Небесная синева и бирюза океана.

      Доверие — очень странная штука. Его можно выстраивать целыми годами, добиваясь определенных результатов, а можно добиться лишь одним своим действием. Его можно всё время подрывать и продолжать пользоваться чьей-то добротой, но разрушить его довольно просто и быстро. Один поступок может изменить не только твою жизнь. Разрушить или придать новый смысл — не важно. Главное, что это очень просто, если не задумываться о последствиях. Не всегда за черной полосой идет белая. Серые будни тоже бывают. Как и сегодня.       Софэя, как и сказала Цирея, всю ночь пролежала с повязкой на животе. На утро бок неприятно тянуло, но по сравнению с вчерашним днем совершенно не болел. Цикарим после завтрака проведала свою подругу, после чего нанесла легкую мазь и обратно завернула девушку в повязку. Плавать можно было, но не желательно по словам дочери вождя. Прикинув в голове, чем Софэя собирается заниматься весь день, положительно кивнула, понимая, что мази нужно впитаться в кожу. Цирея сразу после этого ушла проведывать остальных покалеченных парней, а родители с Вилэ направились заниматься своими делами: девочка встречалась со своими друзьями, отец семейства направился на рыбные фермы, а Алуэ — на плантации, дабы к обеду и ужину у них было что поесть.       Утро прошло весьма спокойно. Софэя занималась своими делами: убиралась дома, сложила все сухофрукты, нарезала свежие, что остались после вчерашнего ужина, и положила уже их сушиться. Тяжести, несмотря на запреты, таскала, чтобы тело побыстрее окрепло после ушиба.       Девушка не хотела выходить в деревню, так как не желала привлекать к себе лишнее внимание, но и плавать она еще не могла. Ближе к обеду к Софэйе вновь приплыла Цирея. С ней было уже не так скучно. Девушки наконец-то смогли разговориться по душам без лишних ушей. От Цикарим Софэя ничего не скрывала: Цирея единственная в деревне знала о чувствах своей подруги и пыталась ее поддержать. У них обоих были сложные ситуации: умудрились же они как-то влюбиться в лесных на’ви… На счет Нетейяма Софэя спросила только спустя время. Она хоть и понимала, что Цирея не станет ее осуждать за такой «выбор», но всё еще стеснялась своих чувств. Цирея была Софэйе духовной сестрой, той, с которой она могла поделиться любыми своими переживаниями. Она ей доверяла больше, чем себе.       Обед и оставшийся день прошли в кругу семьи. Софэя внимательно слушала рассказы родителей, а также новости от сестры. Как все отреагировали на драку, какие появились последствия после вчерашнего инцидента и так далее. Сохик, перед тем как направиться на рыбалку, как оказалось разговаривал с Тоновари и Джейком Салли. Они обсуждали всё произошедшее, чтобы происшествие никак не повлияло на судьбу семейства лесных на’ви и деревни. Тоновари и Джейк не злились друг на друга, это была проблема их сыновей, а не их личная. Каждый же согласился на том, что следует поговорить с детьми и попытаться их подружить.       — Твоя дочь поступила смело, Сохик… — Тоновари наконец-то перешел ко второй проблеме данного разговора.       — Но глупо и безрассудно, знаю… — вздохнул Сохик, мотая головой в разные стороны.       — Это не мое дело, но Кири мне рассказала, что Софэя поступила весьма разумно. — Джейк вставил свое мнение. Он не мог рассказать о чувствах своего сына и выставить его защитником, оставив это дело между детьми, но решил встать на сторону этой смелой девочки, — Она поняла, что моя дочь никак не сможет помочь ей разнять парней, потому и попросила позвать помощи.       — Признаю, Ао’нунг в этой ситуации виноват, но не больше или меньше, чем твой сын, Джейк Салли. Но Софэя же пыталась сделать только лучше. — Оло’эйктан Меткайина согласился в лесным на’ви, повернув голову в сторону своего давнего друга.       — Она всегда в трудные моменты думает о других больше, чем о себе. — Сохик тяжело вдохнул и устало потер переносицу.       — Как и ты, — вновь тыкнул в их схожесть Тоновари, — но это не делает тебя худшим охотником или отцом. Сохик, думаю, что она бы стала хорошим охо… — не успел донести свою мысль вождь клана, как был прерван своим другом.       — То, что она пыталась разнять драку, не делает ее хорошим охотником и защитником, Тоновари… — тот поднял свой взгляд на друга. Джейк чувствовал себя лишним в этом разговоре, но продолжал молча слушать, чтобы никак не помешать, — Она еще девочка…       — Это ты так думаешь. Я же вижу талантливую взрослую дочь замечательного охотника, своего лучшего друга. Дети вырастают, и ты это прекрасно знаешь. — даже Джейк Салли печально закивал на эти слова. Нетейям… Он уже так вырос, стал таким взрослым. Джейк никогда не думал о том, что он будет так скоро слышать от сына о девушке, которую он пытался защитить.       Оба водных на’ви понимали, но не решались произносить вслух. Ао’нунг опустился в глазах одного, а Софэя возмужала в глазах второго. Сохик и Тоновари понимали, что их детям уже не быть вместе. Один момент изменил их жизни. Перевернул ход событий. Оба это понимали, но напрямую не говорили. Тоновари теперь видел в девушке охотника, а не жену своего сына.       Сохик не стал рассказывать обо всем своей семье, однако слова Оло’эйктана напрягли мужчину. Он ни разу не думал о том, что Софэя пойдет по его стопам. А тут, сам вождь думает теперь сделать ее одной из охотников. Особенно сейчас, когда за семьей Салли идет война.       Сам факт того, что конфликт сошел на нет, обрадовал девушку. Она с улыбкой глядела на отца, слушая его спокойную речь. Но что-то в момент кольнуло сердце девушки. Какое-то странное предчувствие зародилось на ее сердце, будто грядет что-то страшное, но она решила не обращать внимания, ссылаясь на то, что сегодня она занималась не тем, чем обычно.       Ближе к вечеру, та вышла погулять по берегу. Родители остались дома, как и Вилэ — готовились к еще не скорому ужину. Дочь свою они отправили гулять, чтобы приготовить для нее подарок. Сохику удалось выловить сегодня любимую рыбу дочери, а Алуэ с Вилэ смогли раздобыть весьма редкий фрукт, который также очень полюбился Софэйи. Ей нужно быстрее выздороветь.       Сама же девушка была только рада покинуть родительский дом и отправиться на прогулку в такое время, когда почти все уже вернулись с работы и сидят по домам. Софэя решила не идти на свой любимый белокаменный пляж — что-то ей подсказывало не уходить далеко от дома, потому решила просто поплескать свои ноги в морской воде, свесив их с доков, около загона с илу. Многие охотники, которые не смогли приручить скимвинга, оставляли своих животных тут, рядом с деревней, чтобы при срочной надобности не ждать их пару минут, а сразу сесть и уплыть на задание. Загон скимвингов тоже был где-то рядом. Илу нашей героини тоже находилось тут, так как вся ее семья уже была приручена такими охотниками, потому илу и был таким быстрым и поворотливым с самого начала.       Опустив ноги в воду, девушка подозвала своего илу. Рядом на’ви не было, так что Софэя могла спокойно наслаждаться одиночеством. Ну или почти…       — Привет. — девушка чуть не упала в воду от неожиданности, но все же смогла усидеть на месте и рассмотреть своего собеседника. К своему удивлению, она позади себя обнаружила Нетейяма, который поспешил присесть рядом. — Что ты тут делаешь?       — Просто сижу… Думала пойти на каменный риф, но решила, что сегодня лучше посидеть поближе к дому, чтобы родителей не беспокоить. — Нетейям согласно кивнул, — А ты? Не думала, что встречу тебя тут в такое-то время…       — Думал проплыть весь остров, чтобы найти Ло’ака, а то где-то потерялся видимо.       — Наверное с Цирейей где-то гуляет. — не сдерживая улыбки, произнесла девушка, косо поглядев на парня. Нетейям тихо рассмеялся, согласно кивая.       — Тоже так думал… Но на удивление, Цирею я видел в лазарете. Она помогает Цахик с приготовлением разных снадобий. — после этих слов началась пауза. Она никак им не мешала думать о чем-то своем. Они даже и позабыли о вчерашней перепалке, пока Нетейям кое о чем не вспомнил. — Ты это… как себя чувствуешь?       