Красная карточка.
— Красная карточка Вам, Антон Андреевич, Вы смеётесь. — Саша, ты меня щекочешь, потому и смеюсь! — Шастун заливался смехом, ёрзая под Сашкой, который так профессионально щекочет его бока, заставляя того выгибаться и пытаться поджать ноги по своей привычке. Но это не помогало, и Антон снова залился смехом. И для чего Шастун ляпнул при Ваше, что без проблем бы встретился с ним один на один в финале «Большого шоу»? Ну не знал же Антон, что Саша такой целеустремлённый, и, увидев, что Тоша не реагирует на его шутки и даже не улыбается, начнёт действовать «с козырей». Если бы не эта дурацкая фраза… — Ну, ты всё равно смеёшься. — Ваш прошёлся ногтями по чужим рёбрам и снова вернулся к талии, начиная щекотать её вновь. — Ты серьёзно? — хрипло прошептал Антон, уткнувшись в шею Сани и чуть ли не задыхаясь от смеха, вздрагивая от щекотки снова. Саша усмехнулся и, немного замешкавшись, ответил: — Да. Шастун хватается за чужие, крепкие плечи, пытаясь хоть как-то заставить Сашу перестать щекотать его. Вашу такая самодеятельность не понравилась: он обхватил Антона за запястья и зажал их над его головой. Щеки Антоши мгновенно запылали, а вот Ваш был крайне доволен увиденным. — Как будешь защищаться теперь? — ехидно улыбается парень, наклоняясь ближе к самому уху. Антон закусывает губу, понимая, что он проиграл. — А ты как думаешь? Ты только что сделал меня самым беззащитным на свете. Саша прошелся ногтями по его ребрам вновь и заметил, как тот закусывает нижнюю губу и, сдерживаясь, мычит. Ох, как же Вашу нравилась такая реакция — это говорило о том, что Шастун боится щекотки и сейчас действительно подчинён Саше. — Не щекочи, я умоляю тебя… — томно просит Тоша и прикрывает глаза, когда тот упирается ноготочками в его рёбра вновь. Антона мелко затрясло, он выдохнул и вдохнул вновь. Саша «трёт» рёбра друга ногтями и, наконец, наслаждается реакцией — Шаст снова смеётся и буквально захлёбывается этим смехом от этой чертовой щекотки. Он уже не может сдерживаться, поэтому, закрыв глаза и откинув голову назад, пытается перестать смеяться. — О, Господи… — сквозь смех шепчет Тоша, — не могу… Саша же почёсывает его между рёбрами, нежненько и осторожно, чтобы не делать Антону больно, но Антон всё равно страдает из-за своей боязни щекотки… Он чуть ли не срывает голос из-за смеха, хрипло хохоча. Смех Шастуна даже больше похож на тихие всхлипывания. — А я тебе говорил, что ты очень чувствительный, Антоша. — Шепчет Александр: Антон, пусть и отрицательно мотает головой, но смех явно говорил о другом. Наконец, Саша перестаёт его щекотать, но вот руки товарища не отпускает. Шастун шумно дышит и смотрит Саше в глаза. Александр касается кончиками пальцев щеки Тоши — как бы невзначай. Он нежно вытирает его слезы смеха и вглядывается Антону в глаза внимательнее. Взгляд его такой же ласковый, как и прикосновение. — У тебя глаза как у моей мамы. Такие же тёмные. — Нежно говорит Антон, а Саша поглаживает его по щеке снова, уже явно не просто смахивая слёзки. Александр смеется: — Ты тоже похож на мою маму. Она такая же красивая. Только у нее еще больше волос. — он треплет его по голове и довольно усмехается. Антон тоже смеется, но уже не так громко. В его глазах проступает озорство. — Но я все равно тебе нравлюсь, Саша. Саша густо краснеет и недоуменно смотрит на Тошу. Да, он ему нравится, конечно. Очень нравится, но не так же резко об