Кого хочу, того и получу!

      Сегодня в лесу большой праздник — День летнего солнцестояния! День, когда две соседние стаи волков-оборотней объединялись, чтобы вместе отметить его.       В этот день создавались пары, благословили маленьких волчат, смотрели на бои молодняка, свободные омеги показывали себя во всей красе, а молодые альфы боролись за их внимание. В обоих стаях были схожие устои и традиции, все же это были люди-волки, а не просто животные. Они мирно сосуществовали на своих территориях, не покушаясь на земли друг друга.       Два вожака Джихен и Намджун были еще молоды и уверенно держали в своих руках бразды правления, у обоих были дети, как по заказу в семье Джихена рос прекрасный омега-волчонок Тэхён, а в семье Намджуна — Чонгук альфа — волк. Дети не то, чтобы дружили, но знали о существовании друг друга, иногда встречались на праздниках и, кажется, не были настроены враждебно. Отцы мечтали, чтобы эти двое стали парой, но омега был еще маловат, так что со свадьбой не торопились.       Это взрослые — не торопились, чего не скажешь о молодых. Они ждали этого дня с нетерпением, особенно… омега!       Юный Тэхён не был развратным или распущенным, он был донельзя избалованным. Всю свою жизнь он только и слышал о своей красоте как в человеческом, так и в волчьем обличии и все в его окружении старались побаловать маленького красавчика, да еще и сына вожака.       Сильный и властный Джихен умело управляющий стаей оборотней, разливался маленькой лужицей перед единственным сыном, тем более что тот рано потерял папу-омегу. Его воспитанием занимался доминантный омега стаи — Юнги, который был в меру строг, но тоже слишком любил маленького омежку.       Когда Тэхён только увидел Чонгука, то тут же решил — моё! Хочу! Тогда омеге доступно объяснили, что ему еще рано думать об альфах в принципе и о Чонгуке особенно. Тот был «наследным принцем», ему надлежало стать следующим вожаком и конечно никто и никогда не стал бы указывать молодому волку какого омегу избрать спутником жизни.       Тэхён заупрямился и уже хотел топнуть ножкой, но тонкий прут в руках Юнги и обещание точно использовать его на непоседливой попе омеги немного утихомирил пыл волчонка. Он умильно захлопал глазками, улыбнулся и обещал подождать.       На тот момент омеге шел пятнадцатый год, и течка была пока только одна, значит еще пару лет, как минимум, о паре и думать не стоит.       Наказания Тэхён не боялся, его никогда не пороли, только угрожали, в их стае вообще редко применялись телесные наказания, в виде волков конечно могли потрепать за холку и прижать к земле зарвавшегося волчонка или даже взрослого, но не более. А вот идти на открытое противостояние против вожака или омеги-доминанта не стоило и Тэхён затаился, выжидал, но при всяком удобном случае напоминал, что ему нравится Чонгук.       Молодой альфа нравился многим, он был высок, крепок, умен и… красив. Красив той мужественной красотой, которая покоряет сердца омег и вызывает зависть у соперников. Хотя за этой, прямо скажем, брутальной внешностью скрывалось доброе сердце, которое учащенно билось при виде хрупкого омежки из соседней стаи. Однако о своем выборе он никому не рассказывал, только друг Чимин знал, что огромный черный волк иногда убегал на опушку леса, лежал в траве, смотрел на луну и мечтал о кареглазом сером волчонке из соседней стаи по имени Тэхён.       Прошел год и вот снова две стаи собрались вместе на большой поляне на границе их владений. На этот раз оборотни не только праздник отмечали, но и обручение Тэхена и Чонгука. Омега еще не вошел в возраст брака, но уже обрел возраст согласия и просто «достал» своими капризами собственного отца! Основным его желанием было получить в мужья сына Намджуна.       Два вожака посовещались, спросили согласия самого жениха (которое тут же получили) и решили обручить детей. Омегу передавали на попечение младшего альфы с условием дождаться совершеннолетия будущего мужа, прежде чем окончательно сделать его своим супругом.       Чонгук согласился, ему двадцать один год, он взрослый альфа, он справится, главное, чтобы его желанный омежка был рядом, а то вдруг уведут из-под носа, бегай потом на полянку, вой на луну от неразделенной любви.       Тэхён же был не очень рад перспективе ждать еще целый год, ведь пока альфа не покрыл омегу, они не пара! Но юный волчонок был в себе уверен, главное — они будут жить вместе, а уж он постарается, чтобы их брак состоялся как можно раньше. Он с улыбкой сидел рядом со своим альфой и поглядывал на остальных с явным торжеством в глазах. Он опять получил то, что хотел (как всегда).       После праздника, молодых проводили в их дом и оставили одних. Намджун тихо напомнил сыну держать себя в руках, если понадобиться, то и в прямом смысле, справлялся же он как-то раньше, вот и теперь пусть потерпит, дрочку никто не отменял. Чонгук покраснел от таких откровенных слов из уст собственного отца и кивнул. Тэхён тоже кивал на советы Юнги, но он их не слышал, просто изображал «покорную овечку».       — Проходи, это наш дом. — Чонгук пропустил омегу вперед, зашел следом и закрыл дверь.       Тэхён стоял посредине большой гостиной и осматривался. Да, не зря он целый год ныл отцу в уши, что хочет стать омегой этого альфы.       Дом был большим, но уютным. В гостиной было светло из-за панорамных окон, выходящих в лес, имелся камин, над которым висел телевизор, перед камином лежала шкура медведя, стоял большой диван и журнальный столик, рядом пара кресел тоже не маленьких, похоже, в этом доме все большое, под стать хозяину. Одна стена была полностью закрыта книжными полками.       — А где спальня? — омега решил начать с главного вопроса.       — Наверху, наши комнаты рядом. — объяснил Чонгук, обошел омегу и сел на диван, Тэхён тут же шлепнулся рядом.       — У нас разные спальни?       — Конечно. — немного удивленно ответил альфа — Ты же знаешь, между нами, ничего не будет еще год. Поэтому спальни раздельные.       — Да какая разница, что они там говорили. — капризно заговорил омега — Мы с тобой пара, так что вполне можем спать вместе уже сейчас. — он нежно провел пальцем по плечу жениха.       — Нет, Тэхён. Не можем. — альфа решительно встал, сидящий омега, облизал пухлые губки, Чонгук сглотнул, он, конечно, сдержится, но такими темпами руки до мозолей натрет!       — Пойдем, я покажу тебе ванную комнату и кухню.       Омега нахмурился, кухня была последним местом, которое он хотел бы осмотреть, готовить Тэ не любил, потому что не умел. Сколько бы Юнги не бился, то, что готовил Тэхён можно было использовать в войне как секретное оружие, кстати очень жестокое оружие — что будет после его применения неизвестно, может мгновенная смерть, а может долгая мучительная агония, но есть это точно нельзя! Он даже когда заваривал рамен такая гадость получалась! Но делать нечего и омега покорно поплелся за альфой.       Кухня оказалась просто мечтой повара, она была новой со многими современными приборами, в поселке имелся свой генератор, так что с электричеством проблем не было. О назначении этих приборов Тэхён знал и пользоваться умел, но вот хорошо обращался только с микроволновкой и холодильником.       — Вот. Как-то так. — произнес Чонгук, он заметил недовольную мордашку омеги.       — Красиво. — выдавил из себя младший с кривой улыбкой.       — Ладно, сегодня мы уже поужинали, а завтра сможешь что-нибудь приготовить на завтрак, простое, например, блинчики. Пойдем, я покажу тебе ванную и спальню. Твою.       Альфа поднимался по лестнице, Тэхён медленно плелся за ним и думал, кажется, он немного поторопился с браком, к этому красивому альфе прилагались домашние обязанности, о которых он… забыл!       Утро для омеги началось рано, по его меркам конечно. Ровно в восемь утра к нему в спальню постучался Чонгук и громко объявил:       — Солнце давно встало, поднимайся. Тэхён. — и не получив ответа начал говорить дальше: — Вставай, Тэ, пора завтракать.       Омега недовольно завозился, ну кто встает в такую рань? Ужас какой-то, поспать и то не дают. Он перевернулся на другой бок и снова закрыл глаза. Правда через несколько минут понял, что одеяло куда-то исчезло и стало прохладно, потом его сонную тушку подняли и понесли, потом поставили и… окатили водой, спасибо, что не ледяной, но все же прохладной. Омега недовольно зафыркал и открыл глаза. Он стоял в душевой кабине, как был, в футболке и штанах, а Чонгук поливал его из лейки душа.       — Что ты делаешь? — возмущенно заорал Тэхён, пытаясь руками закрыться от текущей на голову воды, конечно, безуспешно. Чонгук рассмеялся, сказал что-то типа — Просыпайся соня — и тут же выбежал из ванной комнаты.       То, что это была не самая лучшая его идея альфа понял сразу, как только увидел прилипшую к омеге мокрую одежду, которая делала парня почти голым. Она прилипла к телу мальчишки и перестала скрывать, а стала, наоборот, подчеркивать изгибы его красивого тела, на которое мгновенно среагировало тело самого альфы, и он сбежал как можно быстрее.       Омега немного поворчал, потом разделся, принял душ и вышел к своему альфе уже в приличном виде, в новой футболке и широких домашних штанах. Да и есть хотелось, однако еды на столе не оказалось, был только Чонгук, который пил чай и явно ждал, что его самого накормят.       — Тэ, приготовь блинов по-быстрому, меня отец ждет через час, а мне еще надо тебе многое показать и рассказать. Давай ты будешь готовить, а я говорить.       Омега замялся, вот так в первый же день опозориться перед будущим мужем, но и отравить альфу своей стряпней не хотелось, поэтому Тэхён опустив голову, тихо пробормотал:       — Я не умею готовить — протянул он и, заметив взметнувшиеся в удивлении брови альфы, быстро закончил — блинчики.       — А что умеешь?       — Бутерброды? — с надеждой спросил омега, уж нарезать хлеб, колбасу и овощи он точно сможет… наверное. Он часто видел как это делал Юнги, это не так сложно как возиться с тестом на блины.       — Давай бутерброды. — согласился альфа, его немного удивило, что омега не умеет готовить такое простое блюдо как блины, даже он умеет их печь, ну да ладно, мало ли, может он что-то другое готовит прекрасно.       