Софэя странно покосилась на парня, но, в следующий миг вспомнив про синяк на боку, смутилась своей тупости и поспешила ответить:       — Всё уже почти прошло. А ты как?       — Видимо навсегда останется. — пальцем показав на рассеченную губу, парень слегка недовольно цокнул. Девушка озадаченно приблизила свое лицо, дабы рассмотреть всю серьёзность раны, чем слегка смутила парня, но Нетейям не спешил отдаляться. Ему нравилось такое внимание к своей персоне. Софэя в это время неосознанно приблизила руку к лицу Нетейяма, однако вовремя очнулась. Будто выйдя из транса, та отпрянула от парня, смущенно отведя глаза на закат.       — Прости, просто… Попроси Цирею, она даст тебе нужные мази. От раны не будет и следа.       — А может оставить? Так сказать «на память». — парень задумался, от чего озадачилась Софэя.       — На какую это еще память? На память о бессмысленной драке?       — В память о том, что отомстил за тебя. — кивнув на замотанный бок девушки, Нетейям гордо поднял подбородок. Софэя же скептично приподняла бровь, поглядев на ухмыляющегося парня.       — Я этого не просила, так что спасибо говорить тоже не буду. — пожав плечами, девушка показательно отвернулась от собеседника, который возмущенно раскинул руками в стороны.       — То есть на благодарность мне не рассчитывать? Эх, а вот всю жизнь думал, что в таких ситуациях меня хоть как-то отблагодарят…       — Вот я сейчас как загадаю побыть одной… — с усмешкой вспомнила про то самое заветное желание Софэя, на что Нетейям рассмеялся.       — Уж не думаю, что ты так напрасно используешь это желание, но так и быть. Помолчу по доброте душевной. — тихий смех водной на’ви еще больше обрадовал парня.       Тишина и спокойствие окутало место. Красивый закат отражался в глазах девушки, что в один момент подметил Нетейям. Облизнув засохшие от напряжения губы, парень потянулся рукой в небольшой кармашек на набедренной повязке. Вытянув раковину с жемчужиной, тот беспалевно покрутил ее в своих руках у бедра, рассматривая на наличие повреждений. Перламутровый камушек выглядел точно также прекрасно, как и в тот момент, когда Нетейям его нашел, однако раковина просто меркла рядом с Софэйей, по мнению парня.       — Соф, я тут нашел кое-что… — начал было лесной на’ви, собравшись духом, однако его прервал чей-то тревожный голос позади.       — Нетейям! — развернувшись, парень увидел Ао’нунга, который выглядел слишком нервно. Особенно, когда на его глаза попалась девушка, — С-софэя?..       Нетейям раздраженно закатил глаз и обиженно перевел взгляд на закат. От нервов у него уже потихоньку начинал дергаться глаз. Ему совершенно не нравилось, что Ао’нунг всегда появляется тогда, когда он хочет побыть с Софэйей. Раньше это его никак не волновало, но после драки он совершенно не хочет, чтобы девушка находилась рядом с сыном вождя. В то время, как Нетейям молча желал провести время с Софэйей, сама девушка сильно озадачилась, увидев своего друга:       — Ао’нунг, что произошло? — казалось, будто девушка впервые видит настолько встревоженного друга.       Сам Ао’нунг пытался что-то сказать, но всё не решался. Он переводил взгляд то на Софэю, то на Нетейяма, который и сам уже хмуро ожидал ответа на вопрос. Ао’нунг сглупил и очень сильно. Он не хотел, чтобы об этом узнала Софэя, но, как назло, она сейчас сидела рядом с Нетейямом. Обессиленно взвыв, Ао’нунг вспомнил, что времени не так много:       — Я… — руками тот залез в свои волосы, пытаясь вспомнить то, что хотел сказать, но все слова при виде девушки просто вылетели из головы, — Я с ребятами решили слегка разыграть Ло’ака… — взгляд метался по всем окружающим предметам, главное что не на подростков. Только Нетейям услышал имя своего младшего брата, сразу напрягся и встал на ноги. Софэя не до конца понимала, что происходит. — Мы повели его к Трём Братьям… — на выдохе произнес Ао’нунг, будто вынося себе приговор. Тут уже настало очередь Нетейяма не понимать, а Софэйи злиться.       — ЧТО?! — девушка резко встала на ноги, игнорируя неприятную легкую боль в боку. Нетейям озадаченно обернулся на подругу, однако в следующий миг посмотрел на понурого сына вождя.       — О чём ты, Ао’нунг? — Нетейям догадывался, что разговор может идти про море за рифом, но что за Три Брата…       — Я… — парень думал всё спокойно объяснить, но его прервала взбешенная Софэя.       — Чем ты думал? Там же…! — для самой девушки само место возле тех трех скал было будто под запретом. Она видела последствия охоты в тех водах и никогда не хочет увидеть это снова. Акулы. Даже ее отец не смог однажды уплыть из тех вод без раны, а Ао’нунг повел туда неопытного Ло’ака.       — Ничего не предвещало беды… — сердце Софэйи пропустило удар.       — Ао’нунг… — тихо начала она, боясь даже представить худшую картину, — Где Ло’ак? — Нетейям подлетел к сыну вождя, срываясь с цепи.       — Он…       — ГДЕ МОЙ БРАТ?! — четырехпалая синекожая ладонь схватилась за морской кулон подростка и притянула к лесному обитателю. В янтарных глазах читалась ярость вперемешку со страхом. Он пытался увидеть ответ на все свои вопросы в глазах водного на’ви, но видел лишь позднее сожаление.       — Нетейям, скорее зовите старших и охотников! — приказным тоном произнесла девушка, прыгая в воду и подзывая свою илу, которая плавала рядом. — Я поплыву за твоим братом.       — Соф, нет. Ты ранена. — Нетейям хотел было тоже прыгнуть в воду, однако его остановил Ао’нунг за плечо.       — Я с тобой. — эти слова не были предназначены для лесного на’ви, но Софэя лишь грозно шикнула на обоих.       — Нет, Ао’нунг. Ты натворил достаточно. — слова девушки резанули по сердцу сына вождя своей холодной правдой. Тот отступил на пару шагов назад, — Вам же лучше сделать всё быстро…       Софэя нырнула, оставляя парней одних стоять на доках. Секундное молчание и Нетейям срывается. Замахивается, чтобы ударить Ао’нунга кулаком, но видит, что тот лишь стиснул желваки, дабы устоять этот удар. Не отошел, не увернулся, ничего. Сын вождя знал, что этот удар, всю эту злость в свой адрес он заслужил. Но удара не было. Парень лишь занес руку для удара, но не смог ею махнуть. Бешеное биение сердца отдавалось в ушах, в голове, в сознании. Дыхание сбилось. Он не мог успокоиться, но и ударить тоже. Безнадежность, злость, страх окутывали его волнами.       «Сердце должно биться медленно, даже если ты в чрезвычайной ситуации.» — слова Софэйи пронеслись в сознании Нетейяма. Опустив руку, тот с яростью зашипел в лицо своему сопернику. Зрачки сузились, глаза широко раскрыты, нос сморщился, уши ушли назад. На устах появляется грозный оскал. Нетейям в бешенстве, в ярости. Но еще больше он зол на себя. Он не смог уследить за братом, а тут еще из-за его бессилия он подвергает свою возлюбленную опасности.       Резко взяв Ао’нунга за косу, потянул того вперед себя, ведя в сторону своего дома. Отец. Нужно рассказать всё отцу. Хорошо, что его маруи находилась относительно недалеко от загона животных.       В это время Софэя плывет так быстро, как только может разогнать свою илу. Да, кто-нибудь на скимвинге доплыл бы до трех скал намного быстрее, но сейчас время идет на секунды. Как и сказал ее отец: «В трудных ситуациях она о других думает больше, чем о себе». Ей было плевать, что она сможет попасть в опасность. Да, страх оставить свою семью ютился в ее сердце с каждой секундой все больше и больше, но страх за потерю друга, страх потерять одного члена семьи, потерять возлюбленного… Она не хотела такой беды своим друзьям и даже себе. Она боялась, но продолжала плыть.       Воспоминания того страшного дня из детства пронеслись перед глазами. Она видела окровавленного отца, который в любой момент мог погибнуть. А если она сейчас найдет Ло’ака, что висел бы на волоске от смерти, смогла бы она его спасти? Она кучу раз представляла у себя в мыслях, как отец находится в зубах акулы, однако сейчас картина была другой — в зубах хищника теперь был Ло’ак. Она поплыла еще быстрее.       Спустя пару минут плавания она видит перед собой в водах моря за рифом что-то огромное и такое знакомое, но в вечерней и почти ночной тьме она не может распознать это существо, но догадывается.       «Что? Они уже приплыли? Сои тут?» — подумала про себя девушка, выныривая из воды. Однако водная гладь не резвилась от кучи Тулкунов, да и по времени было еще рано. Но всё же впереди она видит одного большого кита, возле которого кто-то всплывает.       — Ло’ак?.. — от предположения сердце девушки сжимается. — Ло’ак!       Она вновь принимается плыть быстрее, дабы понять, кто это там впереди нее. Синюю кожу в уже наступившей темноте нельзя было нормально распознать, но вот тонкий хвост и тонкие руки девушка узнала из тысячи. Вновь крикнув имя лесного на’ви, девушка с улыбкой уже подплывала к Тулкуну и своему другу. Ей было плевать, что видеть одного морского кита в это время — более чем странно, ведь он был жив. Ло’ак сейчас стоял перед ней на плавнике Тулкуна живой.       Услышав своё имя, парень запаниковал. Пару секунд ему понадобилось, чтобы понять, откуда исходит голос. Когда он увидел, уже подплывающую Софэю, то стал руками давить на Тулкуна и приговаривать: «Плыви, скорее уплывай!», однако кит совсем не понимал, что он имеет ввиду.       В это время Софэя уже подплыла к плавнику и залезла на него, хватая парня за плечи. Девушка, не веря своим глазам, смотрела на здоровое лицо удивленного парня. Непрошенные слезы потекли по щекам девушки. Всё еще страшная картина стояла перед ее глазами. Она обняла ничего не понимающего парня.       — Великая мать Эйва, спасибо тебе… — прошептала та, глядя через пелену слез на ночное небо. Солнце уже скрылось за горизонтом газового гиганта. Сглотнув ком в горле, Софэя отпрянула от друга, разглядывая его тело на наличие повреждений. Видела она лишь слегка зажитые раны от вчерашней драки. — Ты цел?       — Да… — несмело произнес тот, — Этот здоровяк меня спас от хищника.       Парень с легкой улыбкой похлопал кита по твердой коже, на что Софэя только сейчас осознала. Обернувшись вокруг своей оси, она действительно не заметила никаких Тулкунов. Ни одного…       Противоречия. Девушка нахмурилась и прикусила от сожаления щеку изнутри, но всё же прыгнула в воду. Подплыв к двум большим глазам, Софэя благодарно кивнула и жестами произнесла:       «Спасибо тебе, что спас моего друга.»       Животное что-то пропело. Ло’ак наблюдал за этим общением, удивленно раскрыв глаза. Однако Софэя лишь огорченно помотала головой.       — Что он сказал? — лесной на’ви тоже слез с плавника и подплыл к девушке.       — Я не знаю… У него ни с кем не установлена связь. — опасения девушки подтвердились, но не до конца.       — Он одинок? — получив еле заметный кивок, парень положил свою руку на веко Тулкуна. — Как и я…       — Ло’ак, ты не одинок… — грусть наполнила сердце девушки, глядя на потерянного парня.       — Ага… Скажи это тем, кто оставил меня тут одного. — Софэя не смогла ничего на это ответить, лишь с горечью поджала губы. Она даже боялась представить, через что он мог пройти… — Мне попадет?       — Да… Но не больше, чем Ао’нунгу. — нахмурив брови, Софэя отвела взгляд, но вовремя вспомнила, — Нам нужно возвращаться. Нетейям определенно там всю деревню на уши поставил.       Легко кивнув, Ло’ак подплыл к Тулкуну и еле как объяснил тому уплывать. Моргнув, кит уплыл, скрываясь в морской темноте. В это время Софэя клокочущими звуками подозвала свою илу. Усевшись на нее, та призвала к себе лесного на’ви, помогая тому усесться позади себя. Парень хотел было ухватиться за ее талию, чтобы не упасть во время плавания, но вовремя заметил повязку. Воспоминания бурей пронеслись у него в сознании.       — Софэя, ты как? — обеспокоенно спросил Ло’ак, на что девушка озадаченно перевела на него взгляд. Только спустя пару секунд она поняла, что он имел ввиду. Посмотрев на намоченную повязку, Софэя тут же почувствовала ноющую боль. Как же часто она забывает про себя… Видимо, во время плавания сильно перенапрягла мышцы живота.       — Всё уже прошло, но лучше держись за плечи. — слегка поморщившись от неприятного ощущения в боку, соврала та, однако Ло’ак не стал перечить и положил свои руки ей на плечи.       