I'm obsessed with you

- Знаешь, если ты боишься к нему подойти сам, то хотя бы попытайся привлечь к себе его внимание, скажем, внешним видом, - Габриэль поднялся с кресла и направился к шкафу, - завтра ты пойдешь в школу в том, что я тебе подберу. У Каса все похолодело внутри. Пытаясь избежать той реакции, что последует после того, как его брат откроет злосчастный шкаф, брюнет, слегка запинаясь, произнес: - Я в состоянии выбирать одежду самостоятельно. Мне не пять лет. Фраза должна была прозвучать твердо и со скрытой угрозой, но вместо этого получилось как-то жалобно и просяще. Оставалось еще только кошачий "мявк" в конце добавить. Габриэль даже бровью не повел, лишь подошел вплотную к шкафу. Кастиэль же сжался на стуле, втянув голову в плечи, и уставился в монитор, боковым зрением наблюдая за происходящим. Габриэль дернул дверцы шкафа на себя, открывая их. - Твою. Мать. Габриэль закрыл шкаф. Потом повернулся и изучающе уставился на Кастиэля, навалившись на дверцы спиной, словно боялся, что кто-то сейчас выберется из деревянного сооружения. - Серьезно, Кас? Младший Новак молчал, вперив взгляд в стол. Гейб сделал глубокий вдох, как перед длительным погружением в воду, и открыл шкаф снова. Парень присвистнул, оценивая масштабы развернувшегося перед ним действа. Деревянный ящик был около двух метров в высоту, с дверями, которые открывались на себя. Так вот эти самые двери внутри сверху и донизу были увешаны фотографиями, вырезками, рисунками и распечатками. На которых был Дин, мать его, Винчестер. На дереве не было свободного места даже в пару сантиметров, и повсюду был Винчестер. Вот он улыбается в камеру, видимо, фото тоже из соцсети, вот вырезка из общей фотографии класса, сделанной года два назад или около того. Чуть ниже тоже фото, но, как подозревает Гейб, сделано оно без разрешения Дина: на нем парень, стоящий посередине дорожки в парке; справа от него находится пустая скамейка, слева спуск, ведущий к пруду. Габриэль узнает это место, потому что сам неоднократно бывал в центральном парке. Дин стоит спиной к фотографу, но лицо повернуто в сторону водоема, поэтому на карточке отчетливо виден его точеный профиль. Тут взгляд старшего Новака цепляется за зарисовки, сделанные рукой его брата. На одной из них глаза Дина, на другой - его губы, на третьей - руки. На другой дверце шкафа Гейб видит полный портрет Винчестера с припиской "Солнечный Мальчик". А чуть выше еще одна зарисовка, где изображены Дин и Кас, держащиеся за руки. И так завешано все пространство вплоть до того места, где находятся вешалки с рубашками и брюками Кастиэля. Габриэль подозревает, что если отсюда убрать одежду, то можно будет обнаружить еще с пару сотен изображений Винчестера. Парень тянет руку, чтобы сдвинуть вещи в сторону, когда слышит судорожный вздох со стороны, где остался сидеть его младший братишка, и, взвесив все за и против, опускает ее, не решаясь заглянуть дальше. Габриэль прекрасно понимает, что залез на ту территорию, куда его не хотели пускать добровольно, а значит, сейчас лучше оставить немного личного пространства Касу. Зная брата, Гейб уверен, что младший сейчас готов провалиться сквозь землю. А еще он уверен в том, что недооценил серьезности ситуации, перед тем как заводить разговор. - Эм.. Ты, конечно, извини, Касси, но все эту жутковато. У меня чувство, что я попал в триллер, где рассказывается история маньяка-убийцы, преследующего свою очередную жертву, - Гейб чувствует, как мурашки пробегают по его спине. Кастиэль ничего не отвечает, поэтому его старший брат решает продолжить: - Благодаря некоторым фотографиям у меня складывается впечатление, что ты следишь за ним, но.. Черт, ты же не следишь? - с надеждой спрашивает Габриэль. Младший продолжает молчать. - Боже, Кас, скажи, что ты не следишь! - умоляет Гейб. Но брюнет лишь вздрагивает от просьбы брата, понуро опуская плечи. - Сукин.. - недоговаривает ругательство парень, понимая, что это не то, что сейчас должен услышать его брат, - знаешь, главное, чтобы у тебя за какой-нибудь секретной дверью в комнате не находился алтарь для поклонения, где была бы кукла с клоком его волос и кусочками его ногтей. Это было бы совсем ж жутко. Тогда я бы в серьез задумался насчет того, чтобы сдать тебя на лечение. Старший Новак пытается немного отшутиться, чтобы разрядить атмосферу в комнате, но ничего не выходит, потому что произнесены все слова были с опасением, да и голос слишком сильно подрагивал, выдавая его встревоженность. Но все же Гейб находит в себе силы заговорить снова: - Но, конечно, если честно, то.. Касси, следить за человеком? Тебе не кажется это странным? Знаешь, это не вызывает у тебя тревогу? - Тревогу у меня вызывает твоя внезапная забота, - неожиданно и достаточно грубо отвечает Кас. Габриэль прекрасно помнит, что так Кастиэль начинает разговаривать, когда боится вслух признать правоту своего брата.Что ж, значит, еще не все потеряно. Гейб собирает мысли в кучу, параллельно пытаясь успокоиться. Есть проблема, и ее надо решать. Он выдыхает сквозь плотно стиснутые зубы, разворачиваясь обратно к шкафу. - Так, ладно. Выберем тебе одежду. Брюнет явно не ожидал, что так легко отделается, потому он, широко распахнув глаза, поворачивается в сторону брата, что роется в его шкафу. Спустя пару минут поисков Габриэль выуживает черную футболку с большим синим принтом и узкие черные джинсы. Он делает ставку на то, что черный будет подчеркивать фарфоровую кожу брата, а принт насыщенного синего цвета оттенит и без того яркие глаза. А смысл узких джинсовых брюк, думаю, объяснять не стоит. На вопросительный взгляд Каса Габриэль говорит правду. - Я вижу только два выхода из ситуации, - твердо произносит он, - первый - ты его кадришь, и вы встречаетесь; второй - ты выкидываешь весь этот хлам из шкафа и вычеркиваешь Винчестера из своей жизни. Гейб всегда был предельно честен с братом, и сейчас он понимает, что надо идти до конца. Именно поэтому добавляет, глядя в глаза младшего: - Потому что если то, что происходит сейчас будет продолжаться, то рано или поздно это перейдет на другую стадию, выйдет на новый уровень. И тогда я не смогу тебе уже ничем помочь, - на несколько секунд парень замолкает, потому что слова даются очень тяжело, - ты знаешь, я люблю тебя, Касси, и сделаю все для тебя, но.. Но тогда я просто сдам тебя в психушку. Обещаю, так и будет.