этом спрашивать?.. — Ты… ты… — Саша не находит слов. Он ловит взгляд Антона и они смотрят друг на друга, смущенные, растерянные. — Ну что ты, — Тоша улыбается, — я же вижу, что нравлюсь. И ты мне нравишься. Я тебе нравлюсь тоже, да? Антон освобождает руки и смущённо рассматривает Сашеньку, который, пусть и сидел на Шастуне, всё равно был не менее смущён. — Да, — наконец, говорит он, — ты очень мне нравишься, Антон. Очень. Шастун расслабленно откидывает голову назад и чувствует, что сейчас расплачется от счастья. Саше он тоже нравится, и это очень, очень странно… Он, конечно, знал, что его чувства взаимны, но теперь это было даже как-то… Ну, слишком правильно. Он смотрит на Сашу, который внимательно наблюдает за ним и до сих пор волнуется. Волнуется, но улыбается. По-настоящему так улыбается, а не как обычно. Антон, кажется, начинает понимать, почему ему так хорошо с этим человеком. В нем есть какая-то изюминка, которая заставляет Шастуна смотреть на него, улыбаться ему… — Ты такой смешной, когда улыбаешься, — говорит Саша, проводя пальцами по щеке Антоши. — Какой же ты смешной… Шаст молчит, не зная, что ответить. Он лишь краснеет, чувствуя, как щеки покрываются легким румянцем. А ведь он уже давно не мальчишка, чтобы краснеть от таких слов. — Я люблю тебя, Тошенька… — говорит Александр и протягивает ему руку, чтобы тот взял её, если он, конечно, захочет — Шастун тут же с радостью вцепляется в неё. — Я тоже тебя люблю, Саш. — он выдыхает это с таким облегчением, что тот едва не забывает о том, как же он счастлив. Они оба прижимаются друг к другу, и Шастун понимает, что не хочет отпускать его, даже на пару мгновений. Что должно происходить дальше, если Антон и так доволен происходящим? Но явно хотелось чего-то ещё… Саша облизывает губы и поглаживает Тошу по шее, чуть притягивая его к себе. — Поцелуемся? — внезапно спрашивает Ваш. Антоша замирает. — Чего?.. — переспрашивает он, а Саша смотрит на него и улыбается. Антон не верит своим ушам. Всё это происходит не с ним. Он не может поверить, что Саша хочет его поцеловать. Его Саша. Тот самый Саша, который обнимал его за шею и говорил: «Я тебя люблю», — тот самый Саша… — Я хочу тебя поцеловать, — повторяет Саша. — Ну же, Антош. Антон сглатывает и тянется к Саше. Их губы соприкасаются. Саша целует его нежно, целуя его так, как только умеет. Антоша чувствует его дыхание, его руки, его губы, которые ласкают его. Он обхватывает Ваша за талию, притягивает к себе, целует в ответ. Но это не поцелуй. Это больше чем поцелуй. Они целуются, а затем отстраняются друг от друга. Саша смотрит на него своими бездонными глазами. Антон видит, что в них плещется нежность, которую он не видел там никогда. — Антош, я хочу, чтобы ты был моим парнем, — неожиданно выдаёт Саша. Антон замирает, не зная, что ответить. Он чувствует, как сердце пропустило один удар, а потом забилось со скоростью света. Ваш предлагает стать его парнем? Его парнем? Это безумие, но это и есть самое прекрасное безумие в мире. Отдышавшись, Шастун говорит: — Да. Конечно, да. — И, прежде чем он успевает что-то сказать, добавляет: — Я буду твоим парнем. Он целует Сашу, у которого от счастья на глазах выступают слёзы. Но Антон не замечает этого, он просто наслаждается поцелуем, который длится вечность. Отстраняясь, Тоша тихо смеётся… — Красная карточка Вам, Антон Андреевич… — улыбается Александр и тоже невольно смеётся.