Тэхён уверенно подошел к холодильнику достал необходимые продукты, выложил из хлебницы батон и взялся за нож. Минут десять альфа наблюдал как отчаянно его омега пытается аккуратно нарезать колбасу, пару раз его сердце замирало, потому что казалось Тэхён сейчас оттяпает себе полпальца. Не выдержав эту пытку (Чонгук еще не определился кого именно пытали — его или колбасу), альфа решительно отобрал орудие пытки (нож) и начал сам делать им обоим завтрак.       Довольный Тэхён пил ароматный чай, который тоже, кстати, приготовил не он, и ел большие вкусные бутерброды, рядом с ним завтракал Чонгук, говорить с набитым ртом неудобно, да и неприлично и будущие супруги молчали.       После завтрака альфа убежал к отцу, оставив омегу на хозяйстве, сказав, что поговорить они могут позже, за обедом.       Омега спокойно выбрал себе книжку и завалился на диван рассчитывая прекрасно провести время в безделье. Он его и провел, вначале почитал, потом неожиданно уснул, так его и нашел альфа, вернувшийся домой к обеду. Вот только обедать то было нечем! Чонгук, очень удивлённый данным обстоятельством, зашел в гостиную и потрепал за плечо омегу.       — Тэхён, а обед где? Ты ничего не приготовил?       — А? Что? — омега растерянно моргал глазками и совершенно не понимал кто и зачем его разбудил. Обед? Какой обед? Кто говорил, что он должен что-то делать?       — Какой обед, Гуки? Ты же ничего об этом не говорил! — в голосе Тэ сквозило возмущение.       — Так это и так понятно. — удивился альфа — Ты же полдня дома был, я занимался делами, пришел домой обедать, а еды в доме нет.       — Ну так сделай себе бутерброды, у тебя прекрасно получается. — Тэхён явно не собирался даже вставать, не то, чтобы накормить голодного жениха.       Идея снова давиться бутербродами не прельщала альфу, но есть очень хотелось, а омега, кажется, даже не собирался что-то готовить, вздохнув Чонгук поплелся на кухню строгать сэндвичи.       Через несколько минут в проеме двери, ведущей на кухню, появился слегка смущенный Тэхён. Он тяжело вздохнул и тихо попросил:       — Гуки, а можно мне тоже… покушать. — он тихонько шмыгнул носом и закончил — Есть очень хочется.       Альфа хотел немного повредничать и сказать что-нибудь колкое, но увидев потупленный взгляд и покорно сцепленные спереди ручки омеги сжалился и кивнул. Тэ прошел к столу, сел на стул и внимательно стал наблюдать за быстрыми, сосредоточенными движениями своего альфы, который уверенно двигал ножом нарезая продукты на бутерброды. Тэхён взял нарезанные кружочками колбасу с помидорами и начал укладывать их на кусочки батона, хотя бы так помогая Чонгуку с готовкой (уж это он точно смог сделать никого, не отравив!)       — Тэхён, а ужинать мы тоже будем колбасой и хлебом? Омега замялся и пробормотал:       — Тут еще и помидорки есть. — он упрямо не желал понимать, о чем говорит его альфа.       — … и помидорками.       Тэхён опустив взгляд молчал.       — Ты не умеешь готовить? — спросил Чонгук — Или не хочешь?       — Не умею. — тихо ответил омега и покраснел.       — Совсем не умеешь?       — Совсем. — почти прошептал Тэ, сгорая от стыда.       Раньше его совершенно не волновал этот вопрос, в его семье готовил Юнги, он, как доминантный и одинокий омега, отвечал за хозяйство в доме овдовевшего вожака, он же и воспитывал его сына.       Между Джихеном и старшим омегой не было отношений, они просто росли вместе и были почти братьями. Когда на охоте погиб папа-омега Тэ, Юнги не смог бросить своего хёна одного с маленьким ребенком, он стал помогать им, да так и остался в этой семье, став серому волчонку и нянькой, и сиделкой, и учителем.       Юнги честно и старательно учил молодого омегу всем тонкостям кулинарного искусства, к которому Тэ был совершенно равнодушен, потому что как бы ни старался, хотя он особо и не заморачивался — ничего путного (съедобного) не получалось. Со временем младший омега перестал стараться от слова совсем — если ничего не выходит, то зачем продукты переводить. Юнги же просто надеялся, что когда-нибудь, когда уж совсем припрет, его старания не пройдут даром и Тэхён вспомнит уроки кулинарии.       Джихен, как альфа, вообще не знал о проблемах его сына с готовкой, он не вмешивался в дела омег, сами разберутся.       Чонгук молча дорезал продукты, сделал им обоим чай, и сел за стол.       — Ну, если не умеешь — вдруг твердо произнес он, и Тэ застыл с куском колбасы во рту, ожидая продолжения — научим.       Омега чуть не подавился от властного и серьезного голоса своего альфы, он быстро схватил чашку и запил чаем этот несчастный кусочек, проталкивая его в желудок.       — Научим? А кто будет меня учить? — несмотря на небольшой страх, его очень заинтересовал этот вопрос, вдруг его обучением займётся сам Чонгук, тогда уж филонить не получится.       — Сокджин научит. Он доминантный омега, он иногда обучает молодых омег, даже если у них есть оба родителя, так удобнее, освобождает время для более серьёзных дел для взрослых волков.       Тэхён задумался — Сокджин ему понравился, сильный, еще достаточно молодой омега, но вот сможет ли Тэ «откосить» от этих уроков? Или все будет более серьёзно, чем с Юнги. Может если показать, что готовка не дается молодому омеге от слова совсем, то от него отстанут? Надо сделать так, что Джин сам его выгнал. Не оставят же молодых голодными? Все равно накормят.       В хорошенькой головке омеги созрел план — надо показать Сокджину всю бесполезность этой затеи, разливать молоко или бульон, постоянно пересаливать и всячески дать понять старшему, что Тэхен просто необучаем и от него одни неприятности! Тогда от него отстанут! Юнги ведь сдался, чем Сокджин лучше.       Всю несостоятельность своего плана Тэхён понял где-то через неделю… отчетливо так понял!       Всю неделю юный омега претворял свой план в жизнь.       Идти на открытое противостояние не получилось, когда он заявил Сокджину, что не умеет готовить и у него точно ничего не получится, тот внимательно посмотрел на омегу и так же, как и Чонгук, твердо ответил — научим!       Тогда Тэ стал делать все исподтишка, сваливая все неудачи на самого Джина, делая вид что старается, но вот сам старший все и портит.       Однажды, он поставил большую чашку с тестом для блинов, в которой кстати намешал несусветную гадость, прямо под руку старшего, который тут же и сбил посудину на пол. Тогда Тэ был «очень расстроен» — ведь он так старался! Сокджин приняв все за чистую монету, сам смешал все необходимые ингредиенты и сам нажарил целую гору блинчиков, под «внимательным» взглядом Тэхёна (который потом отнес их Чонгуку — выдав за свои).       В следующий раз, почти также на полу оказался готовый бульон, который омега нещадно пересолил, в тот раз он даже вроде старался, но все равно отвлекся и перевернул в кастрюлю всю солонку. И снова Сокджин сделал все сам, он чувствовал себя виноватым — опять оставил молодую семью без обеда.       Далее, все происходило в том же духе. То миска со стола слетит, то огонь на плите, который старший убавил до минимального, вдруг начинал гореть как факел и мясо превращалось в угольки, то крышка солонки оказывалась открытой и в суп летела полкило соли или перца. При этом сам Тэхён был не виноват, очень расстраивался, что из-за старшего придется все переделывать и Джин, чтобы сгладить расстройство младшего все переделывал сам. Пока наконец к концу недели в голове Сокджина не возникла мысль, что все не так просто… С чего это он вдруг стал таким неуклюжим, что портил все начинания своего ученика? Джин решил пойти на хитрость. Он поставил на кухне маленькую камеру и подключил ее к своему ноутбуку.       Через пару дней, посмотрев интересное кино, Сокджин показал его Тэхёну. Младший омега понял, что пахнет жареным, теперь ему остается только одно — бежать, и дал стрекоча!       Он обернулся волком и выбежав на задний двор, помчался к калитке, но не тут-то было, через несколько мгновений его повалил на землю большой волк. Он поднял младшего за шкирку и понес в дом, где тряхнул хорошенько, заставив обернуться обратно, потом обернулся сам, они оказались в гостиной.       — Иди сюда. — строго позвал Сокджин замершего Тэ, старший сидел на диване, он был зол и это не предвещало ничего хорошего, но злить взрослого волка еще больше не хотелось. Тэхён медленно подошел ближе и замер, опустив глазки в пол.       — Снимай штаны и ложись ко мне на колени.       Младший испуганно поднял взгляд, его и так большие глаза стали просто огромными от удивления и, что греха таить, страха! Тэ сглотнул, в горле мгновенно пересохло, кажется, он доигрался, и если Юнги всегда только грозился его выпороть, то Сокджин явно не шутил.       — Что? — испуганно выговорил младший–омега.       — Снимай штаны, трусы и ложись ко мне на колени. — с явно угрозой повторил Джин.       — И т-трусы? — Тэхён аж заикаться начал, настолько ему было страшно.       — Да, ты же не думал, что все будет так просто. — произнес старший.       — Не надо… пожалуйста… — сдавленным голосом тихо попросил Тэ и добавил — Я больше так не буду.       — Тэхён, не зли меня! — прорычал Сокджин.       Поняв, что наказания не избежать, испуганный донельзя омега начал расстегивать штаны, потом медленно потянул их вниз, оставив трусы на месте (в нем еще теплилась надежда, что ему это позволят), но грозный окрик старшего эту надежду развеял как дым.       — Трусы снимай!       Тэ вздрогнул и покорно стянул последнюю защиту своей попы, которой сейчас достанется по полной. Сокджин взял его за руку, потянул на себя, потом резко дернул и младший оказался у него на коленях, кверху задницей, штаны с бельем болтались где-то на щиколотках.       — Значит так, я тебя накажу, и о твоих выходках никто не узнает, но если такое повторится, то пороть тебя уже будет твой жених. Ясно?       — Да. — пискнул Тэхен, вот такого наказания он не хотел, видно придется постараться на кухне, а пока как-то пережить порку, ведь раньше его никогда не били.       После первого же удара, окатившего его волной боли, Тэ взвизгнул и дернулся, на его поясницу опустилась тяжелая рука, прижала к коленям, и удары посыпались один за одним.       Сокджин бил его по голым ягодицам сильно, хлестко и очень больно, вскоре Тэхён уже вовсю ревел, слезы капали на пол, а сам он дергался и пытался вырваться. Джин остановился, зажал обе ноги младшего между своих ног и продолжил.       