Плыли они не быстро, так как Софэя не хотела перенапрягаться лишний раз, да и Ло’ак бы не смог удержаться за ее плечи. Но увидев через водную гладь вдалеке огни деревни, они всплыли. В уши сразу врезались чьи-то крики. Они все звали два имени. Глубоко вдохнув, Софэя хотела было выплыть из-за камней, но услышала тихую просьбу Ло’ака:       — Не говори никому, хорошо? — девушка не поняла скрытый мотив парня, но всё же решила согласно кивнуть. Почему? Зачем? В ее голове крутилось множество вопросов, на которые девушка не успела получить ответов. Только они выплыли из камней, как некоторые на’ви заметили:       — Вижу кого-то! — на скимвингах сразу подлетело пару охотников. Увидев Софэю и Ло’ака, они в эту же секунду объявили об этом всем, кто был рядом. — Нашлись!       Через миг к илу Софэйи подлетел знакомый скимвинг. Нырнув в воду, тот показал своего наездника. Взгляд Сохика был грозным, но с губ слетел облегченный выдох, когда увидел целых и невредимых детей.       — Сама доплывешь до берега? — отец девушки спрашивал обеспокоенно. Он был неприятно удивлен, когда услышал, что его дочь с травмой уплыла к Трем Братьям.       — Возьми Ло’ака. Не хочу, чтобы меня все ждали.       — Тебя будут ждать. Ты должна будешь тоже отчитаться. — как бы Сохик не был рад возвращению дочери, был зол на нее за такой глупый поступок. — Кхи’кэ! Возьми пацана к себе!       К илу Софэйи подлетел охотник верхом на скимвинге. Уже не молодой мужчина забрал к себе Ло’ака и быстро улетел к берегу деревни, у которого многие жители уже столпились. Сохик же подал руку своей дочери, чтобы та села позади него на морское животное. Отцепив связь, девушка не стала перечить. Только та, хотела сама забраться на крупное существо, как почувствовала резкую боль в боку, от чего чуть не упала обратно в воду, если бы не отец. Обеспокоенно поглядев на Софэю, Сохик ждал пояснения.       — Ничего страшного. Просто немного перенапряглась.       — Зачем ты вообще бросилась спасать его? У тебя же самой травма! — мужчина слегка дернул поводья, от чего скимвинг начал свой путь, поднимаясь над уровнем моря. Девушка крепче прижалась к спине отца.       — Потому что они часть клана, отец. — Сохик лишь тихо рыкнул, накрывая руку своей дочери, что лежала на его груди, своей большой ладонью.       — Как же я ненавижу то, что ты похожа на меня. —на выдохе слова вылетели из его уст, на что девушка лишь хихикнула, прикрывая глаза. Легкое утомление накрыло ее с головой. Прежний страх и переживания отступили, оставляя после себя лишь пустоту и усталость, которые периодами обновляются приливами ноющей боли.       К берегу они подплыли сразу после Ло’ака. Встав на доки не без помощи отца, девушка встретилась с грозным взглядом Тоновари, который глядел на лесного на’ви. К берегу подплыл Джейк Салли, сразу осматривая своего сына. Обведя толпу взглядом, Софэя не заметила Нетейяма, зато свою мать и сестру сразу. Женщина стояла в слезах, стараясь успокоиться, а девочка с восхищением глядела на свою старшую сестру. Ао’нунг же стоял рядом со своим отцом и стыдливо опустил взгляд в пол. Девушка не могла простить своему другу такого жестокого поступка. Тут к Ло’аку из толпы подбежала Нейтири, а за ней показался Нетейям. Кири и Тук видимо остались в их маруи.       — Дай мне, Эйва, сил не вырвать глаза у моего младшего сына! — женщина, шикнув, поднесла ладонь к лицу парня, сжимая ту в кулак. Софэя нахмурилась. Разве Ло’ак виноват во всем этом?       — Нет! Мой сын не должен был звать его за риф! Если бы не Софэя, что, рискуя своей жизнью, кинулась спасать Ло’ака, то могло бы случиться непоправимое. — стальной голос Тоновари пронесся по всей собравшейся толпе. Софэя словила на себе полные благодарности глаза Нейтири, Джейка и Нетейяма. Кири и Тук она всё-таки среди толпы не нашла. А вот Сохик в это время устало потирал глаза и повторял про себя: «Черт возьми…», — Ао’нунг будет наказан!       Девушка взглянула на своего друга. Она не хотела этого, но понимала, что по-другому никак нельзя. Из-за Ао’нунга всё это произошло, ему и отбывать наказание.       — Стойте! — дернув ушами, Софэя поглядела на стоящего перед ней Ло’ака, — Это я во всём виноват! Я сам предложил… — удивленно вскинув бровями, девушка не знала, как реагировать. Взгляд метнулся на Нетейяма, который тоже не понимал, что происходит. Это никак не вязалось с тем, что им рассказал сын вождя. — Ао’нунг меня отговаривал. Правда.       Джейк же решил, что своему сыну больше не нужно прилюдно позориться, и поспешил его отвести от всей толпы. Тоновари был не против их ухода. Мужчина дернул своего сына, поднимая того на ноги.       — Он сказал правду?       — Ао’нунг, что на тебя нашло? — Ронал как могла держала себя в руках. Но парень не отвечал, так как не знал, что ему говорить. Он уже смирился с тем, что его ждет серьёзное наказание, но тут Ло’ак берет всю вину на себя.       — Софэя? — Тоновари повернулся к девушке, что стояла на доках. Та тяжело вздохнула и, кинув косой взгляд на своего бывшего лучшего друга, вспомнила слова Ло’ака.       — На счет правды, я не знаю… Ао’нунг искал Нетейяма, видимо хотел с ним отправиться искать Ло’ака, но я им не разрешила. В таком состоянии Ао’нунг не мог смыслить трезво, а Нетейям не знает тех вод. Действовать нужно было быстро.       — Ты молодец, Софэя. Семья может тобой гордиться. — Оло’эйктан благодарно кивнул, что повторила и Ронал, а после и сам Ао’нунг. Многие на’ви тоже стали что-то выкрикивать, но вождь прервал всеобщее ликование, — Я видел, как ты росла. Каждый в деревне подтвердит, что видит в тебе отличную хозяйку и хранительницу семейного очага… — Софэя кивнула Тоновари в ответ, однако в мыслях он кричала. Что происходит? Она боялась, что сейчас при всех жителях деревни вождь объявит ее как будущую жену своего сына. Она не глупа и прекрасно понимала, что Оло’эйктан и Цахик рассматривали ее на эту роль. Да что уж молчать, девушка лучше многих на эту роль подходила. Она с самого детства дружила с Ао’нунгом, следила за ним в трудных ситуациях, да и тот явно не скрывал своих чувств, но сама девушка его не любила. Только как брата. И сейчас она с ужасом поглядела на своего отца, который тоже боялся услышать дальнейшие слова от Оло’эйктана, — Но с недавних пор я вижу в тебе потенциального охотника. — некоторые на’ви, что сидели на скимвингах, подняли копья вверх и согласно закричали. Сохик, опустив глаза, тяжело вздохнул. Софэя же непонятливо подняла свой взор на вождя. — Сохик прекрасный воин и ты много от него переняла. Я, как Оло’эйктан клана Меткайина, предлагаю тебе вступить в наши ряды.       Водные на’ви довольно закричали, явно радуясь такому выбору. Сохик поспешил встать рядом со своей дочерью, которая потеряла дар речи.       — Тоновари, я благодарен твоим словам и такому предложению, но… — мужчина положил руку на плечо своей дочери, — дай ей время. Я должен ей всё объяснить и уже после мы скажем ответ.       Тоновари с Ронал согласно кивнули и развели толпу. На этом Сохик увел свою дочь домой. Цирея хоть и переживала за Ло’ака, но решила пойти за своей подругой. Она видела, как Софэя хмуро держалась весь разговор за бок, потому решила вновь нанести ей мазь. Ронал сама помогла дочери подготовить все нужные травы и девушка направилась домой к своей подруге.       Цирея повела Софэю к воде, дабы смыть с ее кожи остатки прежней мази, но, как оказалось, этого делать не нужно было. За то время, как девушка пробыла в воде, мазь либо растворилась, либо уже давно впиталась в кожу. Желтый синяк красовался на девушке.       — Потерпи немного, будет болеть… — натерла свои руки какой-то мазью или сделанным кремом и начала проминать кожу, чтобы средства втерлись глубже. Стиснув зубы, Софэя терпела боль, как могла и не останавливала Цирею. Закончив, та грустно и нервно усмехнулась, — Ну точно охотница.       