда ты сказал мне, что мои глаза - самое красивое, что ты когда-либо видел. Ты помнишь это? — Да, - тихо ответил он. - Как я мог забыть? — Я была так глупа, что не заметила... — Нам было одиннадцать. — Но в душе мы никогда не были одиннадцатилетними. Мы старые души, ты и я. Он слегка улыбнулся, изучая ее лицо. Ее зубы больше не были кривыми, но глаза остались прежними. Ее волосы были длинными и струящимися. Она выросла в прекрасную девушку. — Я тоже тебя люблю, - внезапно сказала она. - Я должна была сказать это раньше. Он кивнул, но на этот раз не себе, а ей. Затем он сделал то, чего ждал с того самого дня в поле столько лет назад. Он поцеловал ее, а она поцеловала его в ответ. И если бы вселенная была справедлива, их история закончилась бы на этом, потому что ничего лучше этого уже не будет. Тео хотел, чтобы его история началась и закончилась Пэнси Паркинсон. Это было предначертано звездами.