Вскоре на попе несчастного омежки уже не было живого места, она полностью стала красной и пылала огнем, а сам омега ревел белугой, ему казалось, что эта пытка никогда не закончится.       Однако, все когда-нибудь кончается, да и Сокджин не хотел покалечить или избить пацана до полусмерти. Эта порка была ужасной для Тэхена, потому что была в новинку, на самом же деле ударов было не так много, как казалось, его всего то ударили раз двадцать, не больше, но плакал мальчишка навзрыд. Под конец экзекуции старший даже пожалел его. Когда все закончилось, Джин осторожно погладил красные ягодицы ладонью, потом провел по спине, волосам омеги и только после этого помог встать.       Тэхён, не двигаясь, стоял перед старшим и даже не пытался одеться, он просто плакал, размазывая рукавом рубашки слезы и сопли по красивой мордашке. Сокджин вздохнул, сам аккуратно натянул на младшего трусы, потом штаны, помог застегнуться и притянул мальчишку к своей груди, успокаивая.       — Все-все, хватит, успокаивайся, все закончилось. — шептал он в светлые волосы и гладил по ним ладонью. Однако омега и не собирался успокаиваться, он уткнулся в плечо старшего и плакал.       — Чего ты так разошелся, Тэ? Хватит плакать, ну, хватит, Тэхён. -уговаривал Джин — Иди сюда, иди. — он отодвинул от себя парня и усадил к себе на колени, так, чтобы его горящая попа была между ногами старшего, так ягодицы не соприкасались с жесткими коленями и обнял младшего прижимая его к себе, тот снова уткнулся Сокджину в плечо, продолжая реветь, правда уже не так отчаянно.       — Ну все-все, Тэша, успокаивайся — тихо уговаривал старший — Ты же больше не будешь? — он уже тихонько покачивался, укачивая парня как совсем маленького волчонка.       Омега отрицательно замотал головой и прогундосил:       — Н-нет. — и всхлипнул, ласковые объятия сделали свое дело, и парень начал потихоньку приходить в себя.       — Молодец. Умница. — похвалил Джин. Он не ожидал настолько яркой реакции, не должен был взрослый парень так реагировать на порку, да его и не пороли по-настоящему, просто отшлепали, а тут столько страха и слез!       — Ты же будешь стараться, и у тебя все получится. — продолжал говорить старший, все так же немного покачиваясь.       — Не получится! — вдруг выкрикнул Тэ и по его щекам снова побежали слезы.       — Почему? — удивился Сокджин.       — Н-не знаю — скулил Тэхён — никогда не получааалось…       — Значит, ты плохо старался. — уверенно ответил Джин, он немного помолчал и дополнил: — Или тебя плохо учили.       — Хорошо. — заупрямился Тэ.       — Тогда не знаю, может у тебя просто стимула не было. — предположил старший. Тэхён в его руках напрягся, плакать он все-таки перестал, но громко шмыгал носом и всхлипывал.       — С-стимула? Это… как?       — Тебя просто учили что и как делать, тебе это было не нужно и не интересно, вот и не получалось, а теперь ты будешь готовить для своего альфы. Для Чонгука. — Джин обрадовался, кажется, он все-таки нашел подход к этому упрямому мальчишке, тот все также периодически вздрагивал от громких всхлипов, но уже прислушивался и явно был заинтересован.       — Да, ты будешь готовить для своего альфы, чтоб ему понравилось, чтобы он оценил, как ты заботишься о нем. — продолжал объяснять старший омега.       — А если опять… не получится? — мальчишка всхлипнул и похоже снова собирался зареветь, но Сокджин уверенно ответил — Получится! — омежка на его коленях глубоко вздохнул и уже доверчиво прижался к груди старшего.       Сокджин оказался прав, когда Тэхён перестал думать только о том, как бы сбежать с кухни, и сосредоточился на своих действиях, у него стало все получаться. Не с первого раза, конечно, но в конце концов он смог приготовить вполне съедобный рамен, даже не заварить, а приготовить! Неожиданно вспомнились все советы Юнги и теперь кухня уже не пугала молодого омегу, теперь он с радостью готовил для своего любимого жениха.       Чонгук тоже остался доволен, его радовали успехи омежки и то, как они сдружились с Сокджином (о том небольшом «недоразумении», так никто и не узнал).       Теперь, когда не было проблем с готовкой и в доме появилась нормальная еда, когда альфа с удовольствием ел приготовленные своим женихом блюда, у юного омеги появилась другая проблема… и цель!       Молодые люди жили как соседи, да, соседи, которые были довольны друг другом и прекрасно ладили, но… определенных границ не переходили, а Тэхён уже давно хотел их перейти!       По вечерам они частенько сидели на диване, смотрели телевизор или просто разговаривали, альфа целомудренно обнимал омегу за тонкие плечики, но как только Тэхён чуть сильнее прижимался к нему, тот немедленно отодвигался.       Чонгук старался делать это не очень резко и демонстративно, это всегда было прикрыто каким-то разумным действием — то альфе срочно нужен пульт, то он тянулся за книгой или журналом, но от прикосновений омеги уходил всегда.       Тэхён был молод, но не глуп, он отчетливо видел нежелание альфы идти на сближения в физическом плане и нарочно старался как-то спровоцировать жениха.       Вначале его попытки были еле заметными (но не для альфы), потом стали более настойчивыми. Омегу злил совершенно спокойный жених (никто не знал, чего это стоило самому Гуку), и со временем провокации стали совершенно явными и откровенными.       Тэхён хотел хотя бы просто увидеть, что нравится Чону, что тот реагирует на него так, как нормальный альфа на своего, именно своего, омегу! Тэ вдруг подумал, что не интересен альфе как партнер, как пара и старался, всеми силами старался, понять так ли это на самом деле, пытаясь вызвать у Чонгука интерес. Если бы Гук хотя бы немного показал заинтересованность, Тэ мгновенно отступился бы, но… альфа полностью игнорировал омегу и у последнего просто сорвало тормоза (точнее их остатки!).       Молодой омега пошел напролом!       Он перестал носить пижаму и приходил на кухню в одних домашних штанах с оголенным торсом или демонстративно наклонялся перед женихом, типа взять книгу с нижней полки, выпячивая попку, плотно обтянутую брюками.       Мог войти в спальню Чонгука поздно ночью в одних трусах и задать совершенно невинный вопрос, иногда даже разбудив для этого альфу, а потом уходил, сверкая длинными голыми ногами.       Неожиданно появлялся в ванной комнате именно тогда, когда альфа принимал душ, и наклоняясь над раковиной, спокойно начинал умываться, прекрасно зная, что альфа видит его выпяченную попку через стеклянную дверь душевой кабины.       Да, фантазия Тэхёна была безгранична, так же, как и выдержка альфы! Хотя вот эта выдержка трещала по швам, как только омега уходил.       Один Бог, да еще, пожалуй, Намджун, знали, как тяжело давались эти «невинные шутки» Тэхёна его альфе. Бог ожидаемо молчал, а вот отец уговаривал Чонгука потерпеть и держать себя в руках, что альфа и делал… в душе или в закрытой на замок спальне.       Время шло, а упрямый альфа все так же был равнодушен к прелестям Тэхёна.       Омега вначале загрустил, потом до слез расстроился, а потом разозлился! Он весь из себя такой замечательный и красивый, а этот противный (но желанный) альфа его совсем не замечает! И Тэ придумал план (опять)!       Если бы омега только мог предположить, чем он закончится, то тут же выбросил бы эту мысль из головы и тихо сидел бы в уголочке, как мышь под веником, но омега был в себе уверен и отступать не собирался!       Вначале с планом возникли проблемы. Тэхён все никак не мог придумать, что же еще сделать такого, чтобы упрямый альфа обратил на него внимание?! Голые коленки и выставленная на обозрение жениха попка — не действовали. Тэ, даже подумал, а не забраться ли в постель Чонгука, пока тот спит? Тогда был шанс, ласками возбудить альфу пока тот сонный и не сможет сбежать, но… все же омегу правильно воспитывали и так откровенно предлагать себя альфе было… неприлично и развратно, так поступают только шлю… то есть доступные омеги.       Тэхён испугался, что после такого Чон просто не захочет брать его замуж. Значит нужно придумать что-то другое, что-то после чего альфа его заметит… в определенном смысле!       Через несколько недель произошло событие, которое натолкнуло омегу на мысль.       Намджун устраивал большую охоту, на которую взял сына и еще несколько волков-охотников, среди них были как альфы, так и омеги.       Последний факт немного удивил Тэхёна, в их стае омеги редко охотились, только в случае крайней необходимости, хотя многие из них были сильными, ловкими волками.       Омеги стаи всегда находись в поселке, присматривая за волчатами, обеспечивая быт и уют для своих альф. Они пекли хлеб, возились в огороде, учили детей, лечили больных и старых. При нападении на стаю омеги с успехом могли бы отразить его, но участие в охоте они принимали не часто, это скорее исключение из правил. А вот в стае Намджуна, участие омег в таком чисто альфьем деле было обычным.       Вечером, после удачной охоты, в дом младшего Чона ввалились несколько человек, во главе с хозяином. Они громко смеялись, вспоминая смешные и не очень, моменты прошедшего дня.       Тэхен удивленно смотрел как его альфа попеременно обнимает за плечи своих друзей, альф — Хосока и Чанеля и… Пак Чимина –омегу!       Тэ подал ужин и мило улыбался друзьям Гука, мечтая вцепиться в симпатичное личико Пака ногтями и немного подпортить его довольный видок. Тэхён видел, как горят глаза его альфы, когда он смотрит на Пака, с каким восхищением его жених смотрит на постороннего омегу! Да еще и в собственном доме, при живом, так сказать будущем муже! Тэ захлестнули эмоции, он и сам толком не знал, чего ему больше хочется: набить морду этому красавчику–омеге, разреветься или начать орать как сошедшая с ума от ревности женушка! Однако Тэхен взял себя в руки и не сделал ни того, ни другого, ни третьего. Вместо этого он все также мило улыбнулся всем гостям и уселся рядом с женихом, прислушиваясь к разговору.       — Точно — продолжал говорить Хосок — а помнишь, как ты ловко прыгнул на того кабана, Чим. Это был отличный прыжок — альфа громко заржал и закончил — вот только приземление подкачало!       