Софэя не знала, что ответить. Вроде, благословление вождя каждый хочет получить, однако девушка боялась. Сейчас в маруи Сохик тихо переговаривался с Алуэ насчет предложения Оло’эйктана. С одной стороны он был рад, что вырастил такого смелого и сильного духом ребенка, но он видел в ней лишь маленькую девочку, хорошую хозяйку. Да, мужчина был наслышан о таланте дочери в плаванье, но надеялся до последнего, что до такого не дойдет. Он желал ей мирной жизни. Думал, что Ао’нунг сделает всё, чтобы она даже не смогла порезаться или пораниться, но видимо он во всем ошибался…       — Софэя… Спасибо тебе… — слезы потекли по щекам дочери вождя. Она сдерживала эмоции при родителях, при Ао’нунге, и даже когда увидела здорового Ло’ака. Впервые она о ком-то так сильно переживала. А когда узнала, что Софэя с больным боком кинулась спасать лесного на’ви, то молилась Эйве за силу своей подруги. Она в нее верила. Верила, что сможет вернуться, а вот за Ло’ака она боялась. Он не был готов в одиночку скитаться по тем водам. Она была зла на брата, больше, чем на кого-либо другого. А Софэйи благодарна от всей души. Уже смывая с рук остатки мази, она расплакалась. К делу она всегда относилась серьёзно, но только она закончила все процедуры, как сорвалась. Цирея подняла свой полный отчаяния взор на подругу, — Как… Где ты его нашла?       — Цири, я… — она остановилась на полуслове, не зная, как продолжить фразу. Замотав бок, с выдохом произнесла, — Я не могу тебе сказать. Я обещала Ло’аку, что никому не скажу. — Цирея озадаченно нахмурилась, но ничего против говорить не стала, — Спроси у него сама. Думаю, тебе он ответит честно.       Вечер прошел напряженно. Ужин был испорчен, так как Алуэ и Вилэ вместо того, чтобы смотреть за продуктами на костре, бросились за отцом семейства к берегу деревни, страшась ужасных картин в голове. Но это было не самым страшным. Аппетита всё равно уже ни у кого не было. Алуэ вместе с Вилэ поднялись на второй этаж, оставив Сохика и Софэю одних для серьёзного разговора.       — Думаю, объяснять тебе всю опасность данного вида занятий не нужно? — спокойно произнес мужчина, присаживаясь напротив своей дочери. Девушка задумчиво кивнула. Она прекрасно помнила тот страшный день. — Тогда спрошу так: чего ты хочешь от жизни?       — Я… — неуверенно начала, однако, глубоко вздохнув, собралась мыслями, — Я хочу защищать своих родных и близких, любимых моему сердцу на’ви. Но… Я боюсь вас подставить. Боюсь, что оплошаю и… оставлю вас? — ком слез застрял в горле. Софэя подняла взгляд к потолку маруи, дабы слезы остались на своих местах, а не потекли по щекам. Она хотела казаться смелой в глазах отца, но даже голос выдавал ее страх. Её трясло. В голове мелькали картинки страшного прошлого, однако отец сидел сейчас перед ней живой, — Я не могла подвергнуть Нетейяма и Ао’нунга опасности. Но сама понимала, что ничего не смогу сделать, если увижу тело Ло’ака там… Я не знаю… Слезы потекли ручьем. Сохик устало потер рукой глаза, тем самым незаметно для дочери смахивая непрошенные слезы. Мужчина тяжело вздохнул и подсел ближе к Софэйе. Он взял лицо дочери в свои руки и взглянул в ее глаза.       — Софэя, милая моя… Я тебя вижу. — девочка кинулась отцу на шею, обнимая того так сильно, как только смогла, еле сдерживая свое рыдание. Мужчина горько усмехнулся и стал нежно гладить ту по волосам, — Ты так выросла… Стала такой сильной и смелой. Я так горжусь тобой. — Сохик отодвинул тело дочери от себя и заглянул той в лицо. Она небрежно протерла глаза от слез, — Но я не смогу отпустить тебя в опасное море… — сердце пропустило удар. Дыхание сперло. Софэя не могла поверить своим ушам. Она думала, что отец разрешил ей стать охотником, дал согласие. Неверующе глядя на Сохика, девушка увидела на его устах грустную усмешку, — Без должной подготовки точно не отпущу.       Секунда и девочка вновь кинулась на шею отца, обнимая того.       Этот день был трудным для каждого. Все испытали жуткие скачки в своем настроении. Спокойствие и умиротворение, напряжение, тревога, страх, ярость и злость, переживание, облегчение, стыд, вина, грусть и слабость, радость и счастье. Но все эти чувства связывает доверие. Кто-то его сегодня обрел, кто-то потерял. Никогда нельзя делить жизнь на черные и белые полосы, ведь никогда заранее не узнаешь последствия своих нынешних решений. Белая или черная полоса всегда может окраситься в красный.