Часть 1
20 февраля 2023 г., 20:45
Этой ночью ему не снятся даже кошмары. Утомленное и ноющее тело на последнем издыхании, оставив где-то за пределами теплого одеяла остатки напряжения, проваливается в глубокое забвение. Ощущение будто не уснул, а просто потерял сознание. Когда гудящие мысли привычным роем заполоняют больную голову, Хэ Тянь понимает, что проснулся. Мозг постепенно начинает сигнализировать о каждом израненном участке тела, нещадно напоминая о том, что жив. В комнате все еще витает стойкий запах антисептика и лекарств, который Тянь не так давно успел возненавидеть всей своей проклятой душой. Он помнит, где находится — первые секунды пробуждения вовсе не даруют легкого налета амнезии. Сильнее, чем просто помнит — чувствует, кто рядом с ним. Легче не становится — Тяня будто придавливает бетонной плитой, вжимая глубже в жесткий матрац. Страшно открыть глаза. Страшно смотреть на уже привычные пластыри и бинты на бледной коже. Еще страшнее пустить в голову мысль — кровавую картину — что, если бы Хэ Тянь не успел. Руку начинает жечь фантомным ощущением, а затем вполне реальной болью. Он не хочет, но думаетдумаетдумает, как несколько часов назад был на расстоянии в одну ладонь от потери всего своего чертового мира, который толком и не успел обрести.
Неконтролируемый вздох, смешавший в себе усталость, ярость и страх, срывается с пересохших, потрескавшихся губ. Тянь сжимает зубы и приказывает себе почему-то ледяным тоном брата, звучащим в голове, открыть глаза.
Смотри, говорит, не будь трусом, неси ответственность за того, кого хотел спасти.
Но даже если спас, все равно проиграл.
Открытые наконец глаза отчего-то начинает жечь, хочется думать, что от утреннего яркого света, но окно в спальне Гуаньшаня всегда плотно зашторено. Тянь знает, что сходит с ума, но фигура рядом под одеялом кажется ему до щемящего сердца болезненной. Он и сам не помнит, в какой момент начал пропускать всю его боль через себя.
Очертания уставших нести все на себе плеч и едва заметные равномерные вздохи мелкими осколками врываются в грудную клетку, давят болезненным комком в горле от чужой хрупкости. Хэ Тянь чувствует такое горькое бессилие, что дотронуться страшно. Он никогда не мнил себя спасателем, но теперь страх от реальности, в которой он мог не успеть тревожной сиреной воет где-то на подкорке о неспособности даже защитить.
В полумраке комнаты потускневшее золото на соседней подушке отливает графитом на кончиках волос. Тянь так тянулся к этому пламени, что эгоистично пропустил момент, когда запятнал своей тьмой все живое. На линии другой жизни остались уродливые кровавые разводы в крапинку от его черного одиночества.
Тянь своими руками спас Мо Гуаньшаню жизнь и касанием тех же рук вынужден будет ее сломать. Он может лгать всему миру, натягивая на идеальное лицо привычную мудаковатую ухмылочку.
Себе он никогда не лжет, принимает свой эгоизм с присущим стоицизмом, напрочь запакованным театральной наглостью. Тянется перебинтованными пальцами к чужим веснушкам на кончике уха, чувствуя как уродливые клешни из самых чудовищных глубин его сердца тоже вытягиваются одно за другим по направлению к настолько открытой сейчас невинной душе рядом. Кажется, словно проходят секунды давно проигранной битвы над внутренним монстром.
Хриплый после сна голос Мо Гуаньшаня разрывает тишину умиротворенного утра.
И дьявол вновь цепляет на лицо Хэ Тяня улыбку, позволяя утащить его своими окровавленными руками себе под кожу.
Примечания:
Когда эйфория после тех безумных глав спала, наступили жесткие отходняки.. Я думала, мне раньше было больно смотреть на Хэ Тяня, но нет, Хэ Тянь, наконец открыто получивший взаимный ответ на свои чувства, это какой-то новый вид истязания моей душонки. Его нежная улыбка режет больнее, чем слезы, серьезно, мне кажется, что внутри у него гниют бабочки. Не знаю, может, только я так это воспринимаю, но последние главы для меня как пир во время чумы. Я люблю эти главы, но от них разит неизбежностью будущего. И это то, что, я считаю, бесконечно крутится в голове у Тяня.