Теперь хохотали уже все, включая Тэхена. Из разговора он понял, что не такой уж Чимин и ловкий, промахнулся на охоте и грохнулся в грязь. Это почти примирило Тэ с присутствием Пака в его доме, но следующие слова Чона, снова расстроили.       — Да, брось, Хосок-и, ты сам-то еле догнал добычу, если бы его не загонял Чим, тебе вряд ли удалось бы его поймать. — альфа приобнял за талию, смущенного друга и прижал к плечу, тот спрятал у него на груди свое красное лицо.       Тэхён едва сдержал рык, его губы начали подрагивать, обнажая клыки, еще немного он обернется и бросится на «разлучника», но омега сдержался. Он знал, что Чимин и Чонгук росли вместе, были молочными братьями и никогда не рассматривали друг друга как возможную пару, мало того, у Чимина был свой альфа - Хосок! Который совершенно спокойно реагировал на то, что его жениха обнимает Чон. Но горящие восхищением глаза будущего мужа, не давали покоя!       Впрочем, где-то через полчаса страсти улеглись, друзья успокоились, адреналин схлынул, разговор стал тихим и спокойным. Окончательно же Тэ успокоился, когда Чимин задремал, уютно устроившись в кольце рук Хосока. Хотя даже тогда Тэхён остался недоволен — почему это Хосок может обнимать своего омегу, ласково прижимать его к себе и гладить большой ладонью по спине, а Чонгук до него даже не дотрагивается толком?       Уже ночью вспоминая события вечера и окончательно успокоившись, Тэхён и придумал план действий. Если Чонгук так восхищался участием Чимина в охоте, значит в следующий раз надо тоже туда попасть! Показать всем волкам и своему жениху в частности, что он тоже чего-то стоит!       Джихен учил сына охотиться, но так… самую малость, надо попросить Сокджина потренировать его, конечно, не посвящая старшего в свои планы. Охота проходила где-то раз в месяц, не чаще, значит время еще есть.       Тэхён понимал, что его, несовершеннолетнего омегу, никто на охоту не возьмет, значит надо просто проследить за волками и потом уже показать себя во всей красе! (откровенно говоря, план был так себе, но кто не чувствует себя всемогущим в шестнадцать лет!)       Вначале все шло, так как и задумал Тэхён.       Сокджин с радостью принялся за обучение омеги премудростям охоты, он даже был рад, что молодой волк решился на это. Тэ очень старался, как говорится не за страх, а за совесть, и за месяц очень продвинулся в тренировках.       Первая часть плана была с успехом выполнена.       Второй частью была добыча информации — когда, где и с кем будет проходить охота, нужно наверное еще было узнать на кого, но это была мелочь и Тэ не заморачивался по этому поводу.       Третья же часть, самая ответственная — принять участие в охоте, выбрать нужный момент, но это станет понятно уже в самом конце, и омега решил, что разберется по ходу действия.       В тот день охотники подняли молодого лося и погнали его. Большое сильное животное уходило от них, но волка ноги кормят, поэтому десяток километров, который они пробежали, нисколько их не утомил. Тэхён тоже не устал, он бежал недалеко от стаи, точнее позади нее, бежал по их четкому следу, оставленному на земле усыпанной листвой.       Вскоре охотники разошлись веером, один из них должен был выскочить перед лосем и заставить его попятиться. Это всегда был самый сильный и матерый волк. В отличие от других оленей, лось не может лягаться задними ногами, поэтому при атаке сзади бывает совершенно беззащитен, чем и пользуются волки. Захватив часть шкуры с мышцами, волчьи зубы сжимают их, как тиски, а клыки глубоко вонзаются в тело, причиняя жертве сильную боль. Именно болевой шок от укусов становится причиной остановки бегущего лося. А вот нападение спереди бывает смерти подобно, передние ноги животного снабжены копытами с острыми краями, ими лось и отбивается от хищников, вставая на дыбы. Удар ноги лося, достигший цели, может переломать волку ребра или ноги, раскрошить тонкие кости морды, поэтому волки опасаются приближаться к лосю спереди.       Хотя волки были не простыми, а оборотнями, то есть людьми в волчьих шкурах, инстинкты у них были соответственно своему виду и охотились они так же, как и их лесные собраться.       Тэхён решил, что бросаться спереди на молодого, но уже достаточно большого бычка, не стоит, жизнь дороже, а вот первым кинуться и схватить за заднюю ногу, вполне можно. Он хотел просто быть первым, самым ловким, тем кто, собственно, и начнет охоту, потом же к нему присоединятся взрослые волки и все вместе завалят лося. Вот тогда то, Чонгук и поймет, насколько силен и красив его омега, поймет, что Тэ достоин занять место рядом с будущим вожаком и сделает его своим окончательно.       Молодой омега догнал охотников в тот момент, когда Намджун остановил лося, волк прижимался к земле умело уходя от острых копыт, лось же медленно, но, верно, пятился к сидящим засаде охотникам, еще немного и все будет кончено.       Выждав пару мгновений Тэхён тихо зарычал и сделал бросок, на его беду именно в этот момент на бычка кинулся еще один волк, более сильный альфа, в прыжке, сбил омежку и сам вцепился зубами в левую ногу жертвы. Тэхён, громко взвизгнув, покатился по траве и замер, под весом чьего-то тела. По запаху, он узнал Чонгука, тот прижимал его к земле, защищая и не разрешая двигаться, а сам внимательно следил за теперь уже сорванной охотой.       Альфа сбивший Тэ, недостаточно сильно укусил жертву, лось сумел вырваться и теперь успешно отбивался от хищников, опустив голову и выставив рога, он медленно отходил под защиту деревьев. Еще через несколько минут, вожак подал знак отступить и раненый, но живой лось поспешно скрылся в лесу. Оставив злых оборотней на опушке, без добычи, разбираться с одним очень неугомонным омегой!       — Ты цел? — спросил Чонгук, они оба обернулись, встали и ждали приближения разъяренных взрослых.       — Да. — прошептал испуганный Тэ, он только сейчас понял, что натворил, и порадовался, что никто не пострадал, хотя от наказания его не сможет спасти ничего.       — Ты! — прорычал Намджум и ткнул пальцем в поникшего Тэхёна — Как ты тут оказался?! — голос вожака ревел на весь лес. — Это ты его притащил?! — обратился он к сыну.       Чонгук побледнел, он никогда не видел отца в такой ярости, но, прежде чем он смог ответить, его опередил Тэхён. Дрожащим голоском омега пролепетал:       — Нет, это не он. Он ничего не знал. Я сам.       — Зачем?! Кто тебе позволил?!       Теперь страшно стало не только Тэхёну, но и всем на поляне, даже взрослые волки, стояли опустив голову, боясь взглянуть на бешеного вожака.       Намджун глубоко задышал, пытаясь успокоиться, страх за жизни своих сородичей и сына, постепенно уходил, на смену ему пришло желание все выяснить и наказать этого несносного мальчишку! Сегодня из-за него могли погибнуть люди, он подверг четырех оборотней смертельной опасности! Вожак уже засомневался — нужен ли такой партнер его сыну? Еще раз глубоко вздохнув, мужчина приказал:       — Возвращаемся. Чонгук, отвечаешь за него головой. — он кивнул в сторону омеги и закончил: — Если он случайно потеряется по пути, его наказание примешь ты.       — Да, отец. — младший кивнул, омега рядом с ним тоже закивал. Нет, насколько бы страшно ему сейчас не было, но подставлять своего альфу Тэхён не станет. Будь что будет.       Через несколько часов волки вернулись в поселок, Тэхёна отправили домой, а Намджун с сыном и малым Советом собрались в доме у вожака, решать вопрос о наказании несносного омеги. Младший Чон присутствовал на совете в качестве его жениха, за которого нес ответственность и Чонгук опасался, что ему тоже достанется.       — Что будем делать? — спросил вожак, обводя взглядом нескольких альф и доминантного-омегу, на сына он не смотрел, его голос будет учитываться в последнюю очередь (если вообще будет!)       — Надо бы наказать мальчишку, чтоб неповадно было. — произнес Ли, это ему Тэхён помешал на охоте.       — Надо. — твёрдо ответил Намджун — Вопрос только — как?       — Давайте вернем его отцу, пусть сам разбирается с этим недоноском. — спокойно ответил еще один член Совета, Юнсан, этот омежка не понравился ему с первого взгляда, слишком наглый и заносчивый.       Вожак взглянул на сына, тот сидел бледный, а при последних словах альфы закусил губу, говорить ему никто не разрешал и младший альфа молчал, но весь его вид говорил, что он готов принять наказание сам, только бы никто не отбирал у него Тэхёна.       — Нельзя. — спокойно отозвался Сокджин — Он официально помолвлен с Чонгуком, если мы откажемся от помолвки, не зависимо от причин, омега будет опозорен, его никто и никогда не сделает своей парой.       — Нам нет до этого дела. — огрызнулся Юнсан.       — Есть. — продолжил объяснять Джин — Этот мальчишка сын Джихена, он отдал омегу на наше попечение, если мы вернем пацана, опозорим всю их стаю, а это… война. -       Нет, война никому не нужна. — задумчиво проговорил Намджун — Один непослушный омега не стоит жизни десятков волков. Надо придумать наказание и не выносить сор из избы.       — Такое нельзя спускать на тормозах! — возмутился Юнсан — Из-за него могли погибнуть наши собратья!       — Могли, но не погибли, никто даже не пострадал. — вожак старался успокоить альфу. — Да и что мы за волки-охотники, если бы не смогли разрулить ситуацию.       — Ты готов подвергать нас опасности ради этого омеги! — Юнсан распалялся все больше и больше, он понял, что Тэхён никуда не денется и теперь бесился.       — Не преувеличивай, Юни, никакой опасности мы не подвергаемся. — отозвался Ли. — Но наказать, конечно, стоит.       — Давно ли ты стал таким покладистым, Намджун? — Юнсан никак не мог остановиться — Помнится раньше ты был строже. Или на тебя так влияет, что твой сын пускает слюни на этого омегу?       Намджун уже открыл рот, чтобы поставить на место зарвавшегося соплеменника, но его опередил Сокджин, чуть усмехнувшись он произнес:       — По-моему, это на тебя так влияет этот омега, на которого ты тоже пускаешь слюни, вот только достался он не тебе и это бесит. Да, Юни?       — Что ты хочешь сказать? — альфа вскочил, еще немного и он бросится на Джина с кулаками, остальные молчали, а Чонгук нахмурился.       — Только то, что почти одновременно с Намджуном, ты тоже просил руки Тэхёна, но тебе отказали. Ты был первым, но тебя не выбрали, а вот Чонгуку отдали омегу даже раньше срока. Вот ты и бесишься. Думаешь, когда опозоренного омегу вернут в родную стаю, ты сможешь попытаться снова и тебе, скорее всего, отдадут его.       — Да что ты… — Юнсан не договорил, его прервал грозный голос вожака.       — Юнсан! Сядь. Успокойся. Какими бы не были твои причины, мы не станем возвращать Тэхёна отцу.       Противиться вожаку альфа не посмел, он сел, сжимая кулаки. Интересно откуда Сокджин узнал, что он тоже сватал этого омегу и ему отказали? Да, альфа хотел этого мальчишку, он хотел не только обладать им, но и отомстить Чонгуку. Все знали, что юный альфа давно влюблен в этого омегу, хотя вслух никто об этом не говорил. Это была бы идеальная месть! Заставить младшего Чона, да и старшего тоже, страдать, Намджун очень любит сына. Но не получилось, не срослось.       Несколько минут все молчали, потом снова заговорил Юнсан, он уже достаточно успокоился.       — Тогда… нужно выпороть его, розгами, на площади, перед всей стаей. — он победно осмотрел сидящих и закончил: — Чтоб другим не повадно было.       Чонгук вздрогнул, от страха он забыл как дышать! Он только-только обрадовался, что его не собираются разлучать с Тэхёном, а тут… выпороть! Его маленького омежку, его любимого волчонка! Перед всей стаей, на площади, это значит, что Тэ разденут, все увидят его голым! Это же позор для омеги! Конечно, Гуки не откажется от него, но каково будет самому Тэ!       Похоже такие же мысли пробежали у всех, но на этот раз никто не возразил и это напрягало младшего еще больше, очень напрягало!       — Выпороть, это уже лучше, чем вернуть отцу или изгнать. — заговорил Ли, — в конце концов ничего страшного не произошло. Если бы я не медлил, то у мальчишки вообще не было бы шанса, все закончилось бы быстрее, чем он смог вмешаться. А если бы он был первым, мы просто бы помогли ему. — Ли вдруг улыбнулся — Он не так плох, непослушный только.       — Да, но… — несмотря на запрет в разговор вступил Чонгук — розгами, на площади… отец, это же такой позор для омеги!       — Что ты предлагаешь? — Намджун не стал ругать сына за то, что вмешался в обсуждение, все-таки это его омега и ему тоже придется жить с этим пятном на репутации.       — Не знаю. — ответил Чонгук и вздохнул.       — Зато я знаю. — в разговор опять вступил Сокджин. — Я могу сделать это сам. Конечно, не на площади и не перед всей стаей. Например, у меня, на заднем дворе поставим лавку, привяжем мальчишку, и я его выпорю, розгами. Все желающие проследить за наказанием будут за забором, видеть они не смогут, но вот слышать — вполне. А уж слышно его точно будет, я не собираюсь щадить парня, но и лишнего не сделаю.       После недолгого молчания, Намджун кивнул, остальные с ним согласились, даже Юнсан. Он обязательно поприсутствует на наказании и насладиться воплями этого сопляка, а то, что Тэхен будет орать во время порки, альфа не сомневался.       Чонгуку не понравилось такое наказание, но это лучше чем все остальное, что предлагалось, он тяжело вздохнул и тоже кивнул. Про то, что нужно наказать самого младшего Чона, за недосмотр, никто вопрос не поднял, хоть это радовало Гука.       Теперь оставалось донести решение Совета до самого «виновника торжества», это взял на себя Чонгук.       Вот уже почти два часа Тэхён не находил себе места, он метался по гостиной, охваченный страхом.       На Совете решалась его судьба, самое очевидное — его вернут отцу и откажутся от помолвки! Тогда мало того, что он лишиться любимого альфы, еще неизвестно кто вообще захочет стать его парой! И еще это грозило войной между стаями, а значит и гибелью соплеменников, причем с обеих сторон! Боже, что он натворил! Почему ему не сиделось спокойно дома, варил бы обеды Чонгуку и ждал совершеннолетия! Нужно было просто сидеть и ждать! Но нет, захотелось взрослой любви… теперь он ее вообще мог лишиться, да еще и развязать войну.       Тэхён даже плакать не мог, настолько был испуган и расстроен, его трясло, он забрался на диван с ногами и сидел, сжавшись в комок, обхватив колени руками, его била крупная дрожь. Ожидание становилось невыносимым! В голове крутилось только одно — пусть накажут, как хотят, только бы не разлучали с Чонгуком! Ради своего альфы, Тэ готов был пойти на что угодно.       К концу второго часа к омеге подкралась истерика, он сидел медленно раскачиваясь, пытаясь не закричать.       Таким его и застал Чонгук.       Альфа тихо вошел и замер перед диваном, Тэ поднял голову и чуть заикаясь спросил:       — Ч-что они р-решили?       Чон вздохнул, опустился на диван, но молчал, он не знал как сказать Тэхёну о наказании. Его самого отец порол розгами пару раз, и Гук знал как это страшно и больно, но делать нечего…       — Они меня… выгонят? — дрожащим голосом спросил омега — В-вернут отцу? — он панически задышал.       — Нет, Тэ, нет, не выгонят. — поспешил успокоить его альфа — Они… то есть Сокджин… нет, не так — Совет решил тебя… выпороть, розгами, а Сокджин… сказал, что сделает это сам, так что никто не увидит, но… — альфа снова вздохнул — услышит.       — Выпороть — выдохнул омега — Сокджин… — слезы покатились по бледному лицу Тэхёна, порка — это лучше, чем изгнание, но его никогда не били, только Джин отшлепал, воспоминание об этом были очень яркими, но тогда это была всего лишь ладонь омеги, пусть и взрослого, а тут… розги!       Омега уткнулся в свои колени и тихо заплакал, даже рука Чонгука, которая гладила его по спине не успокаивала, а ведь именно такого отношения альфы к себе Тэхён добивался и… добился. Его альфа проявляет ласку, вот только какой ценой, да и что будет дальше?       — Чшшш, Тэ, не надо, наказания не избежать, зато мы будем вместе. — все же попытался успокоить омегу Чон.       — Ког-да? — сквозь всхлипы спросил Тэ. Если уж это случиться, то пусть пораньше, ждать сил не было.       — Сегодня вечером, через два часа. — тихо ответил альфа и прижал всхлипывающего парня к своей груди, обняв обеими руками.       Тэхён добился своего, его обнимают, гладят по спине и волосам, успокаивают, но… кажется, цена слишком высока, да и не любовь это, скорее жалость, а вот жалости омега точно не хотел, не от этого альфы! Сейчас было хорошо, хотя и страшно, очень!       Так они и просидели почти час, просто молчали, альфа все так же крепко держал в своих руках тихо плачущего омегу, потом Тэхён осторожно вывернувшись из объятий, пошел в душ и переодеться.       Чонгук сидел на скамейке, рядом с членами малого Совета, зажав руками уши, но даже так он слышал крики Тэхёна. Омега истошно кричал, иногда его крик переходил в визг, и слушать это младший альфа уже не мог. Гука била мелкая дрожь, он даже не сразу заметил, что его обнимают крепкие руки отца, а когда понял, уткнулся ему в плечо и прошептал:       — Когда это кончится?       — Подожди немного, уже скоро. — ответил Намджун. Он не был жестоким человеком, ему не нравились такие наказания, он и сына то наказывал физически всего несколько раз, но… он вожак, ему необходимо было поддерживать дисциплину, пусть и таким способом.       — Ааааааа! — неслось из-за забора, Тэхён орал во всю силу своих легких.       — Не могу больше. — на гране слышимости прошептал Чонгук и всхлипнул, отец молча погладил его по голове.       Через несколько долгих минут крики стихли, были слышны только громкие рыдания омеги и тихий голос Сокджина, что именно говорил старший-омега не смогли услышать даже чуткие уши оборотней. Намджун надеялся, что это были слова утешения, так же, как и остальные члены Совета, кроме, пожалуй, Юнсана. Он был единственным, кто получал явное удовольствие слыша, как орал во время порки Тэхен.       — Гуки, малыш, все закончилось. — Джун снова провел ладонью по волосам сына. Ему было жаль их обоих: глупого, непоседливого омегу, что так подставился, а теперь криком кричал и собственного сына, который вынужден был это слушать. Вожак очень надеялся, что такое наказание напрочь отобьёт у омеги желание похулиганить. Ведь иначе как хулиганством его выходку назвать было нельзя.       Все в стае от малого волчонка до взрослого волка знали, что охота — это не развлечение, там у каждого свое задание, своя роль и вмешиваться в такое серьёзное мероприятие без позволения — не допустимо! И Тэхён знал, но… вот и расплачивается теперь за содеянное собственной задницей!       Калитка отворилась, плач омеги стал громче, из нее вышел бледный Сокджин, ему тоже непросто далось то, что он вызвался сделать.       — Гуки, иди к нему, там на стуле плед, заверни в него мальчишку и неси домой. Только аккуратно неси — Джин вздохнул — ему очень больно.       Чонгук кивнул, чуть помедлил и встал. Идти к омеге было немного страшновато, но сейчас он единственный кто может хоть как-то помочь парню.       Тэхен ревел белугой, он знал, что ему будет больно, но что это будет так больно все же не ожидал. Он захлебывался слезами, сорванное горло болело, но больше всего болела попа! Её будто крутым кипятком ошпарили, ягодицы горели и каждое движение только усиливало боль. И еще… он, кажется, описался! Хорошо, что этого никто, кроме Сокджина, не видел, такого позора омега просто не пережил бы.       — Тэша, родной, это я, не пугайся. — раздался голос Чонгука у самого уха Тэхёна, тот с трудом повернул голову, увидел перед собой своего альфу, сидевшего рядом на корточках и почувствовал, как ладонь Гука провела по его волосам.       — Гук-ки… — единственно, что смог выговорить омега сквозь всхлипы. Тэхёну было плохо не только от боли, у него кружилась голова и даже немного тошнило, но видеть рядом любимого человека было приятно.       — Да, маленький мой, я. — альфа снова провел ладонью по голове омеги. — Все закончилось, сейчас мы пойдем домой.       — Пой-дем? — послышалось сквозь рыдания, Тэхен не мог даже встать, а уж идти и подавно.       — Да, я заверну тебя в плед, он мягкий, тебе не будет больно и отнесу к нам. Потерпи немножко.       В ответ Тэ смог только закивать, он все так же отчаянно рыдал, его трясло и от пережитого, и от боли, но домой он хотел, очень хотел. Хотелось лежать в своей кроватке и плакать, плакать, плакать!       