История

***

Несмотря на всё, что мой друг знает обо мне − а на данном этапе нашей совместной жизни это почти всё – я не думаю, что Холмс даже догадывается, насколько близко мы подошли к тому, чтобы вообще не знать друг друга. И я говорю не о пуле, которая чуть не оборвала мою жизнь, а о случайных шансах найти соседа по комнате. Я написал публично о том, как мы с Холмсом встретились в химической лаборатории, и как я впоследствии встретился с ним на следующий день, чтобы осмотреть комнаты, которые мы в конечном итоге снимали вместе на Бейкер-стрит, 221Б. Всё это правда. Но также правдой были слова, которые я сказал Стэмфорду перед встречей с Холмсом: − Если мне придётся поселиться у кого-нибудь, я бы предпочёл человека с прилежными и тихими привычками. Я ещё недостаточно окреп, чтобы выносить много шума или волнения. Было достаточно ясно, что Холмс не будет ни тихим, ни спокойным. Бурная реакция Холмса на его химический успех и его поверхностное знакомство с уголовными делами, которые он мог бы раскрыть, сделали это довольно очевидным. У меня были серьёзные сомнения по поводу того, чтобы делить комнаты с этим человеком, и Стэмфорд высказал их ещё сильнее. Стэмфорд не просто не бросил меня, как живописно я описал. Он знал о трёх других студентах, которые хотели бы жить в одной комнате или изменить своё нынешнее положение. Он повёл меня навестить их всех до конца дня. К счастью, Джонсон нашёл другого студента, с которым можно было бы вместе снимать квартиру, Бейтс отсутствовал, и с ним нельзя было связаться, а Эванс решил бросить учёбу в Лондоне и вернуться в Эксетер. Так что я все-таки пошёл дальше и встретился с Холмсом. Именно превосходное размещение и тихая доброта миссис Хадсон, как ничто другое, убедили меня попробовать провести эксперимент с Холмсом в одной комнате. Так что моя жизнь изменилась безвозвратно, и теперь она полностью переплетена с его жизнью во всех отношениях. Я давно знал, как он дорог мне, и радовался недавнему откровению о том, что я так же дорог ему. Но если бы кто-нибудь из этих трёх других мужчин ответил по-другому, мы с Холмсом, скорее всего, вообще никогда бы никем друг для друга не стали.