Его отвязали от лавки, сверху опустилась пушистая ткань и сильные руки альфы, осторожно приподняли омегу, тот вскрикнул, но уже через несколько мгновений Чонгук поднял его под плечи и колени, и понес. Домой. К ним домой, где никто не помешает альфе утешать любимого волчонка. Лечить его запретили, наказание есть наказание!       Всю дорогу Тэхён ревел белугой, он уткнулся в плечо альфы и рыдал, ему не хватало воздуха, и голова кружилась все сильнее, но свозь марево слез он слышал тихий голос Чонгука, который шептал ему на ухо, пытаясь успокоить.       — Чшшш, тише, маленький мой, тише, скоро все пройдет. Не надо так плакать, родной, тебе плохо будет. Чшшш… — а потом омега почувствовал, как его поцеловали, Чонгук прикоснулся губами к его волосам, потом ко лбу.       Уже дома, лежа в кровати на животе, Тэхен все же перестал плакать, боль никуда не ушла, но реветь он перестал. Чонгук напоил его водой, добавив туда успокоительное, которое в его карман положил Сокджин. Альфа сидел рядом, осторожно гладил омегу по волосам и вытирал мокрое лицо платком.       — Успокоился? Еще водички дать? — заботливо поинтересовался он.       — Н-нет. — прогундосил в ответ Тэхен, пить не хотелось, хотелось, чтобы Чонгук никуда не уходил, чтобы сидел рядом и гладил по волосам, что, собственно, он и делал.       — Может поспишь?       — Нет, — Тэхён рвано вздохнул — тогда ты уй-дешь. — он всхлипнул и обиженно засопел, нос заложен и дышать было трудно.       — Нет, поспи, я не уйду. — тут же отозвался Чон — Я буду с тобой, если ты хочешь.       — Х-хочу, посиди со мной… пожалуйста. — попросил омега и закрыл глаза. Несмотря ни на что, спать очень хотелось, после долгого плача, навалилась усталость.       — Хорошо, спи. — альфа удобнее устроился на кровати, подогнув одну ногу под себя и продолжал гладить Тэхёна по спине, волосам, иногда проводил пальцами по его щекам.       Через несколько минут дыхание омеги замедлилось, он заснул, хотя даже во сне иногда вздрагивал и рвано, судорожно вздыхал.       Чонгук просидел рядом почти всю ночь, оберегая сон своего любимого волчонка, только под утро его сморило, он прилег рядом и уснул.       Альфа проснулся первым, он лежал и смотрел на спокойное, умиротворенное лицо омеги, очень жалея, что когда Тэ проснется ему снова будет больно, а он ничем не сможет ему помочь. Надо бы сходить к Сокджину, может быть, старший-омега все же сжалится над ними и даст мазь какую-нибудь или обезболивающее. Надежды на это было мало, но как известно надежда — она умирает последней, стоит попробовать, а сейчас нужно приготовить завтрак.       Альфа осторожно выбрался из кровати, боясь разбудить своего любимого, пусть еще немного поспит, его ждет трудный день.       Когда Тэхён открыл глаза, альфы рядом не было.       «Ушел. — обиженно подумал он — Интересно, как давно? Он же обещал остаться!». Юноша провел ладонью рядом с собой и улыбнулся, постель еще хранила тепло его альфы, значит тот встал совсем недавно. Омега с удовольствием гладил по простыне, радуясь, что Чонгук его не обманул и провел рядом всю ночь. Тэ хотел придвинуться ближе, чтобы ощутить тепло альфы всем телом, но едва сдержал крик, нижнюю часть тела окатила волна боли! Ягодицы стало печь, как будто на них развели маленький костер и Тэхён замер, боясь, как бы этот костер не разгорелся сильнее!       Омега судорожно задышал, на его глаза снова навернулись слезы, но сейчас он их сдерживал, правда из последних сил. Тэхён понял, главное не двигаться и лежать тихонько, тогда боль не вспыхивает, она просто есть, но ее можно терпеть. А как же он тогда будет… кушать или в туалет ходить? Тэ глубоко вздохнул, кажется его мучения не кончились вчера.       — Проснулся?       Тэхён вздрогнул от неожиданности и застонал, боль вспыхивала при любом, даже самом незначительном движении, но омега вымученно улыбнулся своему альфе, стоящему в проеме двери с подносом в руках.       — Да. — просипел он, сорванное горло давало о себе знать.       — Я принес тебе завтрак. — объявил Чон и поставил поднос на тумбочку рядом с кроватью, на нем стояли чашка чая, тосты и… каша! Самое ненавистное блюдо Тэхёна! Альфа сделал вид, что не заметил с какой гримасой смотрит Тэ на поднос и спокойно говорил дальше.       — Тэша, сейчас я тебя отнесу в ванную комнату. Помогу принять душ и всё остальное… тоже помогу сделать. — Чонгук старался говорить спокойно, как будто видеть голого омегу в душе или на унитазе, было для них в порядке вещей. Только вот омега был совершенно не готов, что его будущий муж первый раз увидит его голым в такой пикантной ситуации! Он заскулил и накрылся пледом с головой, пряча свое пунцовое от стыда лицо.       — Маленький, — тихонько заговорил Чонгук и погладил этот скулящий комочек, который зовётся Ким Тэхён, ладонью — Не надо меня бояться. Я тебе помогу. Мы будущие супруги, так что ничего страшного в этом нет. Не бойся меня.       — Я не боюсь. — выговорил из своего укрытия омега.       — А что тогда? Что, Тэша? — альфа решил добиться правды.       — Стыыыднооо… — проскулил омега в ответ.       Пользуясь тем, что Тэхен его не видит Чонгук беззвучно рассмеялся, стыдно ему, маленький негодник, как попу выставлять на показ так не стыдно, как голыми ногами сверкать, тоже все в порядке, а тут застеснялся! Но вслух ничего не сказал и даже смех свой сдержал, в их ситуации, после наказания, это и правда было… неловко.       — Успокойся, Тэ. Я постараюсь поменьше тебя разглядывать, хотя вот осмотреть твои раны все же надо. Тэхён захныкал — раны! Как тонко Чонгук завуалировал, что хочет осмотреть его испоротую попу!       — Вылезай оттуда, Тэша, иди ко мне. — альфа аккуратно начал выпутывать омегу из пледа, тот немного посопротивлялся, но отступил, двигаться было все же больно, он только попросил:       — Гуки, ты меня прямо так понесешь? — он намекал альфе, что под пледом совершенно голый. Перед поркой Сокджин его полностью раздел, а потом Чон только в плед закутал, он так и спал голым.       — Да, а что? Ты же не пойдёшь в душ в пледе? — удивился альфа.       — Нет, конечно… но все же. — омегу очень смущала вся эта ситуация, не так он хотел предстать перед своим альфой в чем мать родила, совсем не так! Они даже не целовались, а теперь альфа собирался нести его в душ голяком, хотя… чего уж теперь! Омега смирился, кивнул и закончил: — Ладно, неси.       Чонгук очень осторожно взял омегу на руки и понес в ванную, Тэхён стиснув зубы терпел, к его попе никто не прикасался, но все равно ягодицы горели огнем. Омега прикрыл ладошкой член, чтобы тот не прижимался к голому торсу альфы. Возбудиться Тэ не боялся, ему просто стыдно, ощущения были очень смущающие.       — Вот так. — проговорил альфа и поставил Тэхёна в кабинку душа — Стой спокойно, я сам тебя вымою.       Омега кивнул, теперь он прикрывал пах уже двумя руками, сложив ладони лодочкой, хотелось еще попу закрыть, но рук не хватало.       Чонгук сделал воду теплой, но не горячей и начал осторожно поливать омегу из душа, только теперь он решился взглянуть на ягодицы будущего супруга. Очень красивые, кстати, ягодицы, только сейчас они были красными, воспаленными, со взбухшими полосами от розги, кое-где даже запеклись маленькие капельки крови. Когда вода попала в ранки, Тэхён зашипел от боли и захныкал.       — Потерпи, немного, Тэшенька, потерпи. — уговаривал альфа, он быстро нанес гель на тело омеги и осторожно начал его мыть, избегая дотрагиваться до него ниже спины. Как бы ни старался альфа, уже через несколько минут Тэхён тихонько заплакал, он старался сдерживать себя, но получалось не очень, оставалось наедятся, что из-за шума воды, Чонгук его не слышал. И капли на лице омеги он примет просто за воду, но альфа слышал, хотя и сделал вид, что все в порядке.       Вымыв своего волчонка, Чонгук закутал его в большое полотенце и осторожно вытер, потом снова подняв на руки, вынес из душа и поставил его перед унитазом.       — Справишься? — спросил Чон, не глядя в лицо омеги, тот быстро-быстро закивал и попросил:       — Уйди, пожалуйста. — он шмыгнул носом и закончил: — Я сам.       — Хорошо, — буркнул не менее смущенный альфа и попросил: — Как закончишь, зови. — и вышел.       Когда все утренние процедуры были завершены, альфа отнес омегу в кровать, где сделал ему мягкое гнездышко из подушек, чтобы не травмировать и так раненые ягодицы, они приступили к завтраку. Хотя не сразу, чай и каша, естественно, оказались холодными. Альфа просто не подумал, что сначала надо привести омегу в порядок, умыть его хотя бы, а уж потом нести завтрак, но что вы хотите, он же альфа! Кое-как разогрев еду в микроволновке и сделав новый чай, Чонгук принялся кормить омегу, тот категорически не хотел есть кашу.       — Тэша, не капризничай, Сокджин сказал, что пока тебе лучше есть жидкую пищу, тебе не так больно глотать будет. — уговаривал от Тэхена.       — Но я не люблю кашу. — капризно ответил омега и вздохнул, сейчас он не мог активно сопротивляться, несмотря ни на что, у него слишком все болело, ну не все, конечно, а только одно место, но зато очень-очень сильно.       — Хорошо. — Чонгук сегодня был очень покладистым — В обед я принесу, что-нибудь другое, а сейчас съешь это пожалуйста.       Делать нечего и омега послушно кивнул, ему нравилось, что Гуки кормит его с ложечки, как маленького, в его положении есть самому было неудобно. Он полулежал в кровати, на боку, стараясь лишний раз не двигаться, после душа ощущения усилились и боль становилась все ярче.       — Ну вот, теперь отдыхай. — сказал альфа когда с завтраком было покончено — Принести тебе книжку?       — Нет. Можешь просто посидеть со мной. — попросил Тэ.       — Могу. Мне сегодня никуда не надо, отец дал выходные… по семейным обстоятельствам.       Тэхён закусил нижнюю губу, кажется, настал час для серьезного разговора, он вздохнул.       — Тэ, зачем ты это сделал? — голос альфы был тихим и спокойным, но в глазах мелькало что-то такое, что немного пугало омегу.       — Не знаю, просто захотелось поучаствовать в охоте. — Тэхён не собирался рассказывать правду, ну по крайней мере, не сразу.       — Мне кажется, что это не так. Есть что-то другое, что-то, что ты от меня скрываешь. — Чонгук не собирался отступать, не сейчас. Он и так слишком долго закрывал на все глаза и вот к чему это привело.       — Скажи мне правду, Тэшенька. — теперь он почти умолял омегу.       — Ты меня никогда так не называл. — с упреком прошептал Тэхён. — Всегда только Тэхён или иногда Тэ, а вчера и сегодня, кем я только не был и Тэша, и Тэшенька, а еще родной и маленький, ты даже поцеловал меня вчера, правда в волосы и лоб, но раньше и такого не было. Ты не обнимал меня, не гладил по спине, ты вообще меня не замечал, как омегу. Как младшего брата, да, а вот как омегу, как твою будущую пару… в упор не видел! Конечно, до брака еще полгода как минимум, но не обязательно же сразу член в меня совать, можно же просто обнимать, целовать, ласкать… хоть как-нибудь! — обида захлестнула омегу с головой, и он почти кричал, кричал о наболевшем, чтобы его любимый альфа наконец-то услышал его.       Они оба молчали, потом омега заговорил снова.       — Чимин и Хосок тоже еще не женаты, но они спокойно обнимаются, на глаза у всех, а ты шарахаешься от меня даже когда мы наедине. — теперь Тэхён говорил тихо и как-то обреченно, он вдруг испугался того, что может услышать от альфы. Но уж лучше страшный конец, чем бесконечный страх.       — Да, Чим и Хосок еще не женаты, — начал объяснения Чонгук — но Чимини старше тебя, они с Хосоком провели вместе уже несколько течек и уже считаются парой. Они ждут очередного праздника Солнцестояния, чтобы оформить брак. А ты… у тебя же течка была всего то один раз, ты еще слишком мал, и я… — Чон глубоко вздохнул и продолжил, лучше сказать сейчас, его молчание и так уже привело к наказанию омеги — Я… слишком хочу тебя, хочу настолько, что каждый раз боюсь сорваться и совершить непоправимое.       — Что значит — непоправимое? — удивленно спросил омега, его страхи улеглись, теперь надо все выяснить до конца.       — Я настолько люблю тебя и хочу, что боюсь не сдержаться и… изнасиловать тебя. — Чонгук отвел взгляд и пробормотал: — Глупый мальчишка. Они оба молчали, думая каждый о своем.       — Нет, насиловать меня не надо. — Тэхён первым нарушил тишину — Нужно придумать что-нибудь такое… чтобы и тебе хорошо было, и моя… дырочка не пострадала. — несмотря ни на что, ни боль, ни смущение, не помешали омеге окинуть альфу почти веселым взглядом. Он убедился, что его самый большой страх оказался пустым, его Чонгук не просто любит, а сильно любит, настолько, что даже боится прикасаться, чтобы не сорваться и не сделать своим раньше срока. Это льстило омеге, он был доволен, вот только бы еще попа не болела так сильно, тогда вообще — здравствуй счастье!       — Что например? — Чонгук усмехнулся, этот чертенок нравился ему все больше и больше (хотя куда уж больше то).       — Не знаю. — Тэ пожал плечами — Ты у нас альфа, ты и думай. Я согласен на все!       — Ладно. Я подумаю. — теперь альфа уже открыто улыбался. Забывшись, Тэхен сев на кровати, кинулся в объятия альфы и тут же заголосил:       — Ой-ой-ой-ой, больно-больно-больно! — и захныкал Чонгуку в плечо.       — Вот же… — едва не выругался Гук и поднял омегу на руки, разрывая контакт его попы с жесткой кроватью.       Он прижал хнычущего Тэхёна к себе, усаживая его между своих ног, так чтобы ягодицы были навесу, и начал тихонько покачиваться, успокаивая омегу.       — Чшшшш, тихо, мой хороший. Вот что тебе неймется? Тебе еще рано садиться, надо только лежать, чтобы попка ни с чем не соприкасалась.       Тэхён закивал и что-то буркнул, но альфа не понял, что именно. Он осторожно уложил омегу на бок и укрыл пледом. Их обоих уже не смущало, что омега был голым, а на альфе надеты только штаны. Как ни странно, возбуждения не было у обоих, ну, почти не было. Альфа радовался, что домашние брюки очень свободные!       — Побудешь немного один? — спросил Чонгук и на удивленно вскинутые бровки омеги пояснил: — Я схожу к Джину, может он что-нибудь посоветует, для твоей попки, чтобы не так болела.       Тэхён кивнул, и альфа быстро вышел, прежде чем идти к Сокджину, нужно бы еще справиться со стояком, а то член уже болит и ходить мешает. Да, трудно оставаться спокойным, когда желанное тело омеги было буквально у него в руках, заметьте, голое тело! Чонгук половозрелый альфа у которого никого не было уже больше полугода, с момента помолвки, и никакая дрочка не заменит полноценного полового акта! И так терпеть еще долго, а тут такие потрясения для организма!       Сокджин ожидаемо в лекарстве отказал, но уже на выходе кое-что посоветовал несчастному альфе, который после таких советов покраснел как маков цвет и выбежал на улицу со всей возможной скоростью, под тихий смех старшего.       По дороге домой Чонгук заскочил к отцу, нужно было посоветоваться в одном довольно интимном вопросе и не только о том, что ему посоветовал Сокджин. Ушел он от Намджуна только через час, немного смущенный, но довольный, а старший альфа был немного удивлен этим разговором, вот не думал он, что его сыночек такой дундук! Полгода мучил и себя и омегу, бестолочь!       Тэхён уже извелся весь, его альфы слишком долго не было, он волновался и еще у него возникла одна деликатная проблемка.       — Ты долго.       — Да, к отцу заходил, нужно было решить один очень важный вопрос. — оправдывался альфа — Ты проголодался? Кушать хочешь?       — Да и еще, я… писать хочу. — Тэхён смущенно опустил глазки и вздохнул. Он теперь без альфы даже в туалет не может сходить, он правда попытался встать, но тут же улегся обратно, боясь, что от боли справит нужду прямо на пол. Не хватало еще и перед собственным альфой так опозориться, лежа терпеть было удобнее.       — Я понял. — Чонгук подошел к кровати — иди ко мне.       Тэхён протянул руки и обвил ими шею Чона, тот подхватил омегу под колени и поднял.       В ванной комнате Тэ пописал и медленно доковылял до душевой кабины, ему казалось, что он плохо пахнет, надо быстро сполоснуться. Вдруг альфа его поцеловать захочет или еще чего, а он воняет! Вода снова растревожила воспаленную кожу ягодиц, но омега решил, что оно того стоило, хотя идти назад самостоятельно не решился, ему и так с трудом дались эти несколько шагов до душа.       — Гуки! — позвал Тэхён — Забери меня отсюда.       В ванную комнату Чонгук вошел, держа в руках уже знакомый Тэ плед, носить на руках голого омегу было приятно, но не при данных обстоятельствах.       Чон принес младшего не в его спальню, а в гостиную, где и уложил омегу на большую шкуру медведя перед зажжённым камином, на ней уже была гора подушек, из которых альфа соорудил такое же удобное гнездышко, как и на кровати. Все для того, чтобы его омежке было удобно.       — А почему мы здесь? — удивился Тэхён.       — Потому, что я хочу кое-что сделать. Потерпи немного, позже расскажу, вначале мы поедим.       — А сразу нельзя объяснить? — закапризничал омега.       — Нет. Иначе ты есть спокойно не сможешь. — альфа подмигнул удивленному Тэхёну и ушел на кухню.       «Интересно, что это за сюрприз? — думал Тэ — Может он меня поцеловать хочет или обнять, а может даже приласкает?» вопросов у юного омеги было выше крыши, но, зная своего альфу, тот не расскажет пока сам не захочет, значит надо подождать, Тэхён вздохнул. Вот вредный альфа, лежи теперь мучайся, мало того, что задница жутко болит теперь еще и об этом волноваться.       На обед был восхитительный кальби тан*, явно приготовленный не Чонгуком, на второе блюда альфа принес керанмари**, морковь Тэхёну не очень нравилось, но само блюдо было вкусным, а вот десерт — просто божественным. Омега известный сладкоежка и гуль-чонгва*** произвела на него неизгладимое впечатление. Тэхен догадался, что создателем всего этого великолепия был Сокджин, наверное, так он пытался сгладить их последнее «общение».       Альфа явно испытывал терпение своего омеги, после обеда он ушёл на кухню, вымыл посуду и долго еще гремел там чем-то, Тэхёну показалось — тянул время! Что ж это за сюрприз такой, что его сам альфа боится? Наконец-то Чонгук появился в дверях, потом опустился рядом с омегой и заговорил.       — Тэхён, ты знаешь, что лечить тебя запретили. — омега обреченно кивнул, но молча ждал продолжения.       — Но я поговорил с Джином, и он… кое-что предложил. Кое-что очень… неординарное. — альфа говорил, не глядя на собеседника и омега заволновался. Что значит неординарное? Его что, посадят голой попой на муравейник? Или намажут чем-нибудь особо гадким, например пометом или навозом? Кажется, сюрприз ему не понравится! Но Тэхён молчал, прежде чем пугаться чего-то, надо понять страшное ли оно.       — И что это? — Тэ все же не выдержал и спросил.       — Ты же знаешь, что слюна волка-оборотня обладает лечебными свойствами, а у истинных, таких как мы с тобой, она вообще «волшебная» для своей пары. — Чонгук снова замолчал, давая этой информации улечься в голове у омеги.       По мере того, как информация «укладывалась» в голове, челюсть Тэхёна опускалась все ниже и ниже, еще немного и встретится с полом, до него, кстати, было не так уж и далеко. Во-первых, он понял, что Чонгук назвал их истинными! Что само по себе прекрасно и бывает достаточно редко, а во-вторых, это значит, что для его выздоровления альфа должен будет… что сделать? Полизать его попу?! Судя по красному от смущения лицу Чонгука, Тэхён оказался прав в своих предположениях, но уточнить все-же стоит.       — Значит, чтобы у меня ничего не болело, ты должен вылизать меня? — тихо спросил Тэхён и уточнил: - Там. Сзади.       — Да.       — А ты… не хочешь?       — Хочу, даже очень. — альфа решил, вот сейчас он скажет все до конца и продолжил: — Я хочу вылизать тебя с головы до ног с первого же дня как увидел. Тогда ты был совсем маленьким, я понимал, что нельзя, но очень хотелось. И все это время, что мы с тобой живем под одной крышей — это было моим самым заветным желанием. Я решил, что как только мы поженимся, тут же, в первую же ночь я это и сделаю. Правда в первую брачную ночь я хотел еще кое-что с тобой сделать, но это было бы первым.       Теперь уже лицо Тэхёна было похоже на свеклу, даже уши покраснели, так далеко его желания не заходили! Но вот попробовать уже хотелось!       — Ты не согласен? — спросил альфа «убитым» голосом, омега слишком долго молчал, а потом спрятал лицо в подушку. Чонгук вздохнул, а счастье было так близко.       — Согласен. — донесся приглушенный голос омеги, потом он чуть повернул голову и взглянув на жениха одним глазом, спросил: — Ты прямо сейчас хочешь это сделать?       — Да! — Чонгук улыбался во все тридцать два зуба.       — Ладно. — пискнул омега и опять спрятал горящее от смущения лицо в мягкое тельце подушки.       Чонгук понял, что этот бой он выиграл, альфа лег рядом с Тэхёном, погладил его по волосам и заговорил:       — Тэшенька, не стесняйся меня. Ты такой красивый, я тебя не только лечить буду, но и приласкаю, тебе понравится.       Омега угукнул и даже кивнул, но лица так и не показал.       Чон тихонько засмеялся и поцеловал омегу в шею, осторожно едва касаясь губами, потом потянул плед ниже и прикоснулся губами к лопатке, прошелся поцелуями вдоль позвоночника, задержался на пояснице, затем вернулся обратно. Надо немного расслабить жениха, он, похоже, немного испуган, мышцы как деревянные. Альфа откинул плед, оставив прикрытыми только ягодицы омеги, тот лежал на боку, так что можно было ласкать любимое тело, пока, не переходя к главному «блюду».       — Повернись, Тэ, я хочу видеть тебя, хочу поцеловать твои губки. — он провел по волосам омеги ладонью, задержав ее на шее и пальцами начал массировать затылок, ласково, осторожно, желая показать, что ничего страшного не происходит и не произойдет. Однако омега все так же дышал в подушку.       — Тэша, повернись, ты же сам хотел целоваться. А теперь прячешься. — уговаривал старший.       — Я не прячусь, я стесняюсь. Я же не думал, что, когда ты меня поцелуешь первый раз, я буду голым, а потом ты будешь лизать мою попу.       — А я думал. — произнес альфа — Я очень много думал о том, что буду целовать тебя голеньким, и про попу твою думал, даже очень часто.       — Ты совсем мне не помогаешь! — возмутился омега. Он все-таки чуть повернул голову в сторону альфы, дышать в подушку было неудобно, так и задохнуться не долго, тем более что воздуха и так не хватает, после слов этого «противного» альфы. Бесстыдник! Думал он о его попе! Но воплотить в жизнь свои мечты и мечты самого альфы очень хотелось. Тэхен повернул голову полностью и даже чуть-чуть вытянул губы ожидая обещанного поцелуя.       — Чертенок! — протянул альфа и накрыл губы омеги своими. Они целовались медленно, не торопясь. Поцелуй вышел целомудренным, альфа не спешил, а омега вообще целуется в первый раз, не стоит торопить события.       — Ты такой сладкий, хороший мой. — прошептал альфа в губы омеги.       — Мне тоже понравилось. — ответил Тэхён и спросил: — Что дальше?       — Дальше? Ложись на животик, лечить тебя буду. — серьезно ответил Чонгук, хотя в его черных глазах плясали черти!       Тэхён послушно повернулся на живот и замер, было немного страшновато, но и отказываться он не собирался.       Чонгук убрал плед, полностью обнажив омегу и теперь наслаждался видом желанного тела, правда красные, воспаленные ягодицы немного портили картину, но с этим он справится. Альфа опустился ниже и попросил:       — Тэша, раздвинь ножки. Не бойся, я ничего против твоей воли не сделаю, только то, о чем мы договорились.       Сгорая от смущения, Тэхён послушно раздвинул ноги, между которыми тут же расположился альфа. Он сидел на пятках, смотрел на открывшийся вид и получал удовольствие, пока эстетическое, потом начал гладить омегу по пояснице и внутренней стороне длинных ног, подбираясь к паху, но не трогая самого главного.       Омега чувствовал, что от таких ласк его «самое главное» начало твердеть и подниматься! Хорошо, что из-за позы, альфа этого не видел. От такого прекрасного вида во рту у альфы стала собираться слюна, все же волчья сущность дает о себе знать, омеги текут во время возбуждения, а у альф повышенное слюноотделение. Самое время начать лечение своего волчонка!       Чонгук лег между раздвинутых ног омеги, опираясь на локти, в таком положении его лицо было близко к ягодицам, их можно было внимательно рассмотреть. Альфа видел четкие следы от розги, воспаленные, чуть вздувшиеся, их было много, одни перекрывали другие, к ним было страшно прикасаться. Кажется лечение будет не таким приятным как ожидалось, для омеги, конечно.       — Тэша — позвал альфа, замершего омегу — может быть больно вначале, потерпи немножко, скоро пройдет.       — Угу — буркнул омега, вот почему у него все так непросто, даже первая ласка от альфы и та через боль, он почувствовал легкое прикосновение к ягодице и тут же зашипел, в этом месте кожу начало безбожно щипать!       Альфа слышал реакцию Тэхёна на его слюну, но продолжал методично, не пропуская ни сантиметра, облизывать ягодицы, ему даже стыдно немного стало, ему этот процесс приносил только удовольствие!       — Потерпи, маленький, потерпи, потом легче будет. — уговаривал он омегу, тот начал двигать попой, пытаясь уйти от такой странной «ласки». Ему она удовольствия не приносила! Попа опять начала гореть, как в первые моменты после порки! И зачем он только согласился? Тэхён даже захныкал в подушку, что за мучения, это вообще когда-нибудь кончится?!       Альфа крепко держал омегу за бедра, не давая уклониться от его настырного языка, пока вся поверхность ягодиц не была покрыта слюной. Попка Тэхена блестела, и альфа переключился на поясницу, поцеловал ямочки, крестец и вдруг нырнул языком между половинок, так глубоко, что достал до ануса.       Тэхён взвизгнув от неожиданности и внезапно прошившего удовольствия, замер в удивлении. Буквально через несколько минут после нанесения слюны, попа уже не болела, может быть самую малость, но теперь альфа явно его не лечил, там у него точно ничего не болит. Теперь Чонгук решил его приласкать и выбрал самое потаенное и главное местечко омеги.       — Г-Гуки? — панически прошептал Тэхен, испуганно смотря на альфу через плечо. Он был еще не готов к чему-то серьезному, а альфа уже готовит его под свой член?       — Чшшш, тише, родной, я ничего такого не сделаю, только приласкаю, обещаю, тебе понравится, только не зажимайся и не бойся. Расслабься и получай удовольствие.       Тэ опустил голову на подушку и попытался последовать совету альфы, но вот расслабиться не получалось. Чонгук продолжал ласкать его тело, целовать почти зажившие ягодицы, проводить языком между половинками, не проникая внутрь и это было приятно, но все же немного страшно. А вдруг альфа сорвется и… изнасилует? Как бы в ответ на его мысли Чон произнес:       — Тэшенька, не бойся, я не трону твою дырочку, только поцелую, приласкаю, может быть чуть-чуть толкнусь языком и все. Не переживай так. Ладно? Веришь мне?       — Да. — выдохнул омега и тихонько застонал уже от удовольствия, этот несносный альфа явно знал, что делал, все это время его бесстыдный язык блуждал по телу омеги. Хорошо так блуждал, со знанием дела, Тэхёну нравилось и его члену тоже. Вот же предатель! Нет бы полежать спокойно! Вот что теперь делать?       Эту проблему Чонгук тоже решил. Он немного приподнял юношу и опустил его вставший член между ног, теперь пенис омеги лежал на шкуре, а не прижимался к животу, и альфа провел по нему языком. Тэхён аж задохнулся от удовольствия, он никогда такого не испытывал, он ласкал себя, как и все подростки, но такого наслаждения не было никогда. Потом омега уже стонал не переставая, ловкий язык альфы вылизывал его член и ягодицы, иногда проникая глубоко между половиками, задевая чувствительный анус.       Тэхён уже не боялся такой ласки, теперь он уже хотел, чтобы настойчивый язык подольше задержался на его дырочке, чтобы он гладил по ней, ласкал более чувствительно. Неосознанно омега выпячивал попку давая своему альфе больше возможностей, Чонгук улыбнулся и раздвинул половинки руками, открывая себе вид на девственную дырочку омеги.       Тэ судорожно вздохнул и от неожиданности, и от смущения, но самое главное — от желания, от ожидания дальнейших действий. Еще немного и он сам попросит альфу вылизать его дырочку! Однако, просить не пришлось… Губы альфы прикоснулись к анусу, вначале ласково, чуть касаясь, потом уже настойчивее, язык обвел по кругу, лаская нежные края и чуть толкнулся внутрь. Тэхён ахнул, ему нравилось, он никогда даже пальцами не ласкал себя там, а тут чужие губы, язык, это было очень приятно. Язык продолжал толкаться внутрь, а пальцы альфы гладили член, омега уже вовсю стонал от запредельного удовольствия, но… ему было мало! Казалось, еще немного и оргазм накроет Тэхёна, но вот этой малости и не хватало!       Чонгук видел метания омеги, он сам терся пахом о шкуру, и тоже готов был кончить, но не сейчас, надо довести Тэхёна до высшей точки наслаждения первым.       Альфа взял головку члена омеги в рот, его язык начал ласкать уздечку, а пальцы гладили дырочку. Чон взял член чуть глубже, продолжая работать языком, его указательный палец сильнее нажал на колечко мышц и резко вошел на одну фалангу. Тэхён вскрикнул и забился в оргазме, Чонгук с удовольствием глотал сперму своего волчонка, он опустил руку в собственные штаны, обнял пальцами член и почти сразу же последовал за Тэхёном. Альфа кончил, так бурно, как не кончал никогда, даже в пубертатном периоде, когда альфы очень чувствительны.       Чонгук выпустил изо рта опавший член омеги и положил голову ему на бедро, купаясь в послеоргазменной дымке, так же, как и Тэхён.       Оказывается, можно получать удовольствие и без полноценного полового акта (именно это и растолковал ему отец!). Чон был безусловно старше своего омеги, но вот в сексе полный профан (это тоже сказал Чонкугу, любимый папа, хотя вот в этом был виноват именно Намджун, не объяснил «ребенку», как и что делать, а еще вожак стаи!). Если бы не вся эта катавасия с наказанием, младший альфа так и бы мучил себя, да и омегу своего тоже.       Спустя несколько долгих минут, Чонгук поднялся, укрыл Тэхёна пледом и пошел в душ, липкая сперма в штанах, не самое приятное, что может быть после секса, надо помыться и сменить одежду.       Когда альфа вернулся его омега уже спал крепким сном, свернувшись в клубочек, Чон решил его не будить и оставить спать на полу. Шкура теплая, да и камин рядом, не замерзнет, а начнешь переносить в спальню, может проснуться. Чонгук смотрел на любимого и улыбался, кажется, теперь у них все точно будет хорошо! __________________________________________________________________________ * Кальби тан — суп из говяжьих ребрышек, **Керанмари — омлет с морковью и луком ***Гуль-чонгва — засахаренные цитрусовые.